Доктор Шрам

Наверное, из-за постоянной занятости, многочисленных контрактов, которые пришлось проверять и заключать, а также из-за постоянных консультаций по переписке, Гарри и не заметил, как прошли каникулы. Из трех недель, что отводились студентам Хогвартса на зимний отдых, Гарри отдохнул, может быть, дня три или четыре — когда совсем уж уставал от нагрузки и откладывал дела в сторону. Тем не менее, свои плоды подобная активность тоже принесла. Галлеоны рекой текли на счет «Бункера» — да, пришлось, все же, озаботиться и зарегистрировать в магической Британии новую компанию, завести для нее сейф и перенаправить все финансовые потоки с клубов и продажи техники именно туда. И оттуда же, кстати, изымались налоги, средства на закупку техники и прочие штуки. Разумеется, большая часть финансовой волокиты легла на гоблина-управляющего, но Гарри предпочитал лично проверять поступления и начисления, равно как и установил строгие правила снятия наличных. Все же, гоблинам он не слишком доверял — проигравшая сторона в восстаниях не может не делать пакости победителям. Тем более, что за этими «проигравшими» стоит такая важная часть экономики, как кредитование и эмиссия валюты. Успех был феноменальным. После того, как маги воочию (купив детям компьютеры и приставки) убедились в относительно безопасности и пригодности к использованию этих «страшных маггловских железок», посмотрели-поспрашивали у Гарри, что можно с этой штукой делать полезного, кроме игрулек, выслушали ответы… И принялись покупать железо и себе. И программы, которые издавались как под эгидой «Бункера», так и независимыми волшебниками из числа энтузиастов — в основном, с Равенкло. Поставлялся, конечно, и маггловский софт, но его было пока не слишком много. Главным образом потому, что у магов была несколько иная специфика и структура общества и не все маггловские программы могли бы пригодиться. Хотя всякие текстовые редакторы, редакторы таблиц и прочие чаты у магов шли на ура. Гарри с интересом палача, разглядывающего жертву, следил за тем, как маги активно закупают технику, как активно регистрируются на самых разных сайтах и форумах, количество которых в закрытой магической сети росло с каждым днем. Следил и удивлялся беспечности волшебников. Неужели Малфой, зарегистрировавшийся на «WoMF» — World of Magic Forum — под ником «Peacock1954», надеялся, что никто не догадается о личности владельца аккаунта, который начал вести осторожную рекламу деятельности Пожирателей Смерти в духе «А вы знаете, Реддл таки был в чем-то прав и сейчас я вам расскажу, почему»… Гигабайты личных данных. Тонны компромата, который маги предоставили сами на себя. Тысячи сообщений на самых разных форумах и в чатах, гигабайты данных, уходивших на файлохранилища «Бункера» каждый день. И, естественно, ко всему этому богатству глава «Синдиката» имел доступ. А ведь, как известно, кто владеет информацией — тот владеет миром. Конечно, нашлись и те, кто пытался реализовать на своих форумах и системах какое-то подобие безопасности, равно как и пытались наладить на своих компьютерах и ноутбуках какое-то дополнительное шифрование, но помогло это, честно говоря, скверно — Гарри на взломе систем гиппогрифа съел, он обходил защиту, выстроенную профессионалами. Так что защита, возводимая школьниками и магами-любителями была для него лишь легкой разминкой. Кстати, пока весь маггловский мир пользовался новомодными «окошками», мир магический усиленно использовал полуось и прочие никсы, лишь изредка пользуясь «окошками». Почему так? Вероятнее всего потому, что Гарри поставлял свое оборудование именно с этой операционной системой, а магам было либо лень ее переставлять, либо просто их устраивало — полуось могла запускать игры и программы для DOS, а приложений, которые требовали именно библиотеки Windows, пока еще было не так много и были они не столь популярны. Естественно, после подобной нагрузки поездка в Хогвартс на зимнем «Хогвартс-Экспрессе» была воспринята доктором Шрамом как возможность отдохнуть. Почитать книжку — первую за долгое время обычную книжку, какую-то фантастику, а не очередное пособие «как управлять безопасностью почтового мультидомена, не привлекая внимания санитаров». А к книжке — стрескать коробку печенек с изюмом и шоколадной крошкой и выпить термос чая. Идеальный отдых для задолбанного разума. Кстати, ехал Гарри в этот раз в одиночку — Дин и Фея оставались на каникулы в Хогвартсе, Симус вернулся в школу еще вчера, а Невилл просто перенесется в школу с домовиком или через камин. Но Гарри, по большому счету, не жаловался — ему как раз хотелось немного отдохнуть не только от различных дел, но и от людей. После огромного количества самых разных встреч и светских раутов у больших шишек, на которых ему приходилось присутствовать для заключения нескольких соглашений, видеть не хотелось вообще никого и ничего. Даже друзей. Хотелось просто посидеть в тишине. Впрочем, лафа продлилась всего несколько часов. Как выяснилось, вся та волна популярности, что обрушилась на Гарри по переписке и в ходе общения с заказчиками и партнерами на светских встречах, была лишь разминкой по сравнению с тем цунами, что набросилось на Доктора Шрама. Студенты Хогвартса, первыми шагнувшие в мир новых технологий, буквально не давали Гарри прохода. Каждый хотел быстрее всех узнать о том, какие появились новшества, какие игры стоит или не стоит брать, когда в продаже появятся новые железки и стоит ли покупать ту или иную штуку сейчас или подождать, пока выйдет что-то более качественное. Ситуация была близка к критической. Куда бы Гарри не пошел, за ним стайкой бегали фанаты и фанатки, ему регулярно прилетали письма с совами, его личка в чате регулярно была забита… Некоторые даже пытались попросить автограф, а одна особо буйная фанатка в лице Алисии Спиннет с Гриффиндора и вовсе попросила расписаться у нее на груди, чтобы потом сделать себе татуировку. Гарри, выслушав такую просьбу, хмыкнул, оценил фигуру гриффиндорской охотницы и предложил заглянуть к нему вечером для уточнения условий передачи автографа. «Уточнения», кстати, прошли на ура. По крайней мере, Алисия не жаловалась и уходила с довольной улыбкой на моське и подписью на груди. Однако популярность давила. И давила очень сильно. Настолько, что Гарри начали ловить еще на выходе из гостиной Равенкло. Студенты даже осилили чары обнаружения дезиллюминационных заклинаний и чар отвода глаз, которыми Гарри пользовался для скрытного перемещения по школе. Приходилось пользоваться мантией-невидимкой, а иногда даже просить Добби доставить его до двери класса. Не помогало — у двери класса его тут же ловили и засыпали все новыми и новыми вопросами, предложениями, просьбами… Впрочем, не один только Гарри поимел с «Бункера» престижа и денег. Члены Синдиката протолкнули интересную идею — сделать две дополнительные сети. Одну — для любителей «особых» услуг в виде алкоголя, наркотиков и всего такого прочего. Вторую — с лимитированным, жестко ограниченным выходом в маггловскую сеть. Не всю, конечно, а только на некоторые сайты и форумы, но все же… Получились закрытые сети в закрытой сети магического мира. А заодно — и дополнительные врата, которые свяжут магический мир с маггловским как только нетсталкеры обнаружат странные учетные записи на форумах и странные же сайты, доступные только из определенных сетей. Дополнительный залог падения Статута, о котором Гарри иногда задумывался и который намеревался устроить привычными способами — через сеть. Профессора Хогвартса, однако, относились к происходящему не так хорошо, как Гарри рассчитывал. Конечно, нашлись энтузиасты типа Флитвика, Вектор и профессора Бабблинг, которые оценили новый подход к расчетам ритуалов и заклинаний, равно как оценили и симуляции сотворения заклинаний, и программы типа электронного журнала, и редакторы текста, в которых можно было набрать текст и исправить его легко и быстро, а не перепечатывать на машинках или переписывать пером целую страницу. Оценили и принтеры, и новый подход к радиообмену и радиовещанию, которое было налажено в Хогвартсе… В общем, всячески поддерживали начинания. Снейп и Амбридж лишь молча покивали, не высказав ни одобрения, ни возражений — первый молчал из вредности, вторая — из-за необходимости соблюдать конспирацию. А вот остальные учителя… Главным противником новшеств стала, как ни странно, Макгонагалл. Даже Дамблдор — и тот, пусть и со скрипом и ворчанием в духе «детские игрушки, ничего из этого не выйдет», признал полезность новшеств. А вот Макгонагалл — нет. Видите ли, писать перьевой ручкой нельзя, это не наше, это не скрепно и нарушает исконные традиции. А уж интернет нам и нахуй не нужон, от этих маггловских железок дети слепнут, глохнут и становятся неадекватными дебилами, которые потом на всех без разбору кидаются и ведут себя агрессивно, подражая играм… Надо ли говорить, что отношения Гарри с деканом Гриффиндора — и без того, надо сказать, не очень хорошие — испортились окончательно ровно в тот момент, когда Макгонагалл узнала, кто стоит за компьютеризацией? Она придиралась к каждой мелочи, нещадно снимала баллы с Равенкло и вообще вела себя откровенно непрофессионально, можно даже сказать скотски, действуя в лучших традициях учителей-тиранов. Повернулся — минус баллы, не пишешь конспект — наказание, пишешь конспект — «мистер Поттер, минус баллы за то, что что-то пишете, не слушая меня». Короче, конфликт обострился дальше некуда. Макгонагалл действовала с позиции силы, думая, что Гарри, будучи студентом, будет ее уважать только за то, что она — преподаватель. Гарри же… А что «Гарри»? Он был не на ее факультете, а оценки за СОВ все равно будет ставить независимая комиссия. Так что Гарри зловредную старую кошелку просто игнорировал, порой даже не приходя на ее занятия, чем еще больше бесил Макгонагалл. По крайней мере, он старался не обострять конфликт еще дальше, пока старуха-гриффиндорка не ляпнула во время очередного занятия: — Похоже, магглы вас основательно испортили… Гарри при классе перенес подобную фразу стоически. Он даже не улыбнулся, равно как и не подумал опустить взгляд. Он просто пожал плечами, поднялся с места, подхватил сумку и направился в сторону выхода. — Поттер, я вас не отпускала! Гарри, однако, не стал ей отвечать. Он просто поднял руку с палочкой и одним взмахом нарисовал в воздухе символ в виде среднего пальца. — Поттер! Если вы уйдете из этого класса — вы больше сюда не вернетесь даже с санкции директора! — Да и похуй… — Коллопортус максима! Дверь тут же захлопнулась и покрылась едва заметным магическим узором — крепкий замок, так просто не вскроешь. Не со студенческими знаниями и силой. Макгонагалл с видом победительницы посмотрела на Гарри. — Похоже, Поттер, вы не так уж и сильны, как хотите показаться. — Уверены, что не хотите меня выпустить? — Гарри хмыкнул. — Так я вас не задерживаю… Хотите уйти — пожалуйста. Дверь вот она, перед вами. Или у вас что-то не получается? Гарри некоторое время постоял, разглядывая почти безупречную трансфигурированную защиту на двери, пожал плечами. — Ладно, профессор. Видит Тьюринг — я этого не хотел. Гарри сделал два шага назад, достал палочку, навел ее на стену. — Бомбарда! Кусок стены тут же разлетелся в пыль, Гарри молча прошел в проход и взмахом палочки восстановил все как было. В классе повисла гробовая тишина. Все прекрасно поняли одну вещь. Гарри Поттер объявил профессору Макгонагалл войну.

***

— Гарри, ты уверен? Может, не стоит? — Извини, Симус. Не я это начал, но я это закончу. Макгонагалл зашла слишком далеко. Я не собираюсь идти у нее на поводу, равно как и не собираюсь дальше это терпеть. Я четыре года слушал от нее всякую хуйню о том, какой я неправильный Гарри Поттер и вообще не оправдываю неких абстрактных надежд. Больше я терпеть этот долбоебизм не собираюсь. Прошло меньше суток, а план по полному уничтожению Минервы Макгонагалл как преподавателя, специалиста и вообще волшебницы, уже был готов. Гарри готов был стерпеть очень многое и на еще большее закрыть глаза. Но наезд, учиненный Макгонагалл, терпеть он не собирался. — Итак, вот что мы сделаем, — Гарри начал рисовать маркером на доске элементы плана. — Во-первых, я насяду на Амбридж с предложением более тщательной инспекции деятельности факультета Гриффиндор. — А-а… — Она в курсе про «Бункер», вопросов к нам не будет… Далее… После того, как начнется инспекция, мы подкинем кое-какой компромат на членов Ордена Феникса и небольшую партию наркотиков кошке. Предупредим всех наших, чтобы скинули свое барахло и не подставились и вызовем аврорат с подозрением на странное поведение Макгонагалл, — Гарри нарисовал на доске кошачью мяту. — Кроме того, начинаем давить на информационное пространство. Уведомим прессу о давлении на инициативы и подмену понятий, протолкнем идею, что Макгонагалл — тайная сторонница инквизиции, которой выгодно, чтобы маги оставались закостенелыми, тупыми, а потому — контролируемыми идиотами. — А может это… — Что? — спросил Гарри. — Может, камень на шею — и в озеро ее? Пока хватятся, пока найдут… — Нет, — тут же отказал Гарри. — Почему? — Во-первых, слишком просто. Смерть — избавление, а я хочу видеть, как она угасает и как теряет все, что она имеет в этой жизни. Во-вторых, это было бы слишком очевидно и подозрительно: только мы поругались — и тут же Макгонагалл исчезает. Слишком много свидетелей, всех не заткнешь, да и убийство… Нет уж. Слишком много потенциальных проблем и лишних рассуждений о нашей причастности. — Угу, а подкинутые наркотики — это вот прям вообще не подозрительно. Ни разу. Это ведь тоже след. — Зато документы Ордена Феникса — нет. Макгонагалл была большой фанаткой Дамблдора в свое время, это все знают. И никто не удивится, если она возьмется за старое, — Гарри зачеркнул кошачью мяту, вместо нее нарисовал что-то вроде свитка пергамента. — Кроме того, можно использовать тот кружок самоубийц, который устроили Грейнджер с Уизли. Правильный посыл — и из кружка самоподготовки они для газет станут центром подготовки наемников для Дамблдора. Только надо как-то Грейнджер обезопасить. — Зачем это?! — Да ладно, — Гарри отмахнулся. — Сим, не говори мне, что ты веришь в то, что Грейнджер сама полезла в эту хуйню с бунтарством. При всем ее послушном характере и вообще поведении пай-девочки… — Н-да, — Симус задумался. — Не вяжется как-то. — Вот то-то… Я думаю, что это Уизли завел шарманку и утащил туда мисс Грейнджер, сыграв на том, что он был ее единственным приятелем и на чувстве справедливости, — Гарри нарисовал небольшого симпатичного бобрика. — Отыграем на том, что этот их «Отряд Дамблдора» курируется первой помощницей директора в лице Макгонагалл — и будет два удара в одном. — Я еще могу предложить одну штуку, — включился в разговор Дин. — Гарри, давай дадим несколько интервью в газеты и профильные журналы типа «Трансфигурация сегодня» с рассказами об уровне преподавания и о фаворитизме этой гордой дочери шотландских гор? — И чем мы надавим? — Был бы человек, — Дин отсалютовал Гарри стаканом пива. — Уверен, пресса найдет, до чего доколупаться. Тут ведь главное подать идею и дать отмашку. — Ну-у… Допустим, — Гарри кивнул. — Тогда заодно вот еще, что сделаем… Сколько мы получили прибыли за тот семестр и за каникулы? Чистыми — девяносто тысяч, кажется? — Больше, — Дин сделал глоток пива. — Если посчитать еще с «особых товаров» типа мета, анаши и всякого экстази — почти сто двадцать тысяч. — Ну, с легального — девяносто, — Гарри задумался, кое-что прикинул в голове. — Нам же не нужно, чтобы нас связывали с наркотрафиком в школе, верно? То, что все всё и так знают и то, что будет в итоге в протоколе — очень разные вещи. Так вот… Какое-то время мы ждем, пока позиции Макгонагалл пошатнутся. Симус? — Ау? — Заведи на Wandbook несколько новых учеток, набей им рейтинги и сроки существования и раскинь в сети, что кто прогуляет трансфигурацию в «Бункере» — скидка пятьдесят процентов на время прогула. — Сделаю. Но зачем ты спрашивал про деньги? — А это — ультимативное оружие, — Гарри хмыкнул. — Если все потуги будут пустыми и профессор Кошка не поймет непрозрачного намека о том, что мы многократно влиятельнее Ее Профессорства, то мы применим это оружие… И на него понадобятся деньги. — И какое оружие? Я так понимаю, убивать ты ее не будешь? — Нет, — Гарри хмыкнул. — Я просто объявлю премии. От двух до двадцати галлеонов тому, кто выдвинет идею хорошей пакости Макгонагалл и от пяти до пятидесяти галлеонов тому, кто эту самую пакость организует и успешно выполнит. В переговорной комнате повисла гробовая тишина, казалось, что вдалеке даже слышны сверчки. Каждый представил себе, какой ад, треш и угар начнется, если Гарри вдруг даст отмашку на использование подобного страшного оружия. И ведь даже не придется ничего особенно делать — желающие сами все сделают, устроят и придумают. И сделают это в таких количествах и с такой регулярностью, что профессору будет проще уволиться из Хогвартса и слинять куда-нибудь, чем терпеть ежедневные издевательства и сложности, возникающие сами собой будто грибы после дождя. — Я уже говорил, что ты — само зло во плоти? — Да. Но если ты повторишь еще раз — я возражать не буду.