Я готов пасть так низко ради тебя.

***

На завтрак у Кадзухи была яичница, которую заботливо приготовил ему Скарамучча. Который, кстати, решил не завтракать. Какую-то часть дня до полудня они провели славно. Внезапно, слышится звук поворачивающегося ключа во входной двери. Кадзуха выходит в коридор, Скара слегка позади него. Пока дверь открывалась, в голове блондина решался важнейший, на данный момент, вопрос — как представить Скарамуччу? —Доброго дня, Кадзуха. — здоровается Бэй Доу, а где-то из-за её спины легонько машет рукой Нин Гуан. —Доброго, доброго. Как дела у вас? — старается скрыть, что нервничает. получается, стоит признаться, отлично. —У нас все отлично, ты как? Ох, ты привёл друга? —Ах, все в порядке… Эм… Слушай, как сказать-то… Эхе, это, как бы… Мой парень. Скарамучча его зовут. Познакомьтесь. . . В этот момент внутри брюнета все перевернулось и загорелось самым-самым горячим огнём — теперь его знают как парня Кадзухи. Теперь мечта не просто мечта — она стала самой настоящей реальностью. Стараясь сохранять самообладание, он проходит вперёд и здоровается с двумя женщинами, отвечая на пару их вопросов. Славно, Скарамуччу представил. Теперь можно не волноваться. По крайней мере, об этом точно. Возможно, в эту светлую голову ещё придёт мысль о том, что, наверное, не очень-то и нормально считать своим парнем человека, который вломился к тебе в квартиру ночью. Возможно, когда-нибудь попозже. Время летит, уже пора выходить на прогулку. Надев ту же одежду, что и вчера, Кадзуха выходит в коридор, где его уже ждёт брюнет. Вместе они спускаются по немногочисленным лестничным проходам, пока не оказываются на первом этаже, откуда выходят на улицу. Садятся на лавочку и ждут друзей Кадзухи. Спустя какой-то небольшой промежуток времени, к ним действительно подходят две девушки. Одну из них Скарамучча уже знает. —Приветик! — Люмин всегда весела и позитивна, особенно когда пытается отвлечься от плохих мыслей. Как и сейчас. —Добрый день, Люми. Добрый день, Янь. — вежливо здоровается блондин. —Так-так, а что это за милашка с тобой? — широко улыбаясь, спрашивает Люмин, кивая на брюнета. —Ах, верно. Это Скарамучча, мой. парень. — кивнув, мягко отвечает Кадзуха. Снова нервничает. Возможно, все-таки начал сомневаться в правильности того, что происходит. Блондинка протягивает руку Скаре, все ещё улыбаясь. Тот же, нехотя, но сделав доброе выражение лица, пожимает руку в знак знакомства, пока девушка с явным энтузиазмом рассказывает что-то о себе и о своей жизни. Не учитывая инцидент с запиской, конечно же. —Приятно познакомиться. — доносится где то рядом с ними. Едва слышно, из-за того, насколько Люмин громкая. Какое-то время все четверо сидят на скамейке, и разговаривают о многих интересных вещах. Скарамучча почти не участвует в диалогах. А если и говорит, то исключительно с Кадзухой. Словно вообще никого кроме него не слышит. А когда не говорит, то разглядывает его с ног до головы и обратно. … Ещё в «детстве», не имея ни имени, ни настоящих родителей он испытывал это жгучее чувство, когда Доктор разговаривал с другими экспериментами. В Лаборатории ведь так много людей, пусть с этими отродьями говорит кто-то ещё! Почему все внимание Доктора не может доставаться ему? Когда 090 смотрел, на то, как хорошо Он обращался с другими искусственными детьми, внутри что-то билось на много-много частичек, резало сердце и заставляло хотеть плакать. И починить это могло только внимание. Внимание Доктора. Ничье больше внимание не лечило так, как Его внимание. Поэтому, чтобы получить больше внимания, однажды, этот, казалось бы, невинный мальчик… избавился от другого эксперимента, который так отчаянно приставал к Доктору целую неделю. Будучи достаточно умным для столь юного возраста, у 090 получилось подделать все как несчастный случай, в котором был виноват, несомненно, только пострадавший. Снова. Снова он привязался. Сильнее. Сильнее, чем когда-либо ранее. И снова. Снова эта боль внутри. Боль, что режет сердце на кусочки. Снова эта боль, что лечится только вниманием одного человека. В этот раз тоже ничего не помешает подстроить несчастный случай. К сожалению, люди вокруг тоже умные, и смогут догадаться что к чему. Включая и Кадзуху, у которого никогда не наблюдалось проблем с логикой. Недоверие с его стороны — вовсе не то, что сейчас нужно. Ничего, ничего. Это просто вопрос времени. Из раздумий Скарамуччу выдергивает голос любимого, так прекрасно произносящий его имя. —Скар, все хорошо? —Аа. да, извини, все в порядке. Просто задумался слегка. —Тогда ладно. … … —Ребят, может пойдём куда нибудь? Мы же гулять собрались, в конце концов. — Люмин уже не такая энергичная, как чуть ранее. Но все равно старается выглядеть радостной и позитивной. —Ох, я как раз вспомнила про срочное дело на работе. Не смогу больше гулять, извините. — с ноткой грусти отвечает Янь Фэй, вставая с лавочки. —Блин, как так?! Ладно, тогда проводи меня до дома, хотя бы. Пожалуйста. —Хорошо, без проблем. До свидания, парни. Увидимся позже. Кадзуха попрощался с подругами, Скарамучча молча помахал им вслед. … Теперь они одни. … —Теперь Люмин бесит меня ещё больше. Как ты её терпишь вообще? —Она моя подруга, я к ней привык. А ты, я так понимаю, все ещё ревнуешь? А как же. Знал бы ты, насколько. —Да. Да, я ревную. Очень сильно. Не выношу ее просто. Лезет к тебе и лезет. Бесит. —Спокойно, пожалуйста. Она такой человек — любит физический контакт. Не ограничивать же ее теперь? —Понимаю, понимаю. Но я не могу ничего с этим сделать. Такой я человек. … … тишина … вдруг, Скарамучча притягивает Кадзуху к себе за плечи, и смотрит ему прямо в глаза. не важно, что они на улице. не важно, что кто-то может видеть или слышать их. —Кадзуха… —Э.? Да? —Ах, Кадзуха… Ты… Ты мой, понимаешь? —Это ты. к чему сейчас? —Ты мой, понимаешь, Кадзуха? Мой. Только мой.