После трёх лет

Лена чувствует, как её же рука едва давит на чужое горло, как ей самой дышать становится немного труднее, и как вид полуголой девушки, сидящей на её диване, до стиснутых кулаков, до искусанных губ, до больного возбуждения нравится ей, Лене Лютор. От прикосновений, от тихого голоса с хриплыми нотками, от пьянящей пульсации под пальцами и внизу живота Лютор вконец с ума сходит. Девушка подаётся вперёд слишком быстро и точно, как для пьяного человека, твёрдо удерживаясь за хрупкую шею агента. Сухие губы требовательным, смазанным поцелуем впиваются в чужой рот, ловя изумлённый вдох и тихие стоны. Петли нежным, точёным движением скользят к Дэнверс, лаская голую кожу спины, притягивая податливое тело ближе к хозяйке, заставляя навалится на дрожащее тело брюнетки. СЕО свободной рукой зарывается в мягкость чужих волос, слегка царапая кожу головы. Проходит какой-то миг, как Лютор довольно резко дёргает Алекс за волосы и вынуждает её отстраниться - ниточка влаги тянется к губам брюнетка ровно до тех пор, пока не облизывается в следующую же секунду.* - Что же я блять делаю? *Она хмурится, пьяно и заворожённо, и наклоняется, чтобы вновь небрежно и срочно поцеловать — на языке, на губах она всё ещё чувствует дымный привкус выпитого ранее скотча. Тяжесть чужого тела на ней заводит до чёртиков, изгибы отростков прижимают Дэнверс ближе к ведьме, и Лена не может сдержать стон. Она чувствует, что с каждым поцелуем, звуком и движением становится всё влажнее… Брюнетка вытаскивает руку с рыжих волос и скользит ею вниз к задней части бедра Алекс, того самого бедра, которое восхитительно прижимается к её центру. Лена сильнее тянет бедро старшей вниз и приподнимает свои бёдра навстречу движению. Громкий стон был заглушен чужими губами, её спина слегка выгибается, когда удовольствие молниеносно проносится по её позвоночнику.* - Блять, боже…