Misguided Ghosts

Утром перед школой Эрен буквально погибал от множества сомнений, терзающих его разум. Они с Леви теперь пара? Будет ли теперь Леви вести себя более интимно с ним на публике? Он не знал. После того, как вчера он признался Леви, они как-то упустили момент, чтобы обсудить то, кем они являются теперь. Или вообще являются ли они кем-то. Что, оглядываясь назад, вероятно, было не лучшим решением. Но Эрен совсем не имел ни малейшего представления о том, как заводить разговор о подобного рода вещах. Оказавшись в школе, он встретил Леви, уже по обыкновению ждавшего его у шкафчика в коридоре. Но по неизвестной причине, увидев его, Эрен занервничал. Что, если он не сможет скрыть свои чувства к Леви теперь, когда они были на виду у всех? Что, если он ошибётся и сделает что-то, чего не должен? Есть только один способ выяснить это. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, и неохотно подошёл к Леви. — Привет, — произнёс Леви. Его голос ничуть не изменился. Внешний вид тоже остался прежним. — Привет, — пролепетал Эрен в ответ, открывая дверцу. В то время как Леви вёл себя абсолютно естественно, Эрену было трудно даже взглянуть на него без стремительно вспыхивающих щёк и сбивающегося с ритма сердца. — Что с тобой не так? — Ничего. — Ты выглядишь так, словно вот-вот обосрёшься. Это заставило Эрена улыбнуться. Чёрт возьми. Почему Леви так хорошо удавалось вызвать у него улыбку? — Я просто... нервничаю, наверное. Леви ухмыльнулся и придвинулся ближе, а затем наклонившись и понизив голос произнёс: — Я заставляю тебя нервничать, Эрен? Эрен быстро опустил взгляд на свои ноги в попытке спрятать лицо, что внезапно залилось краской. — Ты можешь не делать этого здесь? — Делать что? — Ты знаешь. — Нет, не знаю. Что это я делаю, Эрен? Эрен застонал, прикрыв лицо руками, стремясь скрыть смущение. — Я не знаю… ты просто... заставляешь меня по-настоящему терять самообладание, — вздохнул он, всё ещё не в силах смотреть на него. — Мы можем просто не делать этого здесь? — Что, теперь не хочешь, чтобы я разговаривал с тобой в школе? — усмехнулся Леви. — Нет! Я просто... — прозвенел первый звонок, означающий, что у него была всего пара минут, чтобы добраться до аудитории. Эрен быстро схватил учебник по истории из шкафчика. — Мне нужно идти. Поговорим с тобой позже. Он громко хлопнул дверцей и поспешил прочь, не смея взглянуть на Леви из страха увидеть его разочарование.

***

Эрен не смог усмирить свою нервозность к обеду. На самом деле стало только хуже. Сильно ли разозлился Леви на него за то, как он повёл себя этим утром? Будут ли пытаться Армин с Микасой заговорить с ним? Он был на грани, и ему просто хотелось прошмыгнуть мимо всех, скрыться за парадной дверью и снова прогулять школу. Когда Леви и остальные присоединились к нему за столиком, тот ничего не сказал. Даже не взглянул на Эрена. И хотя у Эрена сегодня был довольно сносный обед, любезно предоставленный его отцом (удивительно, поскольку он всё ещё вёл себя как уёбок), у него не было никакого аппетита. — Ну-у, я подумала, что теперь, когда Битва Бэндов закончилась, нам следует начать готовиться к следующему большому концерту! — начала Изабель, совершенно не подозревая о неловком напряжении между ним и Леви. — Нам реально следует сосредоточиться на записи нескольких оригинальных песен. Время каверов прошло! — Да? — Фарлан ухмыльнулся и легонько толкнул локтем Изабель в бок. — Ты собираешься поработать над их написанием для нас? — Эм-мм, — протянула она, переводя взгляд с Эрена на Леви, — я надеялась, что вы двое возьмёте на себя инициативу в этом деле. Я не сильна в написании музыки. — Эй, а как насчёт меня? — обиженно сказал Фарлан. — Я не знаю! Ты когда-нибудь хотя бы пробовал? — Нет, но кто знает? Может быть, я окажусь гением лирики к вашему удивлению. — Судя по твоей оценке по английскому, я возьму на себя смелость сказать, что, скорее всего, это не так. — У меня уже есть наработки, мы могли бы с вами поработать над их завершением, — вставил Леви. Они продолжали общаться втроём, в то время как Эрен только слушал, сосредоточив своё внимание на поиске Микасы и Армина в кафетерии. Осматривая помещение, в конце концов, он заметил их на другом конце кафетерия, сидящих вместе с Жаном, Конни, Сашей и ещё несколькими людьми, которых Эрен даже не знал. — Эй, ты в порядке? — спросила Изабель и бросила скомканную салфетку в лицо Эрена. Она попала ему прямо в щёку, от чего он вздрогнул, повернувшись к ней с хмурым видом. — Какого хера это было? — Земля вызывает Эрена! Ты там в порядке? — Да, — отрезал он. Рядом с ним Леви ёрзал, уставившись в свою тарелку и прикрыв лицо рукой. — Что случилось с Армином и Микасой? Эрен стиснул челюсти, пытаясь сдержать раздражение за зубами. — Ничего. — Но... почему они сидят... — Из, — оборвал ее Леви. — Просто брось это. — Хорошо-хорошо, — вздохнула она. Они втроём вернулись к разговору. Эрен же молча разглядывал свой сэндвич с индейкой и сыром.

***

Когда прозвенел последний звонок в конце учебного дня, Эрен бросился к своему шкафчику, надеясь выбраться до того, как Леви найдёт его. Несмотря на большое облегчение, которое он испытал от того, что открылся ему, попытки разобраться в их зарождающихся отношениях повергали его в панику. Двигаясь быстро, он схватил шмотки из шкафчика, чуть не забыв запереть его, он поспешил по коридору. Был только один человек, с которым он мог поговорить сейчас. Хистория. К счастью, она всё ещё была у своего шкафчика, непринуждённо болтая с Имир. Она улыбалась и краснела, но выглядела уверенной, несмотря на всё, что Эрен знал. Как ей это удавалось? Она разговаривала с Имир так естественно, не боясь быть самой собой перед всей школой. Разве ей не было страшно, что кто-нибудь узнает и расскажет её отцу?   — Хистория, Имир, привет, — поздоровался Эрен, прислоняясь к шкафчику рядом с ними.   — Прив, Эрен, как дела? — спросила Хистория, озабоченно приподняв свою идеально зафиксированную воском бровь.   — Мне было интересно... могу ли я с тобой быстро поговорить кое о чём?   Она посмотрела на Имир, которая, как обычно, казалась скучающей. Та оглядела Эрена с ног до головы, пожала плечами, а затем заключила Хисторию в объятия.   — Поговорим позже?   — Конечно, — ответила Хистория, лучезарно улыбаясь ей.   Эрен почувствовал укол зависти. Они выглядели такими беззаботными вместе.   Хистория закрыла свой шкафчик и закинула рюкзак на плечи.   — Где ты хочешь пообщаться?   — Там, где нас никто не услышит, — предложил Эрен тихим голосом, наблюдая, как пронырливые учащиеся проходят мимо них.   — Эм, окей, — она огляделась в раздумьях, — может, пойдём в одну из аудиторий для практик?   — Хорошая идея.   Они вместе миновали переполненные коридоры и направились в музыкальное крыло. В этой части школы было не так много людей, но, судя по доносившимся звукам, пара учеников репетировали в помещении для оркестра.   Похоже, это был джаз-бэнд. Эрен уже несколько недель не ходил на их репетиции. Никто так ничего ему и не сказал, кроме учителя, который был разочарован, узнав, что тот решил бросить. Гриша об этом не знал, и Эрен планировал оставить положение дел таким.   Дальше по одному из проходов между хором и залом для оркестра был коридор с небольшими репетиционными комнатами, в каждой из которых стояло фортепиано. Эрен редко пользовался этими комнатами, хотя в них была довольно хорошая изоляция и приватность.   Как только они оказались в маленькой комнате, он закрыл дверь и встал в углу, в то время как Хистория села на лавочку у пианино и снова посмотрела на него тем обеспокоенным взглядом.   — Итак, что происходит? Ты разговаривал с Леви?   — Да. — И? Как всё прошло? Он подавил улыбку. — Всё прошло... лучше, чем я предполагал. Она вскочила на ноги и с радостным визгом обвила руками шею Эрена. — Это потрясающе! Выкладывай всё. Так он и сделал. Эрен рассказал ей совершенно всё, начиная со своего неловкого признания, заканчивая их поцелуем, и даже неловким моментом сегодня в школе. — Как ты это делаешь? — спросил Эрен, как только всё стало ясно. — Как ты не боишься? — Я боюсь, Эрен, — нахмурилась Хистория. — В ужасе, на самом деле. Я в той же лодке, что и ты. Если мой отец когда-нибудь узнает... — Она покачала головой. — Хотя, может быть, в школе у меня всё по-другому. Думаю, люди видят, как две девушки флиртуют и обнимаются, и не видят в этом ничегошеньки странного. Но я подозреваю, что, если бы ты делал то же самое с Леви, кто-нибудь бы счёл это странным. И это реально тупые двойные стандарты, да? Но... — Она сделала паузу, на мгновение задумавшись. — Я считаю, вопрос только в том, что стоит смириться с тем, кто ты есть, и не переживать о мнении окружающих. Да, это тяжело, знаю, потому что сама всё ещё работаю над этим. — Просто… Мне кажется, что я пока не способен на это. И мне страшно, что Леви хочет, чтобы я вёл себя с ним определённым образом, и я не знаю, смогу ли я быть тем, кем он хочет прямо сейчас. — Тогда тебе нужно поговорить с ним. Сказать ему это. Вы двое оба находитесь на разных стадиях, верно? В том смысле, что, как ты и сказал, у него было много времени, чтобы осмыслить ориентацию. В то время как для тебя это что? Всего пара недель с тех пор, как ты реально начал задумываться об этом? Это нормально, что тебе хочется больше времени и границ, пока ты не станешь чувствовать себя комфортно. Но ты должен быть открыт и честен с ним. Не жди, что он просто сможет читать твои мысли. — Да, — пробормотал Эрен, упираясь носком своих кед в пол. — Ты права. — Конечно я права! — Она игриво ударила его по руке и рассмеялась. — Ключом к любым отношениям является общение. — Откуда ты так много знаешь об этом? — Хочешь верь, хочешь нет, но молодёжная группа многому меня научила. Думаю, что мои отношения с людьми подобны тем, что я имею с богом. Мне всегда нужно поговорить с ним, высказаться ему, попросить у него прощения, если поступила неправильно. И если я буду верна и предана ему, то и он будет таким же по отношению ко мне. И это работает во всех отношениях. Если бы я поступила плохо с тобой, то попросила бы прощения. Если я доверяю тебе, то хотела бы такого и в ответ. Между мной и богом нет никаких секретов. И так должно быть между тобой и твоим партнёром. — Ну, не могу сказать, что у меня такие же отношения с богом, как у тебя. Я имею в виду... как ты можешь верить в него, когда он говорит, что твоё существование — это грех? — Это... конечно сложно, — ответила она, глядя вниз и теребя цепочку с крестиком на шее, — я молилась об этом и не получала ответа. Но я верю, что бог любит все свои творения. И если он сделал меня такой, то как это может быть неправильно? — Но разве в библии не сказано, что гомосексуальность — это грех? И что это выбор, а не то, какими мы рождаемся? — Не совсем. Многие формулировки в библии были изменены за эти годы, и толкования некоторых отрывков сильно отличаются. Отрывок, осуждающий гомосексуальность как грех, очень расплывчатый. — Тогда… Почему церковь говорит, что это так неправильно? — Честно? — Она пожала плечами. —  Не знаю. Может быть, контроль? В любом случае, возможно, тебе следует помолиться об этом. Может быть, бог сможет дать тебе лучший ответ, чем я. — Я не молюсь, — быстро отрезал Эрен, чувствуя себя неуютно от самой мысли об этом. — Всё в порядке. Тебе не обязательно это делать. Лично я нахожу утешение, когда разговариваю с богом. У меня могут быть свои сомнения, но… Я действительно чувствую себя лучше после того, как молюсь, — Хистория одарила его нежной улыбкой. — Но не беспокойся об этом сейчас. Ты должен пойти поговорить с Леви и поделиться с ним всем, что тебя гложет. Ты удивишься, насколько станешь чувствовать себя свободнее после этого.

***

Леви ждал его у стойки для велосипедов, выглядя замёрзшим и взбешённым. — Где тебя нахуй носило? — огрызнулся он, — я ждал тебя ёбанных тридцать минут. — Прости, кое-что нужно было уладить, — ответил Эрен, чувствуя, как вина тяжело оседает у него в животе. — Должен был предупредить тебя и сказать ехать с Фарланом. Я не подумал. — Ага, — протянул он, и это прозвучало так, будто он ни на секундочку ему не поверил. Кстати говоря, школа напоминала опустевший город-призрак сейчас. Все автобусы уехали, и здесь остались только те, кто участвует во внеучебных мероприятиях. Перед входом были только Леви и Эрен, поэтому последний чувствовал себя в относительной безопасности, чтобы говорить свободно. — Слушай, я понимаю, что вёл себя сегодня как мудак. Я просто в таком замешательстве и... — Я понимаю это, Эрен, — перебил его Леви дрожащим голосом. Похоже, он дрожал, потому что был одет в одно худи. — Мы можем просто пойти? Я замёрз. — Прости, — Эрен нахмурился, и его сердце ухнуло куда-то в низ живота. Он быстро снял с замка велосипед, но, прежде чем забраться на него, сбросил рюкзак на землю и снял куртку. — Что ты делаешь? Эрен промолчал. Вместо ответа он протянул ему свою куртку, и Леви уставился на него так, будто тот сошёл с ума. Но в конце концов Леви сдался, взял куртку и надел её. Утонув в ней, он выглядел таким маленьким и драгоценным. Настолько, что от одного его вида у Эрена потеплело на душе. Не имело значения, что он сам мог стать ледышкой от пронизывающего холода. Знать, что Леви счастлив и согрет, было достаточным. Он забрался на велосипед и подождал, пока Леви запрыгнет сзади. Как только тот это сделал, его руки обвились вокруг шеи Эрена, грудь прижалась к его спине, а губы задержались у самого уха. — Иногда ты реально выводишь меня из себя, Эрен, — прошептал он, горячим дыханием щекоча кожу за ухом. Эрен рассмеялся и начал крутить педали, направляясь к дому Леви.

***

Леви заварил чай, чтобы они могли согреться. Сказал, что это Эрл Грей. Эрен не знал, что это значило, но пахло вкусно. В основном потому, что из кружки доносился тот же аромат, что и от Леви. Кенни не было дома, поэтому они устроились поудобнее в гостиной. Леви свернулся клубком в углу дивана, укрывшись одеялом и держа кружку с чаем на коленях. Тем временем Эрен не мог определиться, стоит ли ему сесть рядом с ним или нет, поэтому он расположился в паре сантиметров от него и уставился на кружку с горячим напитком, от которого шёл приятный пар. Он не знал, что ему стоит сказать. Эрен думал о их разговоре с Хисторией. О той части, где она посоветовала ему быть честным и открытым. Страх, что Леви будет осуждать и презирать его, мелькал на задворках сознания. Но у него не было никаких причин полагать, что тот пойдёт на это. Раньше ведь он никогда с ним так не поступал. Леви не был его отцом. — Эрен, что с тобой происходит? Ты сегодня ведёшь себя супер странно, — мягко спросил Леви. Эрен не мог заставить себя посмотреть на него. Пожав плечами, он просто продолжал сверлить кружку взглядом. — Я не знаю. Это просто... действительно тяжело для меня. — Что тяжело? — Просто... — Он вздохнул, расстроенный тем, что не был в силах найти слов, которые могли бы выразить его чувства в полной мере. — У меня было так мало времени, чтобы всё осмыслить. А ты так долго в курсе своей ориентации, что, наверное, хочешь от меня большего, но... — он покачал головой, ненавидя то, как дрожит его голос. — Я не знаю, что я делаю. — Эрен... — Старый диван просел и заскрипел, когда Леви поставил свой чай на кофейный столик и придвинулся ближе, так что они оказались бок о бок, — может, я и разобрался в себе много лет назад, но я такой же грёбаный профан, как и ты. У меня никогда и ни с кем раньше не было серьёзных отношений. Я только целовался с двумя парнями, но на этом всё. — Правда? — Не знаю, заметил ли ты, но я не так уж и сильно люблю людей. Эрен фыркнул от смеха, и, наконец, поймал взгляд Леви. Они были так близко друг к другу, и тот выглядел таким нежным и манящим. Соблазну наклониться и заключить его в объятия было почти невозможно сопротивляться. «Идиот. Тебе не нужно сопротивляться». Он поставил свою кружку чая рядом с той, что была на кофейном столике, и тут же прильнул к нему. В тот момент, когда лоб Эрена коснулся крепкого плеча, стройные руки обвились вокруг его талии, прижимая его к себе.   — Я знаю, это глупо, но мне так страшно, что люди могут узнать, что я гей. Боюсь, что это каким-то образом дойдёт до отца и меня отошлют далеко отсюда. Я знаю, это нечестно по отношению к тебе — держать всё в секрете, и мне жаль, что я такой, но... — он зажмурился, сдерживая жгучие слезы. — Всякий раз, когда я рядом с тобой, я чувствую, что теряю контроль над собой. Ты просто…  делаешь что-то со мной, и это, честно говоря, пугает меня до чёртиков. Леви отстранился, обхватив лицо Эрена обеими руками. — Ты не должен ограничивать себя, Эрен. — В школе я должен. Леви медленно провёл большим пальцем по его щеке и склонил голову набок, пробежав глазами по лицу Эрена. — Хочешь, чтобы я оставил тебя в покое в школьных стенах? Это то, что тебя беспокоит? — Нет, — он быстро покачал головой и почувствовал, что слёзы вот-вот прольются, — я н-не хочу этого. Просто не имею ни малейшего понятия, как вести себя с тобой перед людьми. — Думаю… — Его руки соскользнули с лица Эрена на колени, и он посмотрел вниз и на мгновение прикрыл глаза. — Думаю, тебе стоит просто вести себя так, как ты вёл себя всегда... В школе мы друзья. А здесь, когда есть только ты и я, мы можем быть такими, какими ты хочешь нас видеть. Эрен почувствовал странную смесь вины и облегчения. Это было похоже на то, будто с его груди сняли груз только для того, чтобы заменить его чем-то более тяжёлым. Он не мог избавиться от ощущения, что Леви не этого хотел. Что Леви хотел большего. И всё же Эрен не мог не спросить. — А если я хочу, чтобы ты был моим парнем..? Губа Леви дрогнула, и его взгляд смягчился. Эрен знал, что с его стороны было эгоистично спрашивать, эгоистично обрекать Леви на отношения, основанные на секретности. Но после всего, через что ему пришлось пройти, он чувствовал, что заслуживает того, чтобы быть немного эгоистичным. — Может быть, я бы подумал об этом, если бы меня спросили должным образом. Эрен улыбнулся, пульс застучал у него в ушах. — Леви... ты будешь моим парнем?   — Да, тупица, — ухмыльнулся Леви и набросился на него сверху, толкая обратно на диван. С животным блеском в глазах он наклонился и завладел губами Эрена в пылком поцелуе. Леви оседлал талию Эрена, обхватив его ногами, а руками удерживая его лицо неподвижным, пока продолжал целовать его медленно, глубоко и жадно. Жар поднялся между ними, и Эрен почувствовал, как скатывается к возбуждению, поднимающемуся в его животе, когда горячий и шелковистый язык Леви переплёлся с его языком. Это было так приятно — целовать и обнимать, вдыхать воздух между ними, что было трудно устоять перед искушениями, которые приходили вместе с этим. Леви целовал его всем телом, покачивая бёдрами, пока его язык исследовал рот Эрена, а пальцы скользили по его покрытой мурашками коже. Опасный жар обжёг живот Эрена, и он почувствовал, что становится твёрдым... — Леви, подожди, — выдохнул Эрен, пытаясь оттолкнуть Леви от своей нарастающей эрекции, и стыд залил краской его лицо. Но Леви не сдвинулся с места, только крепче обхватив бёдрами талию Эрена и схватив того за руки, прижимая их за голову. Леви смотрел на него сверху вниз диким и тёмным взглядом, губы были покрасневшими и приоткрытыми, когда он тяжело дышал через рот. Он медленно слизал слюну с губ, и дьявольская ухмылка расползлась по его лицу. — Что ты делаешь? — спросил Эрен, паника поднималась в его груди. Он попытался вырваться из хватки Леви, оттолкнуть его, но не мог пошевелиться. «Почему он такой сильный?». — Почему ты психуешь, Эрен? — спросил он низким голосом, напоминающим хриплое мурлыканье. Он отвёл взгляд, не в силах смотреть на Леви. Его грудь сдавливало непосильное бремя стыда. Леви наклонился и коснулся губами его уха. — Это потому, что я тебя завожу? Эрен вздрогнул и понял, что становится твёрже. Леви, должно быть, тоже это почувствовал, потому что отпустил его запястья, откинулся назад и ухмыльнулся. Затем он медленно проехался задницей по эрекции Эрена, не сводя с него взгляда. Лицо Эрена вспыхнуло, а из горла вырвался сдавленный вздох, когда он почувствовал, как по коже заплясало удовольствие. Ох. Это было приятно. Слишком приятно. Если они продолжат в том же духе, Эрен не был уверен, что сможет контролировать себя. Блять, блять, блять, он уже не мог этого делать. Его сердце, казалось, готово было вырваться из грудной клетки от того, как сильно́ было его биение. Леви всё ещё смотрел на него с тем же выражением в глазах, и Эрен не мог этого вынести. Он закрыл лицо ладонями и попытался не обращать внимания на то, как собственное тело предавало его.   — Хэй, Эрен, — прошептал Леви голосом, полным нежности, почти как летний дождь. Изящные пальцы деликатно обхватили его запястья и отвели ладони от лица. Но Эрен не мог позволить себе встретить его взгляд. Леви медленно пробежался пальцами по подбородку, обхватив одной рукой его щёку, поворачивая голову так, что тот был вынужден посмотреть на него, — прости меня.   — За что? — Эрен нахмурился, изогнув бровь.   — За то, что давил на тебя.   — Ты не...   — Заткнись, — перебил он, и хоть слово было грубым, тон оставался ласковым и тихим, — я надавил, — Леви начал вырисовывать круги большим пальцем на его щеке, и Эрен почувствовал, как сердце успокаивается от нежного прикосновения. — Помнишь, как ты сказал, что ты чувствуешь, как не можешь контролировать себя рядом со мной? — Эрен кивнул. — Так вот, ну, я чувствую то же самое к тебе, — он медленно провёл языком по губам и посмотрел на рот Эрена. — Ты реально заводишь меня, Эрен.   — Почему? — Эрен вздохнул, и хотел бы пнуть себя за то, как глупо это прозвучало.   — Ты что, шутишь? — Леви усмехнулся и откинулся назад, положив руки на живот Эрена. — Ты невозможно красивый.   Непрошеная улыбка тронула его губы, а скулы вспыхнули. Никто никогда не говорил ему этого раньше, и это было приятно. Так приятно, что внутри груди будто разлилось тепло, которое заставило его почувствовать, что он вот-вот взорвётся, если не найдет способ выпустить это наружу.   Сев, он обнял Леви за талию, крепко удерживая его у себя на коленях, в то время как другой рукой обхватил его затылок, направляя вниз, чтобы их губы могли встретиться в робком, но чувственном поцелуе. Это был первый раз, когда Эрен взял инициативу, и Леви позволил вести, подчиняясь его прихоти, пока Эрен не спешил разомкнуть их губы и коснуться языком в безмолвном вопрошании.   Этот вопрос усиливался по мере того, как Эрен становился всё более пытливым, его поцелуи становились всё более жаркими, голодными и смелыми. Эрен не уверен, как долго они сидели так, заключённые в объятия друг друга, целуясь до тех пор, пока их губы не заболели и на них не появились синяки. Только когда входная дверь внезапно распахнулась, они отстранились друг от друга.   — А-аа! — взвизгнула Изабель, вскидывая руки в воздух. Она и Фарлан стояли в дверях, оба выглядели ошеломлёнными и в равной степени счастливыми. — Наконец-то!   Смесь смущения и паники залила лицо Эрена, но ему пришлось напомнить себе, что Изабель и Фарлану было бы всё равно, что он гей. Он мог им доверять.   Изабель бросилась через гостиную, обхватила их обоих руками и заключила в медвежьи объятия, счастливо визжа, в то время как Фарлан неловко стоял в стороне. Лицо Эрена пылало, поскольку он был более чем осведомлён о своём крепком стояке в джинсах, и лихорадочно пытался подумать о чём угодно, лишь бы эрекция хоть немного спала.   — Я так рада за вас двоих! — Изабель отстранилась, улыбаясь им во все тридцать два. Потрепав их обоих за волосы, она отпустила их.   Затем, когда Изабель отступила и посмотрела на них со звёздами в глазах, Фарлан застенчиво улыбался, а Леви смотрел на него так, словно Эрен был самим солнцем, он понял...   Здесь, со своими друзьями, он мог по-настоящему быть самим собой.