Пожалуйста

Кейт устало заваливается на диван, потирая шею. Тейпы неприятно шуршат под пальцами, но девушка даже не морщится - болит уже не так сильно, как в первые дни. Тренировки истощают полностью, но это сейчас как раз то, что требуется. После всего пережитого не прошло и полугода, и.... ох, честно говоря, Кейт даже задумывалась сходить к мозгоправу, но в итоге пришла к тому, что физические нагрузки помогают гораздо лучше. По крайней мере, так у девушки не остаётся сил и времени на раздумья о прошлом... да и о весьма туманном будущем. Да, Бартон рядом, и Кейт всегда желанный гость в его доме, и Лора наверняка каждый раз ставит на стол на одну тарелку больше. Просто на всякий случай. Но это все равно не то. Гнёздышко Бартонов - Бартонов, не ее. Ей хотелось бы, чтобы все было просто нормально. Хотелось снова стрелять в большие часы, не думая о последствиях, закатывать глаза на нотации мамы и... просто обнять ее. Как раньше. Уткнуться носом в шею, чувствуя себя в полной безопасности. Сейчас лучница чувствует себя действительно дерьмово. В голове одна за другой проматываются картинки - она заходит в душ, окунается в прохладную воду, смывает с себя усталость прошедшего дня, а затем падает обратно на диван, греясь о шерсть пушистого Лаки. План-минимум (или в ее плане - максимум) готов. Однако все идёт не так уже с начала - горячей воды нет, и Кейт едва сдерживается, чтобы не начать ругаться во весь голос. Лишняя трата сил и энергии сейчас ни к чему. Что ж, значит, холодная вода. Хорошо. Ладно. Это не драка с неизвестным здоровяком на улицах Нью-Йорка, но шанс пострадать как будто бы больше. И только девушка успевает намочить голову, как раздается сигнал телефона. Сперва Кейт отмахивается. Затем - хмурится. Клинт не пишет ей смс, он или звонит, или просит сделать это кого-то из детей. Мать... тоже отпадает. Кейт недавно пыталась выбить свидание с ней, но та даже не явилась (что, между прочем, было о ч е н ь больно). Так кто же?.. Любопытство берет явный верх над отсутствием нормальных бытовых условий и девушка, убирая спутавшиеся волосы с лица, лезет к телефону. "PAPER COFFEE. пожалуйста". Сердце пропускает пару ударов, когда Кейт видит имя отправителя. Что это - розыгрыш? Или очередная западня? Ещё и это неизвестное слово, которое, разумеется, сразу же прогоняется через переводчик. Но от этого, право, становится ещё непонятнее. - Лаки? Иди сюда, мальчик. Она всегда так делает - чешет его за ухом или путается пальцами в длинной шерсти, когда о чем-то задумывается. Елена Белова - не тот человек, который стал бы назначать свидания, ещё и так просто. Она скорее сама пробралась бы к Кейт через чердак, или окно, или проделанное отверстие в стене - ну, вы знаете, только не через дверь. Так что же ей надо теперь от Кейт? Разве что... Нет. Мысль об убийстве уходит так же быстро, как и пришла - если бы Елена хотела убить лучницу, она бы это сделала. Непонятно. Пара минут размышлений - и девушка уже звонит в ближайшее такси, объясняя, что ей нужна, действительно необходима самая быстрая машина (Елене об этом она, разумеется, не расскажет). Однако даже на машине и практически при полном отсутствии пробок путь занимает немалое количество времени. Черт, почему этой вдове просто спокойно не сидится на месте? И желательно на месте не у черта на куличиках. Город гудит и шумит, но Кейт, привыкшая к такому фону с детства, не обращает на это никакого внимания. Она движется уверенно, следуя маршруту на онлайн-карте (и негодуя, что таксист высадил ее на несколько остановок раньше), пока, наконец, не натыкается на нужную вывеску. Что - это действительно... просто кофейня? Зачем Елене нужно было ее сюда вызывать, да ещё и в такой час? Если только не случилось что-то действительно срочное - что, как была уверена Кейт, в понимании вдовы могло означать "У меня закончился острый соус. А в кофейне новый не дают. Помоги". Но все эти мысли - лишь мишура. Кейт нервничала, и очень. Прошлые встречи с вдовой... Ну, в одну из них она приготовила поесть и сиганула из окна. А в другую - прокатила Кейт лицом по стенке и сиганула из окна. Короче говоря, скучать не приходилось. Именно поэтому теперь, стоя перед дверьми заведения, Бишоп ломалась, словно школьница, никак не находя силы зайти внутрь. - Черт, Бишоп, давай уже, не тормози. - Вот именно, Кейт Бишоп, не тормози. Голос, пускай и довольно слабый, но раздается так неожиданно, что Кейт дёргается, резко оборачиваясь. Света вывески не хватает, чтобы осветить всю улицу, однако девушка замечает чей-то силуэт на другой ее стороне. Она знает, чей это силуэт. - Елена? Ответом следует тишина, а затем - невнятное хрипение и кашель. Определенно ясно, что что-то не так, и лучница, забыв про все сомнения, бежит на звук. Елена лежит возле темной лужи - при отсутствии сказать наверняка было сложно, но Кейт почти уверена, что это кровь. - К... Кейт Бишоп. Ты пришла? - Конечно пришла. Знаешь, если хотела позвать меня на свидание - фигачить себя ножом или чем там ещё было необязательно. Кейт отшучивается, но в ее глазах читается явное беспокойство. Она садится на корточки, пытаясь лучше разглядеть рану, и укладывает свою ладонь на ладонь вдовы в успокаивающем жесте. - Все будет хорошо, ладно? Что с тобой случилось? Елене требуется время, чтобы собрать последние силы, и все, что она успевает бросить перед тем, как отключиться, это: - Никаких больниц и врачей. - Ну, знаешь... - Кейт приподнимает отключившуюся вдову, оглядываясь по сторонам, словно в поиске поддержки - психиатр тебе точно бы не помешал