Всё равно нам по пути

      Последней парой в первый учебный день стоит физкультура.       — Ну кто вообще составлял это расписание, — ругается уставшая Лиза, переодеваясь в спортивную форму. — А ты чего такая довольная? — смотрит на Киру с непониманием.       — Физра — это мой звёздный час, — подмигивает Медведева девушке, завязывая светлые волосы в хвост.       — Лучше б ты так охотно вставала по утрам, — хмыкает Виолетта и недовольно косится на соседку, сидя на лавочке. — Не собираюсь за тебя огребать каждый раз.       — А кто тебя просил вписываться в эту должность? — Кира смотрит на одногруппницу сверху вниз. — Выскочка.       Презрительный тон бьёт по самолюбию Малышенко. Разве она выскочка? Нет, всего-навсего перфекционист. Но решает не начинать спор.       Группа выстраивается в шеренгу в спортивном зале. Тот чересчур просторный для пятнадцати человек. Тучный преподаватель расхаживает по помещению, листая какие-то бумаги.       — Почему все физруки такие жирные? — шепчет Виолетта на ухо Лизе с ноткой отвращения в голосе.       — Эй, фэтфобка, некрасиво так говорить, — хмурится та. — Может, он болеет диабетом, к примеру.       — Ну он же... — хочет возразить Малышенко, но умолкает.       — Разговоры в строю! — выкрикивает мужчина и свистит в свисток, заставляя всех прекратить галдеть. — Я Илья Владимирович. Две новости: заниматься будете всегда совместно с седьмой группой, она скоро к вам присоединится, — как будто в подтверждение, за дверью слышится топот ног и переговоры студентов. — И вторая: сегодня распределяетесь в секции. Не все, разумеется, а кто на что годен.       Кира довольно потирает ладони друг о друга, пока Лиза бьёт себя рукой по лбу.       — Чё такое, Лизок? — интересуется Медведева.       — Грёбаная Кристина Захарова в седьмой группе, — потирает переносицу девушка.       — Да ладно, не ссы, я тебя в обиду не дам, — Кира приобнимает Индиго за талию, та смущённо улыбается.       Пока Илья Владимирович проверяет присутствующих, в зал постепенно добавляется седьмая группа. В том числе и длинноволосая девушка в жёлтой футболке и серых шортах почти до колена. Встретившись взглядом с Индиго, она становится рядом со своими одногруппниками. Когда все собираются, преподаватель начинает вещать.       — В этом году среди первокурсников мы ищем пловцов, а также новых игроков в баскетбольную команду. Команда смешанная, девушек тоже примем, если проявите себя. Есть желающие? — Кира уверенно и даже с гордостью делает шаг вперёд. — Медведева, я и не сомневался. Наслышан. Ещё кто-то?       Кристина выходит вперёд, глядя вбок, на свою будущую соперницу. Ещё двое парней проявляют инициативу.       — Что ж, давайте сыграем, покажете, на что вы способны. Соберитесь в две команды по пять-шесть человек, — физрук откладывает на подоконник свои бумаги и идёт за мячом.       Захарова подходит к девушке.       — Медведева, значит, — хмыкает, оглядывая пристально голубыми глазами. — Блатная, что ль? — в тоне сквозит неприязнь и холод.       — Талант, дорогая, талант. Вот и весь блат, — снисходительно отвечает Кира. — Докажи, что ты лучше меня.       — А мне и доказывать не нужно, я и так знаю, — Кристина проходит мимо, цепляя ту плечом.       — Как петухи себя ведут, ей-богу, — говорит Виолетта Лизе, присаживаясь рядом с ней на лавочку.       — Ты не любишь баскет?       — Я больше по безопасным видам спорта, — отвечает Малышенко.       Капитанами команд становятся, разумеется, Кристина и Кира. Захарова берёт на себя роль атакующего защитника, а Медведева — привычную функцию тяжёлого форварда. Центровой быть не очень любит — скучно, поэтому под корзину ставит самого высокого парня из их команды.       После недолгой всеобщей разминки на поле остаются двенадцать игроков, остальные рассаживаются на лавочки и подоконники, чтобы наблюдать за игрой. Медведева успешно перехватывает большинство мячей, блокируя игроков. Крис поначалу наблюдает с дистанции, изучает тактику девушки, следит за её движениями. Счёт пока нулевой, можно вступать в игру. Проскакивая на территорию соперника, Кристина ощутимо толкает Киру в сторону и ловит мяч, вовремя брошенный другим игроком её команды. Кидает в корзину и, несмотря на большое расстояние до цели, попадает.       — Захарова, это не футбол! Никаких толчков, пинков, подножек! Ещё одно замечание — засчитаю очко противнику! — орёт преподаватель. Даже не хвалит за меткий бросок.       — Ты дура? Чуть плечо мне не выбила, — потирает ушибленное место Медведева.       Матч продолжается. Кристина с трудом сдерживает агрессию и ограничивается грубым стилем игры, ведь привыкла к футболу, где можно не жалеть соперников. В баскетбол тоже играла, но реже. Кира замечает, что та весьма быстрая и меткая, а «‎банки» на руках вообще впечатляют. Но уступать не собирается. И в итоге игра заканчивается ничьёй.       Илья Владимирович подзывает к себе обеих капитанш.       — Вы обе хороши, безусловно, лучше остальных. Но. Захарова, я видел, как агрессивно ты играешь. Если так продолжится дальше, в команду не возьму, ты травмируешь мне игроков, — Кира победно улыбается. — Медведева, молодец, но выдыхаешься быстрее, чем я ожидал. Поработай над выносливостью, курить брось, если куришь, — очередь Кристины ехидно радоваться.       Девушки кивают на полученные замечания. Все студенты уже собираются расходиться, как вдруг в зал заходит женщина, тоже физручка, судя по спортивному костюму.       — Не возражаете, если я объявление сделаю? — обращается к преподавателю.       — Пожалуйста, Инга Витальевна.       — В этом году мы впервые решили набрать команду по чирлидингу. Нужны лёгкие гибкие девушки, но попробоваться могут все. Кто желает, подойдите ко мне, задержитесь после пары.       Виолетта и ещё три первокурсницы подходят к преподавательнице.       — Бля, староста реально неугомонная, — чешет затылок Кира, подходя к Лизе, всё ещё сидящей на скамейке. — И тут, и там хочет выделиться. Почему не пробуешься? — краем глаза замечает, как Захарова недобродушно сверлит взглядом обеих девушек.       — Да нафиг надо, — отмахивается Андрющенко. — Убогое занятие, с помпонами этими плясать.       Кандидатки на роль чирлидерш подходят к стене и повторяют упражнения, показанные преподавателем, чтобы продемонстрировать гибкость тела. Кира с открытым ртом смотрит на растяжку Виолетты. Девушка явно превосходит остальных, пять лет тренировок прошли не зря.       — Блять, она конечно говорила, что гимнастикой занималась, но... Ух ты, — присвистывает.       — Угомони фантазию, Кирюха, — смеётся Лиза, хлопая по плечу.       — Я не в том смыс... Ай, ладно, чё пиздеть, тем более своим. Есть грешок такой, — подмигивает собеседнице и высовывает кончик раздвоенного языка. — Пойдём в раздевалку, пусть Вилка тянется себе на здоровье.       В женской раздевалке к этому моменту почти никого не осталось, в том числе Кристины.       — Больно было сплит делать? — интересуется Лиза, снимая футболку.       — Нормально, под обезболом всё-таки, — отвечает Кира, разглядывая бессовестно тело одногруппницы. Замечает неровный шрам приличных размеров сбоку под рёбрами, но не комментирует. — Хотя кровищи было дохуя.       — А на жизнь как-то повлиял? Ну там... Например... — задумывается Андрющенко с улыбкой.       — Ощущения прекрасные, никто не жаловался, — выгибает бровь Медведева. — Хочешь, убедись сама.       — Бля, впервые вижу девушку, которой так идёт эта самоуверенность на грани с токсичной маскулинностью, — качает головой Лиза. — Я готова, идём?       Девушки вместе доходят до общежития, болтая о всяком разном по пути.       — Вечером приходите с Виолеттой, у меня есть гитара, посидим, попоём. Но сейчас я подремать хочу.       — Здóрово, я предложу Вилке, — кивает Кира и уходит в свою комнату.       Не успевает она лечь, как в дверь стучат.       — Лиза, ты что-то забыла? — открывает девушка и видит перед собой Кристину. Улыбка сползает с лица Медведевой.       — Вы с Индиго уже сдружились? — ехидничает та.       — У тебя какие-то проблемы? — скрещивая руки на груди, Кира опирается о дверной проём.       — У тебя они будут, если перейдёшь грань, — Захарова смотрит прямо, не моргая, из-за этого напоминает рептилию, чувствуется исходящая от неё опасность.       — Тебя ебать не должно, — отрезает Медведева, захлопывает дверь перед её носом и запирает на ключ, не желая продолжать разговор, а устраивать потасовку — тем более. Мощные бицепсы и сбитые костяшки Захаровой не сулят ничего хорошего для Киры.       «‎Неужели всё так примитивно? Враждующие бывшие?» — размышляет девушка, ложась в кровать и листая социальные сети в поисках странички Кристины, а потом откидывает телефон и идёт в душ, освежиться после тренировки. Однокурсница её уже кошмарно раздражает. Мало того, что в баскетболе хочет украсть лавры, предназначенные Медведевой, так ещё и пытается помешать сдружиться с Андрющенко.       Тот факт, что баскетбол — командный спорт, а не индивидуальный, никого из двоих не смущает, кажется. Захарова первая развязала эту войну, и Кира ни за что не сдастся в ней, горячий спортивный дух главенствует над её разумом. Но методы у неё будут вовсе не физические. Девушка понимает: нужно узнать слабое место Кристины и построить стратегию.

***

      Виолетта принимает приглашение, и соседки вместе идут к Лизе. Кира прихватывает с собой запрятанную глубоко в сумке бутылку красного вина.       — Лизка, я к тебе с угощением.       — Это, конечно, здорово, но я не пью... — улыбается Андрющенко, разводя руки в стороны.       — Так я тож не пью, я дегустирую. Вилка, не говори, что и ты не будешь... — Малышенко виновато поджимает губы. — Как я могла окружить себя двумя трезвенницами?! Нам нужно отметить первый учебный день! — хватается за голову Медведева.       — Ладно, я составлю тебе компанию, но немножко. На донышке, — соглашается Виолетта. Она была бы и рада попробовать раньше, но обстоятельства не позволяли. Где ещё поддаться искушению, если не в общежитии?       — Во! Это по-нашему, — Кира наполняет пластиковый стаканчик почти до краёв бордовым напитком и протягивает соседке.       — Это не на донышке! — возмущается Малышенко, нюхает и морщится.       — Так, только, пожалуйста, не буянить, — просит Лиза. — И нести кого-то до кровати я не собираюсь.       — Всё будет под контролем, не кипишуй, — заверяет Медведева. — Закуски какие-нибудь дай, а то развезёт быстро Вилку.       Виолетта хмурится, но не спорит с очевидным фактом. Выложив на стол колбасу и чипсы, Лиза достаёт гитару.       — Что вам исполнить? — интересуется, настраивая музыкальный инструмент.       — Земфиру! — произносит Виолетта, пока Кира размышляет, какие песни вообще поют под гитару.       — Отличный выбор, одобряю, — кивает Андрющенко.       — Подождите, девки, давайте выпьем сначала, — встаёт Кира торжественно и протягивает Лизе стакан с соком. — За зарождение классной дружбы.       Индиго принюхивается недоверчиво к напитку.       — Я ничего лишнего туда не добавляла, кто я, по-твоему? — удивлённо поднимает брови Медведева.       — Извини, не хотела обидеть, привычка с тусовок, — опускает стыдливо взгляд Лиза.       — Не думала, что ты их вообще посещаешь, — произносит Кира, и все трое с глухим треском чокаются стаканами.       — Это в прошлом.       Лиза приятным негромким голосом напевает «‎Хочешь?», из открытого окошка доносится стрекотание сверчков. Вечера ещё тёплые, почти как летом. После Земфиры Андрющенко исполняет ещё пару песен, пока девушки наслаждаются ламповым вечером и пьют горький напиток.

***

      Медведева подливает себе ещё алкоголя.       — И мне, — протягивает Виолетта свой стаканчик, глядя на соседку с тупой улыбкой на лице. Как мало нужно ранее непьющему человеку, чтобы накидаться.       — Вот она, наша святоша. Уже глазки как повеселели, заблестели, — Кира указательным пальцем игриво дотрагивается до носа девушки и исполняет просьбу.       — Я никогда не называла себя святошей, — хмурится Вилка и выпивает залпом.       — Эй, давай не нажирайся, я тебя не заставляю бунтовать и что-то доказывать, — Медведева протягивает закуску. — Лучше жуй. Хотя комната наша рядом, если что — донесу.       — Расскажите что-нибудь о себе, — просит Лиза, откладывая гитару в сторону.       — Ты кому? — оборачивается к ней Кира.       — Обеим. Про родителей, отношения, увлечения... Что угодно.       — С родителями не общаюсь, бабуля с дедом — моё всё, — лаконично высказывается Медведева.       — У меня прекрасные родители, — гордо отвечает Виолетта, язык немного заплетается.       — Это даже странно, — говорит вполголоса Кира, недоверчиво щурясь. — Я придумала! — восклицает, как будто её озарила гениальная идея. — Сыграем в «я никогда не». Правила знаете? — Малышенко на пару с Лизой отрицательно машут головами. — Каждый по очереди называет действие, начинающееся с этих слов, у кого это было — пьёт. Поняли? Но быть предельно честными, окей?       — А мне пить сок? — выгибает бровь Андрющенко.       — Да, похрен, — отмахивается лояльная Кира. — Начну. Я никогда не застревала в лифте.       — Ох, стрёмная ситуация, думала, помру там, кислород закончится, — дёргает плечами Лиза от воспоминаний и делает глоток.       — А я бы не прочь застрять в лифте с...       — Я следующая! — перебивает Медведеву Вилка, кладя ладонь ей на колено. Девушка замолкает удивлённо, но чужую руку не убирает. — Я никогда не воровала.       Кира с Лизой переглядываются и пьют.       — Меня никогда не били родители. Так формулировать можно же? — уточняет Индиго.       — Да, конечно. Ну, вы обе везунчики. Тут мне можно сразу целую бутылку, — кивает Кира с ухмылкой, подносит ко рту стакан и вдруг ощущает дрожь на своей ноге. Смотрит на Вилку с непониманием.       — А если не били, но в... для воспитания?.. — щурится Виолетта, пытаясь сфокусироваться на лицах девушек.       — Коть, это одно и то же, — вздыхает Медведева. — А ты говорила, они прекрасные.       — Окей. Я выпью, но не считаю это чем-то... очень плохим, — опрокидывает Малышенко винишко в свой желудок.       — Мне жаль, — шепчет Кира сочувственно, дотрагиваясь до её руки. Опомнившись, Вилка убирает кисть с чужого колена.       — Я никогда не трахалась с мужиком, — заходит с козырей Медведева. Воцаряется тишина. — Отлично, я рада, что мы тут все в одной лодке, — подмигивает Виолетте. Та уже конкретно залипает и половину слов пропускает мимо ушей.       — Не пробовала наркотики, — выдаёт Малышенко.       — Это было всего пару раз, не осуждайте, — оправдывается Кира после глотка вина.       — Я никогда не участвовала в тройничке, — вопросы становятся всё более откровенными, и от трезвой Лизы в том числе.       — Кис, многое потеряла, — утверждает Кира, опустошая стакан. — Слушайте, нас тут как раз трое.       — Хорошо, что считать ты ещё способна, — смеётся Андрющенко. — А вот Виолетта, походу, не особо.       Медведева поворачивает голову вбок и видит, как девушка клюёт носом и покачивается.       — Всё, Вилка, пойдём отдыхать, — Кира хлопает ту по плечу и встаёт, протягивая свою руку.       Виолетта, ухватившись за ладонь, поднимается на ноги и пошатывается.       — Бля, и это от нескольких стаканов вина её так? — недоумевает Медведева.       — А ты вспомни свою первую пьянку. Уверена, ты тоже была не самым стойким солдатиком, — оправдывает девушку Лиза.       — Урыла. Я её не помню совсем. Ладно, пошли, — делает шаг вперёд Кира и ловит Вилку, которая почти встречается лицом с полом. — Бля, нахер это всё, можно она у тебя переночует?       — Ну уж нет. Давай, неси свою принцессу, ты же обещала, — Индиго открывает дверь, пока Медведева присаживается и подхватывает Виолетту одной рукой под колени, второй под лопатками. Поднимает без затруднений. Девушка некрепко держится рукой за её шею.       — Да она весит максимум пятьдесят кило, — облегчённо комментирует Кира, выходя в коридор и направляясь к двери напротив. — Ключи достанешь? — обращается к Лизе. — В заднем кармане джинсов.       — Нашла, — вытягивает Андрющенко связку ключей и шлёпает Киру по заднице свободной ладонью. — Не сдержалась, соррян.       — Ничего себе игривость проснулась, — смеётся Кира. — Дверь открой нам. Спасибо. Спокойной ночи, — кивает Лизе.       Медведева укладывает Виолетту в постель и накрывает одеялом. Та вдруг ловит её за руку и подносит к лицу, не открывая глаз.       — Какая мягкая... — бормочет Малышенко, ослабляя хватку.       Кира освободившейся ладонью поправляет волосы девушки и гладит щёку. «Такая милая, когда не язвит и не нудит», — думает Медведева, разглядывая лицо соседки. Потом вспоминает, что хотела поговорить с Лизой о Кристине, но решает, что лучше останется здесь, вдруг Вилке плохо будет. Вдруг Кира слышит диалог на повышенных тонах снаружи. Подкрадывается и прислоняется ухом к двери.       — Ты специально меня выводишь на ревность? — голос Кристины, определённо.       — Ты задрала, не весь мир крутится вокруг тебя, Крис, — отвечает Лиза.       — Ну подожди, — какое-то шуршание, возможно, Захарова удерживает девушку бывшую за руку?       — Отвяжись, ты совсем помешалась. Ты собиралась поступать в другой институт и даже не в этом городе, какого хера я увидела тебя здесь, объясни наконец?! — кажется, Андрющенко почти в бешенстве.       — Я хочу, чтоб ты меня простила, без тебя я — пустое место, — в голосе Кристины можно заметить дрожь. Кира думает, что это плод воображения её пьяного сознания. Неужто у быдла есть чувства?       — Я устала, Кристин, — хлопает дверь. Девушка вздыхает и плетётся в свою комнату, судя по шарканью.       Вот она, ахиллесова пята Захаровой: Лиза. Медведева улыбается. Теперь она знает, как выбить конкурентку из колеи.