Я бежала со всех сил, чтобы прибежать в твои объятия.

[База Штрукера. Наше время] Мысли порой ломают стены, а иногда и меня. Все тело дрожало от холода, а сознание, казалось понемногу теряет здравый рассудок. Я схожу с ума. Мне кажется, что недолго осталось мучаться. — Эй, Максимофф, иди ешь — словно собаке мне кинули еду во внутрь, прослеживая мою реакцию на это. — Я не буду. Не голодна. — Я не спрашивал, я сказал - ешь. — Поем. Я лишь поджимаю колени под себя и молю о том, чтоб все уже закончилось. Я не плачу. Свыклась. Горечь от утраты самой себя сменилась опустошением. Сил вовсе не оcтаётся. Но я бы с удовольствием сейчас обняла Пьетро и сказала ещё раз как его люблю. Как мне хочется уткнуться в его плечо и попросить, чтоб он был рядом. Я не думаю о спасении, я теряю последнюю надежду на то,что кто-либо уничтожит монстра сидящего в этих стенах. Не верю больше никому и слова не промолвлю. Я убийца. Монстр, которого нельзя выпускать наружу. Забыв как выглядит дневное солнце и как меняются времена года, я потеряла даже фрагмент как выглядит обычная птица. Птица..Имеющая крылья и свободу действий. Имеющая свободу. Иронично.. Я плачу. Я не свыклась. Время теряет свой счёт когда ты безукоризненно смотришь в кирпичную стену напротив. Внезапно, дверь открывается и я пытаюсь всмотреться в темноту. Поначалу, я не поверила своим глазам и мне хотелось наорать на охрану и сказать, чтоб они прекратили так издеваться надо мной, впуская во внутрь..брата. Я думала это иллюзия. За ним закрывается дверь со словами: — 5 минут. Он был такой бледный.Его ноги передвигались с дрожью, но Максимофф старший улыбался сквозь боль. — Привет, сестрёнка — прохрипел он Я подбежала к нему крепко обняв и не произнесла ни слова. Тут не нужно было что-либо говорить. Его сердце билось так быстро, я понимала, что он хочет много всего сказать, но не мог, по причине того, что все эти эксперименты вымотали его. И медленно убивают. Он всегда шел вместо меня. Всегда просил трогать его, а не меня, тем самым подставляя свою жизнь на неизбежное падение. — Как ты, принцесса? — усевшись рядом со мной на холодном полу и облактившись об стену Пьетро застонал от боли в ребрах. Я хочу помочь. Хочу залечить его раны, но не могу. Чертов ошейник. Меня словно собаку на привязи держат. — Я в порядке.. — Держишься?.. — Да..— я почувствовала его ладонь, которая запрятала тут же мою холодную руку. — Скоро все будет хорошо, обещаю. — Не будет хорошо, Пьетро..Я не могу тебе помочь, ничем. Он не успокоится пока в нас будет течь кровь. —Я знаю. Именно поэтому, у меня есть решение. Мое сердце остановилось. Я не знаю, но кроме собственного дыхания, больше ничего не слышала. — Нет..— мой голос нарушил молчание. — Ты не посмеешь..Не смей, Максимофф. Парень повернулся ко мне и протянул пластиковую карточку. — Направо, час дня, обеденный перерыв. Его не будет на месте. Черный выход чуть ниже первого этажа, пароль от лифта 0604. Мои глаза застыли в недопонимании. Потом все начало складываться в единую картинку. Откинув карту в сторону я подсела ближе и начала вглядываться в глаза брата. — Я выйду отсюда либо с тобой, либо ногами вперёд, ты меня понял? Я не брошу тебя. Ты глупый. Ты думаешь, что я уйду отсюда без тебя?! — Ванда. — его голос перебивает мой и я вновь возвращаюсь в состояние молчания. — Мне недолго осталось. И сейчас моя жизнь идёт поминутно. Я попросил, чтоб меня впустили к тебе, потому что потом не смогу видеть твои прекрасные глаза. Не смогу почувствовать тепло твоих объятий и не смогу сказать, что люблю тебя.. — Замолчи! Замолчи, Максимофф! — моя рука начала бить его по плечам. — Тшшш...Прошу, иди сюда..— блондин прижал девушку ближе к себе, пытаясь заглушить ее плачь и успокоить. — Я люблю тебя..всегда любил и буду любить. Это не твоя ошибка.. — Это моя ошибка.. — Нет, не твоя.. — Моя. Я убью каждого, я вырву им сердце, я.. — Ты не убийца. Ты никогда не была ни монстром, ни убийцей, Ванда. Не становись тем, кого они так тщательно делают. Щелчок. — ПЛЕВАТЬ Я ХОТЕЛА НА НИХ, ПЛЕВАТЬ Я ХОТЕЛА НА ВСЕХ ЛЮДЕЙ В ЭТОМ МИРЕ, ПОТОМУ ЧТО НИКТО ИЗ НИХ НЕ ПРОШЕЛ ЧЕРЕЗ ТОТ АД, ЧТО ПРОШЛИ МЫ. НЕ ОНИ УБИВАЛИ НЕВИННЫХ. ОНИ НЕ МУЧАЛИСЬ КАЖДУЮ НОЧЬ С КОШМАРАМИ! НЕ ОНИ ВЫХОДИЛИ С ПОД ЗАВАЛОВ ОБРУШЕННОГО ЗДАНИЯ С МЕРТВЫМИ РОДИТЕЛЯМИ, ПЬЕТРО! — мой крик наконец-то вышел наружу и казалось, его слышали все, но все сворачивалось лишь на камере. Парень молча слушал, смотря на свою сестру. — Я ПЫТАЛАСЬ, ПЫТАЛАСЬ ДЕРЖАТЬСЯ. НО Я УБИЙЦА, ПЬЕТРО. ПОСМОТРИ НА ЭТИ РУКИ! Я - МОНСТР — огоньки магии на удивление начали проскальзывать сквозь ладони Максимофф. Глаза обрели лёгкий алый оттенок — Ванда.. успокойся, я прошу тебя. — Я ВЫРВУ ИМ СЕРДЦЕ, КАЖДОМУ. ОНИ БУДУТ МУЧАТЬСЯ ТАК ЖЕ, КАК МУЧАЛИСЬ МЫ. Я ДОБЕРУСЬ ДО ИХ СЕМЕЙ, Я УНИЧТОЖУ ИХ ДЕТЕЙ. Я УБЬЮ КАЖДОГО, КТО ВИНОВАТ В СМЕРТИ НАШИХ РОДИТЕЛЕЙ, Я.. — Ванда..— рука блондина прижала ближе к себе заставляя замолчать — Ты. Не. Убийца..Что ты говоришь..прошу, пожалуйста, вернись ко мне, это не ты. За тебя говорит злость и ненависть. Сейчас в нас слишком много боли. Слишком.. — Ты понимаешь, что ты делаешь? Ты понимаешь, что ты больше никогда не сможешь обнять меня, мы никогда больше не посмотрим ситком и не увидим птиц?..Мы никогда не увидим больше закат и рассвет. Ты это понимаешь?..Эт..это все? Максимофф тяжело вздохнул и с его глаз пролилась дорожка слез, но он всё-так же трепетно обнимал сестру. — Ты говорил, что всегда будешь рядом. Ты говорил, что любишь меня! Ты говорил, что я твой смысл жить дальше, Пьетро! Это же твои слова!— вновь удары. — Да.. — Останься...— глаза девушки поднялись и взглянули в глаза блондина, взявши его лицо в свои руки — Я не могу..Мне жаль. — Я никуда не убегу, Пьетро. Никуда и никогда. Кроме тебя у меня никого нет. Я достаточно потеряла в своей жизни. — Ты должна бежать..прошу тебя.. — Время! — мужчина открыл дверь запуская других охранников — Я люблю тебя, принцесса.. — НЕТ! НЕ ТРОГАЙТЕ ЕГО! ПУСТИТЕ! — крепкие мужские руки отодвинули меня от выхода. — ПУСТИ, ЧЕРТОВ ТЫ КРЕТИН, Я УБЬЮ ВСЕХ ВАС. Дверь захлопывается и все, что я запомнила - его взгляд и последние слова. — Я люблю тебя, принцесса.. Мои попытки выбить эту чёртову дверь голыми руками обрушились неудачей. Я ничтожна и беспомощна. — Ванда Максимофф ничтожна и неспособная ни на что. Сломлена и не видит ничего кроме смерти, прекрасно, не так ли? — Штрукер отошёл от двойного зеркала и улыбнулся коллегам. — Пора приступать, господа.