Misguided Ghosts

Эрен должен был достичь двух целей к концу дня. Одна из них — противостоять Армину и Микасе. Вторая — каминг-аут перед Леви. Он не был уверен, какая из них действовала ему на нервы сильнее. Он сидел в одиночестве за их обеденным столом, гадая, кто появится первым. С тревогой постукивая пальцами по столу, он наблюдал, как учащиеся хлынули в столовую и садились рядом со своими друзьями, улыбались, будто ничего плохого никогда не случалось с ними за всю их жизнь. Какая же несправедливая хуйня. — Привет, — поздоровался Леви, садясь рядом с ним с подносом еды. Это был день пиццы. — Что произошло в субботу вечером? Изабель и Фарлан сели напротив них, глядя на него с тем же любопытством. — О, я плохо себя чувствовал, — объяснил Эрен, полностью осознавая, что его оправдание был чертовски убогим. — Почему даже не сказал «пока»? — Я не хотел тебя будить? — Он вздохнул. — Не знаю, как я уже сказал, я плохо себя чувствовал, наверное, поэтому не мог соображать нормально. — Верно, — пробормотал Леви, кусая пиццу. Вдруг он сузил глаза, пристально вглядываясь в Эрена, будто что-то искал. — Что случилось с твоими серьгами? Эрен отвернулся, ненавидя то, что все пялились на него, как будто он был на суде. — Они начали раздражать мои уши, поэтому я их достал. Леви свёл брови и повернулся к нему, откидывая пряди волос назад, чтобы лучше рассмотреть ухо. Когда Эрен понял, что тот делает, то резко отпрянул и прикрыл ухо, не желая, чтобы Леви видел, какое месиво было на месте мочки. — Какого хера, Эрен? — спросил Леви. Но Эрен ничего не сказал, не знал, что он мог сказать. Признать, что его отец наорал на него и вернул контроль над ним, было унизительно. Он не хотел, чтобы Леви думал о нём хуже из-за того, что он подчинялся отцовским выкрутасам. Прежде чем сказать что-нибудь в свою защиту, он увидел, как Армин и Микаса входят с Жаном, смеются и отлично проводят время. С другого конца кафетерия Армин встретился с ним взглядом, и быстро отвёл его, как провинившийся ребёнок, которого поймали за тем, что он не должен был делать. У Эрена скрутило живот. Он резко поднялся, и стул под ним пронзительно заскрежетал по линолеуму. В глубине души он осознавал, что Леви задаёт ему вопрос, куда тот направляется, но он был слишком зол, чтобы отвечать. Единственное, что крутилось у него в голове, было словами, что он собирался сказать Армину и Микасе. — Эй, нам нужно поговорить, — сказал Эрен, останавливая их посреди кафетерия. Краем глаза он заметил, как Жан бросил на него взгляд. Это был взгляд, который Эрен хотел стереть с его лица кулаком. — Эй, Эрен, может, мы сделаем это позже? — спросил Армин, обводя взглядом комнату, замечая всех любопытных зрителей. — Нет, мы сделаем это сейчас. Он бросил на Жана недобрый взгляд, а затем пулей вылетел в коридор, даже не оглянувшись, чтобы посмотреть, следуют ли за ним его друзья. Обычно они беспрекословно подчинялись ему. Ни у кого из них никогда не хватало смелости противостоять Эрену. Когда они вошли в тихий и пустой коридор, он развернулся к ним, стиснув челюсти, чтобы удержаться от слов, о которых он, вероятно, пожалеет. — Итак? — спросил он, побуждая их объясниться. Они обменялись взглядами, явно не зная, что сказать. — Послушай, Эрен, — начал Армин тихим и снисходительным голосом. — Мы хотели прийти, мы действительно хотели. Но мы уже дали людям обещание, от которого не могли просто отказаться. — Оу, ты имеешь в виду обещание пойти на вечеринку? — Это нечто большее, — он покачал головой. — Жан не очень-то умеет планировать, поэтому я согласился помочь ему. И что ж, Микаса влюблена в него, и мы надеялись... — Армин, — прервала его Микаса, бросив на него острый взгляд. — Подожди, — усмехнулся Эрен, на его губах появилась недоверчивая улыбка. — Ты хочешь сказать, что пропустила один из величайших вечеров в моей жизни, чтобы попытаться залезть в штаны лошадиной морды? Она уставилась вниз на свои ноги; стыд окрасил ее щёки в розовый цвет, что ещё больше усилило раздражение Эрена. — Это нереально. Я стал частью рок-группы, и вдруг перестал быть важным для вас? — Это не так! — спорил Армин, и, судя по всему, он тоже начинал злиться. Что было довольно шокирующе. Армин вообще не был склонен к конфронтации. — Что ты хочешь, чтобы мы сделали, Эрен? Ты неделями игнорировал нас, чтобы тусоваться со своей группой, и единственный раз, когда ты решил провести время с кем-либо из нас, был, когда это было для твоей пользы! Теперь ты хочешь разозлиться на нас, когда мы начали заводить новых друзей и делать что-то для себя? — Он покачал головой. — Нет, это не так работает, Эрен. Просто потому, что мы дружим с детства, не значит, что ты можешь просто оттолкнуть нас в сторону, а потом надеяться, что мы прибежим к тебе, когда понадобимся. Это улица с двусторонним движением. Если ты хочешь нашей поддержки, то тебе тоже нужно поддерживать нас. Эрен стиснул челюсти, сжав кулаки по бокам. Огонь бушевал в его животе, и ему так сильно хотелось наброситься, показать им обоим, как сильно ему больно. — Идите нахуй, ребят, — пробормотал он между вдохами. Он пытался обуздать свой гнев, сдерживая порыв нанести удары, хотя его кулаки тряслись от этого. Выражение лиц его друзей красноречиво говорило о том, насколько они были расстроены. Эрен был почти уверен, что увидел слёзы, навернувшиеся на глаза у обоих. Но ему было плевать. И почему он должен переживать? Они не переживали о нём. Не сказав больше ни слова, Эрен развернулся на пятках и понёсся по коридору. Он слышал, как Микаса звала его, но он проигнорировал её, шум крови в ушах заглушал всё. Он никак не мог вернуться к обеду и притвориться, что ничего не произошло. Он ни за что не мог просто продолжать свой школьный день, зная, что его предполагаемые лучшие друзья больше не парятся о нём. Он схватил свои вещи из шкафчика, накинул куртку и выскользнул через парадные двери школы. Если кто-нибудь и заметил, что он сбежал, ему было всё равно. Ему просто нужно было уйти, проветрить голову и успокоиться. — Хэй, Эрен, куда ты идёшь? Голос, который преследовал его во снах каждую ночь, звал его. Он перестал отпирать замок велосипеда и повернулся, чтобы посмотреть на Леви. В его глазах была пламенная обеспокоенность, и на него было трудно смотреть. — Домой. Я не могу оставаться здесь сегодня. — Что случилось? Эрен покачал головой и повернулся обратно, чтобы закончить отпирать свой велосипед. — Честно говоря, мне не хочется об этом говорить. — Окей, — его голос был теперь так близко, и Эрен практически мог чувствовать Леви за своей спиной. — Я иду с тобой. — Всё нормально. Тебе не обязательно это делать. — Заткнись. Я не спрашивал. Эрен оглянулся на него и увидел серые глаза, ласковые, как тучные дождевые облака, смотрящие на него в ответ. Это напомнило ему о том, что сказала Хистория. Как Леви смотрел на Эрена, будто он был больше, чем просто другом. Увидев, что она имела в виду, собственными глазами, его сердце бешено заколотилось о рёбра. — Окей, — пробормотал Эрен, пытаясь контролировать свой пульс. Он оседлал велосипед и посмотрел на Леви с тревожным ожиданием. Всё ещё оставалась задача с каминг-аутом перед ним. Но действительно ли сейчас было лучшее время? Когда Леви запрыгнул на заднюю часть велосипеда, всё тело Эрена напряглось. Одного ощущения рук, держащих его за плечи, груди, прижатой к спине — этого было достаточно, чтобы ему стало жарко, несмотря на собачий холод на улице. Они делали это так много раз, что Эрен уже должен был привыкнуть. Но он был уверен, что никогда не привыкнет к тому, каково это, когда Леви прикасается к нему. И он на самом деле не был уверен, что хочет этого. Эрен двинулся по дороге, крутя педали энергично и стремительно. Подобно охлаждающему бальзаму, холодный ветер успокаивал пылающий огонь в его животе и развеивал тёмные и тяжёлые мысли в его голове, так похожие на дым. К тому времени, как они добрались до его дома, он успел остыть, больше не пылая всепоглощающим гневом. К счастью, его отца не было дома, что значительно облегчало прогул школы. Леви спрыгнул с задней части велосипеда, и Эрен бросил его на переднем дворе, прежде чем войти в дом. Перешагнув порог, они заметили, как тихо и холодно было внутри. Очевидно, Гриша снова экономил на счетах за газ. Они направились по коридору в спальню Эрена, будто делали это тысячу раз, хотя это был всего лишь их второй раз. Как только оба оказались внутри, Эрен запер дверь и скинул кеды. С протяжным стоном он откинулся на спинку кровати и прикрыл глаза рукой. Матрас прогнулся, когда Леви сел рядом с его вытянутыми ногами. Он долгое время ничего не говорил. Ни один из них не говорил. — Итак, — прошептал Леви, наконец нарушив молчание. — Что случилось? Эрен вздохнул, опуская руки по швам, чтобы как следует разглядеть Леви. — Мои друзья сказали мне, что не пришли на наше шоу, потому что я не был им хорошим другом. Они чувствуют, что я заменил их тобой, Изабель и Фарланом. И, думаю, в их словах есть смысл. Хотя это всё ещё выводит меня из себя. — Это чушь собачья, — проворчал Леви, подтягивая колени к груди и прислоняясь спиной к стене. — Они знают, как важна для тебя музыка. И, вот ты решил сосредоточиться на этом на пару месяцев, и вдруг ты грёбаный злодей? Нет, нахуй это, Эрен. Ты заслуживаешь лучшего. — Да, ну, думаю, я тоже правда не прилагал усилий, чтобы поддержать их. — Они просили твоей поддержки в чёрт знает чем они там занимались? — Нет, полагаю, что нет. — Тогда откуда, блять, ты должен был знать, что они нуждаются в поддержке? Они так же виноваты, если не больше. — Да, ну, попробуй сказать им это. — Не искушай меня, потому что я это сделаю, — усмехнулся Леви. — Знаю, — Эрен улыбнулся. — Хотя тебе и не обязательно это делать. Я разберусь с этим. Между ними снова воцарилось молчание. Вместо того, чтобы чувствовать себя неловко из-за этого, Эрен ощущал душевный покой. Расслабившись и склонив голову набок, он пристально посмотрел на Леви, который беззаботно развалился в изножье его кровати, выглядя так, словно его место было прямо там, в спальне Эрена. В жизни Эрена. Блять. Это был большой шаг вперёд. Сначала он думал, что просто сильно влюблён в Леви. И теперь он хотел, чтобы тот стал частью его жизни? Сердце Эрена застряло у него в горле, и он не мог заставить его замедлиться. Из-за растущей паники его руки стали влажными, а во рту пересохло. Было бы так легко просто сказать Леви правду, прямо здесь, прямо сейчас. Но что, если он не примет его таким, какой он есть? Что, если он сбежит? — Что не так? — спросил Леви, и его бархатный голос замедлил бурный поток мыслей Эрена. — Просто в последнее время у меня много чего было на уме, — Эрен покачал головой. — Типа? — Типа... мой отец угрожает отправить меня в военную школу- — Что? — Глаза Леви распахнулись. — Да… он сорвался на мне в воскресенье утром, когда почувствовал, что от меня пахнет алкоголем. — И что? Это просто алкоголь. — Ага. Именно это я и сказал. Но мой отец алкоголик в ремиссии, и я полагаю, что зависимость передаётся по наследству в моей семье, так что... — Он пожал плечами. — Ох, чёрт. Хочешь, чтобы мы не пили рядом с тобой? — Нет, всё норм. Меня не беспокоит это, — Эрен вздохнул и покачал головой. — В любом случае, я вернулся к жизни под тираническим правлением отца. Так что, если он вернётся домой, нам полный бляздец. По какой-то причине это заставило Леви ухмыльнуться. — Нахуй это. Это просто жизнь. Эрен хмыкнул, и когда диалог не продолжился, он включил радио и позволил их любимой музыке играть на фоне, пока они разговаривали. — Так что мы будем делать с выигранными деньгами? — спросил Эрен. — Я надеялся приберечь их до того момента, когда мы переедем в город. — Подожди, ты планируешь уехать? — Удивлённый, он сел и уставился на него широко раскрытыми глазами. — Я думал, это вроде как очевидно. Ничего не добьёшься в этом захолустном городишке. — Оу, да. Думаю, ты прав. Просто мне кажется сумасшедшим мечтать о том, чтобы покинуть это место. — Здесь нет ничего, что заставило бы меня захотеть остаться. — А как насчёт твоего дяди? — Ты, блять, издеваешься надо мной, да? — Ну, а как же тогда я? — Эрен фыркнул. Леви бросил на него острый взгляд, и на секунду ему показалось, что он сказал что-то, что разозлило его. — Какого хуя? Ты планируешь остаться здесь? — О, эм, наверное, я никогда не думал об этом. — Я вроде как думал, что заниматься музыкой — это твоя мечта? — Это так! — Эрен воскликнул в ответ, чувствуя себя защищающимся. — Я имею в виду, что уехать из этого города и заняться музыкой всегда было тем, о чём я думал после окончания школы. Просто мне не казалось, что я включён в твои грандиозные планы по переезду в город. Резкий взгляд Леви дрогнул, и теперь он выглядел смущённым — даже шокированным. Когда он заговорил, его голос был тихим. — А почему нет? Ты — часть группы. Эрен уставился на свои колени, не зная, что сказать. — Не знаю... — Эрен, без тебя мы всё ещё были бы просто джем-бэндом, сотрясающей воздух в гараже моего дяди. Ты сделал нас полноправной группой. Он заставил себя посмотреть на Леви. В его глазах снова было то самое выражение. Тот самый взгляд, который всегда вдохновлял его на смелость. — Эй, Леви, могу я тебе кое-что рассказать? — Да, в чём дело? — Клянёшься, что не будешь меня осуждать? Нежный серый взгляд очертил лицо Эрена, брови дрогнули в едва заметном беспокойстве. — Я бы никогда. — Окей, — Эрен сделал глубокий вдох, надеясь успокоить свое отчаянно колотящееся сердце, но замедлить его было невозможно. Это было оно. Сейчас или никогда. — Думаю, что я гей. Глаза Леви на мгновение распахнулись, а затем он посмотрел вниз на свои колени. Может быть, Эрену померещилось, но он увидел намёк на ухмылку на его лице, прежде чем Леви успел прикрыть рот рукой. Сердцебиение Эрена ускорилось, и казалось, что сердце вот-вот пробьёт ему грудь. — Леви? Но он по-прежнему не смотрел на него. Просто уткнулся лицом в колени и смеялся. — Что за хуйня, это не смешно! — рявкнул Эрен. — Прости, — пробормотал Леви в ладони. Он поднял голову, положил щёку на предплечье и ласково посмотрел на Эрена. — Я не хотел смеяться, я просто... счастлив, что ты мне сказал. — Подожди... — Эрен моргнул, пытаясь осмыслить то, что тот только что произнёс. — Ты счастлив? Его щёки вспыхнули, и он снова опустил взгляд на свои колени. — Ага. — Так... ты не думаешь, что это неправильно? Явно сбитый с толку, Леви недоверчиво посмотрел на Эрена. — Почему я должен думать, что это неправильно? — Я имею в виду... разве нет? — Нет, ни в коем случае! — выпалил Леви. — Эрен, ты... — Он отвернулся и глубоко вздохнул, прежде чем снова посмотреть на него и продолжить. — Ты само совершенство в том виде, в каком ты есть. Эрен не знал, что сказать. Не знал, что он мог сказать. Он не ожидал, что Леви будет таким добрым, таким принимающим. — Что? — Леви склонил голову набок. — Ты мне не веришь? — Не знаю, Леви. Это просто... — Он прерывисто вздохнул и спрятал лицо в ладонях. — Если мой отец когда-нибудь узнает… Леви внезапно оказался рядом с ним, и мягко взял его за руки, отводя их от лица. Он был прямо перед Эреном, выражение его лица было нежным и откровенным. Впервые он смог отчётливо заглянуть в душу Леви, и его душа безмолвно умоляла Эрена сделать шаг навстречу. Но нет, он не мог этого сделать… Мог ли он? — Леви? — выдохнул Эрен, отчаянно желая знать, о чем думает этот человек. Но тот ничего не ответил. Его взгляд скользил вверх и вниз по лицу Эрена, пока, наконец, не остановился на губах. А затем Леви отпустил его руки, наклонившись вперёд, чтобы обхватить его за подбородок; холодные пальцы мягко коснулись разгорячённой кожи. От нежного прикосновения по нервам Эрена пробежал электрический разряд, согревая всё тело. Он был всецело заворожен тем, как близко был Леви, как ярко ощущался запах лавандового кондиционера для белья и оттенки чёрного чая в его дыхании, как сверкали голубые крапинки в серых радужках, как едва заметны были веснушки под глазами. Безумно красивый. Пока Эрен был сбит с толку его красотой, Леви медленно провёл влажным языком по губам, прерывисто дыша, и наклонился ближе. Его кадык дрогнул, а пальцы сильнее стиснули подбородок Эрена. Их носы соприкоснулись, и он почувствовал тёплое дыхание Леви, щекочущее его губы. Происходило ли это на самом деле? Леви действительно собирался поцеловать его? Как только в разум начали закрадываться опасения, Леви склонил голову набок, прикрыл веки, и сократил расстояние между ними. В тот момент, когда он поцеловал Эрена, тот замер, его тело сковал шок после того, как осознание пронеслось по нейронам. Он целовался с парнем. Он попадёт в ад за это? Сделало ли это его плохим человеком? Что подумает его отец? Он целовал парня, но не просто какого-то парня... Он целовал Леви. Тело Эрена постепенно оттаяло, глаза прикрылись, и он наклонился к Леви, наконец, ответив на поцелуй. Губы, мягкие, как шёлк, накрыли его собственные, и он ахнул от головокружительного тепла, которое быстро наполнило его грудь. Это было непохоже ни на что, что ему доводилось когда-либо раньше чувствовать, и его сердце яростно стучало о грудную клетку, когда адреналин жарким и быстрым потоком разлился по венам. Он чувствовал себя живым. Не теряя ни секунды, Эрен подхватил Леви за щеку, удерживая, а затем провёл пальцами под мочкой уха, оглаживая бархатистый андеркат на затылке. Он чувствовал, как дрожат его руки, поэтому усилил хватку, лаская шёлковую кожу щеки Леви большим пальцем. Леви углубил их поцелуй, приподнявшись на коленях, чтобы иметь преимущество в росте, и впутал пальцы в длинные волосы Эрена. Он провёл языком по губам Эрена, и на секунду тот не был уверен, что Леви делает. Но потом он ещё немного приоткрыл губы, и Леви воспользовался этим, прижавшись горячим языком к языку Эрена. Когда они соприкоснулись, внутри Эрена всё вздрогнуло и затрепетало. Опасный жар разлился у него в животе, и он почувствовал, как кровь начинает закипать в венах. Его дыхание стало более прерывистым, а пальцы, удерживающие Леви, задрожали. Медленно, но верно, он чувствовал, что возбуждается, его тело жаждало большего, чем просто губы Леви на его собственных. Он не мог удержаться от того, чтобы переместить ладони с лица Леви на его стройную талию, поражаясь тому, каким подтянутым он на самом деле ощущался под кончиками пальцев. Когда Леви тихо охнул в рот Эрена, игра была окончена. Он был слишком взволнован, слишком возбуждён. Ему нужно было совладать со своими эмоциями, пока не стало слишком поздно. Против желания он оттолкнул Леви, и их поцелуй прервался с тихим влажным звуком губ. Открыв глаза, Эрен увидел красивого и тяжело дышащего парня с раскрасневшимися скулами и блестящими губами, уставившегося на него в ответ. Ничто из этого не казалось реальным. Он был до предела полон восторгом и облегчением, и ему казалось, что он вот-вот взорвётся. — Так... — Леви медленно облизнул губы, осматривая каждый сантиметр лица Эрена. — Тебе показалось это неправильным? Скулы Эрена вспыхнули, и он быстро опустил взгляд, осознав, что у него был полноценный стояк. Он подтянул колени к груди, чтобы скрыть компрометирующие свидетельства своего возбуждения. — Нет, — пробормотал он. — Тебе понравилось? — Ага, — «даже слишком». — Хочешь сделать это снова? Эрен посмотрел на него снизу вверх. Он был совершенно серьёзен. — В смысле? А ты? Медленная ухмылка изогнула его губы, и Леви придвинулся ближе, снова нависая над ним. Он положил ладонь на грудь Эрена и наклонился к нему. — Да. — Почему? — Разве это не очевидно? — Он склонил голову набок, их рты снова оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. — Ты мне нравишься, Эрен. Эрен резко втянул воздух, и Леви вновь поцеловал его. Его сердце билось так интенсивно, что ему казалось, будто оно вот-вот оставит гематому на груди. В отличие от их первого поцелуя, к этому он был готов, и как только Леви коснулся его губ, Эрен крепко схватил его за талию и притянул ближе, так что они оказались грудь к груди. Он провёл ладонями по бокам Леви, вниз по его спине, даже осмелился задрать его футболку ровно настолько, чтобы почувствовать, как живот дрожит от его прикосновения. И на этот раз Эрен без колебаний приоткрыл губы, молча приглашая. И, на самом деле, Леви тут же воспользовался гостеприимством. Эрен почувствовал такое переполняющее волнение в груди, что не смог сдержать тихий стон, вырвавшийся из его горла. Леви обвил руками его шею, пальцами вцепившись в длинные пряди, когда влажные губы и языки скользили в парном танце. Целовать Леви было лучше, чем всё, что он только мог себе представить. От этого ему стало жарко изнутри, кожу захватил рой мурашек, а пульс участился настолько, будто он только что пробежал марафон. Это заставляло его чувствовать себя таким же живым, как и тогда, когда он выступал на сцене. Но всё это разлетелось вдребезги в тот момент, когда входная дверь хлопнула, и он услышал голос Гриши, доносящийся сквозь тонкие стены. Эрен мгновенно подскочил и оттолкнул Леви, его сердцебиение отдавало в ушах, но не в приятном смысле, как тогда, когда Леви целовал его. Вместо согревающего и благостного пламени в его крови, леденящая душу паника заставила его мышцы окаменеть. — Блять, — выругался он себе под нос, скатываясь с кровати и выключая радио. — Надевай кеды, нам пора. Ничего не сказав, Леви просто следовал указаниям Эрена. Как можно быстрее обувшись, они выскользнули в окно и убежали подальше, прежде чем Гриша успел выяснить, что они были в доме. Осенний воздух похитил затяжной огонь прямо из его крови, пока он бежал по улице с Леви под боком. Эрен оглянулся на свой уменьшающийся вдалеке дом, осознав, что велосипед всё ещё стоит во дворе, и уповал на милость господню, чтобы Гриша его не заметил. Они добрались до близлежащего парка, и Эрен остановился посреди густой травы, а затем упал в неё, смеясь и глядя на затянутое облаками небо. — Какого хера я творю, — пробормотал он, обращаясь в основном к самому себе. Леви сел рядом с ним, подтянув колени к груди и обхватив их руками. — Живёшь свою жизнь. — Почему ты так спокойно относишься ко всему этому? — Я знал, что я гей лет с десяти, — он поднял взгляд в небо, — кажется, у меня было достаточно времени, чтобы осмыслить это. — Десять? Чёрт, это реально мало. Как ты понял? — Пожалуй, примерно так же, как и ты. Я влюбился в одного мальчика. — С чего ты взял, что я влюблён? — Эрен... — Он засмеялся и сложил голову на руки, глядя на него сверху вниз. — Ты не очень-то деликатен. Я даже посчитать не смогу, сколько раз я ловил тебя на том, что ты пялишься на меня. — Оу, — его снова залило краской, — если ты знал, то почему ничего не сказал? — Потому что ты пытался всё это время разобраться самостоятельно, и я не хотел усложнять тебе задачу. — Это та же причина, по которой ты не сказал мне, что ты гей? — Думаю, да. И… не знаю. Мне просто кажется абсурдным думать, что я должен делать из этого какое-то громкое заявление. Мне нравятся парни. Это просто то, кто я есть. В этом нет ничего особенного. «Хотел бы я так считать», — подумал он. Быть свободным любить, кого он хочет, без риска того, что его земной и небесный отец разгромит его. — Кто-нибудь знает? — Да, Изабель и Фарлан. Ну и Кенни. Эрен вспомнил шутку Кенни о том, что они отсасывают друг у друга. Теперь это имело гораздо больше смысла. — Я так понимаю, Кенни всё равно? — Нет, почти уверен, что он сам голубее неба. Эрен рассмеялся, но смех быстро угас, когда обрушилась реальность. — Я рассказал только тебе и Хистории. И мне нужно, чтобы так оно и оставалось. — Ты не собираешься рассказывать Иззи и Фарлану? Им будет всё равно. — Да, точно, я думаю, они так или иначе узнают, если уже не подозревают об этом. Я просто не могу допустить, чтобы мой отец обнаружил это. — Считаешь, он будет так расстроен из-за твоей ориентации? — Ты не слышал, что он говорит. Он и Дина охренеть какие гомофобы. И я не знаю... Что, если он отошлёт меня из города или что-то типа того? — Чёрт, — выдохнул Леви, падая спиной на траву и ложась бок о бок к Эрену, — это действительно пиздец, мне жаль. — Ага, — прошептал Эрен, лениво наблюдая за проплывающими мимо облаками. — Мы можем просто остаться здесь на некоторое время? — Надеюсь, ты прикалываешься. Холодно так, что аж ноги сводит. Эрен взглянул на него и улыбнулся негодующему выражению лица, что встретило его. Придвинувшись ближе, он просунул руку под шею Леви и притянул к себе, крепко прижимая. Было необычно иметь возможность так касаться его. Необычно, но так чудесно. — Лучше? Леви уткнулся лицом в бок Эрена, не сводя с того взгляда. — Лучше.