Misguided Ghosts

Леви избегал его. В пятницу вечером, после урока игры на гитаре, вся группа собралась на репетицию, но Леви всё это время был отрешённым. Независимо от того, какие песни они играли, независимо от того, сколько пива они выпили, Леви будто не было с ними. Суббота была не лучше. Даже когда они работали над звучанием, Леви уклонялся от зрительного контакта с ним. Как будто Эрен был воплощением самого греха, и Леви не мог даже взглянуть на него, не говоря уже о том, чтобы находиться с ним в одной комнате. Даже когда Изабель заговорила об участии в «Битве Бэндов», большом событии для местных рок-групп с денежным призом, атмосфера была напряжённой. По крайней мере, так казалось Эрену. Фарлан и Изабель были в восторге от конкурса, и как бы Эрен ни хотел разделить их волнение, пассивное состояние Леви лишало его любой радости, которую он мог бы испытать. А потом, конечно, наступило воскресенье, и Эрен вообще не смог увидеть Леви. Вместо этого он провёл весь день взаперти в своей комнате, слушая записанные компакт-диски на повторе. Это был день в стиле «Linkin Park». «In The End» играла на фоне, пока Эрен лежал, уставившись в потолок и размышлял о том, где он допустил ошибку. Возможно, он был слишком настойчив, когда говорил с Леви о синяках на его руке. Армин всегда говорил, что он слишком упрям, даже из благих намерений. И если кровоподтёки с ушибами на фарфоровой коже Леви были работой его дяди, как подозревал Эрен, то, конечно, тот не хотел говорить об этом. Теперь, когда перед глазами не мелькали эти следы, разжигая гневный огонь в груди, он мог ясными глазами видеть, что перешёл черту. Вот почему он планировал попросить прощения. Прозвенел последний звонок, и Эрен вскочил из-за стола, собирая свои вещи. С одной всепоглощающей мыслью в голове он поспешил в коридор, расталкивая одноклассников по пути к своему шкафчику. — Эй, Эрен! — Крикнул Армин, вырывая его из глубины размышлений. Он обернулся, обнаружив, что к нему подбегает светловолосый друг. — К чему такая спешка? — Мне нужно поймать Леви до того, как он уйдёт, — сказал Эрен направляясь к своему шкафчику, как спецагент на миссии. Даже Армин не мог его остановить. Не сегодня. Кроссовки Армина заскрипели по линолеуму, когда он поспешил к Эрену. — О, у вас двоих были планы или что-то в этом роде? Эрен добрался до своего шкафчика, взялся за замок и набрал комбинацию. Он покачал головой и с грохотом распахнул металлическую дверь. — Не-а. Мне просто правда нужно поговорить с ним. — Хочешь потусоваться после? — Спросил он, прислоняясь к шкафчику рядом и держась за лямки рюкзака. Эрен засунул свои книги в рюкзак, застегнул его и перекинул через спину, прежде чем повернуться к Армину. — Эм, может быть, не сегодня. — Что-то случилось? — Армин нахмурил брови. — Нет, мне просто... нужно кое о чём позаботиться, и я не знаю, сколько времени это займет. Может быть, мы сможем заняться чем-нибудь завтра. — Разве у тебя по вторникам нет занятий по джазу? — Точно, — вздохнул Эрен, закрывая свой шкафчик. — Просто прошло много времени с тех пор, как ты, я и Микаса собирались вместе. Мы скучаем по тебе, понимаешь? — Я знаю, — он крепко похлопал Армина по плечу. — Мы что-нибудь придумаем. Армин нахмурился, костяшки его пальцев побелели. — Окей. Что ж, удачи с Леви, я думаю. — Спасибо, — ответил Эрен, помахав ему, прежде чем взвалить рюкзак на плечи и поспешить по коридору к передней части школы. Обычно Леви добирался домой с Изабель и Фарланом, и Эрен действительно надеялся догнать его до того, как тот уедет. Он протиснулся сквозь толпу, собравшуюся в вестибюле, все незнакомые учащиеся были просто размытым пятном на периферии его зрения. За широкими стеклянными дверями был пасмурный осенний день, и Эрен был благодарен себе за то, что сегодня он решил надеть нормальную куртку с утра. Он быстро застегнул молнию, засунув руки в передние карманы, и толкнул передние двери. Резкий ветер хлестал его по лицу, от чего глаза наполнились непрошенными слезами. Теперь, когда погода становилась всё холоднее, ездить на велосипеде в школу и обратно было отстойно. Наконец, он заметил бледную кожу и чёрную чёлку, огромное худи, прикрывающее небольшую фигуру, и хмурый взгляд, который почти кричал «иди нахуй». С таким враждебным видом никто не мог быть настолько безмозглым, чтобы подойти к нему. Никто, кроме Эрена. — Леви! — окликнул он, бросаясь за ним. Он остановился посреди тротуара, обернувшись, чтобы грозно посмотреть на Эрена. — Что? — Привет, — выдохнул Эрен, его теплое дыхание создавало облачко пара перед его лицом. — Мне нужно с тобой поговорить. — Фарлан и Иззи ждут меня. — Ты можешь вместо этого пойти со мной домой? — спросил Эрен, ненавидя то, как отчаянно он звучал. — Это важно. Челюсть Леви напряглась, и он отвёл взгляд, сжав губы в жесткую линию. — Если это из-за того дня, то я не хочу ничего от тебя слышать. — Это так, но... Он усмехнулся и быстро развернулся. — Нет, подожди! — Эрен протянул руку и схватил его, притягивая назад. Глаза Леви округлились, и он вздрогнул, отбросив руку Эрена. — Не прикасайся, блять, ко мне. Сердце Эрена ушло в пятки, и он тут же отпрянул, сунув руку обратно в карман. — П-прости. Жёсткий хмурый взгляд Леви мгновенно исчез, и его раздражение, казалось, улетучилось вместе с глубоким вздохом. Он мотнул головой в сторону, молча веля Эрену следовать за ним, и начал идти по тротуару. В тишине они дошли до стойки с велосипедами, и Эрен остановился, чтобы забрать свой. Как раз в тот момент, когда он засунул свой замок в рюкзак, открыв рот, чтобы нарушить это неловкое молчание, рядом с бордюром прогрохотал двигатель красного пикапа. Окно у пассажирского сидения опустилось, открывая взору чересчур бодрую Изабель. — Где ты был, слоупок? Мы так долго ждём тебя! — Я пойду домой с Эреном, — ответил Леви. Фарлан наклонился, глядя мимо Изабель. — Хочешь прокатиться с нами, Эрен? Ты можешь бросить свой велосипед на заднее сиденье. Эрен переводил взгляд с Леви на Фарлана, не зная, что ему следует сказать. К счастью, Леви быстро отмахнулся от него. — Всё в порядке, мы пойдём пешком. — Ладно. Тогда увидимся позже? — его брови нахмурились в замешательстве. — Ага. Фарлан и Изабель обменялись взглядами, прежде чем она подняла стекло. Затем они двинулись по подъездной дорожке, и низкий рокот красного пикапа затих вдали, оставив Эрена с тысячей вопросов за облаком выхлопного дыма. Были ли они в курсе увечий Леви? Если да, то знали ли они, что Эрен видел их? Трудно было сказать, насколько многим он делился со своими друзьями. Может быть, они все вместе просто блуждали в темноте. — Так, — начал Леви, снова привлекая внимание Эрена к себе. Под его глазами были тёмные круги, и Эрен задался вопросом, были ли они там всё это время или появились только недавно. — Что ты хотел мне сказать? — Ох, — Эрен резко выдохнул, толкая свой велосипед вперёд, когда он последовал за Леви по тротуару. — Эм, ну, я просто хотел сказать, что мне жаль… за то, что давил на тебя. Теперь очевидно, что ты не хотел говорить об этом. Я просто... — Он глубоко вздохнул, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, не сводя глаз с потрескавшегося тротуара перед собой. — Это прозвучит глупо, так как мы на самом деле не особо знаем друг друга, но я просто волнуюсь за тебя, и когда я увидел это, я забеспокоился, — он покачал головой, всё ещё отказываясь смотреть на Леви. — Мои друзья всегда говорят, что я становлюсь слишком настойчивым. Наверное, поэтому у меня не так много друзей, хах? Эрен наконец осмелился взглянуть на Леви. То, что он обнаружил, было совсем не тем, чего он ожидал. Вместо раздражённого хмурого взгляда или напряжённой челюсти его встретил вид мягкого изгиба бровей и приподнятых уголков губ. Глаза Леви были устремлены далеко вперёд, как будто он был глубоко погружён в свои мысли. По неизвестной причине паника сдавила рёбра Эрена. Леви внешне не выглядел рассерженным, это он мог сказать наверняка. Но его молчание было тревожным, и звук хруста камней под ногами только действовал Эрену на нервы. Ему нужно было что-то — что угодно — сказать, чтобы заполнить эту тяготящую тишину. — Послушай, я устал играть в эту игру, где мы просто избегаем друг друга. Так что, если ты хочешь, чтобы я отстал и оставил тебя в покое, тогда просто скажи это. — Нет, я этого не хочу, — наконец ответил Леви, и в его голосе послышалась лёгкая дрожь. Эрен не был уверен, было ли это из-за холода или чего-то ещё. — Я просто не хочу говорить об этом. — Окей, — сдался Эрен. Он уже смирился с молчанием Леви по этому поводу несколько дней назад. В любом случае, им не нужно было говорить об этом. Эрен мог бы помочь ему и другими способами. — Хочешь прийти на урок по гитаре? Прошло много времени. Леви засунул руки в худи и лениво пожал плечами. — Конечно. Это единственное слово уничтожило любое затянувшееся напряжение, повисшее между ними. Эрен выдохнул с облегчением, из-за чего облако пара проплыло перед его лицом. — Знаешь, мы бы перестали мёрзнуть на холоде намного быстрее, если бы поехали на твоём велике, — заметил Леви, краем глаза поглядывая на Эрена. Эрен посмотрел себе под ноги, чувствуя, как что-то греет его грудь изнутри. Мысль предложить приходила ему в голову, но он решил, что, поскольку они ступают по тонкому льду, это не будет хорошей идеей, особенно с учётом того, как инстинктивно отреагировал Леви, когда Эрен прикоснулся к нему ранее. Тот факт, что Леви сам предложил это, убедил его в том, что, возможно, у них всё в порядке. — Хорошо, — сказал он, оседлав велосипед и ожидая, когда Леви тоже запрыгнет на него. Когда его руки обхватили Эрена за плечи, и он почувствовал, как крепкое тело оказалось у него за спиной, мышцы Эрена напряглись. — Расслабься, я не собираюсь кусаться, — пробормотал Леви, грубый тембр его голоса заставил кожу Эрена покрыться мурашками. Эрен с трудом сглотнул, во рту внезапно пересохло. — Заткнись. Эрен услышал слабый смешок прямо на ухо, а затем почувствовал, как Леви впился пальцами в плечи, и это тёплое прикосновение помогло ему немного расслабиться. — Двигайся, или я это сделаю. Усмехнувшись, Эрен поехал по тротуару, холодный встречный ветер развевал его волосы. Он чувствовал, как Леви наклонился ближе, крепко прижавшись к рюкзаку Эрена, чтобы хоть немного унять дрожь от холода. — Ты можешь ехать ещё быстрее? Пиздец как холодно, — сказал Леви. — Ты тот, кто хотел это сделать. — Я не думал, что на улице будет настолько холодно, — Он снова задрожал, его хватка усилилась. — В следующий раз нас подвезёт Фарлан. Сдерживая улыбку, Эрен продолжал двигаться по дороге с Леви за спиной, и между ними не было ничего, кроме ветра и запаха опавшей листвы. К тому времени, как они добрались до улицы Эрена, он вспотел под толстой курткой, его щёки были холодными и горели от ветра. Когда они добрались до его дома, первое, что он заметил, проезжая по подъездной дорожке, было то, что машины его отца не было. Слава богам. Эрен остановился перед гаражом, и Леви спрыгнул с велосипеда. Как обычно, он прислонил свой велосипед к двери и потащился вверх по ступенькам крыльца. Несмотря на то, что дома никого не было, дверь была не заперта. Похоже, Грише было всё равно, если кто-нибудь вломится. Во всяком случае, не то чтобы у них было что украсть. — Где твой папа? — спросил Леви, когда они вошли в пустой дом. Эрен пожал плечами, скидывая свои конверсы у входной двери. Он снял рюкзак вместе с курткой и бросил всё на пол. — Кто знает? Наверное, тусуется со своей дамой сердца. — У него есть пассия? — Вроде того? Честно говоря, я реально не знаю, как её назвать. Дина часто зависает рядом, но я никогда на самом деле не видел, чтобы они вели себя неприлично друг с другом. Леви снял свои вансы, аккуратно положив их рядом со скинутыми конверсами Эрена. — Она тебе нравится? — Нет. — Это был быстрый ответ, — правый уголок губ Леви приподнялся. — Она фальшивая сука, — Эрен пожал плечами. — И, если бы не она, мой отец не целовал бы Иисуса в задницу. — Верно, — фыркнул Леви, и все следы веселья исчезли. — Тем не менее, — начал он говорить, направляясь на кухню, — совсем не голоден? Не то чтобы у меня есть много что... — Уверен, мы что-нибудь придумаем, — ответил Леви, следуя за ним. — Мы хороши в этом, верно? Эрен хмыкнул, пряча улыбку, когда заглянул в холодильник. Каким бы жалким это ни было, он радовался, что не был одинок в своей борьбе. Наличие кого-то рядом, кто понимал, через что ему приходится проходить, несколько облегчало эту задачу. Воспоминание о фиолетовых синяках, покрывающих бледную кожу, всплыло на передний план его сознания. Возможно, Леви тоже нуждался в ком-то, с кем можно было бы поделиться этим. В том виде, в котором они были сейчас, они не совсем устойчиво стояли на земле. Хотя собственный опыт Эрена был не таким суровым, как у Леви, ему нужно было создать нужные условия для игры, чтобы показать Леви, что он не одинок. — Нашёл что-то? — спросил Леви, вырывая его из потока мыслей. В ящике лежала кучка увядшего салата, просроченное молоко, кусок сливочного масла, клубничное желе, банка маринованных огурцов и несколько ломтиков американского сыра. — Нет, — вздохнул Эрен, закрывая дверцу. Леви кивнул головой, подходя к холодильнику и рассматривая картинки и магниты, разбросанные по выцветшей некогда белой поверхности. Пытаясь не обращать внимания на неприятное покалывание вдоль позвоночника, пока Леви рассматривал сувениры из его прошлого, Эрен уткнулся лицом в шкафчик в поисках чего-нибудь съестного. Там было не так уж много: банка арахисовой пасты премиум-класса, консервированные помидоры, нарезанные кубиками, коробка отрубей с изюмом и коробка сухой лапши для спагетти. Имея ограниченный выбор, он схватил коробку с макаронами и закрыл дверцу. — Это ты? — поинтересовался Леви, снимая маленькую фотку с холодильника. Эрен подошёл ближе, вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть. Это была фотография, на которой он был маленьким ребёнком с беззубой улыбкой на лице, прижимающим к груди гитару своей матери. На его плече лежала рука, кто-то сидел рядом с ним. Но он был вырезан из картинки. — Ага, — сказал Эрен, задерживая взгляд на изящной руке, лежащей на его крошечном плече. — Кто это с тобой? — спросил он, проводя пальцами по фотографии, в его глазах читалось искреннее любопытство. — Моя мама, — ответил Эрен тихим голосом, который привлёк внимание Леви, и тот повернулся с немым вопросом на лице. — После того, как она умерла, у отца поехала крыша. Он пошёл и вырезал её из всех фоток, которые у нас были. Сказал, что больше не может на неё смотреть. Сказал, что это слишком больно. — У тебя нет её фотографий? Он покачал головой, у него в горле образовался комок. — Больше нет. Я иногда забываю, как она выглядит. — Чёрт, мне жаль, Эрен. Он промолчал, отталкиваясь от столешницы и прижимая коробку с макаронами к груди. — Что есть, то есть. Было бы не так уж плохо, если бы мой отец так сильно не изменился после её смерти. Иногда я думаю, что совсем не знаю, кто он такой. — Я понимаю, — ответил Леви, нерешительность в его голосе привлекла Эрена. Их глаза встретились, и то, что он обнаружил, плавая в их серебристых глубинах, было болезненным пониманием. — Потеря меняет человека. Мой дядя... — он резко остановился и покачал головой, глядя на пол. — Неважно. Эрен сжал пальцами коробку с макаронами, несколько штук треснули под его хваткой. Как бы сильно он ни хотел настоять, как бы сильно он ни хотел, чтобы Леви открылся ему, он не собирался совершать ту же ошибку, что и в прошлый раз. Откашлявшись, Эрен направился к плите. — Как насчёт макарон с маслом? Леви выдохнул и подошёл к нему со слабой улыбкой на губах. — Звучит здорово.