Охотник и лебедь

      Принц внимательно и несколько вопросительно смотрел на охотника. − В город? − Ну да, − Усянь чуть смущённо почесал кончик носа. − Во-первых, заканчиваются некоторые припасы, во-вторых, нам нужно тёплое одеяло. Скоро похолодает уже. И в-третьих… «В-третьих, заглянуть надо кое-куда… В магазинчик один…»       Тут щёки охотника вновь покрылись пунцовым. Как ни крути, а горячие мысли у Вэй Ина вовсю отражались на лице. «Везёт же тебе, Лань Чжань! Аристократическая бледность, холодная невозмутимость…»       И в этот момент весьма кстати вспомнилось, что у обожаемого венценосного друга и любимого − теперь уже в одном лице − вообще-то в стратегические моменты тоже алеют кончики ушей. Это порадовало. «Ну и замечательно − не всё ж мне одному краснеть…»       Лань Чжань между тем наблюдал за игрой мыслей, которая весьма явственно отражалась на лице сидящего напротив него охотника. «Вэй Ин, Вэй Ин!.. Насколько я уже смог тебя изучить, в твою очаровательную голову однозначно закралась очередная крамола… Судя по всему, на сей раз горячая весенняя. Но это интересно…»       Сообразив, однако, что весенние размышления и у него самого хронически вызывают бурные приливы крови к ушам, Ванцзи по привычке вслух решил пока спросить другое. − В город — это на рынок? Или по магазинам? − И туда, и туда, − кивнул Усянь. − Там посмотрим.       Чай, собственно, был уже допит, и стоило собираться. − Хорошо. Тогда не стоит медлить, − кивнул Ванцзи. − Только… мне тогда нужно кое-что взять из своих вещей. − Надеюсь, ты не собрался переодеваться в своё белое? Так ты привлечёшь много внимания, − обеспокоился Усянь. «Впрочем, такой красавец, как ты, и без того его привлечёт. Даже без белого. Рискованно…»       Заметив, что лицо любимого омрачилось, принц поспешил его успокоить. − Разумеется, нет. Я лишь кое-что возьму с собой. − Да, конечно. Твои вещи знаешь где, − улыбнулся охотник.       Ванцзи, поднявшись из-за стола, направился к шкафу. «Мешочек Цянькунь мне понадобится».       Солнце светило ярко, день обещал быть хорошим, и ждать, собственно, не стоило. Сменив домашние ханьфу на дорожную одежду и прихватив в сумки всё необходимое, молодые господа направились в город.

***

      Городской рынок оказался большим и оживлённым. У принца с непривычки даже в глазах зарябило от такой пёстрой сутолоки. Чего нельзя было сказать об охотнике − тот явно попал в свою стихию. Он ловко лавировал между прилавками с самыми различными товарами. Чего тут только не было: посуда, ткани, одежда, украшения, меха, оружие… У Усяня глаза блестели, глядя на эти красоты, но он сдерживался. Впрочем, Лань Чжань это заметил. Наконец они добрались до прилавка с текстилем, на котором были разложены подушки и одеяла самых разных расцветок − одна красивее другой. − Лань Чжань, тебе какое больше нравится?       Принц, как ни странно, не раздумывал долго. Он сразу приметил большое − явно для двоих − толстое одеяло красивого глубокого синего оттенка с белыми узорами, напоминающими снежные цветы. − Вот это. − О, у молодого господина замечательный вкус! − тут же засуетился продавец. − Это прекрасная вещь, вы не пожалеете о покупке. − Я не сомневаюсь, − кивнул Ванцзи. − Упакуйте.       Одеяло стоило явно недёшево. Но Вэй Ину оно понравилось не меньше, чем принцу, и он уже полез было за кошельком, но Ванцзи остановил его. − Я оплачу.       Усянь удивлённо-восхищённо взирал на любимого, который спокойным, полным достоинства жестом достал из-за пазухи белый мешочек и отсчитал нужную сумму. Обрадованный продавец, не медля, стал упаковывать одеяло в такой же по цвету чехол. − Это подарок, − повернувшись к любимому, негромко промолвил Ванцзи.       У Вэй Ина перехватило дыхание. − Лань Чжань, а… Но… − Это не обсуждается, − так же негромко, но твёрдо прозвучало в ответ. «Ну, а чему ты удивляешься? Он же принц − не кто-нибудь. В состоянии купить то, что посчитает нужным…»       Тем временем продавец уже упаковал одеяло и торжественно вручил покупку принцу. − Добавьте ещё две подходящие наволочки, − попросил Ванцзи. «Лань Чжань… Ты решил преобразить нашу постель!.. Настоящее любовное ложе получается… Ох!..»       Усянь опустил глаза, и чувствуя, что вновь краснеет, отвернулся. «Возьми себя в руки!.. Растаял, как девица на выданьи… Мало ли, что подумают…»       Впрочем, к удивлению самого охотника, его мало волновало, кто что подумает. Скорее, стоило просто соблюдать осторожность из соображений безопасности.       Забрав покупки, юноши двинулись дальше. − Теперь куда? − поинтересовался принц. − За пряностями. У нас почти всё закончилось. Не люблю пресную еду… − Усянь мило сморщил нос. − Да-да, особенно перец нужен, − усмехнулся Ванцзи. − Ага.       Прогулявшись по торговым рядам, они быстро нашли всё необходимое. И вновь Ванцзи не позволил охотнику расплатиться, достав кошелёк первым. − Лань Чжань, ты решил сегодня оплатить все наши покупки? − Почему нет? Что-то не так?       Усянь на мгновение задумался. − Просто… Меня никто не баловал подарками… − Ну, это не подарок. Это припасы, − улыбнулся принц.       Совместные покупки, общее хозяйство, припасы на двоих… В груди от таких мыслей становилось легко и тепло, и Вэй тут же вернул любимому улыбку.       Пройдясь по прилавкам в поисках ещё кое-каких бытовых мелочей, Лань Чжань попутно присмотрел и себе сапоги и ханьфу. − Негоже мне всё время в твоём ходить.       Принц был прав − в новом мире приходилось выглядеть соответственно. И здесь ему нужна была не клановая, а обычная одежда.       Ну и само собой разумеется, торговцев едой и сладостями при посещении рынка обойти просто невозможно. Глядя на раскрасневшегося Вэй Ина, который с аппетитом разглядывал паровые булочки с мясом на одном прилавке и танхулу на другом, Ванцзи просто предложил: − Давай перекусим. − Ох, Лань Чжань… Давай! − Выбирай, что любишь.       Охотник окончательно рассиропился. «Я ТЕБЯ люблю…» − читалось в его больших глазах. Но, сделав над собой усилие, он вернулся к прилавкам с соблазнительно вкусной снедью. − Пирожки люблю… мясо люблю... и сладкое тоже… «Ты самый сладкий пирожок, мой принц!»       Дождавшись, пока еду упакуют, Усянь предложил: − Я знаю здесь рядом небольшое местечко. Там можно спокойно посидеть и выпить чаю.       Ванцзи кивнул. Добравшись до заведения, которое оказалось уютной чистой таверной, парни расположились за столиком на открытом воздухе и заказали тушёное мясо, овощи, хлеб и чай. Поданные блюда выглядели весьма аппетитно. «Эх, к такому столу кое-чего да не хватает…»       Ванцзи уже научился считывать охотника буквально по глазам. И сейчас заметил тот самый знакомый уже загадочно-шальной огонёк. − О чём думаешь?       Усянь смутился. − О том, что на столе очень кстати было бы ещё кое-что… − Что же? − Лань Чжань… − щёки Вэя вновь заалели. − А ты вино пробовал?..       Ванцзи несколько озадаченно уставился на любимого. − Ты… хочешь вина? Здесь?.. − Я интересуюсь, − улыбнулся охотник. − Не обязательно здесь. Можно и с собой взять − домой.       Теперь настала очередь принца смущаться. − В Облачных Глубинах алкоголь запрещён…       Усянь при этих словах поник. − …Но… можем купить, если хочешь.       Вэй Ин изо всех сил пытался не растечься в розовую лужицу от нахлынувших чувств. Для него всё это было так необычно… О нём по-настоящему заботились, его, можно сказать, баловали. Видно было, что его драгоценный любимый принц-лебедь и сам смущается, но готов исполнить его желания. − Лань Чжань! Ты так меня совсем избалуешь… − Это плохо?..       Усянь попытался взять себя в руки. Сложно. Рядом с любимым очень сложно. − Я бы расцеловал тебя… − почти прошептал он, потупив взор. − Не здесь. Вернёмся домой и там…       Краснеющие уши Второго Нефрита весьма недвусмысленно дали понять, что именно ожидает их «там». Но как приятно звучало «вернёмся домой»! Вместе. И дом теперь один на двоих.       Чтобы не светиться всеми чувствами и не обращать на себя лишнее внимание, Усянь сосредоточился на еде. Ванцзи последовал его примеру, хотя было заметно, что мясо для него всё же не так привычно, он больше налегал на овощи и хлеб. Впрочем, в этой таверне всё готовили вкусно. − А вино здесь продают? − осторожно поинтересовался Лань Чжань. − Да. Продают. И самое лучшее − «Улыбку императора»!       Вэй Ин сам немного смутился при этих словах. Ещё подумает любимый чего не следует…       Но похоже, Лань Чжань сегодня настроился выполнять все пожелания своего обожаемого охотника. Он никак не прокомментировал знание Усянем местной алкогольной продукции, лишь коротко добавил: − Закажи, сколько нужно.       В ответ ему последовала та самая светящаяся улыбка, от которой принц сам таял не хуже охотника. Подозвав обслуживающего их парня, Вэй, увидев, что их трапеза, собственно, уже подошла к концу, попросил упаковать оставшуюся еду и принести несколько кувшинов вина.       Лань Чжань тем временем что-то обдумывал, периодически поглядывая на охотника. − О чём задумался, мой принц?       Ванцзи несколько мгновений молчал, а потом задал весьма неожиданный вопрос: − А где здесь продают музыкальные инструменты?       Усянь слегка растерялся. О музыке у них речь ни разу не шла. − Есть магазин. Но не прямо возле рынка. Нужно чуть прогуляться. − Хорошо. Идём.       Собрав упакованную еду и вино, молодые господа покинули гостеприимную таверну, поблагодарив на прощание хозяина и обслугу.

***

      Пройдя немного по улочкам, они свернули в небольшой тихий переулок, в котором и оказался искомый магазин − изящное строение, над входом которого красовалась вывеска «Музыкальные инструменты».       Внутри всё оказалось не менее аккуратно и привлекательно. На прилавках и витринах были разложены различные творения мастеров − гуцини, гучжэни, эрху, пипы, шэни, флейты сяо и дицзы, и даже несколько янциней.       Усянь немного смущённо, но заинтересованно разглядывал это музыкальное великолепие. Сам он не играл ни на одном инструменте, понятное дело − никто его толком не обучал. Мама, насколько он помнил, играла на флейте сяо, и маленький Вэй любил слушать нежные мелодии. Но это бывало нечасто, а потом её не стало. А отец-охотник не был силён в музыке. Но Вэй Ин с детства любил напевать сам, подпевать матери и насвистывать различные мотивы. Став взрослым, он по-прежнему часто мурлыкал что-нибудь про себя, а иногда и вслух − когда занимался домашними делами. А если оказавшись в городе или в деревне, он попадал на праздничные гулянья, то любил стоять неподалёку, потихоньку подпевая музыкантам.       За время их с Лань Чжанем совместного проживания Вэй Ин иногда негромко напевал что-нибудь любимое или просто народное. Принц это заметил сразу. Но до сегодняшнего дня никак не упоминал об этом.       Ванцзи подошёл к прилавку с флейтами и жестом подозвал любимого. − Выбирай.       Усянь от неожиданности растерялся. − Я?.. Мне?.. Но… Я же не играю на них… − Будешь учиться. У тебя талант.       Ванцзи, не вдаваясь в подробности, крепко сжал руку охотника. Пожатие было весьма многозначительным, и Усянь подумал, что, видимо, причина есть, но раскроют ему её позже − не здесь, и лишь подал знак глазами и слегка кивнул. − Но… как выбрать? Я не знаю… − Просто слушай себя. Ты почувствуешь, которая твоя.       Вэй, доверившись любимому, замолчал, внимательно разглядывая произведения музыкального искусства. Через некоторое время он, словно отрешившись от внешнего мира, поднял руку и стал поочерёдно подносить её к каждой флейте. Взгляд его при этом будто ушёл в себя. Ванцзи внимательно наблюдал за ним. Продавец магазина − приятного вида пожилой мужчина, перед этим вежливо поприветствовавший молодых людей − тоже затих.       Неожиданно, когда очередь дошла до красивой резной чёрной флейты дицзы с красной кисточкой, Усянь застыл, глаза его распахнулись шире, и весь он будто вздрогнул. Затем он опустил руку на флейту. Взгляд охотника, наконец, стал осмысленным. − Она! − почти шёпотом воскликнул юноша.       Лань Чжань лишь слегка кивнул, улыбнувшись в своей неизменной манере − уголками губ. − Упакуйте, − повернулся принц к продавцу, доставая кошелёк.       …Когда они вышли из магазина, Ванцзи поинтересовался: − Ещё куда-нибудь нужно? Или домой?       От этого простого «домой», произносимого любимым человеком, у охотника каждый раз сладко замирало сердце. День за днём это становилось всё важнее… Наверное, самым важным в жизни парня-сироты, давно уже привыкшему к пустому дому.       И сейчас он, несколько мгновений погревшись этим внутренним теплом и одновременно в который раз уже ощутив где-то в груди болезненный укол от предполагаемого в будущем − ибо принц есть принц и должен в конце концов быть там, где ему и надлежит − расставания, сделал над собой усилие, возвращаясь в окружающий мир из своих мыслей. − Осталось зайти ещё в одно место…       При этом щёки молодого охотника покрылись таким ослепительным румянцем, что в пору было подумать, что его измазали киноварью или свекольным соком. − В какое? − Ванцзи, глядя на охотника, даже забеспокоился. − Ну… ну… чтобы знать… что делать… в постели… − Усянь, кажется, готов был провалиться сквозь землю от смущения.       При упоминании постели и всего, что с ней связано, а особенно того, что теперь связывало их двоих, уши принца стали окрашиваться не менее стремительно, чем щёки охотника. И благочестивому Второму Нефриту стоило неимоверных усилий сохранять спокойное выражение лица. − Вэй Ин, ты прав. Веди, если знаешь, где это. «Боги… Что он сейчас подумает…» − пронеслось в голове у Усяня. − Ну, не то, чтоб прям знаю, − охотник тряхнул головой, чтоб хоть немного успокоить мысли и согнать краску с предательских щёк. − Но в городе-то по охотничьим делам доводилось бывать всяко где. Пару раз видел такой магазинчик… Но внутри ни разу не был. − Тогда идём.       …Спустя некоторое время они оказались на улице, где располагались различные небольшие лавки и магазины. На одном из них значилось «Всё для весны». Парни подошли ко входу. − Я зайду внутрь, Лань Чжань. А ты покарауль снаружи. Хорошо? А то вместе если зайдём… − щёки Вэя, ранее немного остывшие, при этих словах вновь стали наливаться багрянцем. − Понимаю. Не волнуйся, − кивнул Ванцзи, мысленно проклиная свои краснеющие уши.       Пока охотник был внутри, принц оглянулся по сторонам и, убедившись, что за ним, насколько он мог видеть, никто не следит, привычным магическим пассом отправил все их сегодняшние покупки − одеяло, вино, еду, флейту, свои новые сапоги и ханьфу − в мешочек Цянькунь.       Наконец Усянь показался в дверях − красный, как гибискус, и смущённый, как дева на смотринах. Но в глубине тёмных глаз Лань Чжань заметил счастливо-довольные искорки. − Ну, теперь, вроде как, всё. Можно и домой. Ой! − он оглянулся вокруг. − А где наши покупки? − Здесь, − Ванцзи жестом указал на грудь и слегка отодвинул край ханьфу, чтоб Вэй мог увидеть белый мешочек. − А… Да. Понял! − кивнул Вэй. − Теперь домой.       …Миновав улицы, площади и переулки, ребята, наконец, выбрались из города без каких либо приключений. Путь до дому лежал через лес. «Донести бы наши сокровища… Посмотреть охота… − крутилось в голове у Усяня по дороге. − Ещё и в лесу. Как нарочно, безлюдно… Никто не мешает…»       Охотник без конца одёргивал себя за неприличные мысли. «Где там заклинательская выдержка?.. Хоть прямо здесь медитируй…» − крутилось тем временем в голове у принца, пока он разглядывал стройную фигуру шедшего чуть впереди охотника.       Дорога домой неожиданно стала нешуточным испытанием для обоих.