Misguided Ghosts

Рождество наступило невозможно быстро. А вместе с ним и день рождения Леви. Было так много того, что Эрен хотел сделать, но из-за отсутствия денег и того, что всё было закрыто, было невозможно претворить в жизнь что-либо из его задумок. Тем не менее, он хотел приложить все усилия, чтобы сделать этот день для Леви незабываемым. В тот момент, когда он проснулся, Эрен выскользнул из спальни, оставив Леви мирно спать в постели. Было ещё рано, солнечный свет проникал сквозь окна мягко и приглушённо, и весь мир всё ещё был окунут в сонное царствие. Гриша и Дина, однако, уже проснулись, пили кофе и болтали в гостиной. Когда Эрен, шаркая ногами, прошёл по коридору, Дина подняла глаза и улыбнулась. — Счастливого Рождества, Эрен! — слишком бодро для такого раннего утра сказала она. — Счастливого Рождества, — сказал он в ответ. Было странно слышать это из его рта. Прошло так много времени с тех пор, как он переживал из-за этого проклятого праздника. Единственная причина, по которой он это делал, заключалась в том, что сегодня был день рождения Леви. — Удивлён, что ты не спишь, — пробормотал Гриша, делая глоток из своей кружки, от которой поднималось облако пара. — Сегодня день рождения Леви. Он хмыкнул, выглядя совсем незаинтересованным. — Неужели? — Да, я же говорил тебе это на прошлой неделе. — Угу. — Он вообще слушал? Было не похоже на правду. Эрен направился на кухню, но был остановлен, когда его отец снова заговорил. — Что ты делаешь? Эрен замер в арке, подавляя стон. — Иду приготовить ему чай и завтрак. — Замечательно. Приготовь что-нибудь для всех, почему это мы обделены, а? На этот раз Эрен действительно издал стон, но недостаточно громкий, чтобы услышал его отец. Первое, что он сделал, придя на кухню, это поставил чайник на плиту для Леви. Затем, пока вода кипятилась, он провёл ревизию в шкафчиках и холодильнике, прикидывая, из чего можно собрать завтрак. Когда он заметил коробку со смесью «Бисквик», он схватил её с улыбкой. Идеально. Прямо как их первый совместный ужин. Он позволил своим мыслям блуждать, пока готовил блинчики, не обращая внимания на тихое бубнение голосов Гриши и Дины, доносящихся из другой комнаты. Вместо этого его разум продолжал концентрироваться на Леви, подкидывая идеи о том, что он мог бы предпринять, чтобы превратить этот день в особенный. Поскольку у него не было возможности купить ему что-нибудь, прошлой ночью, после того как Леви уснул, он прокрался к компьютеру, чтобы записать ему ещё парочку компакт-дисков с его любимыми треками. И когда они в последний раз ходили в аптеку в торговом центре на площади за его районом, он, возможно, прихватил ещё один небольшой бутылёк смазки. Ну, знаете, на всякий случай. Эрен думал о том, чтобы спросить Леви, не хочет ли он… пойти до победного. Он много думал об этом в последнее время, зная, что это было тем, что Леви хотел бы сделать. И хотя Эрен, наконец, испытал достаточно комфорта, чтобы заниматься с ним — фингерингом, поцелуями, дрочкой друг другу, чем угодно — анальный секс заставлял его нервничать. Может быть, дело в том, что для него это был бы последний шаг. Последние врата перед тем, как он полностью предастся греху. Пастор Ник всегда проповедовал, что содомия греховна, что для Эрена не имело особого смысла, поскольку зачем богу давать ему возможность чувствовать себя настолько нереально, если это недопустимо? Но всё же, даже несмотря на то, что он не верил во всю эту ахинею, он знал, что пути назад не будет после того, как он пересечёт эту черту. Да, он был геем. В основном он смирился с этим, благодаря помощи Леви. Но иногда, когда он смотрел на себя в зеркало и вспоминал всё, что он делал и о чём думал, он не мог не считать себя виновным. Маленькая часть его подсознания всегда твердила ему, что то, что он делал с Леви, было противоестественным и порочным. Будто два голоса звучали в его голове, Леви и отца, кричали ему, чтобы он выбрал чью-то сторону. Как бы сильно он ни хотел принять свою сексуальность, у него была слишком долгая предыстория со своим отцом, чтобы просто забыть о том, кем он был раньше — мальчиком, который просто нуждался в одобрении и любви собственного отца. Чайник с водой засвистел и вырвал его из беглых мыслей. Он быстро выключил конфорку и налил воды в чашку с вложенным внутрь пакетиком чая (ещё одна вещь, которую он прихватил в аптеке). Он дал напитку настояться, пока доготавливал блинчики и распределил их на четыре отдельные тарелки. Он сдобрил их сверху сливочным маслом и полил сиропом, не думая о том, что они не захотят его есть. Если отец так хотел, чтобы он приготовил завтрак на всех, то им придётся наслаждаться им в том виде, в каком Эрен хотел его видеть. Когда он принёс две готовые порции Дине и Грише, они перестали разговаривать и с наслаждением принялись за еду. — Присядь на секунду, — сказал Гриша, балансируя тарелкой с блинами у себя на коленях. — Еда и чай могут остыть.... — Я сказал, сядь. Закатив глаза, он сделал, как ему было сказано, сев как можно дальше от него. — После сегодняшнего дня, думаю, Леви должен вернуться домой, — сказал Гриша. — Что? — Эрен вскочил, сердце подскочило к его горлу. — Почему? — Мы приютили и кормили его достаточно долго. Ему нужно во всём разобраться со своим дядей. Кроме того, ваши отношения немного... — Гриша замолчал, похоже, подыскивая нужное слово. — То, что пытается сказать твой отец, — вмешалась Дина, от её приторно-сладкого голоса у Эрена по коже побежали мурашки. — Это ненормально, когда мальчики так долго живут в одной комнате. — Раньше мы с Армином постоянно устраивали вечеринки с ночёвкой. — Это другое. Вы были просто детьми, — возразил Гриша. — Мы с твоим отцом просто беспокоимся, что Леви может... искушать тебя. Последние пару недель ты странно себя ведёшь. — Что? — Голос Эрена дрогнул, когда его охватила паника. — Это безумие. Он просто мой друг. Они оба посмотрели на него так, словно не верили ему. — Тебе не кажется странным просыпаться так рано и подавать завтрак в постель просто другу? — спросил Гриша, приподняв бровь. — Может быть, для тебя, — усмехнулся Эрен, кровь кипела и стучала в его ушах. — Но ты всегда херово заботился о людях, не так ли? — Эрен, так не следует разговаривать с отцом, — пожурила его Дина. — Заткнись нахуй! — закричал Эрен, вскакивая на ноги, переполняемый жгучей яростью. — Ты мне не мать и никогда ею не будешь, так что перестань так себя вести! Дина вздрогнула, её глаза округлились и заблестели от слёз. Блять. Он только что по-крупному проебался, не так ли? Гриша резко поставил свою тарелку с блинчиками на кофейный столик и встал, прижав кулаки к бокам, в его глазах горел характерный Йегерам гнев. Он схватил Эрена за запястье и потащил его на кухню. Сильно прижав его к стойке, он опустил руку и схватил его за подбородок, рывком опуская его вниз, так что они оказались лицом к лицу. — Тебе повезло, что сегодня Рождество. В ином случае, я бы надрал тебе задницу за то, что ты так разговаривал с Диной, — кипел Гриша, его голос был низким и опасным. — Она была только добра к тебе с того момента, как вошла в нашу жизнь, и вот как ты с ней обращаешься? — Она не моя мать, — выплюнул Эрен в ответ. — Не напоминай мне. — Его пальцы сжались, и дёсны Эрена заболели от давления. — Меня не волнует, что ты о ней думаешь. Она старше тебя, и ты будешь проявлять к ней уважение, понял? Пойманный в ловушку под огненным взглядом Гриши, всё, что он мог сделать, это кивнуть. — Хорошо, — проворчал он, отпуская его с толчком. — А теперь тащи свою задницу туда и извинись. — Я не хочу... — Мне абсолютно всё равно! — Прошипел он. — Если ты не хочешь, чтобы я выгнал твоего друга на улицу в его день рождения, ты пойдёшь туда и извинишься, чёрт возьми! В животе у Эрена всё перевернулось. Он не мог этого допустить. Сегодняшний день должен был быть особенным. Сегодня Леви должен был быть счастливым и довольным. Подавив свою гордость, Эрен вернулся в гостиную, где сидела Дина, уставившись в телевизор остекленевшими глазами. Они были красными, будто она плакала. Эрен, может быть, и почувствовал вину, но, по его мнению, она была лишь назойливой сукой. Он прокашлялся, привлекая её внимание. — Прости за то, что я сказал, Дина. Я разозлился и не имел этого в виду, — сказал он, слова были на вкус как опилки на его языке. Её выражение лица чуть приободрилось, бровь нахмурилась посередине. Затем она шмыгнула носом и кивнула головой. — Хорошо, спасибо тебе. Эрен стоял там, уставившись на неё, задаваясь вопросом, нужно ли ему сказать что-нибудь ещё или этого хватило. Как бы то ни было, он извинился, и этого ему было достаточно. Простила его Дина или нет, не имело значения. Когда Гриша снова сел на диван, Эрен направился прямиком на кухню, захватив две оставшиеся тарелки с блинами и чаем для Леви, осторожно балансируя посудой в руках. Он толкнул дверь в свою спальню и с удивлением обнаружил, что Леви проснулся и расхаживает перед его кроватью. Его глаза метнулись к нему, и беспокойство, затуманившее их, мгновенно исчезло. — Что происходит? — спросил он, осматривая его, будто искал травмы или какие-либо признаки расстройства. — Ты в порядке? — Да, всё норм, — сказал Эрен, выдавив улыбку. Он поставил их завтрак на стол у окна и жестом указал на тарелки, — с днём ​​рождения. — Ты приготовил это для меня? — спросил Леви с намёком на улыбку на губах. — М-гхм. — Блинчики, да? — Он поднял тарелку. — И в этот раз с сиропом. Но реальный вопрос в том, «Бисквик» это или нет? — Именно он, — фыркнул Эрен. Вот так просто его плохое настроение испарилось. — Я удивлён, что ты помнишь. — Как я мог забыть? Эрен пожал плечами, присаживаясь на край стола и тыкая вилкой в еду. — Не знаю. Наверное, я считаю, что на самом деле я не очень запоминающийся. — Это бред. У меня ужасная память, но я помню всё, что мы делали вместе. — Ну, это потому, что ты одержим мной. — Да ладно, я не одержим тобой, — Леви закатил глаза. — О, да? — Эрен ухмыльнулся. — Тогда почему ты всегда пытаешься дотронуться до меня, поцеловать и дурачиться со мной, а? — Э-ээ, потому что ты пиздец секси? — Леви сказал так, будто это было пустяком. — О, вау, очень поверхностно с твоей стороны, — поддразнил Эрен. — Тц. Ты знаешь, что это нечто большее. — И ты считаешь меня таким? — Да, дурень. Эрен продолжал пялиться на него, прикидывая, сможет ли он заставить Леви сдаться и признать, что он влюблён в него, в отличие от его недоделанного непроизвольного признания на прошлой неделе. — Не знаю, просто это кайфово, ладно? — усмехнулся Леви и отвернулся, надув губы. — Приятно быть… желанным, что ли. — Да… Я знаю, о чём ты говоришь. — Тогда почему ты вешаешь мне лапшу на уши? Эрен пожал плечами, ухмылка тронула его рот. — Ума не приложу. Просто хотел услышать, что ты чувствуешь. В глазах Леви был понимающий блеск. Хотя они не говорили о его своеобразном признании, оно всё ещё витало между ними в воздухе, насыщенном невысказанным напряжением. Тем не менее, они проигнорировали это, слишком боясь того, что произойдёт, если они поднимут эту тему. Так что они говорили о чём угодно ещё, пока завтракали. И когда они закончили, Эрен включил стереосистему, стоявшую в углу его комнаты, и вставил один из компакт-дисков, которые он сделал для Леви, наблюдая за его реакцией каждый раз, когда звучала одна из его любимых песен. Оставаясь всё утро в пижамах, они бездельничали в комнате Эрена, наслаждаясь компанией друг друга. В конце концов, Леви сдался, взял старую гитару мамы Эрена и начал практиковаться, в то время как Эрен помогал ему с этим. Технически, ему всё ещё не разрешалось играть на гитаре, но это его не остановило. Боль в пальцах больше не была такой значительной, так что он просто перебирал струны, не обращая на неё внимания. Было крайне непросто провести месяц без игры. Особенно с тех пор, как обучение Леви вызвало у него стремление присоединиться. Вот как Гриша нашел их, когда распахнул дверь спальни настежь: они вдвоём сидели бок о бок на кровати, держа гитары на коленях, и вместе работали над написанием песни. — Ты что, глухой? — спросил Гриша в явном раздражении. — Мои пальцы в норме. Они больше не болят, — объяснил Эрен, ничуть не смущённый резким тоном отца. — Это не значит, что они полностью зажили, — он покачал головой. — Неважно. Если ты хочешь изуродованные пальцы на всю оставшуюся жизнь, это на твоей совести. — Он сделал паузу, переводя взгляд с одного на другого. — Мы с Диной собираемся отправиться на рождественскую вечеринку. Ну наконец-то. — Окей. — Не вытворяй глупостей, пока меня не будет. — Гриша пристально посмотрел на Эрена, будто читал каждую его мысль. Чёрт, он знал? — Мы не будем. Мы планируем просто почиллить и заняться нашей музыкой. — Хорошо, — сказал он, выпрямляясь. — Мы вернёмся поздно вечером. — Повеселитесь, — пробормотал Эрен, когда его отец ушёл. Они продолжали играть музыку, пока не услышали, как закрылась входная дверь. Эрен сразу же встал, прислонил гитару к кровати и пошёл в гостиную. Он осторожно выглянул из-за занавески и наблюдал, как Дина и Гриша отъезжают. — Они уехали, — сказал Эрен с улыбкой облегчения, возвращаясь в спальню. — Хвала богам, — сказал Леви, откладывая гитару. — Что вообще происходит с твоим отцом? Я слышал, как ты кричал этим утром. — Ах да. Мой отец... явно подозревает меня. И, что ж, завтра он тебя прогонит. Лицо Леви не выдало ни единой его мысли. Он просто уставился на Эрена, рассеянно кивая. — Наверное, это к лучшему. — Как? Почему? — Потому что, Эрен, если он подозревает тебя, это только вопрос времени, когда он застукает нас за чем-нибудь супер-гейским. А если меня здесь не будет, тебя не поймают. — Но я не хочу, чтобы ты возвращался к своему дяде. — Всё в полном порядке. Я уверен, Кенни совсем забыл о том, что произошло. — А что, если он снова что-нибудь выкинет? — Тогда я надеру ему задницу и пойду ночевать к Иззи или Фарлану. Эрен нахмурился, ему не понравилась первая часть плана. — Расслабься, Эрен. Возможно, его даже не будет дома. Он, блять, никогда там не бывает. — Ладно, окей, — вздохнул он. — Давай не будем об этом говорить. Это твой день рождения. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив сегодня. — Да? — Леви приподнял бровь, ухмылка изогнула уголок его рта. — И как ты собираешься сделать меня счастливым, Эрен? Красноречивый намёк в его словах заставил Эрена покраснеть. — Ну, я подумал, что... — у него пересохло во рту, сердце подскочило в груди. — Ты хотел бы... заняться сексом? — Ты серьёзно? — У Леви отвисла челюсть. — Да, почему нет? — Да, почему нет? Как-то не слышу особенной радости в твоём голосе. — Но я рад, — возразил Эрен. — Просто… Наверное, я нервничаю. — А из-за чего тут нервничать? Мы уже натворили кучу всякого. — Не знаю. Я просто несу херню. Леви цокнул языком. — Иди ко мне, — сказал он, протягивая руку и жестом маня Эрена к кровати. Не в силах сопротивляться, Эрен взял его за руку, и Леви сразу же лёг на спину, потянув Эрена за собой. Он последовал за ним вниз и сократил расстояние между их губами, целуясь впервые за несколько дней. Эрен мгновенно растаял в шёлковом тепле его рта, глубоко погрузив язык, а после облизав изгиб его щеки. Леви, задыхаясь, прижался к нему, обвивая руками шею и притягивая всё ближе и ближе, пока Эрен не вдавил его в матрас. Теперь было так легко отпускать себя из-за Леви. Всего один поцелуй, и он был полностью под его чарами, готовый сделать всё, чтобы доставить ему удовольствие. Когда пальцы Леви зарылись в его волосы, проведя короткими ногтями по коже головы, Эрен оторвался от его губ с хриплым стоном. Но на этом не остановился. Он поцеловал уголок рта, подбородок и чувствительное местечко прямо под ухом, не торопясь исследовать мягкую поверхность кожи. Больше всего на свете ему хотелось втянуть в рот мягкую плоть и оставить след, но он знал, что это только приведёт к проблемам. Вместо этого он провёл зубами вниз по изгибу шеи, дыхание Леви сбилось, когда он лизнул алую отметину. Эрен уже был возбуждён, его эрекция прижималась к бедру Леви. Отчаянно нуждаясь в фрикции, он не мог удержаться от того, чтобы провести по его ляжке своим стояком, толкаясь, когда учащённый пульс Леви затрепетал под его голодными губами. Леви ахнул от этого движения, дыхание стало прерывистым, и он выгнул спину навстречу Эрену, его собственная эрекция упёрлась ему в живот. Эрен практически чувствовал их отчаяние в воздухе, жар тел заставлял их покрываться испариной. Становилось слишком жарко, Эрен вырвался и поднялся, срывая с себя футболку и бросая её на пол. Затем он потянул Леви вверх за запястья и сорвал с него свитшот, глядя вниз на его теперь безупречно ровную кожу, и у него потекли слюнки от соблазнительного зрелища. Леви всегда был красив по мнению Эрена, без фиолетовых синяков, покрывавших его кожу, он выглядел сейчас как ангел — совершенство во плоти. — Эрен? — спросил Леви, ухмыляясь ему. Осознав, что он уставился на него, как на кусок мяса, Эрен очнулся от своего блудливого транса и стянул спортивки. Затем принялся раздевать Леви, пока они оба не оказались полностью оголёнными и разгорячёнными от возбуждения. — Как ты хочешь это сделать? — спросил Леви, медленно облизывая губы. Эрен снова заполз на него сверху, прижавшись эрекцией к ляжке Леви. — Что ты имеешь в виду? — Типа, кто топ, а кто боттом? — Боттом? — переспросил Эрен, приподнимаясь на локтях и нависнув над Леви. — Ага. Тот, кто у кого в заднице окажется член. — Оу. — Эрен сделал паузу, размышляя. Он не думал так далеко наперёд. Вроде как даже забыл, как это работает у парней. — Ну, может, нам попробовать и то, и другое? — Ну, да, — фыркнул Леви, ухмыляясь. — Но я спрашиваю про первый раз? — Я правда не знаю, что делать, так что... — Так что ты хочешь быть снизу? — Это проще? — Ты можешь буквально просто лежать, а я обо всём позабочусь. — Я не знаю.... — Эрен замолчал, неуверенность поднималась в его груди. — Мы не обязаны этого делать, если ты не хочешь. — Я хочу. Это просто... — Эрен вздохнул, потирая лоб. — Мне кажется, это большое дело. — Да, допускаю, что это так, — прошептал Леви, откидывая назад непослушные волосы Эрена. — Но ты же в курсе, что я буду хорошо ухаживать за тобой, верно? Он кивнул, отрываясь от торса Леви. — Давай просто сделаем это. — Боги, ты кажешься таким воодушевлённым, Эрен. — Леви закатил глаза, отпихивая его. — Чувак, заткнись и займись этим уже, — нахмурившись, Эрен перекатился на спину. Леви заполз сверху и наклонился, глядя на него широко открытыми глазами, когда осторожно поцеловал его в губы. Однако, как только он начал отодвигаться, Эрен схватил его за щёки и снова притянул к себе, выцеловывая все сдерживаемые разочарования. Как только их языки переплелись, Леви начал тереться членом о живот Эрена, пачкая его естественной смазкой. Эрен застонал ему в рот, кровь горела от прикосновений Леви, его собственный член жаждал трения. Они оба покачнулись, и Эрен усадил Леви к себе на колени так, что их члены порочно соприкоснулись. Мягкая плоть была горячей рядом с плотью Эрена, это ощущение заставило его нервы вспыхнуть. Было невероятно, как быстро Леви смог свести его с ума. Как всего один поцелуй, одно прикосновение могли возбудить его настолько, что он думал, что разобьётся вдребезги под всем этим напряжением. — Дотронься уже до меня, — пробормотал Эрен ему в губы, теряясь в тумане, что заволок его разум. Он сделал глубокий вдох, пытаясь прийти в норму, но от этого у него только сильнее закружилась голова, ведь воздух пах Леви. — Ну и кто теперь самый нетерпеливый? — Леви ухмыльнулся, целуя его в подбородок и прикусывая мочку уха. — Ради всего святого, — заскулил Эрен, двигая бедрами и заставляя Леви ахнуть ему в ухо. — Прошло столько дней. Ты мне нужен. — Блять, — простонал Леви ему в шею, его низкий голос вибрировал до самого позвоночника и вызывал покалывание на коже. Он откинулся назад и схватил Эрена за подбородок, ухмыляясь ему сверху вниз. — Как же приятно слышать, как ты умоляешь. — Если ты продолжишь так себя вести, я прекращаю это, — Эрен закатил глаза. — Ты не можешь, — надулся Леви. — Сегодня мой день рождения. — Ты сказал, что тебя не волнует твой день рождения. — Так и есть. — Его улыбка стала озорной. — Но тебя-то да. Словно в доказательство своей правоты, Эрен схватил Леви за лицо, притягивая вниз, пока они не оказались нос к носу. Затем он приподнялся, впиваясь губами в пылком поцелуе. Он держался за Леви, отказываясь отпускать, вкладывая в поцелуй своё искреннее желание. И когда он, наконец, отстранился, Леви попытался погнаться за его ртом, но Эрен крепко удерживал его на месте руками. — Я хочу твои пальцы, — потребовал Эрен, его голос был на грани рыка. И без того расширенные зрачки Леви стали только больше, только темнее. Он убрал руки Эрена со своего лица и встал, направляясь к комоду. Когда он вернулся, в руке у него были пакетики из фольги и флакончик со смазкой. — Что это? — спросил Эрен, разглядывая квадратный кусочек. — Презерватив, — объяснил Леви, открывая флакон со смазкой и выплескивая её на несколько своих пальцев. — О, я не знал, что нам нужны презервативы. Я бы взял и их. — Не сомневаюсь, что у тебя нет никаких ЗППП, так что, думаю, в этом смысле в них нет особой необходимости. Но нам проще будет скрыть следы, используя резинки. Эрен согласно хмыкнул. Иногда он чувствовал себя таким тупицей. Удивительно, как Леви вообще мирился со его невежеством. — Как ты меня хочешь? — спросил Эрен, в очередной раз почувствовав неуверенность в себе. Леви не фингерил его с тех пор, как они сделали это в первый раз. Главным образом потому, что Эрен предпочитал делать это с Леви. По какой-то причине он получал удовольствие, видя его наслаждение. Кроме того, Эрену было легче оправдать предавание всему этому грехопадению, если бы он был тем, кто отдавал, а не получал. Хотел бы он надеяться, что он хорошо справится с нижней ролью. В обратном случае, ему будет очень паршиво из-за того, что он испортит день рождения Леви. — Если на этот раз ты сможешь контролировать свои ноги, я бы хотел, чтобы ты лежал на спине, — сказал Леви. Кивнув, Эрен принял ту же позу, в которую он укладывал Леви раньше. По крайней мере, на этот раз, он знал, что он должен был делать. — Просто расслабься, — сказал Леви, заползая между его ног и раздвигая их, полностью открывая его для себя. В этом положении он чувствовал себя таким уязвимым — полностью выставленным напоказ. Это заставило его сердце взлететь, и он не мог остановить это безумное сердцебиение. — Я в норме, — пробормотал Эрен. — Просто сделай это. — Не торопи меня, — сказал Леви. — Или это займёт ещё больше времени. Эрен резко выдохнул, позволяя своей голове откинуться на подушку. Он уставился в потолок, обнаружив, что ему легче контролировать свои нервы, когда он не видел, как Леви пялится на его задницу. Когда один из смазанных пальцев Леви прильнул к его входу, он напрягся. Он приподнялся на локтях и уставился на него. — Ты впустишь меня на этот раз? — Леви вздохнул, в его голосе звучало недовольство. Эрен легонько пнул его в живот. — Прекрати высмеивать меня, — заскулил он, игриво выпячивая нижнюю губу. — Я чувствительный. — О, это точно, ты здоровенный, крупногабаритный малыш, — поддразнил Леви в ответ. Подшучиванию удалось отвлечь Эрена, расслабив его настолько, что Леви легко просунул внутрь палец. От легкой растяжки пресс Эрена напрягся, пальцы ног подогнулись, спина выгнулась дугой над матрасом. По какой-то причине на этот раз всё было по-другому. Может быть, это потому, что он мог видеть Леви и обожание в его глазах, когда он вводил и выводил палец из тугой задницы, растягивая его. Наблюдать за ним — видеть румянец на его щеках и подмечать то, как он тяжело дышит, — было приятно, тепло разливалось по всему телу, кровь горела. — Леви, — тихо простонал Эрен, потянувшись рукой к нему, желая прикоснуться к нему в ответ, заставить его чувствовать себя хорошо. Он был так далеко, и он просто хотел поцеловать его, почувствовать его кожу под своими губами, попробовать его дыхание на своем языке. Вместо того, чтобы ринуться навстречу, как отчаянно хотел Эрен, Леви добавил ещё один палец. Эрен ахнул, захваченный врасплох. Внезапное растяжение заставило его член дёрнуться у живота, смазка потекла на него. И когда ловкие пальцы Леви надавили на его простату, Эрен потерял самообладание, застонав, и всё его тело сжалось, а удовольствие захлестнуло его. — Чувствуешь себя хорошо? — спросил Леви, его голос звучал так же бездыханно, как и у Эрена. — Мгхм, — промычал Эрен, не в силах говорить. Его сердце бешено заколотилось о грудину, угрожая пробить рёбра. Его дыхание и пульс так громко отдавались в ушах, что он не мог расслышать свои собственные мысли из-за всего этого шума. Совершенно ошеломлённый, он даже не заметил, как Леви вставил третий палец. Несмотря на беспокойство, сжимавшее его живот, на пальцах Леви он чувствовал себя классно. Настолько, что почувствовал себя виноватым за то, как сильно ему нравились его прикосновения. Голос его отца продолжал звучать на повторе внутри головы, напоминая ему не «не вытворять глупостей». И всё же, вот он был здесь, собираясь совершить самую глупую вещь, которую он когда-либо делал. Внезапно Леви убрал пальцы и заполз на него, покрывая лёгкими, как пёрышко, поцелуями его подбородок, заставляя Эрена открыть глаза, когда он тоскливо вздохнул. — Ты готов? — прошептал он, покусывая кожу. Эрен резко втянул воздух и медленно облизнул губы. Как он вообще мог знать, готов ли он потерять свою девственность? И не просто девственность — это что-то совершенно другое. По крайней мере, так было у него в голове. Потому что в начале учебного года у него и в мыслях не было делать подобное. И вот теперь, вот-вот у него должен был случиться первый раз с другим парнем. — Ты как? — спросил Леви, озабоченно нахмурив брови, когда его взгляд остановился на его лице. Эрен медленно кивнул, чувствуя головокружение и слабость. Он просто хотел поскорее покончить с этим. Если они не сделают это быстро, он позволит себе надумать лишнего и впадёт в панику. — Да, — прошептал Эрен, его голос прозвучал более надломленно, чем он того хотел. — Может быть... — Леви выглядел неуверенным. — Заткнись, — оборвал его Эрен, отчаяние поднималось у него в животе. — Просто сделай это. Леви сжал губы в тонкую линию, но остальная часть его лица оставалась бесстрастной. Как всегда, было невозможно понять, что происходит у него в голове. Эрен не мог отделаться от мысли, что Леви был слегка разочарован в нём. Несмотря на это, Леви снова переместился ниже, между его ног, схватив пакетик из фольги с кровати и разорвав его. Эрен не мог смотреть на Леви, пока тот доставал презерватив из упаковки и раскатывал его. Наблюдение только заставляло его нервничать ещё больше, и его разум продолжал проигрывать на повторе: «не могу поверить, что я это делаю». И когда он почувствовал кончик члена Леви у своего входа, его взгляд метнулся вниз, а пальцы вцепились в одеяло под ним. — Просто скажи мне, если хочешь, чтобы я остановился, — сказал Леви с ноткой сомнения в голосе. Блять. Эрен не очень хорошо справлялся с тем, чтобы выглядеть спокойным, не так ли? Похоже, он казался таким же перепуганным, как и чувствовал себя внутри. Сделав глубокий вдох в надежде успокоиться, он выдохнул, но продолжил дрожать, выдавая свою нервозность. — Нет, Леви, порядок. Просто сделай это, пожалуйста, — сказал Эрен, прежде чем Леви успел передумать. Леви выглядел так, словно не поверил ему. Честно говоря, Эрен его не винил. Он ведь правда лукавил. Он не был в порядке. Просто хотел поскорее покончить с этим, чтобы избавиться от беспокойства и чувства вины. Тем не менее, Леви сделал, как сказал ему Эрен, ухватив его за бедро и слегка потянув на себя. Отодвинув его ногу, другой рукой он направил член внутрь, проталкивая его через плотное кольцо мышц, преграждающих путь. Эрен изо всех сил старался оставаться расслабленным, сосредоточиться на чём-нибудь другом, чтобы не сжиматься. Он закрыл лицо руками и задержал дыхание, отпустив себя настолько, чтобы Леви смог просунуть головку внутрь. Эрен резко ахнул от обжигающего ощущения, прижимая руки к лицу и впиваясь ногтями в кожу головы. Хотя Леви был не таким большим, как Эрен, он определённо был крупнее своих пальцев. Хотя Эрен и не имел представления, каким он ожидал испытать его член внутри себя, он не думал, что будет так сильно жечь. — Всё окей? — спросил Леви, его голос звучал одновременно запыхавшимся и встревоженным. — Да, — выдохнул Эрен. На самом деле его беспокоила не боль. На самом деле у него был довольно высокий болевой порог. Давление ситуации начало сказываться на нем, и это было так, будто булыжник упал ему на грудь, раздавливая лёгкие. По мере того, как Леви начал входить, он растягивался всё больше и больше, ощущая себя странно наполненным. Это было почти так же, как если бы он ходил в туалет наоборот. Эрен прикусил свою руку, отвлекая себя от странного ощущения. Когда он был примерно на середине, Эрен приподнялся и подпёрся одной рукой, согнувшись так, чтобы быть ближе к Леви. Он положил другую руку ему на плечо, молча веля остановиться. — Что такое? — прошептал Леви, его горячее дыхание оставалось на его губах. — Я просто… чувствую слишком много сейчас, — признался Эрен, боясь увидеть разочарование Леви. — Хочешь, чтобы я прекратил? — Нет-нет, — он закрыл глаза, уткнувшись лбом ему в плечо. — Просто дай мне секунду. В остальном оставаясь абсолютно неподвижным, Леви повернулся к нему, целуя волосы, пока тот приходил в себя. Сделав несколько глубоких вдохов, снова и снова повторяя себе, что он не делает ничего плохого или противоестественного, Эрен позволил себе упасть обратно на матрас. — Окей, — пробормотал он, тупо уставившись в потолок, пытаясь игнорировать тот факт, что член Леви до сих пор был наполовину в его заднице. — Окей? — переспросил Леви, будто сам не понимал, что тот имел в виду. Вместо того, чтобы что-либо сказать, Эрен просто кивнул. Затем Леви снова начал медленно входить внутрь. Дыхание Эрена стало более поверхностным из-за растущего давления, а скованность в нижней половине тела заставила его пальцы дрожать. И когда Леви проник поглубже, а их тела соприкоснулись, Эрен не мог дышать. — Эрен? — спросил Леви, звучание его имени было пронизано беспокойством. — Ты можешь поцеловать меня? Отвлечь меня или типа того? — спросил Эрен, тоскуя по его алым и поблёскивающим губам. Леви усмехнулся, и его скулы порозовели. — Я не могу до тебя дотянуться, дурень. Застонав, Эрен снова приподнялся, изогнувшись так, чтобы дотянуться до рта Леви. Но, прежде чем он успел поцеловать его, Леви положил руку ему на плечо и оттолкнул его назад. — Я не хочу этого делать, если тебе это не нравится. — Всё хорошо, Леви, — заскулил Эрен, запрокидывая голову, как капризный ребенок. — Просто я сейчас действительно не в себе, и мне просто нужно, чтобы ты отвлёк меня, чтобы я перестал думать о всякой ерунде. — Оу, — выдохнул Леви, понимание промелькнуло на его лице. На этот раз, когда Эрен сократил расстояние между ними, соединив их губы, Леви не оттолкнул его. На этот раз он принял его в свой рот, распутно проводя языком по языку Эрена, заставляя его грудь трепетать от тепла. Да, это то, что ему было нужно. Ему нужно было напомнить себе, как сильны его чувства к Леви. Когда эти эмоции занимали центральное место в его сознании, было легче помнить, что нет ничего плохого в том, чтобы чувствовать себя подобным образом. Вообще, как любовь к кому-то может быть неправильной? Пока они целовались, Леви начал покачивать тазом взад-вперёд, медленно выходя, а затем снова входя. Внезапное движение выбило воздух из легких Эрена, заставив его охнуть. Одна из его рук метнулась, чтобы схватить Леви сзади за шею, крепко прижимая его, чтобы он не мог оторваться от их поцелуя. Не то чтобы тот вообще пытался отпрянуть. Леви продолжал целовать его, именно так, как было нужно Эрену. И когда их рты слились воедино, хаотично и неистово, он потерялся в шелковистом ощущении языка Леви, скользящего по его языку, в согревающем прикосновении его мягких губ. Одних поцелуев было достаточно, чтобы Эрен снова возбудился, его член тяжело прижался к животу. Леви запустил пальцы в волосы Эрена, в то время как другой рукой крепко сжал его бедро, удерживая их тела вместе в неуклюжем, но необходимом положении. Эрен не был уверен, что смог бы сделать это без поцелуев Леви, заглушающих его ядовитые мысли. Когда Леви начал двигаться более яро, он проник ещё глубже внутрь, вызвав протяжный стон у Эрена, которому пришлось прервать их поцелуй. Эрен уставился на Леви широко раскрытыми глазами, давление, которое рикошетом прокатилось по его телу, ошеломило его. Леви вгляделся в его лицо, а затем сделал это снова, прижавшись бёдрами к его заднице. Стон вырвался из его горла, и он упал обратно на кровать, прикрыв рот рукой и удерживая его внутри. Это ещё что за хуйня? Он был абсолютно уверен, что никогда раньше не издавал подобных звуков. И, казалось, Леви тоже знал это, поскольку выглядел слишком довольным собой. Когда он ускорил темп, по комнате начали раздаваться громкие шлепки, подобно ударам по барабанной установке. Эрен укусил себя за кисть, его грудь наполнилась странным чувством, всё его тело, казалось, вот-вот взорвётся. Он был так полон, так перегружен ощущениями. Ему хотелось кричать, рыдать, выпустить всё это наружу и просто освободиться от нажима, давящего на его кожу. Но даже с рукой во рту он не мог заглушить издаваемые им звуки, его голосовые связки полностью предали его. Он зажмурил глаза, когда унижение нахлынуло на него изнутри. Его голос звучал точь-в-точь как у девушек в порно, которое он видел, они стонали и мяукали, как шлюхи. И Эрен тоже был таковым? Аморальной шлюхой, которая отправится в ад? Внезапно Леви остановился, что заставило его открыть глаза. Он смотрел на него широко распахнутыми глазами, с приоткрытым ртом и горящими щеками. — Эрен? — спросил он напряжённым голосом. — Как ты? Именно тогда Эрен понял, что плачет, тёплые слёзы стекали по его лицу и смачивали волосы. Эрен уронил руки на кровать и сморгнул слёзы, наконец-то посмотрев Леви в глаза. Ни за что на свете он не мог рассказать ему о глупых мыслях, терзающих его рассудок, как токсичный туман. Леви остановился бы, и тогда его день рождения был бы испорчен. — Тебе вообще нравится? — спросил Эрен, уклоняясь. — Чего? Понятное дело, что да. Почему ты вообще спрашиваешь об этом? — Потому что я совсем тебя не слышу. Пока я сам стону, как маленькая сучка. Леви усмехнулся. — Во-первых, нет, это абсолютно не так. Ты охренительно горячо стонешь. — Правда? — Да, правда, — сердито ответил Леви, — а во-вторых, я молчу, потому что всё моё самообладание уходит на то, чтобы не кончить прямо сейчас. — Оу. — Разве он не выглядел как тупица? — Это настолько приятно? — Ощущения просто потрясающие, — он фыркнул, веселье осветило его округлые глаза. — Иди сюда. Эрен снова приподнялся, наклоняясь и сокращая расстояние между ними. Леви снова начал целовать его, сначала сладко и медленно, постепенно переходя во что-то более голодное и интенсивное. Когда Эрен расслабился вокруг него, Леви начал двигать бёдрами. Только исчезнувшее давление мгновенно вернулось, заставив его застонать. Леви проглотил звук своим языком, преследуя губы Эрена, когда тот попытался отстраниться, чтобы перевести дыхание. Эрен обнял Леви за плечи, удерживая, его ногти впились в его мягкую плоть, когда Леви возобновил быстрый ритм. Каждый раз, когда тот толкался, входя так глубоко, как только мог, Эрен стонал ему в рот, а его задница сжималась на его члене. — Чёрт, Эрен... — выдохнул Леви в него, и его руки начали дрожать. — Я не могу... — Ш-шш, всё хорошо, — невнятно пробормотал Эрен, перемещая руку и обнимая Леви за талию. — Хочу, чтобы ты кончил. — Но... — Пожалуйста, Леви, — умолял он. Леви застонал, его член дёрнулся внутри него, давление нарастало. Это заставило Эрена напрячься, сжавшись вокруг члена. И тогда Леви, наконец, издал прекрасный звук, застонав, когда его бёдра замерли, а лицо исказилось в блаженстве. Его член пульсировал и подергивался в заднице, наполняя презерватив спермой. Леви дрожал и стонал, прижимаясь к Эрену, утыкаясь лицом в его шею и резко вдыхая его. Звуки, которые он издавал, дрожь его тела — Эрену нравилось лицезреть Леви в таком сильном удовольствии. Видеть его таким было лучше любого оргазма, заключил он. Когда Леви безвольно упал на него, Эрен ногами отодвинул его, тем самым вынимая опадающий член из своей задницы, испытывая облегчение от того, что его больше не наполняет это грешное давление. Он глубоко вздохнул, рухнул на матрас и выдохнул из своих дрожащих легких. — Прости, — прошептал Леви, падая на кровать рядом с ним и уставившись в потолок. — За что? — Я не довёл тебя до разрядки. Эрен повернул голову, с удивлением обнаружив, каким разочарованным выглядел Леви. Это заставило его грудную клетку болезненно сжаться. — Всё хорошо, — пробормотал Эрен, придвигаясь к нему. Он обнял его за талию, притягивая ближе и целуя в щёку. — Честно говоря, не думаю, что смог бы, независимо от того, как долго бы ты продержался. — Правда? — он нахмурился, наблюдая за Эреном краем глаза. — Тебе не понравилось? Эрен пожал плечами и посмотрел вниз на пространство между ними. — Я просто... — Он покачал головой, не уверенный, должен ли озвучить свои тревоги. — Что? — Надавил Леви. — Ты можешь мне рассказать. — Это глупо. — Что глупо, так это то, что ты не говоришь мне, что не так. Эрен вздохнул и закрыл глаза, уткнувшись лицом в шею Леви. — Я не знаю. Мне просто... наверное, трудно получать удовольствие. Я чувствую себя действительно виноватым и всё такое из-за того, что мне это так нравится. — Эрен, — позвал его Леви, поворачиваясь на бок, но остановился на полпути. — Уф, подожди секунду. Внезапно он встал с кровати и прошёл через комнату, стягивая презерватив с члена и выбрасывая его в мусорное ведро. Он схватил пару салфеток и вытерся, прежде чем вернуться, чтобы лечь с Эреном. Он прижался к нему, проводя рукой по его растрёпанным волосам. — Нет ничего плохого в том, чтобы получать удовольствие от секса. — Я знаю, но ты своими ушами слышал, какую дичь втирают мой папа и Дина, и что проповедует пастор в церкви. Я просто... — он застонал, ненавидя себя за это чувство. — Трудно просто... забыть это всё. — Знаю, — ответил Леви, обнимая Эрена и крепко прижимая его к своей груди. — Прости, что так сильно на тебя давил. — Ты не давил. Я хотел это сделать. — Ага, — усмехнулся он. — Настолько, что тебе это не понравилось. — Я этого не говорил. Было реально приятно. Просто… Я не знаю. Это сложно объяснить. — Всё хорошо. Тебе не обязательно это делать. — Ты не злишься? — Чего? — Леви отстранился и недоверчиво уставился на него. — С чего бы мне, чёрт возьми, злиться? — Я испортил наш первый раз. Леви нахмурился, а затем сильно щёлкнул его по носу. — Ауч! — вскрикнул Эрен, потирая нос. — За что это было? — Нихера ты не испортил. Кроме того, у нас будет ещё много раз, чтобы заняться этим и сделать всё правильно. Сейчас был не последний и не единственный раз, когда мы это делаем. Эрен ухмыльнулся. — О, так ты хочешь сделать это снова? — Да-с, — он закатил глаза, ухмыльнувшись в ответ. — Но в следующий раз ты будешь причинять мне удовольствие. Как ты на это смотришь? Хмыкнув, Эрен запечатлел невесомый поцелуй на его губах. — Мне бы этого хотелось. — Хорошо, — сказал Леви, садясь ему поперёк коленей и вдавливая Эрена в матрас. — А теперь позволь мне позаботиться о тебе. Я не могу вынести мысли о том, что ты не кончишь. — Окей, — Эрен медленно облизнул губы, улыбаясь, наблюдая, как Леви сместился набок и взял его член. Леви начал дрочить ему своей ласковой и умелой рукой, заставляя Эрена забыть о своём прежнем ужасе.

***

Эрен проснулся от того, что Леви тихо посапывал, лежа на сгибе его руки. Пошалив и приняв душ, они оделись только для того, чтобы завалиться спать. И хотя рука Эрена онемела под его весом, он не осмеливался пошевелиться. Леви выглядел слишком умиротворённым. Было бы позором потревожить его. Вместо этого он просто дал Леви спать дальше, лениво проводя пальцами по его всё ещё влажным прядям. Слабый румянец остался на его щеках, губы были красными, припухлыми и такими соблазнительными. Если бы не тот факт, что он не хотел его будить, он бы позволил себе и поцеловал его прямо сейчас, чтобы насытиться до того, как его отец вернётся домой и всё испортит. Гриша так и не сказал, когда вернётся, но, зная его и Дину, они уехали на некоторое время. Они прекрасно проводили время, когда дело доходило до общения с друзьями по церкви. Что было огромным благословением. Не только это, Эрен также был рад, что отец не заставил его пойти с ними на вечеринку. В то время как он боялся необходимости идти и тусоваться с кучей скучных стариков, вечеринка, очевидно, была только для взрослых. Это было настоящее рождественское чудо. Когда Леви, наконец, начал шевелиться, Эрен вытащил руку из-под его шеи, чувствуя покалывание, когда он пытался вернуть её к жизни. — Что ты делаешь? — Леви проворчал, так и не открывая глаз. — Рука затекла, — прошептал Эрен, проводя пальцами по его щеке, наблюдая, как ресницы Леви затрепетали от нежного прикосновения. — М-мм, прости, — пробормотал он сиплым ото сна голосом. — Всё хорошо. Можешь дальше спать, если хочешь. — Не-а, — он проморгался и открыл глаза, щурясь от мягкого света, проникающего сквозь прозрачные светлые шторы. — хочу провести с тобой ещё времени, пока твой папа не вернулся домой. — Чем хочешь заняться? — Без понятия, — сказал он, перекатываясь на спину и протирая глаза, чтобы прогнать сон. — Хочешь глянуть фильм или ещё что-нибудь? — Да, конечно, — сказал Эрен, садясь и свешивая ноги с кровати. Он встал и потянулся, его задница всё ещё болела после недавнего. Это было не неприятное чувство, а напоминание о том, что они сделали. Осознание того, что он потерял девственность с Леви, должно было сделать его счастливым, но это только оставило тревожное чувство в животе. Леви последовал за ним в гостиную, в доме было тихо и холодно. Слишком часто они целыми днями сидели взаперти в комнате Эрена, избегая его отца и Дину. Было приятно иметь гостиную в своём распоряжении. Они могли развалиться на диване и смотреть всё, что им заблагорассудится, без осуждения Гриши. Эрен плюхнулся на диван, схватил пульт и включил телевизор. У них было не так много фильмов, но на Рождество по кабельному телевидению всегда что-нибудь показывали. Конечно, они могли бы найти что-нибудь для просмотра, что не было бы отстойным. — Не возражаешь, если я быстренько сяду за компьютер? Хочу написать Фарлану и Изабель, — сказал Леви, зависая у компьютерного кресла. — Дерзай, — сказал Эрен, бездумно переключая каналы, не в силах найти ничего интересного для просмотра. В конце концов, он попал на канал, транслирующий «Убить Билла», и остановился на этом, не сумев найти ничего другого, что вызвало бы его интерес. — Э-эм, Эрен? — протянул Леви. — Что такое? — Он сел и выглянул из-за дивана. — Иди сюда. Было что-то в поведении Леви, что заставило его забеспокоиться. Эрен вытер влажные ладони о штаны и встал, подойдя к компьютеру рядом с Леви. — Я просто хотел зайти на майспейс, и увидел это, — сказал он, указывая на веб-сайт под названием «Любовь в действии». Внизу экрана ярко горели синим слова «конверсионная терапия». Сердце Эрена ухнуло куда-то в низ живота. — Что это? — спросил Эрен, хотя у него было неплохое предположение относительно того, что из себя представляет конверсионная терапия. — Не думаю, что ты хочешь знать, — Леви оглянулся на него, нахмурившись. Да, он не хотел это знать. Но если это было в истории поиска, то это означало, что его отец просматривал страницу. Что предполагало, что Эрену нужно было знать, что это было, и выяснить, относится ли это к нему. — Кликни на сайт, — сказал Эрен, уставившись на экран. — Эрен... — Просто сделай это! Леви вздохнул, возвращаясь к компьютеру. Он нажал на ссылку, открыв веб-страницу, описывающую худшую вещь, о которой Эрен когда-либо читал в своей жизни. Он смог прочитать только первый абзац, прежде чем почувствовал, что его сейчас стошнит. Горло Эрена сжалось, его руки тряслись по бокам, пока паника обвивала его сердце и сдавливала грудную клетку, вытесняя воздух из лёгких. Его отец хотел, чтобы его вылечили. Излечили от греховной гомосексуальности. Он был в полном пиздеце. Это был только вопрос времени, когда его отошлют прочь, и всё хорошее, что он когда-либо знал и видел, у него отнимут. Жгучие слёзы хлынули по его ресницам, струясь по щекам и капая на шею. Он подавился всхлипом, провёл пальцами по голове и потянул себя за волосы, пытаясь заглушить боль и учащённое сердцебиение. Жалобный скулёж вырвался из его слишком сдавленного горла, и, прежде чем он смог сорваться и поддаться истерике, Леви подскочил и бросился к нему, обхватив его руками за талию. Но Эрен едва чувствовал его, едва осознавал его присутствие. Паника лишала возможности дышать, думать. Что он будет делать? Он не мог позволить отцу отослать его прочь. Он не мог позволить этим людям изменить его. Леви вдруг сгрёб его залитое слезами лицо и потянул вниз, а сам приподнялся на цыпочки. Они смотрели друг другу в глаза, но Эрен едва мог разглядеть его черты из-за слёз, застилавших ему зрение. Он даже не мог расслышать ничего из того, что тот говорил, из-за шума крови в ушах и вихря мыслей, обрушившихся на него. — Эрен, — голос Леви эхом отдался в задней части его черепа, — хэй, Эрен. Он не мог взять себя в руки достаточно долго, чтобы ответить. Он продолжал икать, его лёгким не хватало кислорода. Леви отпустил его лицо и схватил за запястья, подтащив к дивану и заставив сесть. Во всяком случае, не похоже, чтобы у него была сила воли, чтобы бороться с ним. И когда Леви сел рядом с ним, он взял его за голову, прижимая к своей груди. Не в силах сдержаться, Эрен повернул к нему лицо, его слёзы намочили свитшот Леви, его сердце сильно билось у его щеки. Эрен прижался к нему ухом, считая удары в попытке сохранить рассудок. Долгое время Леви просто обнимал его, проводя пальцами по его волосам, крепко прижимая к себе. Он продолжал бормотать всякие нежности, уверяя Эрена, что с ним всё будет в порядке. Всё будет хорошо. Не было никакой необходимости беспокоиться. Они что-нибудь придумают. Всё хорошо. Леви всё устроит. После того, что казалось часами, хотя на самом деле прошло всего пару минут, сердце Эрена замедлилось, а лёгкие расслабились, позволив ему нормально дышать. Он сделал несколько глотков воздуха, каждый из которых судорожно дрожал, пока остатки его слёз оставляли пятна на свитшоте Леви. Когда у него не осталось сил на рыдания, Леви склонился над ним, положив щёку на макушку и сам вздрогнув. Плакал ли он сейчас? Боги, Эрен надеялся, что нет. Ему действительно удалось испортить ему весь день рождения, не так ли? — Прости, — пробормотал Эрен ему в грудь, крепко зажмурив глаза. Леви не пошевелился. — Не нужно извиняться. Ты не сделал ничего плохого. — Я всё испортил, Леви. Он собирается отослать меня прочь, — Эрен задохнулся от новой волны паники. — Ч-что, если я никогда больше тебя не увижу? — Т-шш, хватит, Эрен. Ты ничего не испортил. — Что, если они изменят меня? — Его пальцы впились в рубашку Леви. — Я не хочу, чтобы они меняли меня! — Знаю, — пробормотал он в его макушку и крепче сжал в объятиях, когда его руки тоже начали дрожать. — У них ничего не выйдет, хорошо? Потому что тебя никуда не отправят. — Ты этого не знаешь. — Нет, я знаю, — с нажимом ответил он, впиваясь ногтями в спину Эрена. — Я не позволю этому случиться. Эрен знал, что это была всего лишь ложь, предназначенная для того, чтобы утешить его, но ему было всё равно. Несмотря на то, что было спорно, что Леви сможет защитить его от отца, Эрен предпочёл поверить ему. Какой ещё у него был выбор?