Хэсюань

Хэсюань родился в небогатой, но благополучной семье учителей. У него была сестра-погодок, с которой он был очень дружен. Это был высокий и худощавый молодой человек, очень способный, терпеливый и заботливый по отношению к близким. Он закончил школу и поступил в президентский университет, ждал начала учебы. У него были тёмные волосы, которые он начал отращивать и собирал в хвост, четко очерченный нос и точеный подбородок, крупные, пухлые губы. А также светлые, прозрачные, льдистые глаза с длинными ресницами. Он был симпатичным парнем, тонкие, правильные черты лица и длинные волосы делали его похожим на девушку. Но девушкам это нравилось. Он влюбился в подругу своей сестры, и та ответила взаимностью, так что они начали встречаться. Но случилось несчастье. Двух девушек, сестру и подругу Хэсюаня, однажды похитили. Просто затолкали в машину вечером посреди людной улицы у театра. Никто из свидетелей не успел ни сообразить, что происходит, ни остановить похитителей. А машину не нашли. Полиция разводила руками и хотя и завела дело, но они не продвинулись ни на шаг. Пока через несколько недель рыбак не нашёл на берегу водохранилища пакет. В пакете были останки тела сестры Хэсюаня. Экспертиза показала, что возможно девушка стала жертвой охотников за органами. С этой версией довольно неприятно сочетался тот факт, что незадолго до похищения весь класс сестры в школе проходил диспансерицазию и сдавал кровь на анализы. А подруга исчезла без следа, хотя водолазы неделю обыскивали дно водоема. Хэсюаня посадили за избиение двух сотрудников медцентра и сопротивление полиции на два года. Пытаясь добиться правды и справедливости, он будто безнадежно проваливался в чёрную трясину безысходности. Пока Хэсюань сидел, его отец скончался от инфаркта. А следом за ним через некоторое время умерла и мать. Так что, когда он вышел на волю, у него не осталось ничего из той спокойной, счастливой и простой жизни, что была раньше. Но были криминальные связи. И чтобы как-то прокормить себя, он нанялся рабочим в портовых доках. Через двенадцать лет у него была своя компания "Blackwater" и много тёмных, мутных историй за спиной. Ши Цзинсюань он впервые увидел на рокерской вечеринке, куда пришёл специально, потому что узнал, что она будет там. Она была ослепительна, грациозна, сияла и веселилась с подругами. Её золотые кудри танцевали вокруг обнажённых плеч, когда она двигалась под музыку. Хэсюань глядел на неё завороженно, как люди смотрят на ритмичные танцы языков пламени, ничего особо не предполагая и не думая ни о чем. Но в какой-то момент она поймала его взгляд и заговорщицки подмигнула. Хэсюань ушёл. В другой раз он встретил её довольно скоро и неожиданно на одном многолюдном и пафосном бизнес-мероприятии. Цзинсюань пришла с братом и отчаянно скучала, когда тот начинал беседу с кем-то из знакомых о делах. Ши Уду был известной фигурой, его нельзя было назвать приятным человеком, прозвище самодур прилипло к нему намертво, холодный, высокомерный, жесткий, но сестра явно была ему дорога. Он оставлял ее одну совсем ненадолго, отвлекаясь на разговоры. И Хэсюаня посетила странная, тёмная мысль проверить, дорога ли она ему так же, как его собственная сестра была дорога Хэсюаню. Он даже не успел её как следует ощутить, эту мысль, додумать, но когда он снова встретился глазами с Цзинсюань, то отгораживаться от неё не стал. Наоборот, он подошел, был любезен, улыбался, припомнил мимолетную встречу на вечеринке и пригласил пообедать на следующей неделе. Свидание далось ему нелегко. Он волновался. Ему понадобилось дважды уточнить время, зарезервировать столики в нескольких ресторанах, не зная какой предпочесть, на встречу он приехал заранее чтобы забрать ее с работы, и несколько раз порывался ее, эту встречу, отменить. Цзинсюань появилась из своего офиса воодушевленной и сияющей, на высоченных шпильках она будто порхала над землёй, как сказочная фея Динь-Динь. И Хэсюань сделал шаг навстречу, будто в омут нырнул. Они заказали еду, но он все еще не знал о чем с ней говорить. Впрочем, Цзинсюань справлялась с болтовней за них обоих. Хэсюань ел. Смотрел и ел. Ел как не в себя. Его удивило, что после этого мучительного обеда его назвали очень приятным собеседником. Про себя он решил, что она просто эгоцентричная дурочка, дорвавшаяся до свободных ушей. Хотя и красивая. Тем не менее он встретился с ней ещё, а потом ещё. Ему не доставляла дискомфорта её болтливость, наоборот в этом было что-то успокаивающее, что кто-то может создавать такую звуковую иллюзию, будто жизнь — совершенно нормальная, приятная и обычная штука. Он иногда звонил ей, спрашивал как дела. Этого хватало для того, чтобы его погрузили в гламурные прелести девичьей жизни. Его изумляло такое доверие к почти незнакомцу. Однажды она позвонила и попросила забрать её с вечеринки, и он тут же сел в машину и поехал за ней. И подвез до дома. И был немало удивлён, когда ему наговорили ласковых слов и чмокнули в щеку на прощание. Легкомысленная дурочка. Он собрал на неё досье, и даже детские медицинские документы. Оценки и характеристики из школы и колледжа. Он еще раз удивился, когда узнал, что она — мастер спорта по стрельбе из лука. Её траты в бутиках его тоже удивили. Избалованная дурочка. Однако процесс изучения затягивал, новые для него действия со временем формировали новые образы привычного. Их обеды стали регулярными. Машина Хэсюаня примелькалась у её работы. А однажды Хэсюань услышал как Цзинсюань прощаясь с кем-то, сказала что едет со своим парнем пообедать. Хэсюань сначала напрягся, потом понял, что речь о нем самом, и напрягся ещё больше. Он не был её парнем. Ведь не был? Цзиньсюань была щедра и добра со своими друзьями, охотно заводила новых, приветлива, умела ладить с людьми, ей был безразличен социальный статус, хотя она любила дорогие вещи, она совсем не была снобом, её глаза сияли ярко, а улыбка была искренней, с кем бы она ни говорила. Она не считала себя особенной или талантливой, как многие из богатых людей, она сознавала, что ей всего лишь повезло. Но умела радоваться этому и всему хорошему, чем имела возможность наслаждаться. Да и дурой она отнюдь не была. Любой бы назвал её замечательной девушкой. Ему было странно то, что он сам нравился ей. Они были совершенно разные во всем, как два полюса. Каждый раз предлагая встречу, он был готов получить отказ, но этого не случалось. Иногда ему хотелось раскрыть её как раковину и посмотреть на её маленькое счастливое сердце, как на жемчужину. Он пялился в её декольте. На хорошенькие сиськи, мягко очерченные одеждой, золотистую кожу, такую тёплую, обласканную солнцем и ему совсем не было гадко. Однажды Цзисюань сидела на капоте его машины и говорила ему какой он красивый. Хэсюань незатейливо отвечал, что это она здесь красивая. Они приехали на высокий берег к морю полюбоваться розовым закатом вдали от города. Такие небольшие совместные прогулки стали для них привычными за пол года. Цзисюань притащила вино, и кажется, набралась. Они засиделись до звёзд. Объятия стали крепче. И Хэсюань тогда поцеловал её. Он будто нырнул в поток после первого нежного касания губ, целуя все глубже и напористей. Он взял её лицо руками и почти блокировал её движения, будто она собиралась убежать, нависая над ней и заглядывая в глаза, то глядя на губы и целуя снова и снова. Кажется, он сошёл с ума. Он больше не знал, ни кто он, ни чего он хочет, ни кого он любит. Но он, кажется, любил. Они как-то оказались в отеле, он не помнил себя по пути туда, хотя не был пьян, он раздевал её, обжимал руками, не веря, что это тело сейчас будет отдано ему. Он стягивал с неё вещь за вещью, завороженно открывая новые изгибы ее форм. Она была безумно красива, эта маленькая, сияющая изнутри женщина. И больше всего ему хотелось раствориться в ней, слиться кожей. Блузка полетела на пол, открыв небольшие, округлые груди в кружевном балконете и тонкий длинный шрам между ними. Он провел по нему пальцем, и слезы покатились по его щекам. — Ну что ты, Хэ-сюн, — теперь она целовала его лицо, сцеловывая дорожки слез, и будто зализывая их, как кошка. — Да, я немного порезанная. — Позволь мне... Позволь мне. Я хочу тебя видеть. — шептал он бессвязно. Он взял её на руки и уложил на постель, на белоснежные хрусткие одеяла, раздевал и смотрел, жадно смотрел на это обнаженное, гибкое, гармоничное тело с тонким светлым шрамом через всю грудину, как осью симметрии. Они занялись любовью в тот вечер, и не сказать, что Хэсюань был на высоте. Но он наверстал в следующий раз и показал себя нежным и внимательным любовником. А Цзинсюань была удивительно спокойна и несуетлива, она была уверена в своём желании. Она пахла персиками, будто под её кожей текла не кровь, а плодоносили райские сады. Их отношения не остались секретом для её брата. Он узнал довольно скоро, что они стали близки. Ши Уду был существенно старше своей сестры. Это был высокий, красивый мужчина с уверенной осанкой и чрезвычайно властным, упертым характером. Он был богат и влиятелен настолько, что, пожалуй, мог бы сравниться с господином президентом, если бы не был слишком умен для этого. Его титул «водного тирана» был заслужен благодаря его чрезвычайно авторитетному присутствию, которое заставляло других мгновенно подчиняться его словам, а также тем, что уклониться от поставленных им условий мало кто мог, он был собран и невозмутим, строг и быстр. Его компания "Водный путь" занималась морскими грузовыми перевозками и лидировала на рынке. Государственные подряды и контракты неизменно доставались его компании, чему способствовали обширные связи. Молва приписывала ему романтическую интригу с секретарём президента Линвень, что было выдумкой, а также его порой видели в обществе Генерала Пэя, единственным человеком, с которым его связывало что-то вроде дружеских отношений, может быть потому, что тот был так же влиятелен и вхож в те же круги. Он происходил из очень состоятельной, старой семьи, но свою империю он построил сам. Его родители были все ещё живы, но давно отошли от дел и не бывали в столице. Как ни странно, такой человек являл собой исключительный пример братской любви. Сестра была его единственным сокровищем, которое к тому же было единственным, что могло вывести его из душевного равновесия. Говорят, в детстве она, поздний ребёнок своей матери, так сильно болела, что едва не отдала богу душу, не дожив до совершеннолетия. И он, будучи сам в еще молодом возрасте, самостоятельно оплатил очень дорогое лечение, и нашёл уникальных врачей, чтобы спасти её жизнь, когда его родители уже отчаялись и просто опустили руки. Он любил её, но его раздражали её взбалмошность и беспечность, отказ от охраны и людные бессмысленные вечеринки. С другой стороны он не отказывал ей ни в каких материальных прихотях, спокойно оплачивал её расходы и покупки, воспринимая это как должное. Цзинсюань тоже любила и побаивалась брата, она уважала и слушалась его, следовала его указаниям, радовалась его редкой похвале, занималась той работой, которую он разрешил, и сопровождала его на скучных приемах, если он просил об этом. Отношения Цзиньсюань с Хэсюанем её брату совсем не понравились. Напрасно Цзинсюань пыталась врать, что это просто увлечение. На его требование прекратить это, она ответила отказом. Он объяснил, что Хэсюань не только конкурент по бизнесу, пусть и незначительный, но чрезвычайно мутный, опасный тип, замешанный как минимум в незаконных схемах, но возможно и в более грязных делах. И наверняка имеет корыстные мотивы, в коих Цзинсюань лишь разменная пешка. Она возразила, что ему, Ши Уду, никогда никто не нравился из ее ухажеров, и в корыстности и аморальности он подозревал буквально каждого, кто посмел к ней подойти поздороваться. Ши Уду зашёл с другой стороны, указав на то, что Хэсюань человек не их круга, но хуже то, что его характер — мрачный и нелюдимый, даже аскетичный, совсем не подойдёт такой девушке, как Цзинсюань, с детства выросшей в роскоши и всеобщем восхищении. Цзинсюань на это ответила просто: — Ты его не знаешь. Он милый. И у меня есть работа, чтобы прокормить себя. Ши Уду это рассмешило и разозлило, на его красивых серебристых висках вздулись вены, но он просто пообещал продолжить разговор позже. Для того, чтобы быть к нему максимально подготовленным. Дела у него в последнее время шли напряжённо. Волна неожиданных проверок его предприятий самыми разными службами наводила на мысль о могущественных недоброжелателях. Его успехи всегда вызывали много зависти. Но на этот раз это должен был быть кто-то особенно сильный. Как назло пару дней назад несколько грузовых судов "Водного пути" попали в сильнейший шторм. Одно затонуло, о двух не было известий, и пока только велись активные розыскные и спасательные работы. Это ставило его компанию под сильнейшую угрозу, и требовало максимального внимания. Тендер на госконтракты компания выиграть в этом году не сможет. И как нарочно в этот момент малышка Цзинсюань оказывается по уши влюблена в мерзавца, чья компания эти контракты получит. Занимаясь разруливанием своих проблем, он не забыл отдать распоряжение узнать о Хэсюане все. Досье принесли через несколько дней, и Ши Уду внезапно почувствовал себя постаревшим лет на двадцать. Он нашёл сестру на занятиях йогой и, просто в чём была, забрал и усадил её к себе в машину, повёз в свой охотничий домик в горах. По дороге туда, он объяснил ей почему должен так поступить для её же безопасности. — Ты помнишь... ту операцию детстве? — Господи, а это тут причём? Шрам не даст забыть. Уду, ради бога, верни меня домой! У меня встреча сегодня. — Тебе пересадили донорское сердце. — Что? Это же не делали ещё... тогда. — она теребила в руках телефон, надеясь что всё ещё утрясется. — Делали. Просто не всем. Ты была маленькая, тебе не говорили. — Зачем ты мне это сейчас говоришь? — Тогда это было незаконно. Донора пришлось искать самостоятельно. — О чем ты, господи? — Мне нашли подходящего донора через базу медицинских данных общеобразовательных школ. — его руки сжали руль так, что пальцы побелели. — ... блядь, Уду... нет! — Мне пришлось ради тебя. Ради твоей жизни. — Ты хочешь сказать, что ты убил ребёнка и вырезал его сердце, чтобы вставить мне? — она почти кричала. — Девушку. Это была случайная девушка на несколько лет старше тебя. Медиков привезли из-за границы. — Что ты за тварь такая, Уду? Зачем?! Кто тебя просил?! — Чтобы ты жила. Ты поймёшь позже. — Я что тебе — кукла из мяса, которой можно менять запчасти... Останови, меня сейчас вырвет. Машина остановилась на обочине лесной дороги. Следом остановилась вторая — с их сопровождением. Ши Цзинсюань с усилием открыла дверцу, её долго рвало во влажную после дождя траву под пристальными взглядами нескольких мужчин в костюмах. Затем Уду усадил её обратно, и они поехали дальше. Ши Цзинсюань сначала плакала и кричала до хрипоты, пыталась бить, обвиняла брата, потом замолчала и не реагировала ни на что. Тогда он добавил к сказанному, что родственник убитой девушки возможно будет искать её, Цзиньсюань. И лучше бы с ним не встречаться, во избежание новых жертв. Никаких контактов, ни с кем. Он отобрал телефон, запер ее в апартаментах, оставил двоих в охрану, и вернулся разгребать свои дела, приказав ежедневно добавлять ей в еду дозу снотворного и запретив общение с кем бы то ни было. В её контору он сообщил, что сестра заболела, поправится не скоро. Её настырным коллегам, рвавшимся проведать её в больнице или дозвониться, посоветовал не лезть во внутренние дела их семьи.