Доктор Шрам

Из-за постоянной занятости, планирования операций и подписания кучи бумаг на стажировку в Отделе Тайн, Гарри даже не заметил, как пролетело приличное количество времени. Он бы и дальше не замечал, если бы однажды утром за завтраком не заметил за столом подозрительно много лишних волшебников. Было раннее утро понедельника, в воздухе носился страшный дух праздника… Точнее, то, что не успело выветриться после буйных выходных — традиционной расслабухи старшекурсников для смывания напряжения перед экзаменами. — Экзамены будут проводиться в течение двух недель, — объявил глава экзаменационной комиссии. — В первую половину дня — теоретические задания, после обеда — практическая часть. Исключения: экзамен по астрономии, который будет проводиться в этот четверг в полночь, а также экзамен по нумерологии, в котором будет только теоретическая часть. Гарри покивал. Разумное решение. Все же, с утра голова работает гораздо лучше именно для теории. Правда, Гарри считал глупостью необходимость делить экзамен. Безусловно, СОВ — сложные, комплексные экзамены, но не настолько же?! С восьми утра до обеда шесть часов, этого хватит почти на любые испытания уровня СОВ. Но раз надо — значит, надо. Не все маги — клинические идиоты. По крайней мере, коллективным разумом они могли бы раз в столетие придумать что-то нужное и адекватное. Может, банально сделано так, чтобы школьники к концу дня не падали от умственной нагрузки? Так поздно — преподаватели Хогвартса уже давно довели львиную долю учеников до нервного срыва… И в самом деле. Перед экзаменами психоэмоциональное состояние студентов окончательно переросло из «немного нервничаю» в «кишки-говно-распидорасило-мы-все-умрем», чему преподаватели немало способствовали. Учеников загрузили дальше некуда, моральное давление достигло своего предела, а торговля всякой нелегальщиной и стимуляторами вспыхнула с новой силой. Порошок из когтей дракона, умострительные зелья, эликсиры ясного разума, куча амулетов сомнительного качества, которые, якобы, могли усилить умственные способности… На успокоительные тоже появился огромный спрос, хотя и не такой, как на стимуляторы. Да что там, в Хогвартс целыми партиями отправлялись амфетамины всех сортов, «благородный», из теплиц резко начали пропадать листья некоторых условно-наркотических растений… Шесть или семь студентов слегли с отравлениями, еще двое вообще отправились в Мунго с нервным срывом… Правда, Гарри, как и несколько других студентов, успешно познавших академический дзен, не переживал. Сдаст — хорошо. Не сдаст — не о чем беспокоиться. В любом случае, оставаться на шестой и седьмой курс он не собирался. Не при Дамблдоре, по крайней мере. Да и прибыльное дело так или иначе было. Чего напрягаться с экзаменами, о результатах которых потом никто не вспомнит и не спросит? Примерно в том же ключе думали члены Синдиката, мисс Грейнджер, несколько ребят, которые уже работали на «Бункер» и дети состоятельных волшебников. Так что не удивительно, что из всех пяти- и семикурсников, именно они были единственными, кто внешним обликом и психоэмоциональным состоянием мало-мальски отличался от свежеподнятого вурдалака. На некоторых же ботанов было страшно смотреть: с тем же Макмилланом так и хотелось при каждой встрече сбегать в гостиную Хаффлпаффа и проверить, не помер ли Эрни — уж больно призракоподобно он выглядел. Расписание экзаменов раздали еще в пятницу, давая студентам время несколько освежить знания в тех дисциплинах, которые идут первыми. Сегодня, если верить графику, следовало сдавать трансфигурацию. И Гарри не сомневался, что Макгонагалл уже настучала экзаменаторам, какие студенты у нее «старались и тянулись», а какие «ленились и вели себя нехорошо» — уж больно у нее морда была злорадной, а взгляды, которые она периодически бросала в сторону Гарри и еще нескольких «неправильных» студентов, не обещали ничего хорошего. Предчувствия не обманули. Сначала независимый и неподкупный экзаменатор «случайным образом» выдал ему самый трудный теоретический билет. Даже не столько трудный, сколько объемный и с проверками на внимательность. Затем во время приема экзамена трижды поднимал Гарри и раз семь — других студентов для проверки на шпаргалки и проверки на списывание… А ведь время проверки никто не собирался компенсировать, так что пришлось дописывать в экстренном порядке, пусть и в ущерб почерку… Да еще и «случайно» перевернул запасной флакон с зачарованными чернилами на именно ту стопку работ, где лежали ответы «неправильных» студентов. На этом бы все и закончилось, если бы Гарри заранее не озаботился (а его работа лежала сверху, он сдавал в последнюю минуту) и не наложил на листы пергамента защитные чары. Зачем? Да так, на всякий случай… Как чувствовал. Экзаменаторы что-то там пытались бухтеть, но официально надавить не могли — Гарри не нарушал регламент экзамена. По счастью, вторым теоретическим экзаменом была нумерология, с которой Гарри справился на раз-два-десять. Принимал нумерологию другой преподаватель, который обращался со студентами вежливо и даже слегка трусовато. Гарри взял билет (целая брошюра на восемь страниц с вопросами), хмыкнул. Тесла храни теорию вероятностей, статистику и дискретную математику, которых в курсе нумерологии больше половины. Правда, со второй половиной вопросов пришлось повозиться — влияние чисел на некоторые магические события было совсем неочевидным. Уже потом, когда экзамен закончился, Гарри вспомнил, что допустил четыре мелкие ошибки, которые, однако, на фоне тридцати правильных ответов не должны были сильно повлиять на оценку. Почему нумерология была «по счастью»? Ну, как минимум потому, что за время этого экзамена Гарри успел несколько остыть от трансфигурации. Иначе на практике гарантированно были бы трупы. Но нет — обошлось, по счастью. Тем более, что с практикой у Гарри не было особенных проблем. — Добрый день, молодой человек. — Кому как… Сэры… Миледи… Практический экзамен, в отличие от теории, принимали сразу трое экзаменаторов. Почему так? Да хрен его знает! Регламент такой. — Прежде, чем мы начнем, — начал один из экзаменаторов, но не тот, который вредничал на теории, — Мистер Поттер, не могли бы вы удовлетворить любопытство? — Если смогу — почему нет, — пожал плечами Гарри. — Профессор Макгонагалл отзывалась о вас… Прямо скажем, не самым лучшим образом, — хмыкнул экзаменатор. — Дескать, вы — совершенно невыносимый грубиян, хам и вообще не обладаете талантами к превращениям. Тем не менее, ваша теоретическая работа — выше всяких похвал, а некоторые принципы вообще относятся к трансмутации — более широкой дисциплине, чем трансфигурация… Такому в Хогвартсе не научат до седьмого курса. Но профессор Макгонагалл считает, что вы не оправдываете ожиданий. — И у вас некоторый диссонанс? — кивнул Гарри. — Понимаю… Что же, полагаю, причина в личном отношении. — В смысле?! — Я действительно не оправдал ожиданий профессора Макгонагалл, — пожал плечами Гарри. — Но к трансфигурации они отношения не имеют. — То есть? — Я не поступил на Гриффиндор, не слушался бредовых распоряжений, не ходил на отработки, которые были назначены мне ни за что… Спорил с ней на занятиях, апеллируя к заграничным материалам по трансфигурации… Но самое худшее — я не был Джеймсом Поттером. Я не искал приключений на свой седалищный нерв, а просто спокойно учился, откровенно саботируя все попытки меня пропихнуть в разные приключения… — Чушь! — фыркнул «вредный». — Ну, считать так — ваше право, — пожал плечами Гарри. — И вообще — давайте вернемся к экзамену. — Кхм… Да, пожалуй… Что же, молодой человек, тяните билет. Гарри кивнул, вытащил первый попавшийся листок пергамента. — Межвидовая трансфигурация — мышь в кролика, трансфигурация живого в неживое — птицу в кубок, пространственная трансфигурация — исчезновение и восстановление сложносоставной структуры. — Время на подготовку? — Нет нужды, — Гарри достал палочку, подошел к экзаменационным пособиям. — Начнем с мыши… Вопросы выпали не самые сложные. По крайней мере, первые два относились ко второму-третьему курсу. Лишь последний вопрос относился к пятому курсу и предполагал самостоятельное изучение, что гарантировало невыполнение задания каким-нибудь Уизли, который никогда не занимался сверх минимальной программы. Взмах — мышь парализуется и подлетает к нему. Второй взмах без единого слова — мышь здорово раздувается в размерах и начинает постепенно, размеренно мутировать в кролика. Можно было бы быстрее, но мышь была живая, не трансфигурированная, так что Гарри старался провести трансфигурацию как можно мягче — по себе знал, сколь велик стресс от резких изменений. — Как-то сильно медленно, — фыркнул «вредный». — Стараюсь сберечь учебное пособие. Магия магией, но биологию не нае… Не обманешь, в смысле. Так что только плавное и медленное превращение — оно вызывает меньше боли и вероятность того, что мышь сдохнет от болевого шока гораздо меньше. — Знания уровня ЖАБА, — оценила третья экзаменатор, которая до этого молчала. — Да, мэм. Обычно ученики не заморачиваются такими моментами, но и учебные превращения обычно происходят с трансфигурированными образцами. С големами. Им не страшно. А эти-то мыши настоящие. Превращение сложнее, но для экзаменов это нормальная практика. — Вы и это чувствуете? — Я научился улавливать токи магии на втором курсе. Так что упс… Так, теперь второе превращение… О, а этот ворон — голем. Глиняный, кажется. Но сотворение мастерское, выше всяких похвал. — Даже так, — Гарри мысленно произнес заклинание, ворон тут же стал почти идеальной копией кубка Трех Волшебников. — Прошу. — Хорошо… А теперь уберите и верните кубок обратно — и можете быть свободны. Только на этот раз — с вербальной формулой. — Да пожалуйста… Эванеско! Ресторатио! Хорошего вам дня… *** — Последние экзамены… — Гарри устало вздохнул. — Неужели… — Ага, — Невилл, усевшись рядом, сделал глоток кофе. — Последний день — и прощай, гребаная Англия… — В смысле? — А, — махнул рукой травник. — Мы со Сьюзен хотим до конца лета свалить из Британии. Надо развеяться и основательно отдохнуть перед предстоящим дурдомом. — Ты же сваливаешь из Хогвартса! — Но она-то не сваливает… — Аргумент. — Ну вот. А эмоциональная стабильность моей девушки — моя гарантия хороших взаимоотношений, приятного времяпрепровождения и регулярного секса. — И куда летите? — Думаю, для начала — в Египет. Отогреемся на солнышке… Надоело все. Кстати, можно вопрос? — Давай. — Как ты убедил Грейнджер уйти после СОВ? — А я и не убеждал. Директор постарался, когда попытался влезть ей в голову. Так что сдаст СОВ и все — прощай, Хогвартс. Настроение и в самом деле было выше всяких пределов. Последний день — и уже завтра можно будет отчаливать. Нет… Послезавтра. Все же, едва ли отходная пьянка займет всего один день. А в том, что она будет эпичной, у Гарри не было ни малейших сомнений. Тем более, что оставался всего один экзамен — Защита от Темных Искусств. Вчерашний экзамен по истории магии, включавший в себя практику в виде опознавания эры тех или иных археологических находок, был относительно простым — можно сказать, был этакой разгрузкой перед серьезным испытанием в виде Защиты. Вообще Гарри считал, что с СОВ он справился на очень приличном уровне. По крайней мере, он еще ни разу не ошибся слишком уж серьезно. Да, немного накосячил с зельями, но ведь исправил результат в итоге… По крайней мере, его варево не плавило серебряную ложечку и не прожигало плоть испарениями, что сотворил со своим эликсиром Гойл. Мелкие ошибки у всех бывают, но в большинстве случаев экзаменаторы просто закрывают на них глаза, если ход решения задач правильный. Осталось сдать всего один экзамен. Гарри шел в кабинет как на праздник. Теоретический экзамен, касающийся, главным образом, законов и допустимости применения тех или иных заклинаний, прошел без сучка и задоринки. Быстрый обед — и вот, наконец, практикум… В кабинет Гарри заходил с улыбочкой на лице. Тут ему не в чем было себя упрекнуть… — Так-так… Поттер… Ваш отец был неплохим аврором в свое время. Будем надеяться, вы унаследовали его таланты. — Надеюсь, что нет, — Гарри достал палочку, заклинанием подманил к себе билет. — Так, билет номер… — Простите? — Да? — Гарри оторвал взгляд от заданий. — Вы сказали «надеюсь, что нет?» — Ага, — Гарри кивнул. — Не хотелось бы унаследовать слабоумие, доверчивость и доверчивое слабоумие. Итак, билет номер двадцать шесть… — Ваш отец был героем! — Мой отец — дегенерат и избалованный позолоченный кусок оленьего помета в финиковой обертке. Жил с золотой ложкой в пасти, сроду ничего тяжелее метлы и собственного хера в руках не держал, творил любую ахинею, какая могла прийти в голову ему и его дружкам-имбецилам… Да еще и подставивший свою семью под заклинания вместо того, чтобы свалить из страны, пока была возможность… Видите ли, Дамблдор их уверил в безопасности… Как будто обойти или обнаружить скрывающий контур так сложно… — Но чары доверия невозможно обнаружить, если хранитель… — Профессор Тофти… Не делайте с мене адиёта, я сам справлюсь. Давайте быстрее закончим с экзаменом и я вам расскажу дополнительно минимум два метода вскрыть чары доверия копией ключика, собранного без наличия оригинала? Просто не сравнивайте меня с моим нерадивым папашей — и мы поладим. В конце концов, я за неполный год добился большего, чем производитель моих Икс-Игрек-хромосом за всю короткую жизнь. Тофти промолчал, посмотрел на Гарри нечитаемым взглядом, затем кивнул. Гарри вернулся к чтению билета. — Так… Щитовые чары общего профиля, заклинания для легитимной нейтрализации нападающего, заклятие маскировки, светлые защитные чары и заклинания стихийного направления. — Время на подготовку? — Не требуется, — Гарри убрал билет в карман. — Начнем с классики… — Если позволите, мистер Поттер… — Да? — Я слышал от своих коллег, что вы владеете невербальными чарами — они, кстати, высоко оценили ваши навыки. Это похвально, но не могли бы вы воспользоваться вербальными формулами? Все же, мне и моим коллегам хотелось бы знать, какие именно чары вы предпочтете. — Без проблем, — Гарри покрепче сжал в руке палочку. — Тогда давайте по пунктам. Общая защита… — Да, сэр… — Короткий рассекающий жест и… — Протего. Рефлекто. Спекулум. Протего тоталум. Фианто дури… — Достаточно, — прервал его Тофти. — Теперь нейтрализация. — Глациус, — Гарри слегка сместился в сторону, помогая себе довести заклинание. — Петрифико, экспеллиармус, импедимента… — Стоп, — прервал его другой преподаватель. — Мистер Поттер, а почему вы не воспользовались ступефаем? — А если у человека слабое сердце или сосуды? — не повелся на подначку Гарри. — Ему же хана тогда, ступефай работает на резком перепаде давления. А это уже запрещено, гроб-гроб-кладбище-холера-три-года-в-Азкабане. Экзаменатор хмыкнул, кивнул, что ответ принят, сделал знак продолжать. — Давайте дальше. Гарри кивнул и через пять секунд исчез из всех видимых спектров — уж что-что, а чары маскировки он знал и применял регулярно. Так что сознание само исполнило связку дезиллюминационного, чар приглушения, чар отвода глаз и магглоотталкивающих. Профессора покивали, дождались, пока Гарри снимет чары. Оставалась светлая защита и стихии. — Санктум скутумус, — вокруг Гарри возникла едва заметная золотистая сфера. Откровенно говоря, это был далеко не уровень СОВ и даже не уровень ЖАБА, но Гарри этой штуке научился на третьем курсе, когда в замке было полно дементоров, отлично стимулирующих желание научиться как светлой, так и темной магии. — Люмос агер, — волна чистейшего света на мгновение ослепила всех в кабинете. Будь в помещении тень, боггарт или дьявольские силки — их бы просто сожгло на месте. Впрочем, Гарри решил повыпендриваться еще немного: — Экспекто патронум. Гигантских размеров лис, сотканный из чистейшего серебристого свечения, сделал быстрый круг по комнате, едва не сшиб одного из экзаменаторов, сделал несколько бросков, как будто собирался нырнуть в пол, а затем подлетел обратно к Гарри и, соприкоснувшись с его ладонью, медленно растворился. Экзаменаторы переглянулись. — Телесный патронус в вашем возрасте… А вы, молодой человек, умеете удивлять. — Это было несложно. Я изучал чары гораздо более сложные. Правда, не все они относились к светлым. — Что же… — профессор Тофти занес оценку в журнал. Разумеется, Гарри должен был показать еще владение стихиями, но одного только патронуса и святого щита было достаточно, чтобы получить «превосходно» не только за СОВ, но и за ЖАБА одновременно. — Будете демонстрировать стихийное? — А вы меня в Азкабан не заберете? — А есть за что? Гарри вздохнул. Вообще, конечно, эти чары относятся к разряду запрещенных, но есть маленькая поправка в законе, которой Гарри пользовался без зазрения совести: они были запрещены к применению против разумных существ, а пол кабинета в Хогвартсе едва ли к таковому относится… Кроме того, в реестр запрещенных заклинаний занесен только один вариант призыва — финдфайр. За аналоги и синонимичные чары наказания не предусмотрено… Гарри сделал укол палочкой, потянул волну магии на себя, злорадно усмехнулся, на мгновение заметив, как побледнели экзаменаторы, а затем закрутил магию вокруг собственного тела, вкладывая немного Пустоты в и без того могущественное стихийное заклятие: — Игнис инферниум.