Жестокие игры

— Да ну! Так не интересно играть, Шион! — Что тебе не нравится? — Просто так играть в карты это не дело! — Кагамине, ещё хоть одно слово, и ты окажешься в больнице с сотрясением мозга. — Ладно, молчу. Тот же дом, та же квартира, тот же Кайто Шион. Но только вот его соперник не Камуи Гакупо, а Кагамине Лен. Прошло три месяца с тех пор, когда Мейко услышала радостное „не виновна“. В комнату вошла Рин с двумя кружками чая. — Вот, держите, стратеги, — тонким голосом сказала Рин и поставила чай на стол. — Спасибо, Рин, — отозвались оба. — Кайто, а ты когда последний раз к Луке в больницу ходил? — неожиданно спросила Рин. — Волнуешься за неё? — поинтересовался Лен. — Угу. Хорошая она… — Да, хорошая, — ответил Кайто. — Только последний раз я был у неё очень давно. Ещё перед судом. Чтобы всю правду рассказать. То её лицо я не забуду. Смесь ненависти и желания прикончить меня на месте. Я боюсь ей теперь на глаза появляться. Уж слишком много боли я ей причинил. Я сам хотел убить себя. — Но почему не убил? — спросил Лен. — Потому что, он ещё сильнее ей больно сделает, — ответила Рин. — А ведь верно. Она до последнего верила в меня. Даже когда Камуи настроил её против меня. Они втроём сидели молча. Просто не знали, что ещё сказать. Разговор зашёл в тупик, поэтому Лен перевёл тему: — А ты Мейко звонил? — Я на самоубийцу похож?! — На труса ты похож! — сказал прямо Лен. — „К Луке не пойду! Мейко не позвоню!“ Чего ты так баб боишься? Не в обиду, Рин, — обратился он к сестре. — Да ладно уж… Ты ведь правду говоришь, — сказала Рин брату. — А ты, — обратилась она к Кайто, — быстро позвонил Мейко! — словно приказом сказала Кагамине. — Да, сер! То есть… Мэм! .. Да неважно, сейчас звякну! Кайто выбежал в комнату и взял телефон. Он не решался позвонить, но вспомнив лицо Рин, начал набирать знакомый номер на аппарате. — Привет, Мейко, — сказал Кайто, когда гудки стихли. На другом конце провода была тишина. — Мейко? — Я просто пытаюсь понять: ты или не ты, — ответила тихо Мейко. — Ты какого хрена мне три месяца не звонил, но решил позвонить, когда я в не самой комфортной позе?! — чуть не крича спросила Мейко. — В не самой комфортной позе? — удивился Кайто. Шион особо не отличался пошлой фантазией, но его терзали смутные сомнения. — Квартиру я убираю! — Шион вздохнул с облегчением. — Чего хотел? — Ну… Это… — мямлил Шион. — Я соскучился… Как бы… — Понятно. Передавай Рин привет. Хоть чутка стала смелее, — спокойно ответила Сакине. — Сразу видно, что твоя рука работала. — Иди в зад, — лишь бросила Мейко. — Слушай, раз ты всё равно позвонил… Сходи к Луке. Нет, серьёзно! Мне уже надоело по три раза на неделю слышать: „А Кайто не с тобой?“ — Ох… Она же меня убить наверное хочет… В трубке Мейко наступило молчание, но Шион понял, что ещё секунд пять молчания, и он получит треснувшую барабанную перепонку на блюдечке. — Ладно, ладно! Схожу! — поспешно сказал Кайто. — Ну вот и отлично! Только там фруктиков возьми, а то негоже… — Мейко резко замолчала. — А сегодня какой день недели? — Пятница, а что? — Тьфу… Её уже сегодня выписывают. Так что, покупай не фруктики, а цветы с конфетами. — В-выписывают? — заикаясь спросил Кайто. — Угу, может через час придёт домой. И Кайто сбросил. Волнение пёрло через край. — Лука сегодня приедет домой… — тихо произнёс он, когда Кагамине вышли из комнаты. — Ура! — закричали оба. — Надо её встретить! — загомонила Рин. — И вы туда же! Я в засаду! — сказал Кайто и убежал в свою комнату. Прошло десять… Двадцать… Тридцать минут… — Может всё-таки встретишь её? — спросил Лен у Кайто. — Я не идиот, чтобы… — начал было Кайто. — Ты трус. Ничуть не изменился, — ответил лишь Лен и вышел из комнаты. Часы всё тикали. Чего он боялся? Самой Луки? Или же того, что он ей сделает? Неизвестно. Звонок в дверь. — Лука! — закричала Рин, когда Лен открыл дверь. — Привет, — сказал тот самый мягкий и приглушённый голос Луки. — Как ты? — спросил Лен. — Со мной всё хорошо, не волнуйтесь, — мягко ответила Лука. — А где Кайто? — Заныкался, — ответил Лен. «Друг блин! Не будь трусом… Но… Ей же больно сделаю… „А где Кайто?“ — она меня ждёт? С трудом верится…» Кайто вышел из комнаты. — П-привет, — немного заикаясь поприветствовал Шион. — Кай… — голос стал заметно тише, но он всё ещё такой же нежный и согревающий душу. На лице Луки проступила слеза, и Мегурине неожиданно подбежала к Кайто и обняла его за талию, что немного обескуражило самого Шиона. — Я по тебе скучала… Почему ты не приходил? — спросила она, уткнувшись лицом в майку Шиона. — Я… Я… — не находил слов Кайто. — Я боялся тебе больно сделать. Ты же на меня так разозлилась, когда я тебе всё рассказал. — Да, по началу я злилась… Но я всё равно люблю тебя! Ой! .. — Лука почувствовала что-то маленькое и холодное на своём плече. — Ты плачешь? — Прости, Лука! Я полный идиот… Я сам допустил всё это… Я виноват… — по его лицу действительно текли слёзы. — Ты не виноват! .. — Не оправдывай меня… Я действительно повел себя как дурак… Как ублюдок последний! Ты меня никогда простить не сможешь… — Смогу! Может не сразу, но прощу! .. Будешь мыть посуду целый год. — Два. — Ты сам предложил, — с улыбкой на лице сказала Лука. Они отошли друг от друга, держась за руки. Две пары голубых глаз встретились друг с другом. Их лица приближались. Губы соединились в сладком и нежном поцелуе. — Ну почему любовь не может обойтись без этих тонкостей?! — спросил Лен у Рин. Те стояли и смотрели на эти минутки романтики.