Доктор Шрам

— М-м-мгм-м… Гарри в последний раз полюбовался на завернувшуюся в одеяло девушку, накинул кардиган, оставил на столе более чем достаточно средств на такси хоть на другой край Лондона — еще даже останется на кофе с тортиком. Девушка, подцепленная вчера в клубе, была, кстати, очень даже ничего. Ей было, наверное, уже за двадцать, невысокая, хрупкая, примерно второй размер, прикольные розовые волосы… Жаль только, что они, наверное больше уже не увидятся — с ней было довольно интересно не только перепихнуться, но и пообщаться в коротких перерывах между «подходами». Время уже восемь утра, поспать получилось всего часа три… Спать хотелось зверски, но Гарри пока что держался. Только добраться до дома, позавтракать — а то тетушка обидится, что он уже две ночи подряд шляется неизвестно где — и упасть отдыхать. Магия магией, мозги мозгами, но есть предел и физической усталости. Сначала лютая усталость на проникновении, затем — бессонная ночь… А ведь и днем он не бездельничал… Так что следовало отдохнуть. Просто упасть и полежать на кровати с закрытыми глазами. Впрочем, отдохнуть ему было не суждено. Еще на подходе к дому, Гарри заметил, что что-то не так. Нет, разумеется, он не мог видеть или ощущать каких-либо заклинаний, но мог заметить странную возню возле дома Дурслей. Вездесущие соседи как будто случайно поглядывали в сторону дома, у которого была припаркована посторонняя машина. Весьма древняя машина — как бы даже не времен второй мировой войны. Только вот была она наглухо затонирована, в движке возился какой-то мужик в строгом костюме-тройке. Правда, было в нем, все же, нечто странное. Но что? Гарри сглотнул, волосы у него встали дыбом, кажется, даже на заднице. И не просто встали дыбом, но и поседели, похоже. Только этого не хватало! Но не могло же МI5 так быстро отыскать хакера, влезшего на серваки Лондонской Биржи?! Он ведь даже не успел еще воспользоваться доступом! Или Дадли, все же, не смог перебороть собственное любопытство и влез в личные файлы двоюродного брата?! Если так, то он — баран. Но не мог же «второй номер» так подставиться?! Он, может, и не гений, но и не дурак. По крайней мере, минимальное понимание личной информационной безопасности он имеет. Тогда что случилось?! Все эти мысли пронеслись в сознании Гарри почти мгновенно. Если агенты MI5 добрались до ноутбука — хана. Появляться дома нельзя. Дурсли легко отбрешутся — из всего семейства более-менее в компах разбирались только Гарри и Дадли, но первый — вот он, а второй сумеет достаточно легко отбрехаться — он, все же, больше программист, чем хакер. Скажет, мол, нашел железку в ломбарде, хотел перебрать и пользоваться. Или прямо признает, что это ноутбук дальнего родственника, к которому никто никогда не прикасался и вообще что родственник — нелюдимый психопат. И не прикопаешься, поскольку допрашивать Дадли на предмет понимания взломов бессмысленно — он не шарит многих тонкостей, которые выдают любого профессионала. Да даже если не ноутбук — к Дурслям могут возникнуть вопросы по поводу очень многих других вещей. Пергамент, перья, старые книги по магии, мантии, волшебная палочка, куча странных предметов. И все это только в одной из комнат дома. Конечно, спецслужбы осведомлены о мире волшебников, но не всем же агентам это доводят! И это может стать очень серьезной проблемой… Но и бросать опекунов на произвол судьбы Гарри не собирался. Все же, эти люди заменили ему родителей, без них он был бы сейчас никем и ничем… Оставался только один вариант. Пользуясь тем, что его до сих пор не заметили, Гарри достал из кобуры на предплечье палочку Петтигрю, наложил на себя чары отвода глаз и дезиллюминирующие чары. Только бы удалось зайти в дом незамеченным… Тогда есть шанс дезориентировать агентов. Или, как минимум, утащить основные подозрительные вещи. Или спрятать их. А потом, когда агенты уедут, собираться вместе с Дурслями — и через неделю, как шумиха уляжется, валить в долгосрочный отпуск куда подальше от Туманного Альбиона. Правда, случилось кое-что, чего Гарри не ожидал. Когда он применил заклинание, «водитель» оторвался от разглядывания двигателя машины, потянулся к рукаву, осторожно заозирался, как будто пытался определить, где было совершено волшебство. Гарри сглотнул. Агенты MI5, да еще и маги… Да даже если это просто маги, а не агенты — это ничуть не лучше, ибо Гарри умудрился в мелочах столько раз нарушить Статут, пусть и оперируя чужой палочкой, что хватило бы лет на сто пятьдесят Азкабана. Маг тем временем направился прямо к самому Гарри. Молодой маг сглотнул, покрепче сжал в руках палочку. Пусть попробуют взять его живьем… Он уже приготовился выпустить в мага заклинание, когда тот остановился, одним взмахом развеял чары иллюзии, которые, собственно, и мешали Гарри нормально разглядеть его. Доктор Шрам расслабленно выдохнул, убрал палочку в кобуру. — Мистер Поттер, Аврорат Британии. У нас к вам некоторые вопросы по поводу недавних событий… Уверен, вы знаете, о чем речь. — Здравствуйте, аврор Долиш, — Гарри выдохнул. — Признаться, я не ожидал, что Министерство так скоро меня побеспокоит. — Я понимаю, мистер Поттер, — Долиш взмахом палочки вернул себе прежний облик агента спецслужб. — Но обстоятельства, к сожалению, вынуждают нанести вам столь неожиданный визит. — Ничего, я понимаю. Я так понимаю, ваш коллега, Сайфер, уже беседует с моими родственниками? — Вы на редкость проницательны, мистер Поттер, — вежливо кивнул Долиш. — К сожалению, вы все еще несовершеннолетний. И пусть ваши родственники не волшебники, но хотя бы формальное разрешение на общение с вами мы обязаны испросить. Таков закон, сами понимаете… — Понимаю. Пройдемте в дом? — Да. Пожалуй, так будет лучше. А то, признаться, ваши соседи уже начали нас нервировать. Не подскажете, кстати, почему? Вроде бы мы старались брать самую неприметную из всех машин министерского автопарка… — На машинах с подобным затемнением стекол обычно катаются спецслужбы Ее Величества, — пояснил Гарри. — У магглов прибытие подобных персон в дом, как правило, означает или большие проблемы для его обитателей — вплоть до тюрьмы — или же наоборот — большие преференции и выгоду. Вот всем и любопытно — арестовывать нас приехали или награждать. Гарри перестал опасаться мгновенного ареста на месте. Долиш — это, можно сказать, личный аврор-телохранитель Фаджа, а заодно и его личный ловчий. Нет, разумеется, у него тоже есть право арестовывать людей, но он, все же, не следователь и не занимается расследованием преступлений. Максимум, что мог бы сделать Долиш — пообщаться в частном порядке или выяснить подробности какого-нибудь дела по личному распоряжению Фаджа — Министра Магии, который был, по мнению Гарри, несколько импульсивным, но, все же, достаточно умным человеком. — А-а, понятно, — Долиш почесал за ухом. — А я-то уже думал, что мы что-то опять натворили. Сами понимаете, мистер Поттер — мы не так часто работаем среди… М-м… Простых людей. Гарри кивнул. — Идемте. Хватит нам с вами подогревать любопытство соседей. Только маленькая просьба… — Да? — Перед входом в дом как бы невзначай скажите, что вы довольны программой, которую мы с Дадли для вас сделали. — Зачем?! — удивился Долиш. — Мой кузен Дадли иногда делает для простых смертных некоторые… Скажем так, расчеты. У него здорово получается, многие компании заказывают. Пусть соседи думают, что теперь у нас и спецслужбы в друзьях. Будет небольшая реклама кузену…

***

— Мистер Поттер… — удивленно начал Долиш, когда Гарри, спустя три часа расспросов, задал ему встречный вопрос на тему «а с чего такая активность, что аж целый личный гвардеец министра едет на адрес к волшебнику-недоучке». — Вы что — совсем не интересуетесь происходящим в нашем мире? — Аврор Долиш, — Гарри покачал головой. — Верите-нет, но мне нашего дурдома хватает в Хогвартсе. Десять месяцев в год я лишен возможности пользоваться большей частью достижений маггловской цивилизации. Так что хотя бы на каникулах я стараюсь «догнать» все то, что изменилось. Мне не до того. — Тогда все ясно, — аврор покачал головой, достал из небольшого дипломата здоровенную подшивку магических газет. — Вот, полюбуйтесь. Гарри взял в руки подшивку, принялся по диагонали перечитывать страницы. Вообще, это были не газеты целиком, а только отдельные статьи. Сборник, можно сказать. И этот сборник Гарри очень не нравился. За июль риторика газет переменилась с «наш великий вождь Дамблдор снова оказался самым умным» на «Директор Хогвартса окончательно ебанулся, звоните психиатрам». Гарри, полистав эту подшивку примерно до половины, кивнул. В целом, ситуация была ему ясна — Дамблдор, похоже, не успокоился и продолжил самостоятельно убеждать весь мир в том, что Темный Лорд возродился, а министру Фаджу подобная деятельность, абсолютно, видимо, ни с кем не согласованная, откровенно не нравилась. — Занятно… Но я все еще не очень понимаю, зачем вы приехали ко мне, — Гарри покачал головой. — Что, Дамблдор снова пытался выставить меня свидетелем и вообще — мессией, вокруг которого весь волшебный мир должен сплотиться? — Вроде того, — уклончиво ответил Долиш. — Многим волшебникам подобные выкрутасы не понравились. Особенно то, что директор говорил фактически от вашего имени. Так что общество начало относиться к вам с некоторым… Некоторой… — С подозрением, так и говорите, — Гарри откинулся в кресле, сделал глоток кофе. — Некоторые решили, что я — протеже Дамблдора и что на самом деле это я убил Седрика Диггори для того, чтобы спектакль с расшатыванием кресла под неудобными Дамблдору магами выглядел более правдоподобно. — Мистер Поттер, вы точно ничего не знали? — прищурился мистер Сайфер, напарник Долиша. — Именно так некоторые маги и подумали. — Мало того, — подхватил Долиш, — они потребовали дополнительного расследования. Министр Фадж взял дело на личный контроль. Собственно, поэтому мы с вами сейчас и общаемся. — Я понимаю, — кивнул Гарри. — Но я уже все и не один раз рассказывал следователям, мадам Боунс, Скримджеру и остальным. Добавить, к сожалению, нечего. Портал перенес нас с Седриком на кладбище где-то в дальних ебенях. Там нас уже ждал волшебник с чем-то вроде младенца. Гомункул или голем — я не рассматривал, не до того было. Седрик был убит как свидетель, ну а про меня вы знаете. Существо, получившееся в результате ритуала назвало себя Волан-де-Мортом, начало разговаривать с магом, называя его «Хвост». Я воспользовался моментом и сбежал с помощью портала в кубке. — Как вы догадались, что портал в кубке был многоразовым? — Я не догадывался, — покачал головой Гарри. — Просто действовал на интуиции. Наверное, тогда моя логика работала примерно в духе «если не убили сразу — могут убить потом и отправить труп как послание всему миру от возродившегося Волан-де-Морта». Ну или как-то так. Я такое однажды в кинохронике видел. Бандиты так делали, чтобы запугать жертву. Наверное, ассоциация сработала. А поскольку единственным символическим предметом был именно Кубок, то… Ну, вы поняли. На самом деле Гарри, разумеется, прекрасно знал и понимал, что Волан-де-Морт, Хвост и Пожиратели Смерти действительно собрались и уже наверняка готовят какие-либо планы, но кричать об этом направо и налево было бы непростительной глупостью. Кроме того, это расходилось бы с его прежними показаниями. Да и зачем? Он предупредил Дамблдора, который, вроде как, был главой магического суда, магического же аналога ООН и вообще всего такого. А еще Гарри рассказал все как было следователям. Дальше пусть сами разбираются, он делать чужую работу не нанимался. Авроры — по крайней мере, конкретно эти двое — тоже, видимо, считали, что дело подростка — заниматься учебой или летним отдыхом, а не спасать магическое общество от преступников. Однако… — Мистер Поттер, у вас на сегодня запланированы какие-либо дела? — Да нет, вроде бы нет, — покачал головой Гарри. — Но хотелось бы немного выспаться. Я несколько загулялся, потом встречал рассвет с одной симпатичной девушкой… А что? — Видите ли, — Долиш облизнул губы. — С вами хотел бы встретиться министр Фадж. Гарри удивленно уставился на авроров. Интересно… — И чего от меня хочет Министр? — Понятия не имею, — пожал плечами Сайфер. — Но если хотите знать мое личное мнение… Вы ведь Гарри Поттер, а это не только громкое имя, но и немалый политический капитал. Извините… — Ничего, я это и так прекрасно знаю, — кивнул Гарри. В самом деле, имя Мальчика-Который-Выжил было в магическом мире, можно сказать, брендом. И Гарри прекрасно понимал, что даже одной своей молчаливой поддержкой кого-либо, даже если он просто рядом на фотографии постоит, он может решить очень и очень многое. И он не стеснялся пользоваться этим. Мадам Малкин нужна дополнительная реклама? Извольте, мадам. Семь процентов с продаж — и можете смело давать объявление, что последние модели ваших мантий носит Гарри Поттер. Итог — вся партия мантий, оказавшихся и впрямь весьма удобными, продана за день. Локонсу нужен дополнительный ажиотаж — легко. Одна фотография для «Ежедневного Пророка», десять процентов отчислений и подарочное издание полной коллекции сочинений с автографом автора — и за неделю Локонс продает четыре тиража. И так везде. Разумеется, Гарри прекрасно знал уровень своей популярности в мире волшебников, старательно его поддерживал различными выкрутасами, интервью, фотографиями, историями и периодическим вбросом в мир волшебников разных мелочей, привычных ему и остальным магглорожденным в обычном мире — будь то комиксы, микроскопы, калькуляторы, шариковые ручки, скотч или печатные машинки. Партию последних, кстати, выкупил «Пророк», заменив ими допотопные станки с литерами. На машинке набирался и подшивался один выпуск, а затем его, как и прежде, копировали особыми чарами. Заодно «Пророк» выкупил права на зарегистрированную Гарри в Министерстве франшизу комиксов с громким названием «Чароплет» и теперь маги всех возрастов с упоением читали еженедельник о приключениях мага, живущего в мире магглов и постоянно попадающего в разные передряги. Сказать, что комикс произвел фурор — нихера не сказать. Читали его не просто все, а вообще все. Особой популярностью комиксы пользовались, кстати, у стирателей памяти и авроров, поскольку в каждом комиксе так или иначе описывались на понятном даже младенцу языке, как работают те или иные штуки в мире магглов. Многие, кстати, очень удивились, узнав, что для работы телевизора вовсе не обязательно отрубать голову ведущему и засовывать ее в «пластиковую коробку со стеклом и проводками»… «Пророк» с каждого выпуска получал огромное бабло, с которого Гарри имел почти треть. Правда, за это приходилось иногда писать в редакцию длинные и подробные статьи о том, как работает та или иная маггловская штука, но это были мелочи. Мало того, Гарри в каждом журнале был обозначен как один из соавторов, так что, помимо денег, он имел еще и немало престижа. Гарри прекрасно понимал, что его имя многое решает и в большой политике магического мира. Фактически, тот, кого поддержит Избранный, получал поддержку народа. Если поддержит, разумеется. Но Гарри не поддерживал никого. По крайней мере, официально. Потому как понимал, что политика — это обоюдоострое оружие. Поддержишь одних — мгновенно словишь лавину дерьма от других. Так что при любых вопросах на тему политики Гарри старался съезжать с темы и отбрехивался нейтральными фразами вроде «пока мне не мешают заниматься моими делами — мне глубоко похер, кто там с кем какие портфели и бюджеты пилит». В принципе, этого, обычно, хватало, чтобы от него отстали. Разумеется, в условиях конфронтации с Дамблдором, Фадж не мог не попытаться заручиться поддержкой Избранного. Гарри это, конечно, не сильно нравилось, но элементарная вежливость требовала хотя бы выслушать нынешнего главу правительства с его предложениями и пожеланиями. — Допустим, я соглашусь, — кивнул Гарри. — Когда именно он меня ждет? — Желательно, сегодня. Но вообще — чем скорее, тем лучше. — Хорошо, — Гарри вздохнул, понимая, что вместо мягкой и удобной кровати его ждет грубое кресло для гостей в кабинете Министра Магии. — Подождите немного, мне нужно переодеться и привести себя в порядок… — Только если быстро. — Да я только мантию возьму… На самом деле, конечно, Гарри собирался не только надеть мантию, но и сменить палочку с трофейной на официальную, а заодно и захватить с собой ноутбук, дабы проверить одну свою теорию по поводу работы маггловской техники в магическом мире, но говорить об этом он, разумеется, не стал. Уже через пять минут Гарри вернулся, отсалютовал Дурслям и повернулся к аврорам: — Я готов, можем отправляться.

***

— Мистер Поттер! Как хорошо, что вы согласились приехать! Гарри чуть улыбнулся, пожал руку Фаджу. — Министр Фадж, — Гарри повернулся ко второму человеку в кабинете. Впрочем, не только в кабинете, а и, пожалуй, во всем Министерстве Магии. — Мистер Малфой, мое почтение. — Здравствуйте, мистер Поттер, — кивнул Малфой, после чего пожал Гарри руку. — Смею надеяться, у вас найдется несколько минут после разговора с министром? Я хотел бы с вами поговорить наедине. — Возможно, — Гарри посмотрел на часы. — Но сначала дела. — Согласен, — часто закивал головой Фадж, Малфой же просто степенно кивнул. — Долиш — спасибо, можете быть свободны. — Да, министр. Аврор удалился, Гарри остался наедине с Малфоем и Фаджем. Министр вернулся в свое кресло, дал Гарри знак садиться, после чего начал без всяких предисловий: — Мистер Поттер, давайте будем прямолинейны, без всяких полагающихся по этикету разговоров о погоде… Мы с Люциусом хотели бы вас попросить оказать нам… помощь. — Помощь? — удивился Гарри. — Интересно, что же могу такого сделать я, простой четверо… То есть, уже пятикурсник Хогвартса, чего не могут сделать два влиятельнейших политика Магической Британии? Тем более, я не самый талантливый волшебник. — Не скромничайте, мистер Поттер, — усмехнулся Малфой. — Вы ведь далеко не простой пятикурсник. Меня, признаться, очень впечатлили ваши таланты. А что до того, как ваши таланты оценивают в школе — что же, не все мы в Хогвартсе могли похвастаться заработанными баллами, верно, Корнелиус? — Это точно, — хмыкнул Фадж. — Уверен, мистер Поттер и сам знает, что важны не оценки, а знания и умения… Гарри хмыкнул. Разумеется, он понял, о чем говорил Малфой — должно быть, его спич в адрес Темного Лорда произвел на Пожирателей Смерти неизгладимое впечатление. Нет, ну а что? Хорошо ведь поговорили… Доктор Шрам вообще был персоной несколько отмороженной, что не раз и не два помогало загнать соперника в ситуацию, которой тот не ожидал, будь то отсутствие реакции на что-то, что должно было напугать или выстрел из палочки в воздух только для того, чтобы успокоить распаниковавшихся школьников при нападении тролля на замок. Ну а что можно сделать с шокированным окружением — это уже отдельная история. — Ближе к сути, господа. Что вы хотите и что я с этого получу? — Мы бы хотели, мистер Поттер, — Малфой вздохнул, — чтобы вы сообщали нам с министром обо всем, во что вас посвятит Альбус Дамблдор, который, очевидно, считает вас… лояльным себе, так скажем. — Нет, — сразу открестился Гарри. — Мне не нужны проблемы. — Мистер Поттер, мы предпримем все необходимые меры предосторожности и… — Я сказал — нет. — Мы заплатим. — Золота не хватит, — Гарри сложил руки на груди. — Шпионить для вас я не буду. — Почему? — Это политика, — пояснил Гарри. — А я с ней не желаю иметь ничего общего. Желаете как следует насолить Дамблдору и заодно сделать доброе дело — лучше назначьте в Хогвартс комиссию по образованию. Или инспекцию. Уверяю вас, материала и компромата вы найдете — до конца жизни хватит. Министр и Малфой переглянулись. — Комиссию? — Ну да, — кивнул Гарри. — Вон, пусть мистер Малфой, как глава совета попечителей, выскажет свое неудовлетворение качеством образования, а вы, министр, отреагируете на подобное заявление, назначив в замок комиссию. Достаточно одного-двух человек. Походить по урокам, проверить квалификацию преподавателей. Дисциплину демонстративно проверьте — не мне вам рассказывать, какой чад кутежа творится в общих комнатах. И все — Дамблдора позорной метлой из Хогвартса. И никакой Гарри Поттер вам для этого не нужен. — А это идея… Дальнейшие несколько часов прошли как одно мгновение. Составление плана документов, плана инспекции, негласных правил и всего такого прочего. Наконец, когда все было утверждено и министр, поблагодарив Гарри за идею и помощь, собрался уходить, Гарри вспомнил, что хотел спросить: — Министр! — Да, мистер Поттер? — Один вопрос. — Слушаю? Гарри выложил ноутбук на стол, Малфой и Фадж уставились на это чудо техники. — Что это? — Да так, одна маггловская штуковина, — Гарри вздохнул. — Не волнуйтесь, она совершенно безопасна. — Еще бы! — с превосходством в голосе фыркнул Малфой. — В магическом мире эти штуки не работают! — А вот это мы сейчас и проверим, — Гарри протянул ноутбук взрослым. — Попробуйте включить эту, так сказать, «коробочку». Спустя четверть часа Гарри, с трудом подавляя рвущийся наружу гомерический хохот, подтянул к себе ноутбук. — Похоже, и правда не работает… Наскоро распрощавшись с Министром и договорившись встретиться с Малфоем через полчаса за обедом в ресторане на первом ярусе, Гарри чуть ли не бегом выскочил из кабинета Министра, нашел укромный уголок, легко открыл ноутбук, запустил, посмотрел на совершенно нормально загрузившуюся операционную систему и проговорил: — Ясно… Я все понял… За четверть часа попыток ни Малфой, ни Фадж, ни заглянувший на шум Долиш, даже не попытались открыть ноутбук для запуска. А значит… — Итак… — Гарри облизнулся, представляя, какие возможности ему только что открылись. — Поиграем…