Та Ночь

Через друзей Гиука, Ёнхун умудрился найти Донмёна, и решил написать именно ему, раз заметил, что мальчик часто появлялся у него в ленте, значит они явно близко знакомы. Донмён, конечно же, был удивлён полученному сообщению, но всё же согласился на встречу с парнем. Ему и самому было интересно, кто такой Ёнхун Джин. Они встретились в торговом центре, решили не собираться на квартире, ибо Донмён настоял на людном месте. Первое время, они просто общались, делились информацией друг о друге. Ёнхуна немного напрягало, что Донмёну было шестнадцать, а значит велика вероятность того, что Гиуку столько же, а прошлогодние события уже не столько аморальны, сколько просто нелегальны. — Так, ладно, товарищ, — наконец-то сказал Донмён, — на кой ляд ты меня сюда позвал? — Ух ты какой, — усмехнулся Ёнхун, — тебе сразу к делу? — Желательно. — Ты что-то знаешь о том, что было между нами с Киа? Донмён кивнул. Конечно знал, он знал даже больше, чем хотелось бы. Но только Ёнхун хотел продолжить мысль, клавишник его перебил. — Сразу скажу, что я считаю, что вы оба виноваты, и защищаю Ги- то есть Киа чисто из-за того, что он мой друг, — предупредил он, после чего продолжил, — ты мог бы хотя бы возраст упомянуть, в конце концов, поцану пятнадцать было. И не то, что по нему сразу не скажешь, он все ещё лет на двенадцать смахивает. — Ты тоже, — перебил Ёнхун. — В курсе, — ответил Донмён, — так вот, во вторых, можно было понять, что поцан неопытный и отпустить его дальше. Ну и телегу свою он тебе тоже не просто так дал, мог бы хоть спасибо написать, — Ёнхун лишь кивнул, просто слушая Донмёна молча, — Ну и он тоже не совсем правильно поступил, — добавил он, — ну, чего мы ждём от мальчика его возраста, потерять девственность в пятнадцать это же типа круто, — Донмён показал кавычки пальцами, — Не понимал никогда этого прикола, но ладно. Потом он ходил год с кислой миной и жаловался, что поцан, которому он отдал свою девственность его не любит, хотя он даже имени его не знает. — И твой вердикт? — Оба молодцы, но извинятся первым будешь ты, от Киа хрен чего-то дождешься. Но как данное примирение может произойти, Ёнхун сам не знал. Гиук наотрез не хотел его видеть, и на сообщения не отвечал. Опять всё пришлось решать бедному Донмёну, который, по сути, вообще к ситуации не причастен. Гиук же всё это время был в общаге, от Хёнгу он уехал в первый же день после своего объяснения, пока гитарист всё еще переваривал информацию. Но каково же было его удивление, когда Харин один раз пришёл домой с Донмёном и Ёнхуном. Ладно один Донмён, у них с Харином какие-то непонятные отношения, где вроде как Харин говорит, что полностью забыл про свои чувства, а потом бежит хвастаться Гиуку о том, что получил сердечко в сообщении от Донмёна. Но Донмён с человеком, которого, вроде как, знал один Гиук? Ёнхун держал в руках букетик цветов, причем, достаточно большой, и самую обычную молочную шоколадку. Остальные соседи, проходя в коридоре, даже не понимали, что тут происходит. Сам Харин, конечно же, тоже слышал про Ёнхуна, но из вежливости ничего не говорил. Донмён лишь объяснил, что Ёнхун должен извинится, а лучше это сделать в присутствии друзей, на случай если начнется драка. Гиук не хотел пускать Ёнхуна в комнату, но дело было сложно провернуть, так как замки в общаге не работали совсем. Приходилось лишь стоять и держать дверную ручку, чтобы никто не вошёл. — Так, а ты не думал, что это моя комната тоже? — наконец-то сказал Харин. — Ну так заходи, только без всяких Ёнхунов! — ответил Гиук. — Киа, солнце, я поговорить просто хочу, — спокойно объяснил Ёнхун. — Да ничего ты мне не будешь говорить! — Воскликнул младший. — Так, ну не кричи хотя бы на всю общагу, — сказал Харин, пытаясь хоть как-то понять происходящее и одновременно утихомирить соседа. — Блять, Киа, отойди от двери, твою ж мать, — наконец-то сказал Донмён, уже не в состоянии терпеть всю эту ситуацию, — он тебе два слова скажет, твоё дело, слушать или нет. Гиук молчал примерно пятнадцать секунд, после чего наконец-то отпустил дверную ручку и сел на кровать. Ребята выдохнули с облегчением, и наконец-то зашли в комнату. Басист скрестил руки и посмотрел на Ёнхуна, затем на обоих своих друзей. — И? — произнёс он, слегка наклоняя голову, — зачем вы это всё устроили? — Потому, что я понимаю, что причинил тебе боль, — ответил Ёнхун, — и хотел извиниться. Даже, вот, шоколадку купил с цветочками, — добавил он, протягивая подарки Гиуку. — И что ты понял то? — достаточно громко спросил Гиук, даже не глядя на подарки, и Донмён сел рядом с ним, дабы хоть немного его успокоить. — Ну, во первых, что ты несовершеннолетний, — неловко начал старший, — во вторых, что ты реально ждал от меня сообщения, и даже контакты свои дал, а я ничего не написал. Да и в целом, даже представить не могу, как ты переживал после всего этого, поэтому дико извиняюсь. Пожалуйста прости меня, Киа. Я правда сожалею. — Ёнхун Джин, я тебя всё ещё ненавижу, ты даже представить себе не можешь на сколько сильно, — тихо сказал Гиук, и после нескольких секунд тишины, подвинулся к нему на пару сантиметров и поцеловал в губы, как давно хотел сделать, даже забывая, что в комнате помимо них находятся ещё два человека. Донмён встал с места, взял Харина за руку, и тихо вышел вместе с ним. Поцелуй Гиука и Ёнхуна был не таким долгим, но весьма резким и грубым, выплёскивая все накопившиеся эмоции. Парень буквально кусал губы старшего, вцепляясь пальцами за его затылок. — Ты совсем не изменился, — тихо прокомментировал Гиук. — А вот ты очень даже, — усмехнулся Ёнхун, — к чему это сейчас было? — спросил он. — Хотел кое в чём убедиться. — И каков вывод? Гиук не ответил, лишь поцеловал Ёнхуна второй раз, уже более нежно, затем просто посмотрел на него, разглядывая черты лица и пытаясь хоть что-то сформулировать. — Выйди из моей комнаты.