Жестокие игры

— Убей меня, прошу… — Что ты говоришь, Лука? — удивлённо спросил Кайто. — Тихо, тихо, дорогая… Я тебя отсюда заберу, — он снял свой плащ и накинул на голое тело Мегурине. — Так теплее. Всё хорошо, всё кончено… Открой глазки, любимая… — Убей меня, убей… — лишь шептала девушка. — Ты хотя бы мой голос узнаёшь? — заволновался Шион, поднимая девушку на руки. — К-кай, — тихо и отрывисто произнесла девушка, — мне п-плохо… Отпусти м-меня… И… Убей… — Это я во всём виноват… Отпустил тебя к этому тирану… Прости меня, если сможешь… Чего ты хочешь? Сделаю всё, что ты хочешь, обещаю! — Отпусти… И убей. Кайто положил Луку на кровать. — Почему ты так умереть хочешь? — непонимающе спросил Шион. — Я же тебя не убью… Люблю я тебя, ты же знаешь… — Мне больно… Очень, — более внятно начала говорить Лука, но всё ещё боялась раскрыть глаз. — Хочу умереть и не чувствовать боли… — слёзы повалились из-за закрытых век. — Я тебя в больницу отведу. — Я хочу умереть, — всё твердила Лука. — Не могу я тебя убить… С этими словами он сел на кровать рядом с головой Луки. Он вытирал ей слёзы и размышлял, что же ему делать. Он не мог понять, почему его девушка хочет смерти. И именно от его руки. Неужели ей настолько больно? А только ли физически? Внутри себя может она заложила нечто большее. Боль от того, что она доверилась не любимому, а кому-то неизвестному и страшному. Так почему смерть от руки Кайто? Скорее всего, она просто хотела в последний миг, в последний раз доверится тому, кого действительно любит. — Убей меня…- уже шепчет еле слышно Лука. — Мне слишком больно. «Может хватит её мучить? Или всё же успею в больницу? „Эгоизм тебе не к лицу, Шион! О ней только думай! О ней!“ — так кажется говорила Мейко. Вырубай эгоиста. Вырубай, сказал! Чтобы Мейко сказала в таком случае? „Ты дебил что ли? Какого лешего она ещё не в больнице?“ Но с другой стороны. Как я это всё врачам то объясню? „Я“ да „я“! Эгоист, изыди из моего мозга! Она, она и только она! Может передумает? Шион, сколько тебе ещё нужно её шёпота, чтобы понять её просьбу? Ну не хочу я… Чёрт бы его побрал!» Непонятно, что сейчас движет Кайто Шионом, но его рука потянулась к своему плащу, которым была укрыта Лука. — Прости Лука, но… — Кайто подставил ствол к голове любимой. Из его глаз медленно потекли слёзы. — Но сегодня умрёшь только ты, Шион, — послышался голос сзади, и Кайто почувствовал холодную сталь. — Слушай, Шион, а у тебя там точно мозги есть? — указывал он на голову. — А то мыть комнату потом как-то не хочется. — Камуи! — Видимо нету, раз вопроса не услышал, — произнёс с ухмылкой Гакупо. — Отойди от Луки, быстро! — А тебе то она на что?! — удивился Шион. — Смотри, что ты с ней сделал! — А что я буду делать, если ты её пристрелишь? Опять скучать сидеть! — Опять? Лука у тебя не первая? — Жизнь скучна, Кайто. Надо её разнообразить. — Но не таким же способом! — пытался внушить Шион. — Слышь, Шион, тему не переводи! Кто мне угрожал? Что меня убьёт? А как оно получается? — Всё наоборот, — ответил Кайто. — Я тут подумал, — осмотрел глазами комнату Гакупо. — Кровь всё равно разлетится. Заставлю обоих Кагамине слизывать. А то совсем… — Ту-ту-ту, абоненты Кагамине вне зоны действия сети, ту-ту-ту, — послышался женский голос. На этот раз, дуло пистолета почувствовал сам Гакупо. На лице Камуи отпечатался страх и неожиданность от появления кого-то ещё. — Мейко! Что ты тут делаешь?! — спросил криком Кайто. — Задницу твою спасаю, идиот! — О, мисс Сакине, — вернулся в прежний тон Гакупо, — я расскажу тебе кое-что, Мейко. Не смотря на полученное доверие от Луки, эта розоволосая дрянь каждую ночь, во сне говорила: „Кай… Кай, зачем? .. Я же тебя люблю“ — и бла-бла-бла. — Ну и к чему ты это говоришь? — спросила Мейко. — Ревность не пробивает? — Ничуть. Только сожаление к малышке Мегурине, что влюбилась в этого дебила, — ответила спокойным тоном Мейко. — О-оу… Я то думал, что ты любишь его, что он для тебя больше чем друг и я думал, что… Прозвучал выстрел. Тело Гакупо медленно упало на пол. Звон упавшего пистолета. — Ты слишком много думал… — лишь отвесила Мейко. В комнате наступила тишина, которую нарушал лишь тихий стон Луки, всё ещё лежавшей на кровати.

***

— Назовите ваше имя и фамилию. — Кайто Шион. — Возраст? — Двадцать один год. — Род занятий? — Временно безработный. — В каких отношениях вы находитесь с подсудимой? — Я её лучший друг… Вроде как. — Конечно лучший друг! — Подсудимая Сакине, будьте так любезны, замолчите! — Да, Господин Судья. Заседание суда. Раннее утро. Дело об убийстве Гакупо Камуи. Подсудимая: Мейко Сакине. Свидетель: Кайто Шион. Зал суда был почти пустым, за исключением служителей правопорядка, судьи, подсудимой, его адвоката (который непонятно зачем сидел там) и единственного свидетеля. — В каких отношениях вы состояли с убитым? — Ну… Как бы это объяснить, — Шион очень сильно взволнован. Скорее, не самим процессом суда, а поступком его подсудимой. То, что она убила Гакупо, из-за глупости, было в высшей степени благородством ради идиота, по мнению самого Шиона. Он теперь хотел защитить Мейко, как она защитила его. — Вы уж постарайтесь, — отвесил судья. — В общем, у нас были как бы выгодные взаимоотношения, — объяснял Шион. - Ну, в начале так было, по крайней мере. Дом, в котором я сейчас живу, это, так сказать, „подарок“ Гакупо. — Поясните. — Он обещал мне дать квартиру, если я буду на него работать. В итоге, я получил целый дом, но Гакупо почему-то отказался от предложения работать на него. Так что, это получилась очень выгодная партия для меня. — Но вторую партию ты проиграл. — Сакине! — окликнул судья. — Молчу, — повела руками Мейко. — А теперь, как выразилась мисс Сакине, расскажите о „второй партии“. — Начнём с начала… Кайто рассказал всю правду, в подробностях. Ему незачем было лгать. После рассказа наступила минутная пауза, после которой судья спросил: — Мистер Шион, вы понимаете, что проиграв девушку в карты, вы нарушили права человека? Кстати, где она сейчас? — Находится в больнице под присмотром психологов, — ответила секретарь. — Протестую! — вскочила Сакине. — Что вас не устраивает в моём вопросе? — Мы сейчас говорим тут о Шионе, или о Камуи? — Мейко подошла к Кайто. — Шион, брысь отсюда. Я теперь буду говорить. — Мисс Сакине, я не давал разрешения… — начал судья. — Шион, ты всё сказал? — с презрением посмотрела Мейко на своего друга. — Ну вроде да, — ответил лишь тот. — Ну так не мельтешись под ногами и сядь! Кайто повиновался и сел на скамью. — Что вы хотите сказать, мисс Сакине? — Ну, во-первых, мой лучший друг — идиот! Но это другая история. Я хочу сказать, что сам Камуи не был паинькой. — Что вы имеете ввиду? — Эх, вы вообще Шиона слушали? Он же сказал вам в каком состоянии была Лука, когда он её увидел. — Но он тоже человек. — Нет, Господин Судья, Камуи не человек. Тем более, он сам убивал. Про труп в подвале вам говорили, я полагаю? — Да, — ответил судья. — Кагамине допросили. Они утверждали, что он пристрелил Мику Хатсуне за то, что та хотела сбежать из дома, — проинформировала секретарь. — Вам есть ещё что-нибудь сказать, мисс Сакине. — Вроде нет, Господин Судья. — Тогда, разрешите удалится для совещания. — Несомненно, — ответила Мейко, из-за чего получила неодобрительный взгляд судьи, у которого уже, видимо, нервы были не пределе от выходок Сакине. Полчаса… Час… Тишину нарушало тиканье часов на стене. — Тебя совесть не мучает, что ты убила человека? — спросил неожиданно Кайто у Мейко, нарушив тишину. — И это говорит мне тот, кто собирался застрелить свою девушку. Да и повторюсь: Камуи не человек. — Ну, от меня обстоятельства того требовали. — Да не придумывай ты! Она в таком состоянии была, что я бы сама себе смерти пожелала. Да ещё у тебя сердечко ёкнуло… О, смотри кто возвращается… Судья вернулся на своё место, и без всяких предисловий сказал. — В общем. Мы долго думали. Невиновна! Кайто, неожиданно для самого себя, подпрыгнул и бросился обнимать Мейко. Первый счастливый момент за неделю. Он был по-настоящему счастлив за Мейко.