Лунный блюз для наследников Слизерина

Каково же было мое удивление, когда все оказалось совсем наоборот. Нет, о легкости древних рун или английского с культурой речи сказал бы только сумасшедший, но мне было очень интересно на этих занятиях. Как оказалось, и то и другое я изучала в Ильверморни, только называлось это «основа языкознания». На Рунах было всего шесть человек, на втором факультативе — восемь. И это из четырех факультетов! Причем на оба сразу записались только двое: я и девчонка с Гриффиндора с пышной гривой каштановых волос. Она мне показалась несколько нервной и суетливой — тянула руку на каждый вопрос профессоров, чем несказанно раздражала. Когда ее назвали «мисс Грейнджер», я стала внимательнее к ней присматриваться. Хотелось узнать, что из себя представляет девочка, которая бесит весь второй курс Слизерина. Даже Салли-Энн, с которой мы вместе пришли на Древние Руны, морщила нос и периодически закатывала глаза на каждую вскинутую вверх руку Гермионы. К пяти часам вечера я раскрыла ее секрет. Начитанность. Эта девица прочитала оба учебника еще на каникулах! Скорее всего поняла она там далеко не все, но это уже издержки. К концу учебного дня у меня назрел вопрос: где найти столько свободного времени и усидчивости, чтобы прочитать все эти книги? Даже я, будучи одной из лучших первокурсниц Ильверморни, не погружалась в знания настолько глубоко. — Это немыслимо! В рунном алфавите от Крезера аж на четырнадцать рун меньше, чем от леди Элькасты, а ведь она жила в тринадцатом веке, — тарахтела Грейнджер однокурснице с Пуффендуя. Мы шли по коридору Хогвартса с последнего занятия, и я держалась на тонком волоске, чтобы не закатить глаза и не отвесить какую-нибудь колкость. — Разве за столько лет не должны были придумать дополнительные руны? — продолжала невыносимая девица. — Ммм… — промычала что-то нечленораздельное ее попутчица. — Вместо этого они, наоборот, их урезали! Ты можешь это представить, Алиса? Урезали! Это вообще законно? Я собираюсь взять в библиотеке полный справочник авторства леди Элькасты и учиться переводу именно по нему. Я все же не выдержала. Ускорила шаг и, поравнявшись с ними, проговорила: — Бога ради, Грейнджер, она даже не была с нами на Рунах. Гриффиндорка кинула на меня неприветливый взгляд и поджала губы. Алиса же почесала брюнетистый затылок и виновато произнесла: — Она права, древние языки вообще не мое… Мне бы в нашем современном английском не делать столько ошибок. Я усмехнулась и свернула к подземельям. До ужина оставался час, и мне хотелось за это время сделать домашнее задание по Трансфигурации. Но тут услышала: — А что думаешь на этот счет ты, Адара? Я остановилась и медленно обернулась, удивленно вскинув брови. Похоже, гриффиндорку не смущало, что я из Слизерина и наши факультеты, мягко сказать, друг друга недолюбливают. — Какой алфавит выберешь? — уточнила она. — Профессор Мейси дала задание определиться до следующего урока с вариантом рунного алфавита. — Ну… нас попросили определиться, а не сделать окончательный выбор между ними. В чем проблема использовать оба? Гермиона нахмурилась. — Глупости! Определиться — это как раз-таки выбрать. Я пожала плечами. — Тогда я выберу третий вариант. Ведь все зависит от того, какие тексты мне придется переводить. Лучше владеть всеми доступными инструментами, ты так не думаешь? Грейнджер задумалась. Алиса вообще не понимала, о чем идет речь. Я отвернулась и отправилась в гостиную своего факультета. Диванчики у камина занимали группки первокурсников, у ребят постарше наверняка расписание было гораздо жестче моего и гостиную они занимали ближе к ночи. А вот однокурсников я вообще ни одного не обнаружила. Достав все необходимое из сумки, я бросила ее у стола и открыла учебник на нужной теме. Пробежала взглядом параграф, который уже знала почти наизусть. Раскрутила пергамент, прикусила кончик пера и задумалась, глядя на каменную кладку стены перед собой. Профессор Макгонагалл прямо с места в карьер — отправила учеников изливать мысли в первый же учебный день. У меня уже были интересные идеи использования чар «Conversus petasum», и я поторопилась изложить их в эссе. Семнадцать дюймов настрочить оказалось не так уж сложно, особенно, когда есть, о чем писать. — Адара! Вот ты где! Вздрогнув, я оглянулась. Ко мне бежала Салли-Энн, размахивая листом бумаги. Я потянулась и хорошенько прогнулась в спине, разминая затекшие мышцы. Если профессор Макгонагалл каждый раз будет задавать так много, желания учиться у меня станет еще меньше. — Смотри! — Салли навалилась на стол и сунула мне в лицо какое-то объявление. Выхватив его, я расправила слегка помятый лист и прочитала: — Дуэльный клуб? — Ага! Профессор Локонс объявил на ужине. Кстати, а почему тебя не было? Я вскинула глаза на часы, висевшие над камином. Половина седьмого! Чертово эссе затянуло меня на полтора часа! А я даже не заметила этого. — Зато я выполнила задание Макгонагалл, — мрачно протянула я. — Так еще есть время, ты не ляжешь спать голодной. Пошли, поболтаем по дороге! Дафна еще там — наслаждается десертом. Когда дело касается сливочного мороженного с вяленой вишней, время перестает для нее существовать. Она помогла мне собрать все принадлежности в сумку, которую я решила оставить прямо тут, в гостиной. — Что думаешь насчет клуба? — нетерпеливо спросила Салли, когда мы шли по коридору. — Не совсем понимаю логику Локонса — разве он нас чему-нибудь уже научил, чтобы затевать дуэли? — Н-ну-у… Мы выучили где-то… м-м-м… семь заклинаний с профессором Флитвиком в прошлом году. А может и больше, так сразу и не скажешь. Я пожала плечами. — Для дуэлей нужна практика. Предчувствую, что этот клуб приведет к какой-нибудь катастрофе. Салли рассмеялась. — Да ладно тебе, это же все будет не всерьез. Что-то вроде дополнительного занятия по заклинаниям. А в Ильверморни ты участвовала в чем-то подобном? — Нет, но Основы Дуэльной Магии должны были быть как раз на втором курсе. В Большом Зале уже было не так многолюдно, зато наши сидели за столом практически в полном составе. Едва я успела занять место рядом с Дафной и положить себе на тарелку салат с курицей, как ко мне подсела Паркинсон. Я внутренне напряглась, а Салли, устроившаяся напротив, резко заинтересовалась десертом Дафны. Панси заправила волосы за уши и нехотя проговорила: — Салли-Энн рассказала, что твои родители маги. Признаю свою неправоту. — Ты назвала меня грязнокровкой, — холодно ответила я, повернувшись к ней лицом. — А ты натравила на меня своего паука! — Интересно, что бы сделала ты, если б я назвала тебя этим мерзким словом? Она захлебнулась воздухом и слегка покраснела. — Я — Панси Паркинсон, никому даже в голову не придет усомниться в моей чистокровности! — А я из Америки, откуда мне знать чистокровные семьи Британии? Что насчет паука — я его не натравливала. Он самостоятельно принял решение меня защитить. Панси фыркнула и сложила руки на груди. — Ладно! Меня эта полемика изрядно утомила. Мир? Я ответила не сразу, сверля ее внимательным взглядом. Прощения она не попросила, лишь признала свою неправоту. Можно было продолжить и потребовать у нее нормальных извинений, но внутренний голос подсказывал — к хорошему это не приведет. Думаю, эта девица и так хорошенько потопталась на своей гордости, начав этот разговор. — Мир, — наконец протянула я. — Отлично! Но ты мне все равно не нравишься, Флоренс. — Не переживай, это абсолютно взаимно. Она хмыкнула и собралась было встать, как над нами вдруг прозвучал вкрадчивый голос: — Мисс Паркинсон, мисс Флоренс, после ужина жду вас у себя в кабинете. Мы одновременно обернулись, вскинув взгляд на профессора Снейпа. По его непроницаемому лицу сложно было понять, насколько сильно он нами разочарован. — Ну прекрасно! — прошипела Панси, когда декан ушел. — Все твой гадский паук! Я ничего на это не ответила, принимаясь наконец за свой салат. Если подводить итог первого учебного дня, можно сказать, что все не настолько ужасно, как я ожидала. Возможно, я даже справлюсь и переживу этот год в Хогвартсе.