За тихим трепетом от взмаха

В комнату бил перламутровый свет луны, освещая маленькую кровать в углу комнаты и стол, заваленный чем попало. Часов на стене не было, не было домашних питомцев, детей и всего того, что могло пошуметь. Где-то у кровати валялся старый календарь с отметкой «14 августа». На столе красовались несколько недопитых кружек кофе да пара десятков чертежей. Парень был известен своим складным умом механика, известен был также своей неудачливостью и умением находить слишком много ненужных приключений на свою голову. Тишина разрезала воздух, для такого района города она была слишком мертвой. На ветках повисли гроздья снега, которые мирно лежали, не собираясь падать и создавать шум. Для сна ведь нужна тишина? Так почему же Заквиель просто лежал, смотря в стену и поправляя съехавшую с носа маску? Зак гладил себя по крыльям, надеясь успокоить себя. Но ничего не произошло. Ничего и не происходило. Ничего не должно произойти. Резкий звук падения снега окончательно выпустил парня из клетки собственного гипноза. Казалось, будто если сейчас он вздохнет немного громче, то он испугается этого. Он молчал. Он беззвучно встал и также беззвучно приоткрыл сантиметровую щель в проеме штор. Но там ничего не было. Почему же он так шугается? Всё просто. Живет он в районе, который нельзя было назвать нормальным. В доме Зака, помимо самого гения инженерии, лежали еще множественные маньяки да грабители, способные в один щелчок убить мальчишку. Он боялся услышать этот щелчок, но и говорить о них было нельзя власти - вдруг эти преступники узнают? В одинокой однокомнатной квартире стояла гробовая тишина. Владелец дома осторожно отпустил кусочек шторы и аккуратно пошел обратно в кровать. Садясь на кровать, Заквиель услышал громкий стук в окно. Тут уже ему не удалось тихо испугаться. подскочив и ударившись об одну из пустых полок, птица услышала где-то сверху сварливые маты. Он знал, что сейчас, возможно, придут к нему. Но он знал, кто стал источником этого шума, и не стал медлить. Открыв окно и быстро выскочив наружу в штанах и футболке, парня резко оценили 2 ошарашенных взгляда. —ты, помимо психики, себе еще и остальное здоровье сломать?—с озабоченностью сказал незнакомец. Зак уже узнал человека по голосу но, решив на всякий случай не рисковать, осторожно поднял голову и отошел от силуэтов. Он был прав, это его друзья: Ники и Нео. Сами они не разлей вода, а Заквиеля редко зовут - знают что тот боится крови и в преступность лезть тоже не спешит. Нео смотрел на друга с опаской и интересом одновременно. Этот человек вообще мог думать о разных вещах одновременно, быть одновременно двумя разными людьми, правда врать не мог. Нео обычный шатен, вернее обычный ангел. На голове светит позолоченный перекресток из двух нимбов. Ангел он только визуально. Под капюшоном, который он носил из-за постоянного холода, скрывались полные хитрости и чувства власти глаза. Но его можно было охарактеризовать скорее как подкаблучника своей подруги. Несмотря на разногласия в их вкусах, все трое хорошо сдружились еще с детства. Умение и любовь к полетам сблизила их. —да иди ты, нормальная у меня психика—обидчиво закатил глаза инженер, стряхивая с колен снег. Прошла уже минута с тех пор, как он стоит на морозе, но холодно стало только сейчас. Птица поджала к себе крылья, надеясь согреться. Одна черная футболка, из-под которой иногда было видно худощавое тело, черные широкие штаны, которые тоже не сильно спасали, ботинки, ну и главный атрибут - маска. Никто не знал лица Зака, он её чуть-ли не с младенчества носил. Она бы идеально подошла какому-нибудь злодею, но не человеку, который их боится. —сам знаешь, с таким домом хер что нормально сделаешь или сообразишь—продолжил он же. —так, хватит спорить, вы оба! —женский голос прервал. Та самая подруга подкаблучника. Ники являлась «слабым полом», которая могла вломить посильнее этих двоих, но не любила силу. Довольно добра, но если услышишь от неё угрозу, то опасаться стоит. Красные рожки скрывались под вязаной серой шапкой, крылья были прижаты к телу, но явно дрожали очень сильно. По снегу петлял цвета рожек хвост, оставляя за собой тонкий муравьиный след по болоту белых и пушистых гор. Чей-то пронзительный визг снова отрезвил парня. Для жгучего своим морозом января было слишком светло, хотя у них почти круглый год январь. Почти всегда снег да темень. —да с радостью, жаль только вы за 3 пизды от меня живете. Заквиель наконец вспомнил где он находится. Он с опаской закрыл свое окно и снова подошел к команде. Оба проигнорировали его ответ. Все просто направились в путь к не такому уж и страшному дому, хотя он находится в том же районе. —и да, пока не забыл—начал высокий ангел. —точно ли ты не хочешь стать преступником? —вопрос Нео застал друга врасплох. Резкий порыв ветра заставил его поежиться еще сильнее, а может причиной было странное предложение. Казалось, будто он снова услышали ничего. Будто птица снова застряла в клетке, которую может открыть кто угодно, а вот он - нет. Окна почти везде сияли зловещей темнотой, забирающей с дымящихся прахом и порохом улиц куски человеческой речи и просветы ночи. Может ли шатен ответить неправильно? Каковы его шансы на выживание? —но… но ведь сейчас много сильных организаций появилось, вряд ли мы сможем… —да не будь ты тряпкой, Зак!—подбодрил его друг. Казалось будто он над ним насмехается, ищет повод показать себя под более светлым фонарем и более тихим карнизом. Но нет, Заквиеля вполне всё устраивало и даже нравилось. Вряд ли его можно было назвать мазохистом, но он лучше услышит о себе множество разных правд и неправд, чем все они несуществующей капелью упадут острым лезвием в его крылья. Все трое любили свои крылья, несмотря на то что всем они успели нанести немало бед. Слишком чувствительное место, любая царапина может быть слишком болезненной. —ну тогда что скажешь, если нас остановят те, о ком сами вспоминать не хотите?—вопрос лёгок, остановилась и выдохнула свежий пар воздуха даже Ники, что уж говорить о Нео. Все трое знали о ком речь. Все продолжили диалог, решаясь не останавливаться, а то их друг замерзнет и ответа не будет вовсе. —да ладно вам, дровосеки крутые—пожал плечами инженер. —ну так и иди к ним, мы же их главные враги—вырвалась сквозь зубы и толщу холода фраза. Ранее сказанные слова друга явно задели парочку преступников. —я вас даже под пулей не предам—выдержав паузу, продолжил. —я в деле! Ехидная улыбка на лице Ники позволила рассмотреть её зубы. Обычные, правда вот клыки явно в несколько раз больше обычных. Так было у всех существ нежити или преисподней. «Интересно, а какие клыки у тишины? А у мороза? Почему их укусы кажутся болезненно приятными?» Пронеслось в голове у младшего подростка. Всем им было по 19, но Ники с Нео явно были рады тому, что Зак был младше их на 3-4 месяца. 3–4 января. Для многих это несколько лет, для них же это меньше полугода. —хорошо, крылатый, будешь у нас пока что на шухере—Нео усмехнулся, обнимая за плечо друга. Он явно видел, что тот уже посинел от холода. Через несколько фонарей в глаза бросился совершенно другой в сравнении с другими фигурами квадратик-окно в комнату Ники с Нео. Жили они на последнем этаже, так как умели летать, в отличие от их младшего друга. Заквиель плохо умел летать, но всё мечтал отрезать себе одно из крыльев и сделать вместо него более совершенный механизм, да боялся боли и крови. Кто-то из-за угла посмотрел на троих друзей и, испугавшись, нырнул обратно в тьму и смешался с ней. Наверное странно было видеть трех противоположных существ, которые должны вести войну друг с другом, вместе и тем более видеть их дружными. «Если друг оказался вдруг…» запел в подсознании до боли знакомый каждому голос популярного барда. И действительно, друг познается в беде. Если бы не Ники, Нео был бы уже за решеткой. Если бы не Нео, Заквиель бы сейчас гнил у кого-то на лезвии. Если бы не Зак, Ники бы явно не закончила хотя бы 9 классов школы. 9 этажей за спиной, за крыльями. Открывая квартиру ключом и парой ударов по двери, как обычно открывают любую вещь, прожившую дольше ее владельца, Нео оглядывался по сторонам. Он не боялся, что сейчас кто-то выйдет и накостыляет им. Он боялся, что у его друга снова случится паника рядом с незнакомыми дверьми, из которых тучами льётся тишина. И вот в доме. В двухкомнатной квартире. Поставив старенькую передвижную батарею около Зака, Ники села рядом с ним, а Нео сел напротив. Квартира была окутана своей мелодией. Для Зака тишина этой квартиры звучала симпатичнее. Он провёл больше времени здесь чем у себя, в своем общежитии. —итак—начал Нео, скрестив руки на груди.