Над Нью-Йоркскими крышами

      — Ну же, работай, — пробормотал Питер, стукнув по веб-шутеру. Внутри того что-то треснуло. Питер обескуражено моргнул. — Ой… Так, ладно.       Его собственное изобретение, его гордость. Хотя, наверное, для штуки, выплёскивавшей из себя липкую паутину, звание изобретения было слишком громким. Питер поджал губы и просунул руку в браслет, к которому был прикреплён механизм, а следом прижал средний с безымянным пальцы к ладони, нажимая большую кнопку. Та упруго прогнулась, а из отверстия выбросило паутину, которая тут же налипла на стену и заклеила собой кусок новых обоев. Вскочив с кровати, Питер схватился за ошмёток паутины и резко рванул на себя, а та с радостным хрустом оторвалась от стены вместе с нарисованными на обоях ромбиками.       — Мэй убьёт меня… — пробормотал Питер, машинально сминая паутину в маленький комок, и досадливо фыркнул. — Ужас какой-то. Так, костюм!       Обои вмиг вылетели из головы. Главной задачей на сегодня было протестировать себя в костюме. Вообще-то это были сшитые друг с другом толстовку и штаны, сама обыденность. Но Питер посчитал, что вот это будет прекрасным геройским костюмом. Ну, может, не такой блестящий, как у Железного человека, не так прочный, как у Капитана Америка, да и вообще выглядит, как одёжка из секонда… Ну, так оно и было — Питер купил ещё зимой их по большой скидке на распродаже на барахолке, вот и пригодились. Но от каждого по способностям, а в его случае — по ресурсам. На что карманных денег хватило, тем и приходилось довольствоваться.       Силы непонятной природы он обрёл не так давно — всего несколько пара недель прошла с момента, когда Питер понял, что в чём-то кроется подвох. До конца он пока так и не приспособился, нечаянно ломал порой вещи, случайно сжимал карандаши слишком сильно, и те трескались прямо в руках, ненарочно приклеивался ко всему. Пару раз Питер вообще едва дверную ручку не вырвал. Это было мощно и стрёмно.       В первые дни Питер сильно испугался и даже отказывался ходить в школу. Для Мэй он сочинил отмазку, что ему ну очень плохо. Вообще, это Питер даже не соврал — ему действительно было плохо и даже немножко страшно. Он был без понятия, что с ним происходит, и по началу думал, что это предсмертные видения. Но когда стало ясно, что он не умирает, пришлось искать объяснения. Питер часами сидел в комнате, пытаясь понять, что с ним не так. Стал изучать природу новообретённых способностей, ну а там как-то само пошло. Когда Питер наблюдал за пауком, повисшим на паутине в углу на потолке, появилась идея веб-шутеров. А костюм он решил забацать уже потом, когда его вдруг не посетила прикольная мысль: ему ведь дарована сила свыше, а значит, он теперь не просто хороший парень, а хороший парень с нечеловеческими способностями. В общем, он теперь почти как Железный Человек.       Питера это накрыло с головой так, что он заснуть не мог, думая, сколько же всего можно сделать, когда в руках у тебя такие возможности. Когда ты не блёклый гик-ботаник и знаешь, что ты сильнее, для тебя плёвое дело спасти тётю Мэй, напади на неё кто. Не то чтобы на тётю Мэй часто нападали, да и случись такое, Питер бы и безо всякой сверхчеловеческой силы её защищал. Но всё-таки куда круче, когда ты наверняка знаешь, что можешь постоять за себя и за неё. Навалять тщедушному Паркеру труда не составит, каким бы смелым он ни был, а ты попробуй отпинать человека с силой, как у Питера теперь. А-а, совсем другое дело. А сколько ещё таких людей, за кого некому заступиться? Да и вообще сколько всего случается в одном только Квинсе. А мысль, что Питер мог спасать людей из аварий, прельщала до невозможности. Да и вообще прикольно это, когда ты сильный, ловкий, крутой и реально можешь спасать. Питер Паркер на страже добра — это так воодушевляло. Героев ведь все любят, и Питер немножко мечтал (ну так, чтобы совсем несбыточных иллюзий не строить) о том, как он делает добрые дела (какие именно — пока не ясно, но он придумает), а все вокруг в восхищении.       Костюм из дешёвых шмоток статусу героя соответствовал мало. Но дизайн пока не был окончательным. Питер решил для себя, что будет постепенно улучшать его, может, какую-нибудь крутую фишку придумает, как звезда на щите Капитана Америка или красно-золотые цвета Железного человека. Недавно появилась идея немного перекроить толстовку, отрезать её красные рукава и сшить новые, чтобы были синего цвета, как штаны. Но с этим Питер пока повременил, слишком уж хотелось поскорее опробовать сам костюм в деле. А для этого он решил чуть-чуть прошвырнуться по Квинсу. Только вот веб-шутеры опять барахлили. Но, понадеявшись на удачу, Питер лишь залил в картриджи побольше сырья, кинул шутеры с костюмом в рюкзак и последней положил туда маску.       «Только бы не лохануться», — безрадостно подумал он, захлопнув дверь в комнату.       Должно быть, Питер чересчур осторожничал, оглядываясь на каждом повороте, но слишком уж он нервничал. Сердце от души выколачивало по рёбрам, те аж разболелись. Питер чувствовал себя так тревожно только перед контрольными по литературе — это же не математика или физика, где он был словно рыба в воде. Прохожим наверняка было всё равно на какого-то мальчика, но прочно убедить себя в этом пока не получалось.       Старые кварталы, где окна в основном были обращены на улицу, а проулки окружали сплошные стены, да жителей было не много, Питер счёл самым подходящим местом для своих экспериментов. Всяко лучше, чем оживлённые кварталы, где костюм толком не наденешь, да и увидеть могут. А потом звонки в полицию, мол, опять дети разошлись, по крышам прыгают и гробят себя. Нырнув в узкий проулок, Питер выглянул из-за угла и, увидев пустую улицу, успокоился. Забравшись по пожарной лестнице на тесную площадку, он выудил из кармана телефон, открыл камеру и нажал на красную кнопку записи.       — Привет, эм… Это первый тест-драйв моего снаряжения, — гордо проговорил он подрагивавшим от волнения голосом, глядя в камеру.       Сказать честно, Питер не знал, для кого именно снимает, друзьям и тёте ведь такое не покажешь. Но хотелось задокументировать. Вдруг, лет так через пять, он станет всемирно известным супергероем? Тогда-то эти записи будут стоит ого-го сколько, и они с Мэй наконец смогут перебраться в район получше.       — Сегодня я буду тестировать веб-шутеры и мой костюм Великого Суперчеловека, — заявил Питер, услышал, как что-то громыхнуло, и испуганно обернулся, но потом выдохнул. — А, так, ничего важного. Кошки. Так, про что я… А, да! Мой костюм, — бросил он, улыбнулся в камеру и вытянул их рюкзака аккуратно сложенную красно-синюю стопку. — Ну, название пока не окончательное, я ещё думаю, лучше назваться Великим или Бесподобным.       Питер задумчиво поскрёб затылок, потом снова уставился в камеру и вскинул брови.       — Я ещё думал над Супер Капитаном, но, боюсь, авторские права не позволят, — хихикнул он, наморщив нос. — Так, мой костюм. Это первый и единственный в мире экземпляр собственного пошива, — похвастался Питер, встряхнув стопку, и та развернулась вниз. — Сейчас я превращусь в Великого Суперчеловека. Ну или Бесподобного, это уже попозже решим.       Поставив съёмку на паузу, Питер спешно скинул рубашку, надел костюм, застегнул молнию на толстовке, а следом натянул маску. Та пока была кривоватой — шилась на скорую руку после уроков, пока Мэй домой не пришла, но главное — линзы, которые Питер умудрился сварганить за последнюю неделю. Наверное, у настоящего супергероя маска должна была быть красивой и узнаваемой, но до звания героя Питеру было так же далеко, как маске до красивого вида. Застегнув широкие браслеты веб-шутеров, парень натянул поверх тканевые перчатки и одёрнул толстовку. Потом он подхватил рюкзак, прижал его к стене, приклеив следом паутиной, и снова включил запись видео.       — А вот и я, Суперчеловек! — воскликнул Питер, всеми силами стараясь сделать голос уверенным и твёрдым.       — Эй, кто там расшумелся? — раздался сердитый голос с первого этажа.       Испуганно ойкнув, Питер резко опустил руку с телефоном и прижался к стене, надеясь, что его не видно, и крикнул в ответ:       — Извините, пожалуйста! Уже всё, ухожу.       Вскинув ладонь с камерой, он схватился за голову.       — Чуть не поймали, представляете? Ну всё, пора отправляться, — пробормотал он и умолк на несколько секунд. Выдохнув, Питер кивнул самому себе, прислонил телефон к груди камерой вперёд и нажал на веб-шутер. Телефон вмиг приклеило паутиной к толстовке. — Не беспокойтесь, я всё время буду с вами. Всё, начинаем первый тест-драйв.       Перескочив через тонкую железную ограду, Питер оказался на краю площадки и вцепился руками в прутья. Вот просто так он ещё никогда не прыгал, пускай даже с высоты двух с половиной этажей. Стало страшно. А вдруг никакие силы не сработают? А вдруг он вообще всё это выдумал и сейчас разобьётся? Но, вспомнив, что запись идёт, а вероятные будущие фанаты Великого Суперчеловека просто посмеются над его нерешительностью, Питер глубоко вдохнул и выдохнул.       — Сейчас, сейчас, — пролепетал он, топчась на краю площадки. — Вот прямо сейчас и прыгну, только…       Где-то на крыше раздалось хлопанье крыльев, а потом стая голубей ринулась вниз мимо площадки. Вскрикнув, Питер отшатнулся назад, отпустил бортик железной ограды и почувствовал, что больше его ничего не держит. Поздно поняв, что его стало клонить вперёд, Питер лишь машинально выбросил руки вперёд и бросил:       — Видимо, летим.       Ветер ударил в лицо, чувствовалось это даже сквозь маску. В панике Питер едва не продавил кнопку на веб-шутерах. Паутина вмиг взметнулась вверх и зацепилась за край крыши, и падение прекратилось. Руки больно выдернуло куда-то к небу, а Питера качнуло вперёд. Крепко вцепившись ладонями в паутину, Питер, кажется, закричал, что идея тест-драйва просто отвратительная, а потом его выбросило вверх. И тут же в момент охватило всепоглощающее ощущение невесомости. Он почти ни за что не держался и находился в воздухе, там, где летали птицы.       Чудо? Кажется, да.       Зависнув на секунду над крышами небольших пятиэтажек, Питер увидел через сбившиеся набок линзы кусочек неба, дорогу с быстрыми машинами и прохожих. Даже успел на мгновение подумать, как сверху давно знакомый Квинс смотрится по-другому. А потом, по всем законам физики, он начал падать.       — Я б-больше не буду-у! — заорал он, панически хватаясь за паутину. Та всё так же была приклеена к краю крыши рядом с водосточной трубой, а за что ещё хвататься, Питер не знал.       Быстро перебирая руками, он немного сократил расстояние на натянутом жгуте паутины между собой и крышей, пролетел мимо любопытных голубей, вытянувших шеи, и едва не врезался в кирпичную стену. Выставив перед собой ноги, Питер спружинил ими и немного проехался вниз, чувствуя, как нагревается подошва кроссовок. Паутина натянулась до предела, и падение прекратилось. Едва веря своему счастью, Питер судорожно прижался к стене руками, пытаясь отдышаться. Рёбра едва не сломались от разошедшегося биения сердца, а в голове промелькнула беспокойная мысль, цел ли телефон.       — Вы видели это? — выдохнул Питер, наклонив голову в попытке заглянуть в камеру. — Надеюсь, вы там живы. Вот и первая история о том, как я чуть не убился. Но… Зато почти получилось!       Ощущение невесомости вновь захватило разум, захотелось ещё. Питер подумал, что идея-то была не такая уж и плохая, это даже весело и в некоторой степени прикольно. Он попытался отцепить камеру, но паутина намертво приклеила ту к толстовке. Однако воодушевлённый новыми впечатлениями Питер сразу махнул на это рукой и сбивчиво, но радостно заговорил:       — Знаете, это будет моим первым шагом в великое будущее, это как капля в океане, но зато какая капля! — воскликнул он, вскинув голову. — Все с чего-то начинают, я уверен, даже Капитан Америка и Железный человек были когда-то такими же, как я. Всем же им было по пятнадцать, и наверняка они тоже не очень любили есть овощи. Но зато какими людьми они стали! Это, это… Круто!       Питер хотел показать в камеру поднятый вверх большой палец и дёрнул руку на себя, но та не поддалась. Заволновавшись, он отклонился назад и приложил больше силы в попытке отцепиться, но даже сейчас ничего не вышло.       — Ой… Похоже, я тут немного, ну… Прилип? Ох, опять. Наверное, надо носить закрытые перчатки. Но ведь, с другой стороны, это тоже часть моих способностей, может, они чем-то пригодятся. Не знаю, — хмыкнул Питер. — Так, ну я думаю, что на сегодня можно заканчивать. Первый тест-драйв проведён успешно!       Хотелось поскорее выключить камеру, чтобы будущие фанаты не видели, как он висит на стене, не в силах отцепиться, но руки никак не хотели отлепляться. Словно клеем смазали да оставили на пару часов. Страдальчески вздохнув, Питер расслабил руки, едва не повиснув на них. А те вдруг решили отлипнуть и заскользили вниз по стене. Спохватившись, Питер попытался зацепиться ладонями за шероховатые кирпичи, но ничего не вышло, и он рухнул вниз, на картонные коробки, оставленные кем-то на вынос. Раздался громкий хруст, а следом из-за коробок и кучи тряпья выскочила пара кошек. Они истошно завопили, бросившись куда подальше, а ставня одного из окон вдргу стала подниматься вверх. Испугавшись, Питер вскочил на ноги и бросился за угол, молясь, чтобы его не видели.       — Я же попросил не шуметь! — крикнули ему вдогонку.       — Извините ещё раз! — ответил Питер, боясь выглянуть из-за стены. — Всё, больше не буду, честное слово. Всё, пора заканчивать, — объяснил он телефону, — а то потом проблем не оберёмся. Ой, рюкзак! Подождите, я скоро к вам вернусь.       Выждав несколько секунд и услышав, как окно закрыли, Питер осторожно подошёл к пожарной лестнице и хотел было забраться по ступенькам, но захотелось вдруг попробовать запрыгнуть просто так, сразу до площадки. Вместе с этим желанием сразу же появилась неуверенность. Не глупость ли он хочет сделать? А если не допрыгнет?       «Допрыгну», — вдруг решил для себя Питер и сжал кулаки. Потоптавшись на месте, он разбежался в пару шагов, оттолкнулся от земли и выбросил тело вверх на добрых три метра. Показавшись самому себе невероятно сильным, Питер радостно вскрикнул и ухватился за нижний край площадки. Ладони больно ударились о железные брусья, а кнопка на веб-шутере случайно нажалась, выплёскивая на стену моток паутины.       — Упс, бывает, — нервно рассмеялся Питер, рывком подтянувшись вверх и едва не вписавшись лбом в верхний бортик ограды. До сих пор было трудно привыкнуть к настолько возросшей силе.       Рюкзак одиноко висел на стене, а паутина образовывала на нём тонкий белый рисунок. Рванув рюкзак на себя, Питер отлепил его, расстегнул молнию и вытащил клетчатую рубашку. Скинув кроссовки, он снял маску и затолкал её на дно рюкзака, а следом принялся стаскивать костюм. Еле отцепив телефон, Питер улыбнулся в камеру, показал большой палец и попрощался неведомо с кем. Кажется, день его задался.       Сердце до сих пор волнительно билось в груди, но это уже было приятным трепетом. Сбегая вниз по старой пожарной лестнице, Питер точно знал, что он смог. Да, он просто спрыгнул вниз с высоты второго этажа, мог угробить новый телефон и потом чуть не убил дворовых кошек, но зато это его первый геройский полёт. А то, что полёт длительностью в несколько секунд и от крыши до крыши, это мелочи. Глупо улыбаясь во весь рот, Питер весь подрагивал от бури ощущений, охватывавших его, и старался ничем не выдавать своего настроения, а то от Мэй потом будет не отвязаться. Обязательно спросит, что же такого случилось, а что Питер ей ответит?       — Я буду лучшим героем, — смело заявил он, теребя лямки рюкзака и гордо держа голову.       На него обернулось пару прохожих. Питер ойкнул и ускорил шаг, поспешив завернуть на улицу Нортмун. Всё равно никто не сможет погасить огонька, зажёгшегося в нём сегодня. Это было словно высший балл за сложную работу, только выбирал задание, выполнял его и выставлял оценку сам Питер. Когда-нибудь все услышал имя Великого Суперчеловека. Ну, или Супер Капитана, или Мега-Человека… Да, над названием ещё стоило подумать, но главным было не имя, а суть. И тогда-то Питер с Мэй станут богаты, он сможет поступить в любой университет, не придётся больше ходить по школе, как неудачник, да и друзей у Питера появится очень много. В общем, не жизнь, а мечта.       Радость от грядущих перспектив взбурлила внутри и прямо-таки подмывала сделать что-нибудь эдакое. Питер закусил губу и едва не подпрыгнул на месте, смотря на прохожих и дома, выстроенные в ряд по авеню. Рука вдргу сама поднялась в воздух и помахала какому-то ребёнку, а тот улыбнулся и помахал в ответ. Не ожидавший этого, Питер вскинул брови и улыбнулся девочке, поливавшей растения около своего дома. Вместо привычных клумб с лилиями и розами там росли высокие кактусы. Девочка недоумённо глянула на Питера, сведя тёмные брови к переносице, и продолжила поливать растения.