Follow you

      Виталик вошёл в школу.       Его подташнивало.       Он не совсем понимал, зачем приехал.       Он и так знал всё про всех. Никто не заморачивался настройками профилей, все публиковали про себя всё в открытом доступе: у девочек — вечные майонезные салаты, младенцы в жутких рюшечках, походы в рестораны с подругами, в безвкусной косметике и блестящих колготках. У парней в основном фотографии машин, чаще чужих, и волосатые животы у бассейна в турецких олл-инклюзивах. У всех до одного, как под копирку.       Виталик создал профиль несколько лет назад, под настоящим именем, но никто из одноклассников ему не написал, никто не добавил в друзья. Только Света, за пару недель до десятилетия выпуска, спросила, придет ли он, и удивилась, что его не пригласили.       Он вошел в актовый зал — по совместительству столовую — и вдохнул знакомые запахи: свежей краски и вареного лука. Как будто по ГОСТу так должно быть.       Он узнал всех, но его никто не узнавал и не подходил к нему — ни одноклассники, ни учителя. Девицы из параллельных классов периодически поглядывали на него, застенчиво улыбаясь, парни просто скользили взглядом, практически не замечая. Учителя присматривались, но в итоге переключались на что-то другое.       Конечно, он не был похож на того пухлого прыщавого парнишку в вытертых джинсах и болотного цвета водолазке. У него не было фотографии в профиле Вконтакте, потому если кто-то и заходил туда, никто не знал, как он теперь выглядит.       Он встал в углу, скрестив руки на груди, и наблюдал за происходящим.       Вошел Игорь. Он окинул взглядом зал, моментально заметил Виталика, поправил чёлку, улыбнулся и подошёл. «Он совсем не изменился за два года», — подумал Виталик.       — Как твои дела? — спросил Игорь.       — Нормально, по работе продвинули недавно.       — Меня тоже. Я теперь завуч, представляешь? Предел мечтаний, бля.       — Поздравляю.       — И я тебя.       — Да тоже особо не с чем. Не уверен, что мне нравится.       — А есть другие планы?       — Есть одна неплохая возможность. Неожиданная.       — Оооо, Игорьмихалыч! — услышал Виталик знакомый голос. Ник, шире раза в два, чем в 2002, и с залысинами, подошёл и накинулся с объятиями на учителя.       — Добрый вечер, Николай, — Игорь поморщился.       — А это что, ваш сын? — спросил тот, перестав наконец обниматься. — Он же вроде совсем маленький был.       — Моему сыну пятнадцать. А это же Виталий, ты что?       Виталик поёжился.       — Виталий? — Колины брови удивленно подскочили.       Виталик выдавил из себя улыбку:       — Привет, Ник.       — Виталюха! Иди сюда, дорогой! — Ник набросился на него с объятиями. — Что с тобой, где ты?       — В Москве.       — Красава. Чем занимаешься, где работаешь?       — В банке.       — Нормально. Давай с нами, выпьем!       — Я не особо пью.       — Да давай! — Ник потащил Виталика в толпу.       Там были все, кроме Светы. Ник представил Виталика, все начали его обнимать, налили ему коньяка. Виталик пригубил. Дешёвый. Возможно, палёный.       Вопросов не задавали, только странно на него посматривали, и продолжали разговаривать о своём. Виталик вежливо улыбался, не зная, как незаметно исчезнуть. Потом спасительно завибрировал телефон, и он вышел в коридор, чтобы ответить на рабочий звонок. Зашел за лестницу — туда, где десять лет назад ревела Света.       Завершив звонок, обернулся и увидел Ника.       Тот подошел ближе.       — А ты изменился. Уже не тот толстый лошара.       — Хмм… спасибо?       — Всё ещё пидор? — ухмыльнулся Ник. Виталика снова затошнило.       — Ник, иди проветрись, ты, кажется, слишком много выпил.       — Точно пидор, — Ник подошёл совсем близко и положил ладонь на стену за плечом Виталика.       — Оставь меня в покое, Ник.       — Да ладно, тебе же нравится.       Виталика затошнило еще больше.       — Я же видел как ты на меня смотрел, пидор. Я потом понял, почему. Мечтал, наверное, чтоб я тебя выебал. Может, отсосёшь мне?       — Ник, уйди, пожалуйста, ты пьян.       — Да что тебе, жалко что ли? Давай, по старой дружбе.       — Мы не дружили никогда.       — Света с тобой дружила, а я ещё думал, что ты в неё влюблён. А ты, сука, пидор, пытался ко мне подобраться.       — Ты слишком высокого о себе мнения, Ник.       — Ты охуел, пидор? Не хочешь меня? Да меня все бабы хотят.       — И почему ты не с бабами, а с каким-то заезжим пидором?       — Ты точно охуел, я тебе въебу щас!       — Что здесь происходит? — раздался голос Игоря.       — Нормально всё, вспоминаем школьные годы, — Ник похлопал Виталика по плечу.       — Коль, тебя Света ищет, — сказал Игорь. — С Нюрой что-то, кажется заболела. Сходи проверь, они у гардероба.       — Вот ведь, не даст нормально потусить, — Ник буркнул под нос и ушёл.       — Всё в порядке? — Игорь подошёл к Виталику.       — Да, всё хорошо.       — Тебе тут явно не нравится.       — Да уж, не знаю, зачем я сюда вообще приехал.       — Я тоже не любитель, пришёл чисто для порядка. Я домой собрался. Хочешь заскочить? У меня Лагавулин стоит нераспечатанный ещё с Нового года. Не здешняя сивуха.       — С радостью, — улыбнулся Виталик.

***

      Обычная трёхкомнатная хрущёвка. Но Виталик не ждал ничего особенного. Стены заполнены книжными шкафами, а на полу — стопки книг, которые, похоже уже никуда не влезали. Гитара. Стереосистема. Много дисков. Виталик подошел ближе, чтобы прочитать названия. Битлз, Пинк Флойд, Лед Зеп, Боуи. Куин. Машина Времени, Аквариум, Наутилус. Земфира. Ничего незнакомого и неожиданного. Виталик улыбнулся мейнстримности подборки, и подумал, что увидь он такую предсказуемость у кого-то из снятых в клубе парней, мог бы разочароваться и сбежать.       — Хочешь поставить что-то? — Игорь протянул стакан с виски.       — Спасибо, — Виталик взял стакан и вдохнул дымный аромат. — Дженесис мне нравится.       — Хорошо, садись пока.       Виталик сел на диван, немного съёжившись.       Игорь сел рядом несколько секунд спустя.       Тихо заиграла музыка. Виталик отпил виски и откинулся на спинку дивана.       — Жалеешь, что приехал?       — Почему?       — Коля вроде не слишком был гостеприимен.       — Это давняя история.       — Из-за Светы?       — Почему из-за Светы?       — Вы же вроде дружили.       — Мы не враждовали. С ней, пожалуй, единственной.       — Надо же. Никогда этого не понимал.       — Чего?       — Почему у тебя не было друзей.       Внезапно завибрировал телефон Виталика. Света.       — Извини, я отвечу. Да, Свет.       — Привет! Неужели я тебя упустила? — раздалось в трубке.       — Прости, неважно себя почувствовал, решил пораньше уйти. Но я всех остальных увидел.       — Жаль. Я очень хотела с тобой встретиться. Ты так быстро уехал тогда, и связь потеряли.       — Всё в порядке. У тебя теперь есть мой номер, можешь писать и звонить.       — Хорошо, Виталь, тогда надеюсь, что еще увидимся.       Виталик положил трубку.       — Интересно, — сказал Игорь.       — Что именно?       — Ты в ста метрах от школы, но не предложил ей встретиться. И не сказал, что у меня.       Виталик вздохнул.       — Я не хотел бы тебя упоминать.       — Почему?       Виталик хотел бы сказать, что не хотел бы создавать ему дурную славу, но не был уверен как.       — Когда я ходил к тебе на дополнительные занятия, Света говорила, что я пошёл к любовнице. Я боялся, что она опять начнет шутить на эту тему. — Виталик опустил глаза и всмотрелся в лед в стакане.       — Я счёл бы за честь, если бы тебя считали моим любовником.       Что?       Виталик поднял глаза на Игоря. Тот смотрел на него с той самой хитрой ухмылкой, которая не раз вводила его в состояние паники. Игорь продолжил:       — Прости, я могу сейчас сделать неверный шаг, но знай, что ты имеешь полное право бросить этот стакан мне в лицо.       — Что?       — Я бы очень хотел тебя поцеловать сейчас.       — Игорь… — прошептал Виталик на выдохе.       — Это значит «да»?       Виталик кивнул.       Игорь наклонился ближе и нежно прикоснулся губами к уголку рта Виталика. Потом, смелее, взял его нижнюю губу своими. Замер на мгновение и отпустил. Отодвинулся и взволнованно посмотрел на Виталика, ожидая реакции.       — Господи, сколько же лет я об этом мечтал… — Виталик закрыл лицо ладонью.       — Я тоже.       Виталик поднял глаза:       — Что?       — Виталь. Ещё раз скажешь «Что?» и я тебе въебу. Ты мне понравился ещё в школе. Почти сразу.       — Ты гонишь сейчас. Я не мог понравиться. Я реально уёбищно выглядел тогда.       — Ну блядь, Виталь. Это тебе тогда казалось. Я жил на 15 лет дольше тебя, и я видел, как меняются люди. Прыщи и вес? В том возрасте это нормально. Ты же не только из них состоишь. У тебя был потенциал, интерес, вдохновение в глазах. У тебя было будущее.       — Ты гей?       — Ну смотри, я в браке был почти пятнадцать лет, изменял только с женщинами. Потом с Марго еще почти два года. Я би, просто мало опыта было с мужчинами. В студенчестве в основном. Думал тогда, что это эксперимент. Вызов обществу. Это когда ещё уголовку за такое могли дать — очень возбуждало. Мне повезло тогда, со мной ничего плохого не случилось. Другим не очень, — Игорь замолчал, потупив глаза. Потом бодро улыбнулся и продолжил: — Ну и когда расстался с Марго, решил смахнуть пыль с былых навыков, сходил поискал приключений на жопу и другие органы. Так что ты тут меня не развращаешь, не переживай.       — Расстался с Марго?       — Да, — вздохнул Игорь. — Она теперь где-то в Европе. Я уже даже не слежу.       Виталик забрал у Игоря стакан, и вместе со своим поставил на кофейный столик. Затем сел на его колени сверху, положил руки на его шею, и поцеловал — на этот раз страстно, с языком, изучающим все закоулки рта.       Руки Игоря пробрались под свитер.       Виталик чувствовал, как становилось тесно в трусах, а под собой ощущал, что у Игоря ситуация была похожей.       Игорь внезапно приподнял Виталика, усадил его на диван, а сам встал на колени перед ним и начал расстегивать его ремень. Секундой позже член Виталика покачивался перед его животом, а за ним сияло лицо Игоря.       Виталик прислушался к музыке на фоне:       In your arms       I feel so safe and so secure       Every day is such a perfect day to spend       Alone with you       «Блядь», — подумал он.       I will follow you will you follow me       All the days and nights that we know will be       I will stay with you will you stay with me       Just one single tear in each passing year       Виталик кончил аккурат под конец припева и разревелся.       — Виталь? Ты в порядке?       — Игоооооорь, почему все должно быть так идеально?       — Какой же ты чувствительный до сих пор. Пойдём в кровать, там удобнее отвечать на такие вопросы.       Они разделись, и когда член Игоря оказался во рту Виталика, Игорь прохрипел:       — Слушай, я не знаю, как ты предпочитаешь, но я на всякий случай подготовился. Резинки и смазка вон там в ящичке.       Виталик засмеялся во время глубокой глотки и чуть не подавился.       Он всегда думал, что Игорь будет сверху, но тот умудрился удивить его ещё раз.       Когда они наконец закончили и отлипли друг от друга, Игорь принёс салфетки и недопитые стаканы и вернулся в кровать. Виталик, водя пальцем вдоль позвоночника Игоря, поинтересовался:       — А ты помнишь, как вы нас возили в театр?       — Да.       — Ты помнишь, что посадил меня с собой тогда?       — Помню.       — Почему?       — Все билеты были рядом, кроме двух. Я сначала решил, что отсаживать школьников нечестно, и отложил их для себя и ещё кого-то из преподавателей. Но тут подошёл ты. Я видел, что ты постоянно один, и мне стало тебя жалко. Мне кажется, ты тогда мне и понравился. Когда ты растрогался под конец. Ты до сих пор такой же ранимый, плачешь из-за глупостей.       — Именно тогда? Не раньше?       — Почувствовал что-то именно тогда. До этого просто обратил на тебя внимание, как на застенчивого задрота.       — Ты забыл «прыщавого». Тебе нравятся задроты?       — Виталь, я сам задрот. А в твоем тогдашнем возрасте тоже был прыщавым. Хоть и тощим, как швабра. Считай, что проникся родственным духом.       — А конференцию помнишь? Мой доклад про Холодную Войну. Как я ходил к тебе на занятия после уроков?       — Блядь. Не напоминай, мне стыдно до сих пор. Я начал одеваться в свободные вещи в те дни, когда ты приходил, потому что в первый раз пришлось бежать дрочить в туалет.       — Настолько?       — Говорю же, стыдно.       — Почему ты не попытался ничего сделать?       — С тобой?       — Ну да. Я изнемогал там.       — Ну Виталь, я же не идиот. Я нёс за тебя ответственность. Я мог навредить твоей психике одним неосторожным словом.       — Ты боялся за мою психику? Не за свою репутацию?       — Слушай, я же не был упивающимся властью извращенцем. У меня к тебе были очень чистые чувства, и я предполагал, что ты можешь быть по мальчикам, и что я могу тебе нравиться. Ты на меня очень неоднозначно смотрел. Но у меня была своя история. Когда мне было лет тринадцать, меня домогался врач. Я потом спать не мог несколько месяцев, ощущая его руки на себе, а с его репутацией ничего не случилось — так и работал там до пенсии. Я никому не пожаловался, но и если пожаловался бы, то вряд ли кто-то меня воспринял бы всерьез или что-то сделал в отношении того ебаната. И каждый раз, когда ты был рядом, я боялся, что если что-то скажу лишнее, то нанесу тебе травму.       — Игорь. Почему ты такой безупречный?       — Я безупречный? Я так хотел с тобой поговорить на выпускном. Тебе уже было почти 18, и я переставал быть твоим учителем. Женатый идиот с тремя любовницами, которому явно было мало проблем на его голову. Я искал тебя весь вечер, но ты не пришёл в итоге. Не захотел?       Виталик посмотрел на него в шоке:       — Блядь, никто так и не узнал…       — Мне очень жаль, что тебе пришлось всё это пережить, — Игорь обнял Виталика после рассказа об избиении и о Боре. — Я рад, что все обошлось, и ты выбрался из этого без особых травм.       — Ну как же без травм. Без травм не было бы Бори. А после Бори и после той встречи с тобой я вот уже два года как хожу к психологу и собираю себя по кускам. Почему ты тогда не сделал ничего? У тебя же были открытые отношения. Ты мог хотя бы признаться.       — Я не был уверен в твоих намерениях, поэтому сразу ничего не сделал. Решил посоветоваться с Марго. Ты стал первым, чьего присутствия в моей жизни она испугалась и попросила меня не связываться с тобой. Может, подумала, что это слишком серьёзно.       — А это было серьёзно?       — Я не знал тогда. Сейчас думаю, что да. Не просто же так я о тебе думал столько лет. А Марго, возможно, лучше меня это поняла.       — Вообще я рад, конечно, что ничего тогда не произошло. У меня опыта было ноль, а у тебя всё в пыли.       Игорь захохотал. Виталик задумался:       — Знаешь, так странно, что никто из моих одноклассников ничего не сказал про ту историю с избиением. Не спросил, почему я не был на выпускном. Вообще никто ничего не спросил, кроме Ника. И общались со мной, как будто не знают, кто я такой.       — Может боятся признаться себе, что поступили с тобой дерьмово. А может, они просто не могут соединить тебя сегодняшнего с тогдашним. Они помнят прыщавого задрота, которого никто не воспринимал серьезно, а тут появляется герой яойной манги.       — Я не думаю, что они знают, что такое яойная манга. Подожди. А ты-то откуда знаешь про яойную мангу?       — У меня дочь семнадцати лет. Я много чего знаю.       — Ясно. Ты тоже как будто из манги. Иди сюда, — улыбнулся Виталик и полез целоваться.

***

      Виталик проснулся от поцелуя в плечо.       — Ты кофе пьёшь? Или чай?       — Мммм… кофе, пожалуй.       Игорь ушел на кухню, а Виталик огляделся по сторонам. Спальня, как и гостиная, была завалена книгами. Виталик улыбнулся сам себе, вспомнив события вчерашнего вечера. Игорь — задрот. А всё, что Виталику казалось в школе, оказывается, совсем не казалось.       Игорь вернулся, протянул Виталику чашку и сел рядом.       — Тебе когда домой?       — В понедельник на работу, а до этого — никаких планов.       — Почти два дня. Останешься?       — Был бы рад.       — А на следующей неделе? Приедешь? Или я к тебе.       — Это не одноразовая акция?       — Глупый. Я тебя просто так не отпущу после всех этих лет.       Виталик нахмурился.       — Слушай, тут такое дело. Лучше сейчас расскажу. Я же сказал, что у меня есть карьерные идеи.       — Так, — насторожился Игорь.       — Мне позавчера сообщили, что меня приняли на работу в Эдинбурге. Я вообще по приколу им резюме послал. А меня погоняли по интервью в скайпе, и вот. Дали неделю на ответ. Я был уверен до вчерашнего вечера, что уезжаю, а теперь не знаю.       — Почему?!       — Ну ты вот появился, и хочешь быть со мной. А ты ещё сказал, что Марго от тебя уехала в Европу, и я теперь могу тебе разбить сердце, как она, и у тебя разовьётся синдром покинутости, и…       — Виталь, ты идиот? Ты хочешь упустить эту возможность только из-за того, что престарелый житель Подмосковья вдруг признался тебе в чувствах? Я мог уехать в Штаты в 91 году, и я зассал. «Я же еще универ не закончил», блядь. Я столько потом жалел, ты не представляешь. И Марго не от меня уехала, она уже когда мы расстались свалила. Когда тебе нужно там быть?       — Если соглашусь, то начинаю через месяц.       — Ну вот видишь, у нас есть как минимум целый месяц. Езжай, ты всегда можешь вернуться. И я никуда не денусь — если, конечно, за этот месяц тебе не надоем. Приеду в гости. Будем бегать в килтах по горам и пить Лагавулин с горла.       — Хороший план.       — Любой план хороший, если в нем есть ты.