Всё равно нам по пути

      — Виль, с Днём Рождения! — Кира приподнимает девушку, только что вернувшуюся из душа, и кружит.       — Кирюш, отпусти! — взвизгивает Виолетта, хватаясь за чужие сильные плечи.       Медведева не смеет перечить даме сердца и возвращает её на пол.       — Сегодня ты по-особенному красива, — говорит Кира, заправляя той прядь волос за ухо. — Мы пойдём кое-куда.       — Ну конечно, на пары, — кивает Вилка.       — После них, зануда, — Медведева прижимает девушку к себе. — Тебе понравится.       — Но я не собиралась отмечать, — Виолетта вздыхает блаженно, растворяясь в тёплых объятиях самого родного человека.       — Знаю, а я не собиралась оставлять свою девушку без подарка, — возражает Кира. — Люблю тебя, Ви.       После этих слов Медведева целует Виолетту. Она знает, что та, скорее всего, не произнесёт ответных слов, но почему-то Кире после своего первого признания, с которого прошло полторы недели, будто стало легче дышать, а признаваться в чувствах снова и снова — подавно. Виолетта обязательно скажет, а Кира обязательно дождётся.       Невозможно не дождаться такую, как Малышенко. Ви потрясающа, а в искренности её чувств уже не осталось сомнений. Вилка охотно проводит с Кирой каждую свободную минуту, помогает с учёбой, даже сама проявляет инициативу и приглашает сходить на каток или просто прогуляться.

***

      Кататься на коньках Кира совершенно не умеет, её ловкость оставляет желать лучшего, поэтому на льду девушка демонстрирует все возможные варианты неуклюжих падений, но ей без разницы. Кире не стыдно перед посторонними и почти не больно ударяться вновь пятой точкой. Улыбка и заразительный смех Виолетты затмевает всё, Медведева готова быть её личным шутом, лишь бы не видеть горьких слёз из грустных глаз.       — Прости, Кир, но это очень нелепо, — говорит Малышенко, в очередной раз захохотав от пируэта Медведевой, и помогает той подняться.       — Тебе лишь бы поржать, а моя жопа снова будет синяя, как после порки, — усмехается Кира, держась за бортик одной рукой, а второй отряхивая одежду.       — Это тебе за курение, — подмигивает Виолетта.       — Брошу я, кисуль, брошу! — уверяет Медведева. — Нельзя быстро отказываться от никотина, вредно. Стану раздражительной сволочью, вряд ли тебе такая понравлюсь.       — Ты мне любая понравишься, — возражает Вилка, вырисовывая лезвием конька ровные линии на льду. — Вот ты сколько мои закидоны терпела? Пора махнуться местами.       Здесь не поспоришь. Но настроение Виолетты становилось менее капризным и всё более стабильным, эмоциональные качели остались в прошлом, щадя вестибулярный аппарат Киры.

***

      — А какой дресскод нужен для нашего похода? — шёпотом спрашивает Вилка во время лабораторной по химии.       — Ой, это совсем не важно, — отмахивается Кира небрежно.       — Осторожнее, пробирку с щёлочью разобьёшь! — пугается Виолетта и хватает Медведеву за руку.       — Я неубиваема, кис, — ухмыляется девушка. — Шрамы меня украшают, а следы от ожогов чем хуже?       — Дурочка, хватит, — Вилка толкает коленом её ногу и продолжает работу с химикатами.

***

      — Вот мы и пришли, — торжественно произносит Кира, останавливаясь около нужной двери.       — Это фотостудия? — удивлённо поднимает брови Виолетта. — Нет, я не хочу.       — Почему?       — Ну ты меня видела?       — Видела, ты охуенна, — хмыкает Кира, окидывая взглядом с макушки до пят и обратно, будто убеждаясь в собственных словах.       — Вообще-то одета я так себе...       — Это будет фотосессия в стиле ню, Виолетт.       — Да ну нахер, как я разденусь перед фотографом? — в голосе Малышенко слышны нотки возмущения.       — Фотографом буду я. Послушай, — берёт Виолетту за ладони, — я хочу, чтобы ты увидела себя моими глазами. Насколько ты чудесна. И наконец откинула оставшиеся комплексы.       — Раз фоткаешь ты, то я согласна, — выдыхает с облегчением Вилка, расслабляясь. — Пойдём.       Девушки оказываются в студии, выполненной в нежных цветах, голубом и бежевом. Диван и прочая мебель красивая, почти что идеальная. Есть зеркало во весь рост с лампочками по периметру и разный реквизит.       — Хорошо, что я красивые трусы сегодня надела, — говорит Виолетта, снимая одежду и демонстрируя кружевное нижнее бельё.       — Хорошо, что ты их всегда носишь, в отличие от меня, — посмеивается Кира, настраивая фотоаппарат.       — Ну что, куда мне сесть? — оглядывая помещение, спрашивает Вилка. — В какую позу?       — Не нужно стараться позировать. Будь естественной, будь самой собой, это самые лучшие кадры. Думай о чём-нибудь приятном, а о камере вообще забудь, — советует Кира.       — О тебе буду думать, — кивает Виолетта.       — Если хочешь, можешь снять лифчик, — говорит Медведева спустя время, когда уже сделаны несколько кадров, — у тебя красивая грудь. А что потом делать со снимками, сама решишь.       — Ладно, — Вилка избавляется от бюстгальтера и поворачивается полубоком. — Наверное, смешно я сейчас выгляжу.       — Ты с ума сошла? Ничуть не смешно. Выглядишь как богиня.       — Блин, Кирюш, надеюсь, ты понимаешь, что все эти мои слова... Что я не напрашиваюсь на комплименты, короче.       — Знаю, и мысли такой не было. Всё, давай работать дальше, — произносит Кира, поправляя источник света.       — Много у нас ещё времени? — спрашивает Малышенко спустя полчаса, уже поменявшая положение перед камерой кучу раз.       — Так... До конца аренды примерно полчаса, а что? — вопросом на вопрос отвечает Кира, глянув на наручные часы.       — Значит, успеем. Мне надоело позировать, — Виолетта подходит к Кире и кладёт руку на талию. — Предлагаю кое-что поинтереснее, здесь ведь нет скрытых камер? — целует девушку, а ладонь перемещает по прессу вниз.       — Нихуя себе, — выдыхает Кира, улыбаясь в чужие мягкие губы. — Идём сюда, — тянет за руку к зеркалу, — тут слишком хорошая мебель, не будем портить.       — Перед зеркалом? — неуверенно переспрашивает Вилка, оглядываясь на Медведеву.       — Да, и я хочу, чтобы ты смотрела на нас, — Кира целует в шею, располагаясь сзади.       — Это странно... — тянет Виолетта, бросая беглый взгляд в зеркало.       — Не согласна, — Медведева шепчет на ухо, а ладонью скользит по груди Ви, — подобное ещё сильнее заводит.       Кира продолжает оставлять мокрые следы на плечах и между лопатками, периодически подглядывая, смотрит ли Виолетта в отражение.       — Бля, — Малышенко закусывает губу, — возможно, ты права, я очень возбуждена.       — Прям очень? — усмехнувшись, Кира цепляет пальцами кромку трусов и тянет вниз, до колен.       — У нас времени не очень много, давай без долгих прелюдий сегодня, — просит Виолетта, укладывая ладонь на бедро девушки и подталкивая её к себе.       — Как скажешь, родная, — обдавая горячим дыханием чувствительную кожу на шее, Кира начинает ласки.       Вилка беззвучно приоткрывает рот, когда палец входит в неё.       — Хорошо тебе? — тихо спрашивает Кира, дотрагиваясь носом до щеки.       — Слишком, — отвечает Виолетта, поворачивая голову вбок, Медведева понимает намёк и затягивает в поцелуй.       Движения ускоряются, Вилка сжимает пальцами бедро Киры и всхлипывает, переводя взгляд вперёд.       — Тише, за стенкой всё ещё есть администратор, — напоминает Медведева, свободной рукой обвивая Виолетту за талию и подтягивая её к себе.       — А ты заткни.       — Это что ещё за новые кинки, — удивляется Кира, когда Малышенко берёт её кисть и поднимает ко рту.       — Кира, не сбивайся, — умоляюще хнычет Вилка, чувствуя замедлившийся темп.       — Прости, любовь моя, — делая толчки более глубокими и резкими, Кира прислоняет ладонь к влажным губам Ви.       И когда та вскоре закатывает глаза и кончает до дрожи в ногах, стон и неразборчивое бормотание глушится кожей Медведевой.       — Одевайся, Виль, пора, — шлёпнув напоследок по ягодице, Кира протягивает Виолетте одежду.       — Как теперь идти мимо милой девушки-админа, — улыбается Малышенко, поправляя причёску.       — Милой? Мне уже начинать переживать? — изображает ревность Кира.       — А кто сказал, что я люблю милых? Мне нравятся такие как ты. Снаружи суровая волчица, а внутри зефирка.       — Я зефирка?! — Кира качает головой. — Ну хорошо, тогда ты всё ещё Вилка.       — Сказать честно? Мне почти сразу понравилось это прозвище, — смеётся Виолетта. — Не думала, что моё имя можно так прикольно сократить.

***

      — Ну как тебе? Я не профессиональный фотограф, так что... — волнуется Кира в ожидании реакции Виолетты на готовые фотографии.       — Очень красиво. Эстетично, гармонично и совсем не вульгарно. Вау, — Малышенко благодарно смотрит на девушку. — Это была прекрасная идея с фотосетом.

***

      Последний семестр первого курса подходит к концу, весна в самом разгаре. Майские праздники долгие, сидеть в общежитии скучно, поэтому Кристина предлагает съездить к речке на рыбалку, и все трое соглашаются.       — Правда, у меня только одна палатка, и та двухместная, — задумчиво чешет затылок Захарова.       — Я удивлена, что у тебя в принципе есть хотя бы одна с собой, — говорит Кира.       — Мы переночуем в машине, а вы займёте палатку, — быстро ориентируется Лиза.       — В какой машине? — не понимает Виолетта. Крис получила права почти сразу после совершеннолетия, но собственным автомобилем ещё не обзавелась.       — Каршеринг, дорогая, — поясняет Медведева, и Вилка кивает.

***

      Кристина, несмотря на маленький стаж, ведёт машину уверенно и даже красиво. Лиза, сидя на переднем пассажирском, следит за навигатором и подсказывает дорогу, но штурман из неё так себе: периодически залипает на Захарову за рулём и забывает про свою задачу.       Виолетта руководит музыкой, включает для компании Майли Сайрус, Бейонсе и других исполнительниц.       — О, эту я помню! — активируется Кира, когда начинает играть знакомая мелодия. — Это про тебя песня.       — Почему про Виолетту? — оборачивается Андрющенко к подругам.       — Да так, — отмахивается Вилка.       — Индиго! Следи за маршрутом, пожалуйста, — строго говорит Кристина, — мы чуть не выехали на платную дорогу, ёб твою!       — Крис, не сердись, не выехали же, — бурчит Лиза под нос, выпрямляясь и смотря на дорогу.       — Ближайшую заправку посмотри, а то боюсь, мы завтра обратно не доедем.       — А заранее нельзя было заправиться? — подкалывает Андрющенко.       — Вы чего такие токсичные сегодня? — взволнованно спрашивает Виолетта.       — У Лизы месячные просто, — фыркает Кристина, а Индиго хлопает её по бедру.       — Вообще-то у тебя тоже! — обиженно произносит, хмуря брови.       — Теперь всё понятно, — хмыкает Кира. — Не загрызите друг друга, язвы, мы же вас хрен растащим, особенно Кристину.       — Я предпочитаю душить. Хотя кусаться тоже люблю. Лукойл через два километра с правой стороны, мась, — говорит Андрющенко.       — Спасибо, солнышко, люблю тебя.       — Ебать скачки настроения, — присвистывает Кира.       — Главное, что синхронные, на одной волне, — подмигивает Лиза.

***

      Прибыв на место, четвёрка выходит из автомобиля, разминая ноги.       — Крис! Как ты могла забыть жидкость для розжига?! — чуть ли не кричит Андрющенко.       — Вообще-то её ты должна была купить! — защищается Кристина, переводя стрелки.       — Кристин, не ори, всю рыбу распугаешь.       — Я не ору, ты первая начала!       — Девахи, успокойтесь! У меня с собой зажигалка, мы сейчас с Вилкой принесём сухих веток, и всё заебись будет, — утихомиривает всех Медведева. — Идите ловите свою рыбу, только блять не утопите друг друга, пожалуйста.       — И откуда у тебя зажигалка? — нахмурившись, спрашивает Виолетта, шагая по лесу. — Ты же бросила курить.       — Ну почти... — виновато пожимает плечами Кира и нагибается за подходящей палочкой.       — Кира! Какого хуя? — возмущается Малышенко и отламывает ветку от кустарника.       — Не отламывай зелёные, они не подойдут, выбирай сухие.       — Не переводи тему! — стоит на своём Виолетта. — Я всё ещё жду объяснений.       — Ну кисуль, не злись, я очень-очень редко. Раз в неделю максимум... — мямлит Кира.       — Я не хочу, чтоб ты умерла от рака лёгких, как моя тётя-курильщица! — выпаливает Малышенко.       — Что? — Кира ловит девушку за запястье.       — То, — Виолетта разворачивается. — Знаешь, как мне тревожно иногда, в башке прокручиваются разные сценарии нашей жизни, ещё сны дурацкие бывают, и...       — Успокойся, Виолетт, — Медведева прижимает к себе Вилку, и та почти сдаётся. — Если я и сдохну, то нескоро. В альтернативной вселенной может и существует моя копия, которой недолго осталось, но точно не здесь.       — Извини, я параноик. Но всё ещё сержусь за твой обман! — высвобождается из объятий и топает дальше, но вдруг резко останавливается и машет руками перед собой.       — Ты чего?       — Мне на лицо паутина налипла, сними быстрее, Кира! — пищит Виолетта.       — Тихо ты, блин, тут даже паука нет, она пустая, — Кира снимает липкую нить и еле сдерживает смех, пока Вилка жмурит глаза, — а, нет, вот он, по плечу ползёт.       Малышенко визжит и стряхивает маленькое членистоногое со своего плеча.       — Блять, всё? Кира, посмотри, всё? — Виолетта в панике крутится перед Медведевой.       — Всё-всё, успокойся, Виль. Идём дальше, теперь я первая, ты за мной.       — По мне теперь как будто стаи этих уебанов ползают, — дёргается Вилка от фантомных прикосновений лапок на коже и движется по тропинке за Кирой.       — Это хотя бы не клещ.       — Ой, замолчи, а то я уеду вообще, — испуганно произносит Малышенко.       — Каким же образом?       — Такси закажу.

***

      День на природе пролетел незаметно. Маленький улов был пожарен и съеден, воздух ближе к ночи стал прохладнее, костёр уже слабо помогал.       — Я устала, пойдём, Крис? — через зевок говорит Лиза, потягиваясь и откладывая гитару после исполнения Би-2 — Мой рок-н-ролл.       — Конечно. Спокойной ночи, девчонки, — Захарова ведёт Индиго к автомобилю.       — Ну, а мы? — обращается Кира к Виолетте, сидящей в её объятиях и смотрящей в безоблачное небо, усыпанное звёздами.       — Луна сегодня красивая, — улыбается Малышенко, переводя хитрый взгляд на Киру.       — Да, растущая вроде, — прищуривается Медведева, мысленно дорисовывая палочку к месяцу. — Ты чего хихикаешь?       — Так и знала, что ты не в курсе второго смысла этой фразы, — Виолетта вздыхает.       — Я вообще тот ещё пень, Виль, ты же знаешь, мне всё нужно прямо в лоб говорить, — чмокает в висок. — Так что, расскажешь?       — Я люблю тебя, — облизнув губы, произносит Малышенко уже серьёзным, но одновременно нежным голосом. — Извини, что ты услышала это спустя полгода отношений, — опускает голову.       — Эй, никогда не поздно, — Кира кладёт ладонь на щёку Ви, — посмотри на меня. Я и так знала, но очень рада слышать. Это взаимно.       После чувственного поцелуя под сопровождение пения лягушек и шум костра Малышенко поднимается, ёжась от холода.       — Подожди, сейчас я... — Кира лезет в карман и выуживает почти пустую пачку сигарет. — Всё, это последние, клянусь, больше не куплю, — сминает и бросает в костёр.       — Ты не могла не устроить из этого шоу, — качает головой довольная Виолетта, закатывая глаза.       — Какая разница, зато теперь я не откинусь от рака, инсульта и что ещё там пишут на пачках, солнышко, идём!       Тщательно потушив огонь, девушки забираются в небольшую палатку.       — Ну здесь и комаров, — бурчит Кира, отмахиваясь от назойливых пищащих насекомых.       — А меня не кусают, у меня четвёртая отрицательная группа крови, невкусная, — хвастается Виолетта. — Нужно было тщательно закрыть молнию, Кирюш.       — Да блин, мой косяк, знаю, — отвечает Медведева и хлопает по ляжке, убивая очередного кровопийцу.       — Кстати, кровь пьют только комарихи, ты знала? Самцы пыльцой питаются.       — Спасибо за познавательный факт, но это вряд ли поможет мне спастись от укусов, — хмыкает Кира. — Женская солидарность тут не сработает.       — Ну давай я схожу за спреем, вроде у девочек был, если они ещё не уснули — попрошу, — Вилка приподнимается, но Кира ловит её за руку и замирает, прислушиваясь.       — Кажется, они не спят, но лучше не мешать, — прокашливается Медведева.       — Блять, — Виолетта плюхается обратно, — я охуеваю с этих кроликов, даже в месячные...       — Самураи крови не боятся, как говорит Крис, — ржёт Кира. — Но по-моему, она скорее вампир. Всё, давай кутаться, будешь своей четвёртой отрицательной отпугивать от меня кровососов.       Забравшись в общий спальник и согреваясь в объятиях Медведевой, Вилка прислушивается к шуршанию снаружи.       — Тут кабаны водятся? — шепчет девушка, вздрагивая.       — Без понятия, это скорее всего ёж, спи, не бойся, — крепче прижимая Виолетту, отвечает Кира.

***

      — Я хочу устроиться на работу, — заявляет Медведева после успешной сдачи последнего экзамена летней сессии.       — Зачем тебе это? — беззаботно болтая ногами, спрашивает Виолетта.       Они сидят на трибунах стадиона напротив друг друга. На тех самых трибунах, где Кира когда-то увидела истинную красоту Вилки под лучами вечернего солнца, чуть позже угостила булкой с маком, а ещё позже — упустила своё счастье на несколько месяцев. Сейчас Виолетта не менее красива, гораздо больше уверена в себе, бесповоротно влюблена в девушку и наконец этого не стыдится; а Кира просто рада, что её первые настоящие чувства оказались взаимны и поменяли её саму в лучшую сторону.       — Я бы хотела снимать квартиру, права получить, дедушке помогать, в конце концов... — перечисляет Медведева. — Не всё сразу, конечно.       — Моя повышенная стипендия тебе в помощь, мне всё равно тратиться некуда.       — Нет, я не хочу быть содержанкой, — усмехается Кира. — И не спорь. На квартиру будем вместе скидываться, если хочешь.       — Очень, — кивает Малышенко. — Мне эта идея кажется отличной. Хватит с нас общаги с тараканами. Хотя с тобой везде уютно и классно, — приблизившись, дотрагивается своим носом с едва заметной горбинкой до чужого. — Уже придумала, куда устроишься?       — Барменом, наверное, нашла вакансию.       — Не нравится мне эта затея, — хмурится Виолетта, отстраняясь. — А чего-то более культурного не было?       — Библиотекарем, что ли? — выгибает бровь Кира. — Не гунди, бар приличный, график удобный.       — Гундеть не буду, но переживать первое время — обязательно, — Вилка трёт глаза. — У меня как раз сейчас тревожность повышенная из-за синдрома отмены, Кирюх.       — Знаю, кош, ну не дави, а то я передумаю, и лето пройдёт бессмысленно. Будешь приходить ко мне на работу, я ж не против, убедишься, что там всё окей.