Misguided Ghosts

К большому удивлению Эрена, Гриша согласился позволить Леви остаться на зимние каникулы, вплоть до Нового года. Он задавался вопросом, было ли это связано с влиянием Дины или это было потому, что он пытался уличить Эрена в грешных проявлениях гомосексуальности. Эрен начинал думать, что это было последнее, тем более что Гриша почти не выходил из дома, кроме как на привычные воскресные тусовки со своими приятелями по церкви. Это мешало им полнее исследовать свои отношения. Они должны были быть предусмотрительны: не смотреть друг на друга слишком долго, не вести себя слишком трепетно или влюблённо, когда Гриша был рядом. И, к сожалению, чем дольше Леви оставался с ними, тем настойчивее Гриша требовал, чтобы они вдвоем покидали спальню Эрена и проводили время с семьёй. И, конечно же, это означало, что Леви пришлось стать свидетелем всех ужасов того, каково это — жить с его отцом. Молитвы перед каждым приёмом пищи, постоянные брюзжания и упрёки в адрес его помойной музыки или все те дела по дому, которые Гриша заставлял Эрена делать. По словам его отца, ему пришлось взять на себя больше, так как они кормили ещё один рот. И в преддверии Рождества он заставил мальчиков украсить весь дом в праздничных тонах. Эрен не знал, где его отец достал всё это, но большая часть украшений выглядела древней, будто была из тех времен, когда его мама была ещё жива. Вероятно, так оно и было. Всё, что Эрен и Леви были в состоянии повесить или прибрать, они сделали. Единственное, чего не хватало — это рождественской ёлки. Гриша и Дина в данный момент покупали её. Что означало, что у них двоих наконец-то было немного времени наедине. Они лежали на кровати Эрена, их конечности и тела переплелись, пока они медленно целовали друг друга, наслаждаясь каждым прикосновением губ, каждым движением языков. Они не часто могли себе позволить подобное, поэтому всякий раз, когда у них было время, они старались использовать его по максимуму. И Эрен знал, что Леви становится сексуально неудовлетворённым. Потому что всякий раз, когда у них появлялось время для уединения, он стремительно набрасывался на Эрена, впиваясь в него губами, будто изголодался по ласке. Гриша и Дина отсутствовали всего пять минут, а Леви уже торопливо раздевал их. Он бросил свою футболку на пол и стащил с Эрена тоже, переходя к джинсам. — Господи, Леви, притормози, — сказал Эрен, наблюдая, как Леви одним махом стаскивает с него штаны и нижнее бельё. Пронзительные глаза мгновенно метнулись к нему. — У нас не так много времени. — У нас есть по крайней мере тридцать минут, и это если они поторопятся. — По крайней мере тридцать минут? — Он усмехнулся и бросил штаны Эрена на пол. Теперь, когда они много раз видели друг друга обнажёнными, Эрен больше не чувствовал себя неловко перед Леви. Особенно потому, что то, как Леви всегда смотрел на него, воспламеняло его кровь. — Мне нужно больше, чем тридцать минут с тобой. Эрен вздохнул, позволяя голове коснуться подушки. — Это так тупо. Мне не нравится торопиться с этим. Леви снова сел на колени, хмуро глядя на него. — Что? То есть, ты бы предпочёл вообще этого не делать? — Нет, это не то, что я имею в виду. — Тогда о чём ты говоришь? По правде говоря, Эрену не нравилось торопиться с этим, потому что ему всё ещё требовалось время, чтобы разобраться в противоречиях, засевших в его мозгу. Всякий раз, когда они мчались слишком быстро, он ярче ощущал тревогу, чем что-либо ещё. Но он не был уверен, как объяснить это Леви, не вызвав у него неудовольствия или разочарования. — Ерунда, — ответил Эрен, потянувшись к запястью Леви. Он потянул за него, заставляя упасть к себе на грудь, его тёплое тело прижималось к его обнажённой коже. — Что ты хочешь сделать? Лицо Леви парило в сантиметре от лица Эрена, его глаза бегали вверх-вниз. Он был тих, казалось, будто пытался прочитать мысли Эрена или понять, что с ним происходит. Всё это ожидание начинало вызывать у него нервозность. — Ну что? Теперь ты злишься на меня? — спросил Эрен, его сердцебиение участилось, а возбуждение угасло. Леви нахмурил брови. — Нет. Я просто пытаюсь сообразить, как попросить тебя пофингерить меня. — Оу, — удивлённо выдохнул он. Это заставило его беспокойство смениться нервным трепетом. — Твои пальцы уже немного зажили, верно? — Ага. Они всё ещё слегка побаливают, но уже не так сильно, — буквально на днях он смог снять повязку и дать им немного подышать. Однако Гриша сказал, что ему по-прежнему нельзя ими пользоваться. Хотя, он предполагал, что ему не нужно было использовать безымянный палец и мизинец, чтобы ласкать Леви. Его больше беспокоил тот факт, что он не знал, как это делать. Леви посмотрел на него, медленно облизывая губы. В его глазах была жажда, и Эрен мог поклясться, что тот правда хотел этого. Знал ли он, что делать, или нет, на самом деле не имело значения. Не похоже, что он умел делать что-либо из этого до Леви. И теперь он был здесь, и у него всё было просто отлично. — Ты расскажешь мне, как это сделать? — спросил Эрен, уставившись на рот Леви. Как бы сильно он ни хотел доставить ему удовольствие, на самом деле он просто хотел продолжать целовать его. Честно говоря, это было его любимым занятием, потому что он всегда чувствовал себя намного ближе к нему, когда их губы были прижаты друг к другу, языки соприкасались, когда они вдыхали воздух друг друга. — Ага, — ответил Леви, уводя мысли Эрена прочь, когда он отодвинулся от него и взял флакон с лубрикантом, спрятанный в ящике для нижнего белья. Он бросил его Эрену и закончил раздеваться. Эрен был удивлён, обнаружив, что у Леви тоже ещё не стоял. Но Эрен не позволил этому сбить себя с толку. Он был уверен, что сможет снова возбудить Леви. Леви заполз на кровать, игриво отодвинув Эрена с дороги, чтобы он мог лечь на спину. Он немедленно принял позу, разведя ноги и согнув их в коленях. Видя его таким открытым и уязвимым, сердце Эрена ускоренно забилось, а лёгкие сдавило от нервозности. — Не стрессуй, Эрен, — сказал Леви, протягивая руку, чтобы провести пальцами по его щеке. — Я не стрессую, — парировал он, садясь и сползая с кровати, чтобы расположиться между ног Леви. — Твоё лицо говорит об обратном. Эрен был слишком ошеломлён, чтобы ответить. Как только он оказался между бёдер Леви, у него, вполне возможно, открылся лучший вид на него, который он когда-либо видел. С его бледной, порозовевшей кожей, полузакрытыми глазами, полными нежности, и самыми интимными частями тела, выставленными на обозрение Эрену — будто он смотрел на произведение искусства. А потом он представил, как будет выглядеть Леви, когда будет пребывать в агонии блаженства, его лицо исказится и раскраснеется от возбуждения. Как только образ возник в его сознании, Эрен отчаянно захотел увидеть его воочию. Он открыл бутылочку со смазкой и выдавил немного на пальцы, точно так же как он видел, как Леви делал это раньше. Затем он закрыл крышку и отбросил её в сторону, его рука покоилась на бедре сбоку, когда он пристально посмотрел на Леви, ожидая указаний. — Просто начни с одного пальца, — объяснил Леви, поднимая ноги и выставляя напоказ свою дырочку. — Давай. Эрен уставился вниз на вход и медленно облизнул губы. Он правда собирался это сделать, не так ли? Дело не в том, что он этого не хотел. Просто это была совершенно новая территория для него. Сделав глубокий вдох, Эрен придвинул бёдра Леви так, что его задница оказалась в паре сантиметров от края кровати. Итак, это было то, чего Леви хотел, чтобы он сделал ещё тогда, когда впервые попытался дотронуться до него пальцем. Тело Леви подчинялось всем его желаниям, такое гибкое и податливое, в то время как тело Эрена было нескладным и долговязым, всегда препятствовавшим происходящему. Эрен провёл пальцем по розовому кольцу, дивясь тому, как дёрнулась мышца под его прикосновением и резкому вдоху Леви. Довольный реакцией, Эрен медленно протолкнул указательный палец сквозь плотное кольцо, удивлённый тем, каким тугим, тёплым и мягким Леви ощущался внутри. По какой-то причине прикосновение пальца к заднице Леви заставило его член вернуться к жизни, а кровь разогреться под кожей. Он протиснул одну фалангу, остановившись на второй, и посмотрел на Леви, ожидая одобрения. Его губы блестели и приоткрылись, раскрасневшаяся грудь быстро поднималась и опускалась, а тёмный взгляд потяжелел, когда он нежно посмотрел на Эрена между своих ног. — Продолжай, — выдохнул он. — А затем согни свой палец по направлению к себе. Вот где находится простата. Эрен кивнул, его горло было слишком напряжено от нервов, чтобы ответить вслух. Выполняя указания Леви, он полностью погрузил палец внутрь, повернув его к себе и ища магическую точку, о которой тот говорил. Но он не смог её найти. — Всё хорошо. Может пройти немного времени, прежде чем ты её найдешь. Просто сгибай пальцы в этом направлении, когда будешь входить и выходить, окей? Даже при том, что он не знал, какого чёрта он делает, Эрен совсем не чувствовал себя глупо или неловко. Похоже, у Леви просто был свой способ заставить его чувствовать себя в безопасности. Он, вероятно, мог бы напортачить и сделать что-то ужасное прямо сейчас, но Леви просто поощрил бы его. Но это не означало, что Эрен собирался сделать это вполсилы. Он хотел, чтобы Леви чувствовал себя хорошо. Эрен медленно вынул палец, а затем вставил его обратно под углом, точно так, как сказал Леви. Тот тихо ахнул, что было хорошим знаком, поэтому Эрен продолжил, постепенно наращивая темп. И по мере того, как он двигался быстрее, он чувствовал, что входит всё глубже, и в результате Леви тяжело дышал, тихие стоны срывались с его губ, как сладкая мелодия. — Добавь ещё, — пробормотал он. Эрен взглянул на него, и его член дёрнулся при виде румянца на лице Леви. Он выглядел таким прелестным. Эрен пожалел, что не может поцеловать его снова. Может быть, он всё же мог. Когда Эрен вытащил палец, то добавил второй, снова протолкнув их до упора. Леви застонал, когда он возобновил свой прежний темп, и протяжный звук заставил кожу Эрена покрыться мурашками от его собственного желания. Не в силах удержаться от потакания, Эрен обхватил свободной рукой ногу Леви и наклонился над его телом, заставляя его задницу ещё больше оторваться от кровати. Он ахнул, глаза расширились, когда Эрен сократил расстояние между ними и захватил сладкие губы Леви в томном и беспорядочном поцелуе. Пальцы Эрена изогнулись и крепко прижались к шёлковой стенке, наконец-то нащупав заветную точку. Как только он прижался к ней, всё тело Леви напряглось вокруг него, его задница упоительно сжалась вокруг его пальцев, когда он застонал в рот Эрена. — Вот так, Эрен, — сказал он влажными губами, глядя на него чёрными как смоль глазами. — У тебя так хорошо получается. Похвала заставила его улыбнуться от уха до уха, придавая сил и бросая вызов доставить Леви ещё больше удовольствия. Теперь, когда он нашёл простату, он терзал её, надавливая пальцами снова и снова, пока Леви не стал неконтролируемо извиваться и стонать под ним. И с учётом того, как близко они были, Эрен мог ощутить каждый его стон и увидеть всё блаженство, написанное на его лице. Не было и единого шанса спрятаться от Эрена в таком положении. А затем Леви ухватил член и начал дрочить, в то время как Эрен вонзал свои пальцы внутрь и наружу, приближая его к оргазму. Другой рукой он обвил шею Эрена, притягивая его к себе в поцелуе, от которого у того перехватило дыхание. Леви был таким горячим и отчаянным, его стоны эхом отдавались во рту Эрена, когда их языки танцевали, губы легко соприкасались. — Чёрт, Эрен, я... — выдохнул Леви, широко раскрыв глаза. Эрен почувствовал, как Леви напрягся вокруг его пальцев, и ощутил, как его тело начало трястись. А затем его ногти впились в спину, голова ударилась о подушку, рот раскрылся в немом крике, когда из него начали вырываться лирические стоны. Затем задница сжалась на двух его пальцах, и сперма хлынула между их торсов, окрашивая кожу Леви в молочно-белый цвет. Тело Леви обмякло, и он рухнул на кровать, выглядя совершенно опустошённым. — Это было круто? — спросил Эрен, вытаскивая пальцы, игнорируя боль в двух сломанных. — Просто ахуительно, — выдохнул Леви, его голова склонилась набок, веки отяжелели. — Я не могу понять, почему твои пальцы ощущаются намного лучше, чем мои, но, блять. Эрен улыбнулся, довольный тем, что смог удовлетворить своего парня. — Мне понравилось это делать. — Да? Он кивнул, встал и пересёк комнату, чтобы взять несколько салфеток с комода. — Мне нравится наблюдать, когда ты чувствуешь себя хорошо. Ты такой милый. Если это было вообще возможно, лицо Леви покраснело ещё больше. Он выхватил салфетки из рук Эрена и быстро отвернулся, вытирая сперму со своего живота. — Не говори такой херни. — Почему бы и нет? — спросил Эрен, вытирая смазку со своих пальцев. — Это же правда. Леви отказался смотреть на него, когда передавал скомканную салфетку обратно. — Странная херня. — Странно говорить тебе комплименты? Прежде чем Леви успел что-либо ответить, входная дверь открылась, заставив их обоих подпрыгнуть в панике. — Эрен! — позвал Гриша, его голос был где-то далеко. Двигаясь как можно быстрее, Эрен выбросил испачканные салфетки, в то время как Леви спрыгнул с кровати и натянул футболку. — Иди сюда и помоги с ёлкой! — Ебать, — Эрен выругался себе под нос, натягивая штаны и нижнее бельё. К счастью, Леви был полностью одет, и он делал всё возможное, чтобы привести в порядок внешний вид. Эрен надел рубашку, но был уверен, что его волосы были в полном беспорядке. Плюс, они, вероятно, оба были раскрасневшимися, а у Эрена в штанах был почти полный стояк. Дверь спальни распахнулась. Эрен резко обернулся и обнаружил, что Гриша пристально смотрит на него из дверного проёма. — Какого чёрта вы двое делаете? — спросил он с неодобрительной ноткой в голосе. — Мы просто... — Эрен замолчал, не зная, что сказать. Не было никакого оправдания тому, что они выглядели такими растрёпанными и застигнутыми врасплох, они оба просто неловко стояли посреди комнаты. — Репетируем новую песню, — закончил за него Леви. — Мы только что закончили её писать и пытаемся определиться с вокалом. Гриша скептически посмотрел на них обоих. — Тебе лучше не играть на гитаре, когда твои пальцы всё ещё заживают. — Нет! Никакой гитары, просто вокал, — сказал Эрен, внутренне кринжанув от того, как неубедительно это прозвучало. — Правильно, — Гриша прищурился, отступая от двери. — Мы привезли ёлку. Идите, помогите нам занести её внутрь. — Сейчас будем, — сказал Эрен с ободряющей улыбкой, пытаясь скрыть тот факт, что внутри у него всё вопило. Как только Гриша повернулся и пошёл обратно по коридору, Эрен развернулся и провёл ладонями по лицу. — Блять, — выругался он себе под нос. — Что, чёрт возьми, это было, Эрен? — резко прошептал Леви. — Не знаю. Я просто запаниковал, — и тут его взгляд упал на маленький флакончик смазки, всё ещё лежащий на кровати. Он бросился к нему и поднял. — Ты же не думаешь, что он это видел, да? — Ох ты ж. Я не знаю. Разве он бы промолчал, если бы заметил её? — Кто знает. Он мог ждать подходящего момента, чтобы использовать это против меня. Леви вздохнул, забирая бутылочку из рук Эрена и запихивая её обратно в ящик для нижнего белья. — Постарайся не переживать, хорошо? Я уверен, что всё в порядке. — Вы, ребята, идёте? — снова проорал Гриша на весь коридор. — Одну секунду! — крикнул Эрен в ответ, не в силах совладать со своим бешено колотящимся сердцем. — Просто веди себя естественно, — сказал Леви, нежно потирая его спину в знак ободрения. — Всё будет хорошо.

***

Дина и Гриша были на кухне, готовили ужин, снова оставив украшение на Эрена и Леви. Ёлка, которую они купили на рынке, была приличного размера, и Эрен удивился, как они вообще могли себе это позволить. Но, как бы то ни было, наверное, это не имело значения. Это было первое Рождество, которое они праздновали за шесть лет, поэтому ему было позволено немного побаловать себя. — Я никогда раньше не украшал ёлку, — пробормотал Леви. Эрен едва расслышал его из-за музыки, доносившейся из убогих компьютерных колонок. Сейчас на фоне играл трек «Mr. Brightside» от «The Killers». Новая песня, которая стала одной из любимых у Эрена. — Правда? — задумчиво произнёс Эрен, вешая блестящее украшение на одну из ветвей. — Я делал это со своей мамой, когда она была ещё жива. Но после того, как её не стало, мы с отцом перестали праздновать. — Даже когда моя мама была жива, я не праздновал, — сказал Леви, добавляя золотой шар к ёлке. — Как так вышло? Он пожал плечами, сосредоточившись на развешивании украшений вместо того, чтобы смотреть на Эрена. — Мой день рождения приходится на Рождество, так что мы просто отпраздновали это вместо него, так как нас было только двое. — Твой день рождения приходится на Рождество? — громко переспросил Эрен, застав Леви врасплох. Он бросил чудной взгляд на Эрена. — Да? Это не так уж и важно. На самом деле я больше не праздную его. Его сердце ухнуло куда-то в низ живота, и Эрен почувствовал, что нахмурился. — Но я хочу отпраздновать твой день рождения вместе с тобой. — Ты можешь, если хочешь, — сказал Леви с намёком на ухмылку на губах. — Я не буду тебя останавливать. Хмурый взгляд Эрена сменился улыбкой, когда он добавил ещё украшений на дерево. Хотя он не знал, что сделает на день рождения Леви, он хотел попытаться сделать его как можно более особенным. Что могло быть непросто, поскольку у него не было денег, а его отец, вероятно, собирался заставить его отпраздновать Рождество с ним и Диной. Но так или иначе, он бы что-нибудь придумал. — Как у вас тут дела? — спросил Гриша, просунув голову в арку между кухней и гостиной. — Хорошо, просто нужно добавить верхушку, и всё, — сказал Эрен, радуясь, что его отец не вёл себя подозрительно или типа того. Может быть, он не заметил смазку на кровати. Может быть, он поверил лжи Леви. Боги, он надеялся на это. — Ладно, что ж, ужин готов. Приходите к нам в столовую, когда закончите. Он исчез за углом, тихо переговариваясь с Диной. Тем временем Эрен схватил звезду со дна теперь уже пустой коробки и протянул её Леви. — Окажешь мне честь? — Ты издеваешься, да? — Леви усмехнулся, глядя на верхушку дерева. — Я не смогу до неё дотянуться. — Конечно, сможешь. Давай, возьми это. Он скептически посмотрел на Эрена, но всё равно взял главное украшение. Затем Эрен схватил его за тонкую талию, крепко сжимая в руках и поднимая без предупреждения. — Какого хера ты творишь, Эрен? — прошипел он, поворачиваясь и свирепо глядя на него сверху вниз. — Отпусти меня. — Нет, — ухмыльнулся он, хотя его руки начали дрожать. Так что, возможно, прошло некоторое время с тех пор, как он тренировался, но Леви был достаточно лёгким. Он мог бы подержать его ещё немного. — Надень звезду. Лицо Леви стало свекольно-красным, и он застонал, выглядя абсолютно оскорблённым. Выражение его лица только усилило улыбку Эрена. Тем не менее, Леви сделал, как ему было сказано, и поместил золотую звезду на самую верхушку дерева. Как только всё было готово, Эрен мягко поставил его обратно на ноги, его улыбка оставалась яркой, когда Леви пристально посмотрел на него. — Почему ты такой панк? — проворчал Леви. — Потому что это твоё первое Рождество со мной и ты впервые украшаешь ёлку. Это означает, право сделать последний штрих за тобой. Не я устанавливаю правила. Он закатил глаза, но его суровое выражение смягчилось. — Если ты так считаешь. Эрен фыркнул от смеха и с трудом удержался, чтобы не наклониться и не поцеловать его в надутые губы. — Почему ты такой милый? — Что я говорил о том, чтобы говорить подобную херню? — прошипел он, его щёки снова порозовели. Было таким удовольствием видеть, как Леви из-за него терял всякое самообладание. Для кого-то настолько хладнокровного и эмоционально изолированного, Эрен, несомненно, заставлял его сильно краснеть. — Что это странно, и я не должен говорить подобную херню, — сказал Эрен с самодовольной ухмылкой. — Но я никогда не утверждал, что я нормальный, и я не собираюсь меняться в ближайшее время. Он цокнул, его недовольный вид быстро исчез, когда уголок его рта дрогнул в ухмылке. — Хорошо. Я не хочу, чтобы ты менялся. Я люблю то, какой ты сейчас. Сердце Эрена пропустило удар. — Что ты сказал? — Ничего, — сказал Леви, широко распахнув глаза. — Ты сказал, что ты... Леви зажал рот рукой. — Нет. Определённо не говорил того, что, как тебе показалось, я сказал, — он опустил руку и развернулся на пятках, чтобы уйти. — Окей, вот и поговорили. А сейчас я собираюсь пойти поужинать. Эрен издал тихий смешок, его сердце колотилось в груди со скоростью километра в минуту, когда он последовал за ним в столовую. Да, Леви определённо только что сказал то, что, по его мнению, он сказал. Леви любит его. И Эрен начинал думать, что тоже любит Леви.