Я бежала со всех сил, чтобы прибежать в твои объятия.

Если кто-то даст вам коробку со всем, что вы потеряли в жизни, что вы будете искать в первую очередь? Сложно ответить, не так ли? Так много потеряли, что теперь не знаешь, с чего начать поиски и что искать первым. Возможно, это будет.. справедливость? В этой коробке будет все, что мы потеряли, так ведь? И любой другой бы наверное ринулся искать что-то материальное. Но, мне нужно лишь одно - справедливость. Я её потеряла слишком давно, с рождения, наверное. Ее нет с самого начала существования этого гребанного мира, который с каждой секундой гниёт все больше. Зайдя в комнату, глаза были опухшими от слез, а губы едва подрагивали. — Прости его, он порой может загнуть, но, мне показалось, что тебе это нужно было. Просто поговорить. — Просто поговорить? — хмыкнув, Ванда скрестила ноги на кровати, усаживаясь на нее. — Что же вы сами друг с другом не разговариваете? Ходите тут, скрывая неистовую боль внутри. За то первой послали меня разбираться с ней. — Мы в состоянии справиться с ней, Ванда. Мы слишком долго находимся в состоянии «не стой на месте, а двигайся дальше». — и к чему это привело? — хриплый голос и опустошенный взгляд шатенки, отталкивались от пустой стены, возвращаясь спустя секунды. — Вы все сидите в одной башни, словно это ваша защита и прикрытие собственных ошибок. Пытаетесь спасать людей, которым на вас глубоко насрать, ведь они даже не знают вас как личностей, лишь как «героев», которые должны спасать их задницы. Скажи мне, Наташа..— повернув наконец-то глаза в сторону рыжеволосой, Максимофф внимательно взглянула в зелёный омут. — Где я неправа?.. Романова явно не ожидала такого сканирования информации и прямолинейности со стороны девушки. Но не теряя контроль, рыжеволосая потянулась за стаканом воды. — Кто-то должен это делать. — Почему делаешь именно ты? — Потому что это игра, Ванда. Делают ход враги - делаем ход мы. Как только ты упускаешь концентрацию с шахматной доски - вылетаешь. Мне не хотелось залезать в их мозги и рыться в том, в чем мне не положено, но стоило осмотреть каждого из них, и было все предельно ясно. Они сделают все, чтоб спасти других, даже ценой собственной жизни. Жертвовать ради людей - глупо? Я такого мнения после того, как эти же люди только и настроены на одно - поедать друг друга с нотками жестокости. Когда начнёшь их вытаскивать с этого дерьма, помогая, они забудут про все уже на следущий день, а ты ещё будешь виноват в том, что сделал недостаточно. Что сказал бы Пьетро, будучи рядом? Что сказал бы тот самый старший брат, который ценой своей жизни спас меня? Как бы забавно не звучало, но он всегда все сводил к метафорам. Возможно, сейчас бы сделал тоже самое, сказав, что звёздам нужна тьма, чтобы светить. Когда человек прошёл через много боли, он все ещё будет сиять, как никогда раньше. Небо сейчас покрыто тьмой, беспросветной. Когда-нибудь, там загорится хоть одна маленькая звёздочка.. Оставив лекарство на прикроватной тумбочке, Романова накинула вновь свою желетку, собираясь уходить. — Выпей эти лекарства, спать спокойнее будешь. — Мне не таблетки нужны, а что обычно пьют люди, когда запивают горе. Алкоголь же. Возможно его бы я с удовольствием запила с этими таблетками. Наташа тут же резко развернулась подходя к девушке, останавливаясь ровно перед ее лицом. — Охота убиться? Или может испытать удачу на выживание? Я предоставлю завтра тебе эту возможность. — Тебе то какое дело, повторюсь? — Мне есть дело до ребенка, у которого сейчас кричат эмоции, а мозги отключены. Мне есть дело до ведьмы, которую стоит лишь вывести и она снесет все вокруг. Мне есть дело до Ванды, которая заслуживает лучшей жизни и может ее получить, стоит пройти через этап «сожженого моста». Чтоб перейти на другую сторону берега, Максимофф — надо восстановить переправу. Если ты не найдешь с чего сделать эту переправу - ты так и останешься на одной из сторон. Ищи выход, но не тот, где надо прямолинейно идти и утопиться в озере. Это самый лёгкий путь из выбранных. Твоя семья бы этого никогда тебе не пожелала. Я ясно выразилась? — Вы убиваете себя медленно, не говоря ничего о своей боли, Наташа. Все держите внутри себя и уничтожая каждый этап своей личности. Я же, убью себя быстро. Мучаться с тем, что из-за меня и вокруг меня все погибают, не очень даёт надежду на оптимистичное будущее. В обоих случаях - все заканчивается одинаково. Все рушится как карточный домик, а ты не успеваешь это остановить. И в конечном итоге - умираешь сам. Я утопающий - ты спасатель. Я тяну тебя под воду, не давая себя спасти. Одумайся, пока не поздно, стоит ли это того? Хочется так много сказать и попытаться вправить мозги Максимофф, но Наташа просто отступает. Молча, не показывая ни одной эмоции. — Отличие между мной и тобой, не такое большое. Я уже на дне, Ванда, только пытаюсь всплыть на поверхность. Если потребуется продержаться дольше под водой, чтоб спасти тебя и вытянуть с этого озера - я это сделаю. Это стоит того. — развернувшись к выходу, Романофф хлопнула дверью, оставляя шатенку в раздумьях. [Бар] Рыжеволосая уселась за стойку. — Двойной виски. Почувствовав прикосновения со спины, Наташа тут же обернулась, увидев Энтони. Он присел рядом, заказывая тоже самое. — Все плохо? Не поднимая своего взгляда, Романофф отчаянно хмыкнула. — Она отказывается от помощи. Больше того, желает покончить с этим как можно быстрее, Тони. — взяв стакан с янтарной жидкостью, Романова рассматривала его, словно обдумывая следующее предложение. — Слишком много на нее свалилось и мы в безвыходной ситуации. Не можем дать ей время, потому что за этот промежуток, она сделает с собой что-то. И не можем лишить ее возможности принять все то, что с ней сейчас происходит. Все сложно. — С чего ты взяла, что ты вообще что-то должна делать, Наташа? Ты ей никто, но только тебя я вижу рядом с ней. Это не похоже на твое поведение по отношению к новичкам, а уж тем более к той, которая тебе генеральную уборку в мозгах устроила. — Те сны.. которые я видела..В них она просила помощи, Энтони. И это был не пустой звук. Она молила об этой помощи. Вероятно, тот инцидент, когда она сумела проникнуть в мой мозг, оставил всё-таки ее отпечаток. Как ты и говорил. — Ты привязалась к ней? — Вероятно, это получилось неосознанно. Я не привязываюсь к людям, это смертельная затея. Яд, медленно проникающий под кожу и отвлекающий от более важных забот. — Узнаю старую Романофф — усмехнувшись, мужчина сделал глоток напитка. — Ты меня только что старой назвал? — улыбнувшись, девушка потянулась к очкам Старка, дабы снять их — Сними свои прекрасные очки, Энтони, я в самом рассвете сил. — Оу, не сомневаюсь. — Мы разберёмся, Нат. — взглянув вновь на девушку, мужчина снял очки — Руины здания - можно отстроить, Тони. Осколки сердца - нельзя воссоединить. — Тогда помоги их для начала собрать, Романофф. Прежде, чем решить, что их нельзя воссоединить, их надо для начала собрать. Острые, словно лезвия кусочки, трудно поднять с пола. А особенно, когда наша ведьмочка, к этим осколкам не подпускает никого. — Думаешь, когда-нибудь, подпустит? — Быстрее, чем ты ожидаешь. [Палата Ванды] Прошел уже час, я все так же сижу уставившись на пустую стену. Мне не нужны разговоры, мне не нужны люди, мне не нужны эмоции, потому что их просто напросто нет. Я опустошена. Наташа хочет помочь, но боится меня, словно огня. И правильно. Хотя, это бесполезно. Прогоняя ее - ей все больше интересно, почему я это делаю. И она странная. Это тоже самое, что душить человека, но он не будет сопротивляться. Почему?.. Чувствуя острую боль в голове, мысли путались, не давая возможности трезво мыслить. Потянувшись за таблетками, Максимофф выпила их и залезла под одеяло, вытирая оставшиеся дорожки слез. И все же..если бы кто-то дал мне коробку со всем, что я потеряла в жизни, в первую очередь я бы достала... Любовь. Только она способна разрушить и отстроить заново. Только она может открыть глаза или наоборот покрыть все пеленой.. Не алая магия с моих рук сильна, а могущественна магия, которая идёт с сердца..