Тень

      Дни некоронованного короля Магической Британии продолжали тянуться всё так же безрадостно и бесперспективно. Помимо Чарльза, дрожащего перед ним как заячий хвост и заикающегося на каждом втором слове, на Реддла неожиданно свалилась невероятно огромная гора документов, из-за чего маг всё время проводил в кабинете, иногда даже забывая о приёмах пищи и сне. В такой суматохе он едва ли вспоминал о том, что собирался подтянуть знания своего маленького гостя, который, кстати, по докладам домовиков заперся в своей комнате, словно принцесса в башне с драконом. Это было бы даже замечательно, не знай Том того, что Чарли — это человек, который не может усидеть на месте. Ему постоянно нужно что-то делать и влипать в какие-то неприятности, и то, что он закрылся в четырёх стенах, не может не волновать.       Марволо стоило бы поговорить с этим ребёнком. Возможно ещё раз объяснить, что замок не является личной и притом довольно комфортной тюрьмой Чарльза. Он честно сделает это. Позже. Как только разберётся с горой документов, отчего-то только растущей. И почему отдел магического международного сотрудничества вообще так внезапно активизировался? Да и помимо них с ума решили сойти ещё и невыразимцы. Ну, кто бы мог подумать, что они смогут засечь пробуждение одного из древнейших родов Британии?       — Приветствую, мой Лорд. Вызывали? — низкий голос донёсся до Реддла, вызволяя его из беспорядочного потока информации, строк и символов, которые мозг мага уже отказывался воспринимать и обрабатывать.       Марволо, слишком уставший за последние пару дней, ещё с минуту пытался понять, кто и зачем вновь явился в его поместье. Он даже поклялся себе пустить одно из непростительных, если этот кто-то принёс ещё парочку отчётов. Но, когда бордовые глаза лишь мельком осмотрели фигуру и зацепились за угольно-чёрную мантию, маг наконец осознал, кто же приветствовал его.       — Северус, друг мой, давно мы не виделись вот так. С глазу на глаз. — измучено произнёс Реддл, откидываясь на спинку кресла.       Снейп и не хотел видеть их некоронованного короля, ближайшие так пару недель точно. Он с преспокойнейшей душой работал над одним заковыристым зельем, требующим от мага необычайной концентрации. Однако это уже второй раз, когда ему приходится спешно бросать его приготовление. Сперва домовик Гарри буквально силой аппарирует его, проверить состояние Лили. Затем приходит письмо от Тёмного Лорда с просьбой-приказом явиться в Мракс-мэнор.       — Надеюсь, Мой Лорд, вы не из простой скуки оторвали меня от работы?       Недовольство сочилось не только в голосе мага, но и во взгляде. В каждом его движении чувствовалось раздражение, возрастающее с каждой бесцельно потраченной секундой. Северус не двигался со своего места, надеясь, что он сможет покинуть этот кабинет так же быстро, как и поместье Поттеров. Маг вообще только сейчас задался вопросом, а что же такого произошло в бывшем доме его крестника?       — Мне нужно, чтобы ты обучил Чарльза хотя бы основам твоего предмета. — как ни в чём не бывало сказал Реддл, заставляя Северуса искать что-то, обо что можно опереться: ручка двери вполне для этого подошла.       — Прошу вас, скажите, что вы пошутили? — маг всё ещё неверяще смотрел на Тёмного Лорда, вспоминая все его прошлые занятия с тем ребёнком. Лили тоже просила. — Я лучше ещё раз вернусь в Хогвартс на место декана слизерина, чем буду обучать зельеварению Чарльза Поттера. Он совершенно бездарен. — раздражённо бросил Снейп, а перед глазами его всплыли картины со взорванными котлами, напрочь убитыми лабораториями и испорченными ингредиентами. Он зарёкся ещё когда-нибудь браться за обучение Чарльза.       — Я и не прошу тебя сделать из него мастера, обучи хотя бы основам. Базовый курс он обязан знать. Я не потерплю рядом с собой такой халатности в образовании. И мне вдвойне печально от того, что ты крёстный Поттеров.       — По-моему вы забываетесь, мой Лорд. Я крёстный младшего из сыновей — Гарри. — приходя в себя, выговорил зельевар. — И его знания не ограничиваются школьной программой, он давно вышел за её пределы. — словно гордый отец добавил он.       — Тогда я и вовсе не вижу проблемы. — бросил Реддл, возвращаясь к очередной бумажке, исписанной ровным почерком младшего Нотта. — Если ты смог обучить Гарри, то и с Чарльзом справишься.       — Вы просто не понимаете, мой Лорд. Их знания и отношение к учёбе совершенно разные… Есть аспекты, которые проще даются Чарли, а есть темы, что проще воспринимает Гарри. — Снейп хотел было продолжить. Объяснить, что он пытался обучить и старшего сына Поттеров, даже не раз, но каждая новая попытка вела к одному и тому же результату. Просто есть дети, которым не дано знать и владеть каким-то предметом, им это не интересно. Вот и с Чарльзом также. Однако Реддл даже слушать его не стал.       — Хватит, Северус. Я не желаю ничего об этом знать — холодно бросил Том, исправляя на листе очередную цифру. — Что происходит с Теодором? Раньше он не допускал таких глупых ошибок. Они там всем министерством массово отупеть решили или что? Нужно будет навестить их на днях. Устрою-ка им весёлую жизнь — уже не обращая внимания на зельевара, тихо нашёптывал проклятия тёмный маг.       Северус хотел было привлечь внимание Реддла, чтобы ещё раз объяснить ситуацию, но тот, оторвавшись от документов, глянул на часы.       — Скоро обед. Обрадуй Чарльза вместо меня, Северус.       — Как скажете, мой Лорд — сквозь зубы процедил зельевар, покидая кабинет со смачным хлопком двери. Том не обратил на это никакого внимания.       В обеденной зале сидел старший сын Поттеров довольный как кот, объевшийся сметаны. Казалось, что он снова провернул какую-то свою гадость, от которой сейчас страдают и продолжат страдать все, кроме него самого. В руках же у него был любимый журнал и чашка ароматного кофе. Кофе, которое он, кстати, на дух не переносит.       — Здравствуй, Чарли. — потеплевшим на пару градусов голосом оповестил о своём приходе Снейп. Этот несносный мальчишка всё ещё сын Лили и брат его крестника, да и не его вина, что Лорд решил подправить знания парня.       — Северус? — как-то неловко и заторможенно произнёс юноша, явно ожидавший увидеть кого угодно, но не зельевара.       — Ага, я. — подсаживась на ближайший к Поттеру стул, подтвердил маг.       — Но… Какими судьбами?       — Наш Лорд очень хочет, чтобы ты подтянул свои знания по зельеварению.       — Шутишь что-ли?       — Нет, крестничек. Лучше скажи, какого Мордреда, тут забыл ты, а не твой глупый брат?       — Как? — неверяще переспросил Гарри. — Как ты узнал, что это я?! Нет. Подожди. Нас же могут услышать… — затараторил парень, но был одарен ехидной полуулыбкой.       — Я уже наложил чары. Не беспокойся так — юноша облегчённо выдохнул, но тут же уставился на зельевара, ожидая ответ на свой вопрос. — Кофе. — лаконично выдал Северус.       — Что «кофе»?       — Чарльз ненавидит кофе. — Заметив взгляд крестника, который был буквально пропитан неверием, Северус лукаво улыбнулся. — Неужели этого мало? — Парень лишь неуверенно кивнул на этот вопрос.       — Невозможно узнать человека по одному только напитку.       — Гарри, вспомни, кто растил тебя. — наконец в голос Снейпа пробрались серьёзные нотки. — Может Лорд этого и не замечает, потому что это слишком личная информация, но не я. Мне хорошо известно, что Чарльз никогда не пьёт кофе, не читает за столом, и он точно не стал бы так спокойно сидеть здесь, зная, что вот-вот должен прийти его личный ночной кошмар. Кстати, говоря об этом. Ты так и не ответил на мой вопрос. Теперь их стало два.       — Спрашивай — обречённо выдохнул Гарри. Ничего хорошего ждать не стоило.       Юный волшебник пересказал всю историю, начиная с письма и неудачного дня рождения, заканчивая тем, как проходила подготовка и кто уже в курсе ситуации. Северус на это лишь закатил глаза, желая придушить Джеймса, потому что авада была бы слишком лёгкой для него расправой. Том бы и думать не стал об убийстве кого-либо из их семьи… Ну, может пару санкций накинул бы.       — Люциус уже в курсе? Вальбурга?       — Не уверен. Леди Блэк всё ещё отходит от ритуала, с ней сейчас находится Нарцисса. Ну, это по словам Люциуса. Сам же он, наверное, уже связался с Драко, но сказал ли тот что-то, я не в курсе.       — Сказал, и они, кстати, с Ноттом, нашли интересный способ, чтобы ты ненароком себя не выдал… — глаза Гарри блеснули неестественным, потусторонним светом, даже сквозь магию амулета. Всего на секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы Северус понял. Его крестник в курсе. Если не он сам приложил к этому руку, то Тео ему уже всё сообщил. Возвращаться к этому больше не было нужды.       — Что там на счёт зельеварения? — спросил Гарри, возвращаясь к их первостепенному вопросу.       — Что ты такого сказал, что Лорд решил подыскать тебе репетитора?       — ммм… Не ответил правильно ни на один из базовых вопросов. — неловко улыбнулся парень, скрывая за этим насмешку.       — Гарри, Чарли хоть и плох в зельях, но не настолько же.       — А мы покажем, что настолько.       Северус всё ещё видит перед собой Чарльза, но не может не накладывать на него более родной образ, когда такая знакомая для него ухмылка очерчивает свои контуры на таком неподходящем для неё лице. Снейп сквозь всю эту несчастную иллюзию кулона вдруг увидел, как знакомые чёрные локоны прикрывают безумный блеск изумрудных глаз; как качаются серебряные украшения, когда юноша, прямо как сейчас, опирается подбородком на сцепленные пальцы рук. Он видит, как утончённая фигура его крестника плавно поднимается из-за стола, и этой грации нисколько не мешает телосложение настоящего Чарльза. Северус смотрит и, как заворожённый, следует за Гарри в лабораторию.       — Что ты задумал? — шепчет зельевар, когда наваждение отступает, и здравомыслие берёт верх.       — Ничего. — улыбается Гарри так ослепительно, как, казалось зельевару раньше, мог улыбаться только Чарльз. — У меня как раз заканчивается одно зелье. Устроим нашему некоронованному королю весёлый вечер.       Северус слышит тихое хихиканье и впервые переживает за нервы Тёмного Лорда. Лучше бы он и дальше не трогал этого парня. Впервые у зельевара проскакивает мысль: возможно Малфои и Нотт младший пытаются защитить и оградить не Гарри от Реддла, а Тома от Поттера. Кто знает, какую ещё пакость может выкинуть его крестник?       Помимо всего прочего, когда Гарри начал набирать ингредиенты, Северус впервые не знал, для какого зелья всё это было необходимо. Что такого собирается готовить его лучший ученик? Состав не походил на обезболивающее, но имел несколько ингредиентов, находящихся в его составе. Не было зелье сходно и с кроветворным, и с костеростом, хотя напоминало их по способу приготовления. Пока Снейп терялся в догадках, Гарри не мог позволить ему узнать, что же на самом деле он готовит. На свой страх и риск юноша наложил чары для отвода глаз и иллюзию, если первые будут быстро распознаны и сняты крёстным.       Поттер с детства был погружен в зельеварение, и причины тому — Лили и Северус. Потому никого не должно удивлять, откуда он в совершенстве знал, как можно создать идеальное зелье или испортить уже сваренное. Откуда он почерпнул информацию о том, какие ингредиенты ни в коем случае нельзя смешивать, а какие из них не стоит резать, даже слегка изменив угол наклона ножа. Неудивительно и то, что он знал гораздо больше того, чему его учил Северус. Например, как и с помощью чего можно скрыть истинный состав или назначение зелье. Поэтому, пополнив свои запасы и магией переместив их в свою комнату, Гарри перелил остатки в котёл поменьше и наконец кивнул крёстному.       — Сейчас будет БАМ! — весело улыбнулся волшебник, заранее устанавливая один из мощнейших своих щитов. Он планирует не только устроить взрыв, но и скрыть от их некоронованного короля состав этого чуда.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Гарри.       — Главное, чтобы ты знал, что делать после этого акта. — Северус неуверенно кивнул.       Они лишь должны были убедить Реддла, что Чарли действительно чертовски бездарен в зельеварении. Раз Том попросил обучить его только основам, Снейп и не думал, что Гарри будет варить что-то сложнее первого курса. Как он должен объяснить, что здесь произошло, если и сам не в курсе? Зельевар ещё раз посмотрел на крестника, делающего последний взмах палочкой, и почувствовал как пол под ним задрожал.       Миг и стены замка содрогнулись, а следом послышался звук взрыва.       Том, всё ещё погружённый в бумажную работу, осознал это не сразу. Но когда до его сознания наконец дошло, что же всё-таки произошло, маг в мгновение ока оказался рядом с лабораторией. Перепуганные домовики бегали туда сюда, убирая последствия неудачного зелья. В центре этого хаоса находились обеспокоенный зельевар и отрешённый от мира сего Чарльз. Снейп, по всей видимости вовремя успевший накрыть себя и ребёнка щитом, сейчас нервно оглядывал последнего на наличие видимых повреждений. Не найдя таких, он магией подхватил падающего юношу и двинулся к выходу, отчего края его мантии в привычной манере взмыли вверх.       — Я предупреждал вас, мой Лорд, — прошипел Северус не хуже, чем это умеет сам Реддл. — Этот ребёнок совершенно бездарен в зельеварении. Я пытался вам объяснить, но вы и слушать не стали. А сейчас, прошу прощения, но мне нужно привести его в чувства. Надеюсь, кто-нибудь покажет, где находится его комната, потому что сам он, как вы можете видеть, не в состоянии этого сделать.       — Тикки проводит вас — вызвалась эльфийка, с самого начала приставленная к Поттеру.       Как только все трое покинули лабораторию, Том ещё раз осмотрев помещение, подозвал к себе главного домовика, которому было поручено наблюдать за гостями.       — Что за зелье они готовили — в халатность Северуса Реддл не верил. Помимо того, что Чарльз — сын Лили и брат его крестника, он ещё ребёнок. Каким бы страшным и ужасным Снейп не казался, он всегда внимательно следил за детьми, чтобы те, не дай Мерлин, не поранились на его занятиях. Так как же он мог допустить подобное?       — Простите, Лорд Мракс, но мы не можем определить состав зелья — по одной только приподнятой брови хозяина домовик понял, что от него требуют объяснений, но эльф не имел ни малейшего понятия, как донести до их Лорда, что сами они в не меньшем замешательстве. — Наши чары распознавания отказываются работать. К тому же во время взрыва были повреждены и другие ингредиенты, поэтому мы не можем сказать, что именно использовалось для приготовления.       — Почему вас не было здесь? Я же приказал проследить за их уроком.       — Мы не смогли попасть в лабораторию — пискнул домовик.       — В каком смысле не смогли?       — Мы не знаем, Лорд Мракс…       Гарри, феерично отыгравший падение в обморок, чувствовал себя мягко говоря хреново. Он израсходовал слишком много физических и магических сил всего за несколько часов. Не беря в расчёт артефакты, один из которых меняет внешность, а другой очищает пространство от воздействия его собственной магии, юный волшебник использовал и прямые свои способности. Он сокрыл одно из занимательных писем магией иллюзии, ей же Гарри попытался не выдать рецепт зелья, которое варил. Сверху, чтоб наверняка, присыпал всё это чарами для отвода глаз. Межпространственное перемещение предметов тоже влетело в копеечку. В качестве вишенки на торте магией он подкорректировал состав зелья, создал щит, выдержавший взрыв его творения, и не впустил назойливых надсмотрщиков в лабораторию.       День выдался на удивление насыщенным, а ведь он ещё даже не закончился.       Гарри чувствовал, как беснуется Калия на его плече, но продолжал не обращать внимание на неё и начинающееся головокружение. Северус всё никак не хотел отходить от него ни на шаг, отчитывая в безрассудстве, которое, по его мнению, передалось крестнику вместе с кровью идиота-отца. Только когда в комнате вновь появилась Тикки с поручением от Тёмного Лорда, крёстный наигранно горестно вздохнул.       — Вот всегда так. Проблемы создаёшь ты, а претензии выслушивать мне. Где я так нагрешил в жизни, что моим крестником стал Ты? — проговорил Северус, а глаза его блеснули то ли азартом, то ли интересом, что был присущ всем, кто когда-либо встречал на своём пути Гарри Джеймса Поттера.       После ухода крёстного Гарри залпом опустошил склянку, проверяя эффективность нового зелья. Через пару минут комната наконец перестала ходить ходуном, и только собрался волшебник наконец отдохнуть, как эльфийка оповестила его об ужине. Желания идти на него не было совсем, тем более, что вероятнее всего, его ждёт допрос с пристрастием от некоронованного короля. Всё же он взорвал целую лабораторию, испортив не самые дешёвые ингредиенты, а ко всему прочему ещё и парочку сюрпризов оставил.       Том, успевший переговорить с Северусом и узнать не только с помощью слов, но и легилименции, что же всё-таки произошло во время их урока, уже ждал своё личное несчастье в столовой.       — Как себя чувствуешь, Чарльз — начал он, как только Гарри вошёл в зал.       — У-уже лучше, спасибо. И-и И-извините, что так получилось с лабораторией. Я-я честно этого не хотел. К-котёл просто взял и в-взорвался. — Том не особо-то хотел выслушивать оправдания парня, а потому лишь кивнул ему на ближайший к себе стул.       Гарри, поняв намёк, немного помялся, но всё же занял указанное место. Сейчас из-за некоторых изменившихся обстоятельств ему пора было выходить из образа перепуганного мальчика. Сделать это быстро и не вызвать подозрений — не получится. На данный момент всё полностью зависит от отношения Тома к Чарли. Если он взорвётся, то придётся отложить этот этап как минимум на неделю-две, а такой расклад Гарри совершенно не нравился.       — Тебе не нужно оправдываться, Чарльз. Часть вины за произошедшее лежит на мне. Стоило прислушаться к предупреждению Северуса.       — Фальшиво — подумал Гарри. Но это именно то, что ему было нужно: хрупкое доверие.       — Кстати, я слышал, что ты не покидал своей комнаты всё это время. — быстрый кивок послужил ответом. — Чарльз, этот замок не твоя личная тюрьма. Ты можешь спокойно покидать его пределы. Нужно лишь сообщить мне, куда ты уходишь, и вернуться к ужину.       — Да, именно так и выглядит тюрьма, Том. Ты всё верно описал. — мысленно согласился с ним Гарри, а вслух сказал — Правда?       Маги лишь на мгновение установили контакт глаза в глаза, и Марволо этого хватило, чтобы мягко проникнуть в подсознание парня, выискивая сегодняшний день, проведённый в компании Северуса. Если бы только Том знал, что перед ним не бездарный в зельеварении и легилименции юноша, он бы дважды подумал, прежде чем лезть в чужое сознание. Снейп и Гарри ещё в лаборатории обговорили какие именно подставные воспоминания они подарят их Тёмному Лорду, а потому и показания их абсолютно совпали.       Гарри не мог подавить победную ухмылку, поэтому преобразовал её в искусно созданную улыбку Чарльза.       — Я очень рад, Марволо.       Оставшаяся часть ужина прошла спокойно. Сейчас им обоим не о чем говорить, но есть о чём подумать. Гарри искал способ облегчить не только своё пребывание в доме некоронованного короля Магической Британии, но и Чарльза, когда тот наконец заменит его. Том же не мог поверить в произошедшее в его собственном доме. Если на Северуса он не надеялся, так как знал, что тот прекрасный легилимент, то воспоминания Чарли поколебали его веру в собственное здравомыслие. Идентичные воспоминания, и ни в одном из них нет ничего компрометирующего. Единственное, что начинает раздражать Тёмного Лорда — это Гарри, мать его, Поттер. Слишком часто он стал слышать имя человека, которого даже нет в Британии.       После ужина Том вновь куда-то в спешке ушёл, оставляя юного волшебника одного. Гарри отказался от сопровождения Тикки, и не спеша двинулся в комнату, не желая выслушивать новые угрозы со стороны своей милой змейки. В одном из коридоров, где до его личных покоев оставались поворот и невысокая лестница, маг заметил картину, которой раньше здесь точно не было. Живой портрет сразу с тремя дамами, расположившимися в центре той самой стеклянной оранжереи за чайным столиком.       В тишине перехода, нарушаемой лишь потрескиванием свечей и его тихими шагами, неожиданно раздался тихий елейный голос с этой самой картины.       — Юноша, не соизволите ли составить нам компанию? Это всего на пару минут.       — Конечно, готов исполнить всё, что попросят столь прекрасные леди — без задней мысли выполнил он просьбу дам. Ему нет нужды отказываться точно так же, как устраивать ссоры с жителями поместья.       — Знаете ли вы, юноша, кто мы? — Вдруг спросила женщина, что сидела справа.       — Боюсь, нас не представили при моём прошлом осмотре замка. Буду рад, если вы восполните этот пробел.       — Сейчас в этом нет нужды. Не затем мы позвали тебя. — нежный голосок источником, которого была дама в центре, непроизвольно начал пугать и настораживать Гарри.       — Тогда зачем? — пытаясь сохранить спокойствие, поинтересовался маг.       — Надеюсь, юноша получил достойное образование, и мне не придётся повторять дважды — всё также елейно проговорила леди, но глаза, в основании которых, кажется, был лёд, пробирали до мурашек. — Вы знаете, Мы не люди и не маги. Мы не живы и не мертвы. Мы лишь крошечные частички душ, сохранённые и вживлённые в эти полотна.       — Вы ведь сведущи в этом вопросе, а значит знаете: даже, если очень захотеть, от нас невозможно ничего скрыть. — вновь заговорила дама справа, что до этого отвлеклась на свой чай. — Другое дело — Том. Обвести его, не составит труда. Для этого нужно лишь иметь чуть больше мозгов, чем у среднестатистического человека.       — Вот поэтому мы и находимся здесь: в комнатах, в коридорах, в приёмных. — перехватила инициативу дама в центре. — Мы лишь сторонние наблюдатели, но, если над главой рода или его семьёй нависает угроза, у нас есть возможность об этом сообщить.       — Вы правы, я действительно уже имею представление о том, для чего создавались «живые картины». Вам не нужно утруждать себя объяснениями, но к чему вы ведёте? — хоть Гарри и задал этот вопрос, но, кажется, догадывался «для чего», а потому в голове его уже начинал звучать похоронный марш.       — Ты подозрительный, но ни одна из нас не чувствует исходящей от тебя угрозы. Ты всегда вежлив и почтителен не только к нам, портретам, но и ко всем жителям этого поместья. Исключение — Том. Нам просто интересно, что ты задумал. — елейно протянула дама в центре, и её недобрый прищур поднял табун мурашек по всему телу мага.       С самого начала картины с лёгкостью могли рассказать обо всём Тёмному Лорду, но вместо этого первым делом спросили у него, и один только этот факт уже выбивает из колеи. Однако если они почувствуют, что Гарри решил им солгать — беды будет не избежать. Но пока есть шанс, как же стоит объясниться? Есть ли слова, которые не приведут к краху?       — Боюсь, будет сложно рассказать об этом в двух словах, но если не вдаваться в подробности, то я лишь хочу сохранить собственную жизнь и свободу. — подбирая и взвешивая каждое слово, начал было Гарри, но оказался мгновенно перебит.       — Ты не Он — кивнула леди по правую руку. Всего три слова, а внутри парня всё перевернулось вверх дном. Как? Когда? Где он просчитался? Неужели возможности «живых картин» гораздо шире, чем он себе представлял…       — Простите? — почти прошептал юноша.       — Ты не тот, кого здесь ждали — всё также спокойно проговорила женщина, отпивая свой бесконечный чай. — И это не имеет значения. Нам всё равно, кто ты. Сейчас это даже вызывает интерес. Однако мы не сможем остаться в стороне, если ты собираешься навредить хозяину замка.       — Прошу вас, Леди, у меня и в мыслях такого не было. Стоит ли мне принести обет или клятву, чтобы доказать вам это?       — Нет. В этом нет необходимости. Ты всё равно, что труп. Заставим тебя воспользоваться магией, и считай, сами подтолкнём тебя в объятия Смерти — сказала дама слева, при этом линзы её очков блеснули, отражая падающие на картине лучи.       Сердце Гарри ещё раз сделало кульбит и с грохотом упало в пятки. На женщине был тот же артефакт, что и на Дамблдоре — очки, чёртовой, правды. От них невозможно защититься ни чарами, ни зельями, ни другими артефактами. Поттер в своё время, в университете, изучил их вдоль и поперёк, но так и не смог создать аналог. Однако венцом его успеха и долгого кропотливого труда была серьга, способная защищать и скрывать от воздействия этих дьявольских очков. Но он не надевал её уже больше недели, уверенный, что необходимость в ней отпала из-за отсутствия рядом директора Хогвартса и его преданных последователей.       — Мы разнесём твои слова по картинам, но продолжим наблюдать. А теперь ступай, нам не о чем с тобой больше говорить.       Поттер не помнит, как оказался в своих покоях, но стоило ему только осознать это, как он тут же наложил комплекс чар на всю комнату, чтобы ничего лишнего не вышло за её пределы. Гарри не мог позволить себе расслабиться в доме, где за каждым его шагом наблюдали, наблюдают и будут наблюдать и совсем не важно кто, как и зачем. Даже после этих несложных манипуляций Поттер всё ещё не был уверен, что его секреты не выйдут за пределы этих проклятых стен.       Его сознание вновь помутилось, а сам он скатился по стене, попутно стягивая с себя кулон. Он чувствовал как магия одновременно и покидает его, и словно выжигает изнутри. Именно этого он и боялся, ввязываясь во всю эту историю. Гарри прекрасно жил, оставаясь на второстепенных ролях и медленно следуя своему сценарию.       — Этого не должно было произойти ещё ближайшие пару месяцев. Неужели мы ошиблись в расчётах? — спросил он, когда заметил Калию, вновь сползающую с тела и протягивающую ему склянку.       — Нет, глупый мальчишка — прошипела змея, наблюдая, как её человеку с каждым днём становится только хуже. Пусть ей и не нравится то зелье, что он ежедневно вливает в свой организм, но в паре с её исцеляющей магией оно помогает. Обычно помогает. И этого было достаточно, чтобы Калия каждый раз с облегчением выдыхала, но сегодня… Сегодня всего было слишком много.       — Это всё из-за того, что ты не заботишься о себе. Стресс, недосып и чёртов артефакт, вытягивающий твои силы. Я удивлена уже от того, что ты смог дойти до комнаты, а не свалился где-то посреди коридора. — Калия язвит, ругается, отчитывает, но сама мечется в беспокойстве, не имея ни малейшего понятия, чем помочь, и как облегчить участь этого мага. Она корит себя за то, что её не было там, когда это произошло.       — Сколько я продержусь, если не смогу найти другой способ скрывать свою внешность?       — Поверь, мальчишка, ты не хочешь этого знать… — мотая головой из стороны в сторону, сообщила ему змея. Они оба знают, что дело не только в артефакте, но молчат стиснув зубы, словно это решит все их проблемы.       — Понял… — устало выдохнул Гарри, откидывая голову к стене и закрывая глаза. Он собирался передохнуть лишь пару минут, дальше тянуть было нельзя.       Вопреки влитому зелью и исцеляющей силе Калии тело его вновь прошиб озноб. Ощущение было такое, словно кости его выворачивали, сращивали и вновь ломали с неистовой силой. В ушах зашумело, отрезая его от реальных звуков, даже голос Кали, обычно отрезвляющий его, стал не больше, чем просто фоном. Казалось, в лёгких в одночасье закончился воздух, а в голову всадили тысячи игл. Как только приступ закончился, первое, что увидел Поттер была обеспокоенная змея, протягивающая ему платок. Из носа на белую рубашку скатывались багряные капли крови.       Его организм больше не справляется. Артефакты, зелья и магия Калии теряют свою эффективность.