The Morning After

Месяц спустя. Вытирая барную стойку, Кларк посмотрела на часы. Она вздохнула, еще час до того, как она отправится спать. Еще час, пока стрелка не дойдет до 11 вечера. Обычно по выходным было полно посетителей, но вечера вторника были совершенно мертвыми, и Кларк чертовски скучала. Выполнив все основные задачи на следующий день: убрала стаканы, подмела и пересчитала кассу, Кларк подумывала о том, чтобы закрыться пораньше, но ранее получила выговор от своего босса, и ей не хотелось заниматься этим дерьмом. Кларк взяла свой телефон, поставила его на зарядку рядом с кассой и откинулась на стойку. Она лениво просматривала соцсети, когда звук открывающейся двери привлек ее внимание. Она ничего не могла с собой поделать и позволила уголку своей губы приподняться. -Лекса, - поприветствовала Кларк, - Привет. Она не видела Лексу с того дня, как принесла маме еду в больницу. Обычно Кларк никогда ни от чего не уклонялась, но, честно говоря, она не хотела преследовать Лексу. Она не чувствовала себя готовой играть с огнем, соблазнительно и опасно. Но, очевидно, пламя нашло ее. -Привет, - ответила Лекса, направляясь к бару в легких, облегающих джинсах, красивой черной рубашке на пуговицах с двумя расстегнутыми пуговицами, небрежно обнажающей белую майку под ней. Естественно, Кларк предложила ей выпить из-за стойки: - Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? -Водка с содовой? -Конечно, - кивнула Кларк, зачерпывая несколько кубиков льда в чашку и наливая. -Я так понимаю, моя мать сообщила тебе о моем местонахождении? - Кларк положила напиток на салфетку с парой соломинок. -Да.., - Лекса ответила, сделав глоток своего напитка, прежде чем поставить его обратно, - Она упомянула, что ты здесь работаешь раз или два... написала адрес в записке вместе с твоим расписанием, - Лекса призналась. Кларк выдохнула: - Что еще сказала моя мать? Кларк задумалась, и не удивилась бы, если бы ее мать неуместно раскрыла все ее прошлое этой брюнетке. О его смерти. О ее падении. Границы, которые, по какой-то причине, способны пересечь только матери. Лекса просто пожала плечами: - Что ты одинока и хотела бы, чтобы мы с тобой встречались. Достаточно сказать, что я с ней согласна. -Лекса, - фыркнула Кларк, - в этом городе много женщин. -Я знаю, что в этом городе много женщин. Почему не ты? Потому что я попала в автомобильную аварию, в которой погиб мой парень. Я виню себя, я еще не смирилась с этим, бросила юридическую школу в процессе, и сейчас в моей жизни полный бардак. Кларк открыла рот, желая что-то сказать, но не смогла. Всплыли воспоминания о несчастном случае и его безжизненном теле. Она не могла этого сделать. Она не могла снова стать тем человеком, которым была, — любящим, щедрым, нежным человеком, полным страсти и заботы. Сейчас ее мало что заботило. -Мы можем просто... поговорить о чем-нибудь другом? - ответила Кларк, - Если ты здесь, чтобы просто приударить за мной, пожалуйста, уходи. Каким-то образом это задело Лексу за живое: - Хорошо, - и сразу же перевела разговор на более легкую, непринужденную тему, - Ты выросла где-то здесь? Кларк кивнула в знак признательности за готовность Лексы бросить попытки: - Ты? -Шерман Оукс. -Шерман Оукс, недалеко от Лос-Анджелеса? Лекса кивнула. Кларк была знакома с пригородами Лос-Анджелеса, посещая кузенов в этом районе один или два раза в год. Шерман Оукс располагался к северо-западу от центра Лос-Анджелеса, к северу от Голливуда, Беверли-Хиллз и Бель-Эйр - хороший района Лос-Анджелеса. Очень хороший. Замечательно. Лекса была не только умной, уверенной в себе и сексуальной, но, судя по этому, она или, по крайней мере, ее родители были богаты. За исключением того, что их разговор продолжался, затрагивая основные темы телевидения и книг, Кларк нашла Лексу довольно скромной. Идеальный баланс уравновешенности и скромности. Кроме того, с Лексой было удивительно легко разговаривать, зеленые глаза были большими и манящими, и, ну, на всю Лексу было легко смотреть. -Во сколько ты закрываешься? - Лекса посмотрела на часы позади Кларк. Кларк посмотрела через плечо, часы показывали 23:52. -О черт, примерно 50 минут назад, - сказала Кларк, не обращая внимания на время с тех пор, как вошла Лекса. -Прости, я не хотела тебя задерживать, - сказала Лекса. -Все в порядке. Мне все равно было... скучно. Я эм… Мне нужно закрываться. Лекса кивнула, соскальзывая с барного стула с ключами, позвякивающими в руке: - Спокойной ночи, Кларк, было приятно поговорить. -Тебе тоже. Пока, - глаза Кларк провожали брюнетку до двери.

***

В следующий вторник Лекса пришла в бар на несколько часов раньше, чем в прошлый раз, около 8 вечера. -Итак... я должна ожидать тебя каждый вторник вечером? - Кларк поздоровалась. Лекса села на свободный барный стул. В то время как заведение не было пустым - было несколько посетителей, по большей части Кларк была предоставлена Лексе. -У меня выходной по вторникам, - ответила Лекса, - Это мой единственный выходной. Кларк бросила на нее скептический взгляд. Лекса легко отклонилась и посмотрела мимо Кларк в широкие окна позади нее, прекрасный вид на залив с движением маленьких лодок и развлечениями морских львов, плавающих по пустым докам. -Мне нравится здешний вид, - сказала Лекса. Кларк скрестила руки на груди, хотя Лекса смотрела на бесспорно красивый вид позади нее, она пристально посмотрела на брюнетку, ожидая продолжения. -И... Мне нравятся здешние напитки. Водка с содовой, которую ты подала мне на прошлой неделе, изменила мою жизнь, - сказала Лекса с сарказмом. Это заставило Кларк усмехнуться: - Кстати говоря, то же самое? -На самом деле, - Лекса просмотрела дисплей с кранами, - я хочу сезонную Сьерра-Неваду. Кларк кивнула и продолжила наливать. -Кухня закрывается в девять, - по привычке сообщила Кларк, - Меню? -Пожалуйста. Кларк подала Лексе ее напиток вместе с меню, украдкой бросив быстрый взгляд в глаза Лексы из-за близости. -Какие-нибудь рекомендации? - спросила Лекса, просматривая меню. -Бургеры - это всегда хорошая ставка, они не слишком часто их портят. Лекса рассмеялась в ответ, и Кларк поймала себя на том, что тоже улыбается. -Любая похлебка хороша, хотя ее готовят из гигантской банки. Не спрашивай меня, где. И единственное, что здесь готовят вручную, - это крабовые крендельки. -Крабовый крендель? -Как следует из названия, крендель с крабом, - съязвила Кларк. Лекса оторвала взгляд от своего меню: - Вы всегда так относитесь к своим клиентам? Кларк встретила ее взгляд: - Только с теми, которые мне нравятся. Лекса приподняла бровь: - О, так я тебе нравлюсь? -Возможно, - невозмутимо ответила Кларк. Лекса слегка усмехнулась: - Ну, тогда я возьму это, и закажи этот крабовый крендель, пожалуйста. По большей части Лекса сидела тихо. Внимание было сосредоточено преимущественно на ее телефоне, пока она грызла свой крендель, пока Кларк протирала столы, выдвигала стулья и меняла приправы. В конечном счете, она снова досидела с Кларк до закрытия. В непринужденной светской беседе Кларк узнала, что Лекса работала в 12-часовую ночную смену, с 3 часов дня до 3 часов ночи, и предпочитала работать на кладбище в свой выходной. В течение следующих нескольких недель Лекса стала завсегдатаем вечера вторников Кларк, занимая место в баре и иногда заказывая еду с книгой или iPad в руке. Лекса сидела в тишине, пока Кларк работала. Хотя по мере того, как клиентов становилось все меньше, их разговоры расцветали и начали затягиваться до ночи. Кларк обнаружила, что сидит в баре еще долго после закрытия. До полуночи, часа или двух ночи. Научный кругозор Лексы был поистине феноменальным, что побудило Кларк углубиться в свой собственный интеллект. Это было насыщенно, увлекательно и вызывающе.

***

Приближаясь к их седьмой совместной неделе, Кларк обнаружила, что с нетерпением ждет вторников, заканчивая книгу, которую Лекса ей дала, и ей не терпелось поделиться мыслями. Если это был способ Лексы ухаживать за ней, Кларк признала поражение. Она обнаружила, что чаще улыбается, говорит от чистого сердца, а иногда страстно обсуждает позицию против Лексы, как будто она вернулась в юридическую школу. Их разногласия всегда носили добродушный характер, типа “соглашайся не соглашаться”. -Очевидно, что первая высадка на Луну была фальшивкой! - Кларк отстаивала свое мнение. -Абсолютно нет. Этот документальный фильм-мистификация сам по себе был мистификацией. -Ни в коем случае, разве ты не видела американский флаг, развевающийся в совершенно не атмосферной обстановке! -Потому что это возможно. Не из атмосферы, а из волнообразного движения, когда Армстронг пронзил Луну шестом. Ты когда-нибудь была в космосе? - саркастически спросила Лекса. -Ну, - Кларк закатила глаза, - Нет, но в следующий раз, когда в космос полетит ракета, я обязательно сяду на нее. Дам тебе знать из первых рук, - ответила Кларк, складывая столовые приборы в салфетки, готовясь к следующему дню. Лекса сидела напротив нее в кабинке, скромно помогая Кларк переворачивать посуду. Они дошли до конца кучи, сложив то, что было больше, чем нужно на следующий день, что означало конец их ночи. -Ну, - Кларк начала вставать, поднимая маленькую, переполненную серый поднос с посудой, - Увидимся на следующей неделе? Лекса встала, проводив Кларк до края бара между кассой и выходом: - Да, увидимся на следующей неделе, Кларк. Последовал краткий момент зрительного контакта, пауза, идеальная для прощального поцелуя. Первый поцелуй. Кларк не собиралась лгать самой себе - она хотела этого, но Лекса была терпелива и никогда не выходила за рамки легкой лести в разговоре. Глаза Кларк задержались на Лексе, прежде чем они скользнули вниз к губам брюнетки, еще секунда, и момент был бы окончен. И каким-то образом Кларк пропустила это мимо ушей, и Лекса грациозно отступила, слегка поклонившись: - Спокойной ночи, Кларк. Кларк поджала губы, когда дверь закрылась. Сняв фартук, она все еще не чувствовала себя готовой встречаться с Лексой, встречаться с кем бы то ни было, хотя она не пила больше месяца. Больше месяца, почти два. Как минимум, ей нужно было вернуться в школу, заново подать заявление и снова начать заботиться об обществе - начать вносить свой вклад в общество так, как она хотела. Так, как она намеревалась. И вот так просто она решила. На следующее утро Кларк вошла на студенческий портал. Она закончила школу с хорошей репутацией, и повторное зачисление на следующую четверть в Калифорнийский университет в Беркли было простым щелчком мыши. Школа с пониманием отнеслась к ситуации Кларк и великодушно приостановила ее статус на неопределенный срок. Непонятно почему, но Кларк обнаружила, что ей не терпится рассказать Лексе. Дать брюнетке знать, что она вернется в школу. За исключением того, что была одна проблема. У Кларк не было номера Лексы. По иронии судьбы, это было чистое органическое взаимодействие между ними с того утра, когда Кларк голой обняла Лексу. Конечно, может быть, Кларк могла бы подружиться с ней на Facebook или отправить Лексе сообщение в директе. Но новости имели более высокую важность и весомость. Кларк хотела сказать ей об этом лично. Она собиралась заглянуть в больницу сегодня попозже, Лекса наверняка была бы там. Черт, у Кларк все еще был адрес дома Лексы на ее телефоне, сохраненный из ее предыдущих поездок на такси. Но Кларк также оказалась в положении, в котором не была уже много лет. Чувство, которого она не помнила. Кларк нервничала. Нервничала из-за встречи с Лексой. Она даже не поделилась историей о нем. О Майке. Так его звали. Майкл. Теперь Кларк могла думать о его имени, думать о нем без чувства вины, одолевающего ее. Она была готова рассказать Лексе о нем, раскрыть свои сомнения и единственную причину неудачи. На следующей неделе, подумала Кларк, чувствуя себя более открытой и очень привязанной к Лексе. Они могли бы обменяться номерами, чаще общаться, и Кларк подумала над идеей сходить на свидание. Настоящее свидание с Лексой, и это заставило ее улыбнуться. Улыбка, которая длилась несколько часов, пока звонок телефона Кларк не прервал ее размышления. Это была ее мама. -Привет, мам. -Привет! Итак, эм, я не хочу быть назойливой, но я получила электронное письмо из университета? Оно было автоматическим, и я просто хотела убедиться. Ты... ты снова восстановилась в школе, милая? -Да. Сегодня утром, - ответила Кларк. -О, это замечательно, Кларк! Я так горжусь тобой. Могу я спросить, что вызвало это внезапное... побуждение? Кларк чувствовала, как ее мать борется с желанием завизжать по телефону. -Эм, да. У меня дела идут немного лучше - намного лучше и..., - ну вот, ее мать сейчас взбесится, - и я... разговаривала с Лексой. Она улыбнулась, произнося ее имя. Лекса. -О, я так и знала! - Кларк услышала на другом конце линии и испытала искушение положить трубку, избавив себя от выслушивания длинного маминого “Я же тебе говорила”, но она этого не сделала, и ее мама продолжала лепетать, - Я знала, что с прошлым Лексы и после того, как я рассказала ей о твоем, она была бы хорошей парой для тебя, дорогая. Знала, что ее ситуация поможет разрешить твою. От слов ее матери у Кларк закружилась голова. Погоди. Что? Ты сказала ей? О Майке? О том, почему я такая, какая есть? Ситуация с Лексой? -Эм, извини меня, но... какая у нее ситуация... что ты имеешь в виду? - Кларк попросила разъяснений. -Ну, ты знаешь, когда она потеряла своего младшего брата и бросила юридическую школу и, технически, полностью выздоровела от алкоголизма. Алкоголизм? И Кларк разливала ей напитки еженедельно?! -Разве она не говорила с тобой об этом, дорогая? Разве не так вы двое поладили? - ничего не подозревая, ответила Эбби. Я ведь не алкоголик, не так ли? Может быть, в глазах моей мамы так оно и есть. Кларк притворилась, что вспоминает: - О да, точно. Да, она эм... рассказала мне об этом. Итак... она знает о... Майке, и о том, что произошло. -Конечно. Матери иногда могут быть такими невнимательными, очень часто. И это был один из тех случаев. Кларк не могла понять, по какой причине ее мать поделилась ее историей подобным образом - и следующее предложение Эбби все объяснило: - Собеседование Лексы для поступления в мою программу ординатуры по генетике было связано с потерей ее младшего брата. Разве ты не считаешь ее историю трогательной, дорогая? -Эм... эм, да. Это абсолютно... незабываемо, - пробормотала Кларк, хотя ей нечего было забывать. Незнакомая с прошлым Лексы, но также начинающая осознавать, что Лекса знала о ее прошлом все это время. Почему Лекса не сказала мне? -О, я так рада слышать, что вы двое разговаривали. Лекса работает в ночную смену, так что я не часто ее вижу и хотела спросить. Похоже, все идет отлично! Кларк почувствовала... в некотором смысле, предательство - что Лекса знала о ее трагической истории. И, немного использованной. Была ли она проектом Лексы, чтобы попытаться собрать все воедино? Кларк не нуждалась в этом, не нуждалась в чьей-либо жалости и раскаянии. За исключением того, что это сработало, что расстроило ее еще больше. Кларк гордилась своей самостоятельностью, верила, что в конце концов найдет свой собственный выход. Но Лекса обошла все это, и, тем не менее, уверенность Кларк в себе была задета. Это было действительно все, что у нее осталось, и она действовала. Гордость. Или упрямство. Может быть, немного больше последнего, но все же. -Да... да, действительно здорово. Слушай, эм, мне нужно выполнить несколько поручений, могу я поговорить с тобой позже, мам? - сказала Кларк, чувствуя, как в горле поднимается комок. -Конечно, милая, я поговорю с тобой позже. Кларк кипела от злости и не могла дождаться. Было примерно половина первого пополудни, и был хороший шанс, что Лекса была дома, и Кларк выскочила за дверь.

***

Лекса готовила завтрак. Да, завтрак в 12:30. В зависимости от смены она обычно возвращалась домой около трех часов ночи и спала примерно до одиннадцати. Иногда она устраивала утреннюю тренировку, обычно пробежку, и сделала это сегодня утром, после чего приняла душ и приступила к приготовлению завтрака, ее любимому приему пищи. Позавтракать никогда не было слишком поздно. Яйца, бекон, тосты с авокадо и свежие фрукты были у нее на уме. Когда она закрывала холодильник, ее взгляд упал на старую фотографию Лиама, улыбающегося сидя на велосипеде. Лиам был ее младшим братом. Прошло почти шесть лет с тех пор, как он ушел, и все же Лекса перестала вспоминать, и, как бы тоскливо это ни было, хотела больше времени с ним. Диагноз Лиаму поставили вскоре после поступления Лексы в юридическую школу. Отсроченное генетическое заболевание, которое началось в этом юном возрасте девяти лет. Потребовалось переливание крови - ее крови, совпадающей с кровью брата. Итак, Лекса покорно делила свое время между школой и больницей, жертвуя кровь для маленького Лиама. К сожалению, ее крови было недостаточно, и по мере того, как тянулся год, его состояние ухудшалось. Лекса не поняла, она предложила пожертвовать больше. -Просто возьмите еще моей крови, - сказала она. Но это не имело значения. Постепенно Лекса перестала ходить в школу и проводила свои дни у постели Лиама - до тех пор, пока рядом с ней больше не осталось кровати. После его смерти она прибегла к алкоголю, чтобы забыться. Ей нравилось, как это притупляло ее чувства, ее переживания, и позволяло дням растворяться в небытии. Очевидно, это было худшее время в ее жизни: бросившая юридическую школу стала алкоголичкой. Хотя дело было не только в алкоголе, но и в сексе тоже. Много секса. Бессмысленный трах, чтобы попытаться что-то почувствовать. Что угодно. Лекса потеряла желание жить. Потеряла желание заботиться. Потеряла себя. Пока однажды она не потеряла сознание, сидя пьяной на тротуаре на улицах Санта-Моники, когда мимо проходила пара, и парень положил доллар к ее ногам. Гребаный доллар, как будто она была бездомной. Она не была, ее родители оба были частью киноиндустрии, и они были очень состоятельны. У нее было собственное жилье, или она могла просто пойти домой. Но Лекса с таким же успехом могла бы быть бездомной, потому что ей так хотелось. Некуда идти, негде быть. -Не давай ей доллар, Дэйв, - тихо упрекнула его девушка, Лекса услышала, как пара проходила мимо. -Что, они говорят, что 40% бездомных психически больны, а остальные проценты - старые ветераны войны. Чертовски грустно, это не ее вина, что у нее нет умственных способностей внести свой вклад в наше общество, - ответил он девушке. В его словах был смысл. Вот только Лекса не подходила под описание. Она не была особенно религиозной, но если и была, то считала, что в тот день бог пришел к ней в виде доллара. -Эй! - Лекса встала и подняла доллар, чтобы вернуть его, - Мне это не нужно, - и отдала его обратно джентльмену, - Знаешь, ты ошибаешься! Ты просто... чертовски ошибаешься! - завопила она. Девушка выглядела немного испуганной, прячась за плечом Дэйва, вероятно, из-за того, что он только что сказал о психическом заболевании, а Лекса могла быть психически больной. -Воу, извини, - извинился он, забирая доллар обратно, и начал осторожно отступать. -Эй, пошел ты, за то, что делаешь предположения! - выпалила Лекса. Они повернулись и поспешили прочь, а Лекса продолжала кричать: - Я была на пути к тому, чтобы стать адвокатом, ты знаешь! Я могла бы стать политиком! Генеральным директором! Неважно! - Лекса бросила свою пустую бутылку, и стекло разбилось в коричневом бумажном пакете, - Ты ни хрена обо мне не знаешь! Это было самое дно. Она могла быть кем угодно. Лекса хорошо знала и понимала свой потенциал, разрушенный, когда она смотрела, как умирает потенциал Лиама. Но после того дня Лекса взяла себя в руки. Как только она заставила свой разум сосредоточиться, ее уже было не остановить. Лекса оправилась от своего чрезмерного пьянства и успешно вернулась к работе. Поначалу неполный рабочий день в местном кафе заменялся необычной работой, такой как мытье лодок на пристанях, обслуживание посетителей в ресторанах и онлайн-заказы продуктов для тех, кто слишком занят (или слишком богат), чтобы зайти в магазин. Наконец, Лекса вернулась к самообеспечению, больше не живя на кредитные карты своих родителей. Хотя им было все равно, Лекса восприняла смерть Лиама тяжелее, чем кто-либо из них, и они позволили их дочери оплакивать его, пусть и нездорово. Когда Лекса подумывала о возвращении в школу, ее больше не интересовало право, и Лекса переключилась на единственный предмет, который мог бы спасти жизнь Лиаму и потенциально спасти других, таких как ее младший брат. Генетические исследования. Чтобы стать врачом. Детский врач. Конечно, Лексе пришлось пройти множество предварительных курсов - биохимию, органическую химию, прикладную физику и физиологию человека, но она восстановилась с неудержимым упорством. В то время как ее родители предложили финансовую помощь, Лекса отказалась и вместо этого подала заявку на гранты и стипендии. Их было сотни. Было удивительно количество грантов и стипендий, которые остаются неиспользованными из-за отсутствия претендентов. Достаточно сказать, что благодаря дополнительным подработкам Лекса обеспечивала себя в медицинской школе. Она уже потратила достаточно денег своих родителей впустую и в процессе искала своего рода искупление своей вины. Теперь, четыре года спустя, после успешного окончания UCLA, Лекса была на верном пути.

***

Стук в дверь вывел Лексу из задумчивости. Стук был поспешным, даже настойчивым, и Лекса не могла понять, кто бы это мог быть. В последнее время она ничего не покупала на Amazon, так что это определенно был не почтальон или водитель UPS. Может быть, кто-то из соседей хочет одолжить яйца или молоко? Кто-нибудь вообще еще так делает? Лекса открыла дверь, с удивлением обнаружив там Кларк. -Кларк? Эм, привет. Брови Кларк были слегка нахмурены в недовольном выражении и защитном языке тела. Почему она выглядит злой? -Ээ, что.., - Лекса, без сомнения, была немного застигнута врасплох, - Я не ожидала тебя увидеть. Могу я... -Ты знала? - Кларк прервала ее. Лекса сразу поняла, что Кларк имела в виду. Эбби раскрыла все прошлое Кларк. И с подобной историей, Лекса не считала правильным сравнивать свой собственный опыт с опытом Кларк, поэтому она промолчала. Хотя Лекса не уклонилась от знания, произнеся мягкое: - Да. -Почему ты не сказала мне, что знаешь? -Я... Мне показалось, что это неправильно. И подумала, что ты скажешь мне, когда будешь готова, - ответила Лекса спокойным и ровным тоном. -Ну, я думаю, что сейчас это противоречит цели, - сердито сказала Кларк, - Итак, кто я для тебя? Какой-то проект? Изобретение? Для тебя, чтобы подлататься и чувствовать себя хорошо?! А? Развиваете свою дугу искупления на пути к помощи другим, доктор Вудс? Хотя Лекса действительно видела немного, может быть, много себя в Кларк, с намерением помочь, Кларк ошиблась в ее намерениях. Лекса сделала шаг ближе, шаг в личное пространство Кларк, который заставил Кларк чувствовать себя неловко. Кроме того, глаза Лексы прикованы к ней, зеленые глаза честные, но в то же время жаждущие. -Нет, Кларк, - мягко ответила Лекса, в нескольких дюймах от лица Кларк. Затем Лекса придвинулась еще ближе, так близко, что Кларк могла чувствовать тепло ее дыхания. -Не может ли девушке, просто... нравится другая девушка? - прошептала Лекса так близко, что уголки губ Лексы коснулись губ Кларк. Взгляд Кларк скользнул вниз, хотя их лица были так близко, что она просто увидела щеку Лексы, и снова поднялся к глазам Лексы. Они не просили прощения, но в радужках Лексы была нежная просьба. Извиняющийся взгляд. Прости, - сказали ей глаза Лексы, - Ты простишь меня? -Да.., - сказала Кларк дрожащим шепотом, когда ее сердце набрало обороты и начало биться так сильно, что отдавалось в ушах. Язык Лексы слегка высунулся, кончик проскользнул сквозь зубы и повис между губами, облизывая, прежде чем она втянула его, чтобы проглотить. -Хорошо.., - сказала Лекса едва слышно и наклонилась, чтобы прижаться губами к губам Кларк. Дыхание Кларк мгновенно участилось, и глаза закрылись от этого ощущения. Поцелуй был мягким и нежным, но заставил ее грудь гореть. Заставил ее почувствовать. И бог сделал так, что это было приятно. Лекса слегка отстранилась, соприкоснувшись носами с Кларк, чтобы изменить угол наклона, и ответила дразнящим движением языка. Это не было поспешным, не было навязчивым, но уютным, что заставило Кларк захотеть большего. Кларк ответила на поцелуй, хотя и не была уверена, когда начала сжимать грудь Лексы под рубашкой. -Эм, - Лекса улыбнулась, как будто вспоминая забавную шутку или момент. Это было последнее, - Не хочешь войти? Позавтракаешь со мной?