Добром за добро

      "Монолит" — невероятно опасная и таинственная группировка, своим строем напоминающая религиозный культ. Её бойцы сильны, выносливы, обладают хорошими боевыми навыками и вооружением, что делает их настоящим кошмаром для тех, кто им противостоит. "Свобода" не понаслышке знает о их мощи и сдерживает опасного врага в районе Армейских Складов. Барьер выстоял уже множество атак монолитовцев, но все попытки контрнаступления на их позиции для последующего отбрасывания неприятеля вглубь территорий заканчивались плачевно. Все, кто уходил на Радар дабы оттеснить "Монолит", больше не возвращались.       Так было всегда, но после того, как некий Меченый отключил Выжигатель мозгов, все группировки разом навалились на таинственного врага. Пси-излучение больше не помогало "Монолиту" держать оборону, и даже при наличии отличного вооружения фанатики не могли сдержать толпы сталкеров. Слуги Монолита погибали, их телами были усеяны некогда принадлежащие им территории. Однако они славились своим упорством и тем, что никогда не отступали даже перед многократно превосходящими силами противника. Монолитовцы сражались до последней капли крови, устраивали засады, ставили ловушки и подрывали себя гранатами если был риск попасть в плен.       "Долг", "Военные", обычные сталкеры и даже "Наёмники" начали ломиться к Центру Зоны. Среди них была и "Свобода", бойцы которой неумолимо шли вперёд, тесня противника. Пришла пора отодвинуть врага от Армейских Складов как можно дальше, уменьшив риск прорыва Барьера.       После того, как Меченый отключил Выжигатель, через какое-то время ему удалось добраться и до ЧАЭС. Тогда для "Монолита" началась по-настоящему чёрная полоса. Он, их Великий Бог, покинул их. Воины Монолита перестали слышать Его блаженный голос в своих головах, который даровал им смысл жизни. Многие думали, что это испытание, а кто пройдёт его, станет избранным. Они впадали в транс и бесконечными молитвами пытались вернуть своего Бога обратно, дабы продолжал направлять их на путь истинный. Но Он не возвращался.       А тем временем группировки продолжали прорываться к Центру Зоны. "Свобода", как одна из сильнейших, кое-как справлялась с таким могущественным, хоть и морально подавленным противником. Базы и опорные пункты "Монолита" подвергались штурмам.       Отряд свободовцев под руководством широко известного Макса был направлен на зачистку очередного лагеря монолитовцев, что обосновались в одном из многоэтажных зданий на окраинах Припяти. Группа "Свободы" насчитывала порядка восьми человек, среди которых умудрилась затесаться рыжеволосая девушка.       Женщины в Зоне были настоящей редкостью, чуть ли не легендой. Они, так же как и мужчины, приходили сюда ради своих определённых целей. Деньги, скрыться от закона или, к примеру, доказать самой себе что она достаточно самостоятельна, что справится с чем угодно. Последнюю цель как раз и преследовала Белка, пришедшая в Зону вместе со своими друзьями. Все они разом вступили в "Свободу", так как их идеология оказалась им по душе. Они выполняли важные задания, но в то же время их не стесняли строгие порядки как в том же "Долге".       Итак, отряд расположился в соседнем здании, и Макс принялся раздавать команды:       — По нашей информации монолитовцы засели на нижних этажах. Они немного вялые, но всё равно не стоит снижать бдительность. — Командир прошёлся суровым, но в то же время тёплым взглядом по своим бойцам. — Буратино, Тоха, будете отвлекать сволочей, попробуйте выманить хоть парочку из них на улицу, но в активный бой не вступайте. Угрюмый, бери Лысого и Коляна, вы зайдёте с чёрного входа.       — Ну да, если Колян, то сразу чёрный вход...       По отряду прошёлся смешок, а Макс продолжил:       — Я вместе со Сварщиком залезу на крышу этого здания, будем отстреливать тех, кто высунет нос из укрытия. Ребята, начинаем сразу после того, как мы снимем дозорных.       — Эм, командир... — подняла руку Белка.       Макс обернулся к девушке и тяжело вздохнул. Хоть он и взял её в команду по приказу главы "Свободы", дабы опыта набиралась, но сам не очень этого хотел. Ему просто напросто было страшно за эту весёлую, молодую и красивую девушку с ярко-голубыми глазами, что сильно выделялись на слегка бледноватом лице с аккуратными чертами. Тем более если бойцы вдруг увидят её мёртвой, то это может сильно ударить по моральному духу. Смерть товарища женского пола воспринимается намного тяжелее, нежели если бы это был мужчина.       — Ну ладно. Белка, как самой ловкой из нас, тебе предстоит забраться на пятый этаж по пожарной лестнице. Придётся попрыгать, но я уверен, что ты справишься. Монолитовцы явно не ожидают удара сверху. Если все всё поняли, то занимаем позиции.       Бойцы приняли приказ и дождавшись пока дозорный, что временами мелькал в одном из окон, отойдёт, в тени от одного из зданий перебрались к дому где засели монолитовцы. Раздался приглушённый выстрел, скорее похожий на хлопок. Макс вместе со Сварщиком начали щёлкать тех, кто показывался в окнах.       Враг почти сразу понял что происходит, однако свободовцы уже пробрались к их позициям незамеченными. Началась пальба.       Тем временем Белка прокралась к лестнице. Пришлось подпрыгнуть и использовать стену в качестве опоры, дабы дотянуться до нижней ступени и забраться на неё, так как девушка не отличалась сильно высоким ростом. Она начала подниматься вверх. Пару раз пришлось чуть ли не сливаться со стеной, затаиться, когда в окнах неподалёку от неё высовывалось дуло автомата, выплёвывая смертоносный свинец.       Девушка продолжала подниматься, пока наконец не добралась до нужного этажа. Заприметив подходящее для проникновения окно, лишённое оконной рамы и стекла, она совершила прыжок и влетела в помещение, перекатилась и вскинула автомат. Чисто. Только мебель и пожелтевшие от старости и сырости обои.       Белка тихо, словно ниндзя, начала шагать в сторону дверного проёма, всё время держа его на прицеле на случай появления врага. Сердце билось в быстром темпе, как обычно и бывает во время боя, однако девушку волновало и то, что она так близко может встретиться с врагом. Раньше у неё уже происходил контакт с противником — отрядом "Долга", но тогда он был на дальней дистанции. Девушка даже не увидела тех, по кому палила, командир лишь приказал стрелять в сторону врага, дабы подавить того огнём.       Оказавшись в следующей комнате, Белка впоследствии вышла и в коридор. Стрельба и грохот доносились с нижних этажей, поэтому она направилась туда. Начала спускаться по лестнице, медленно переставляя ноги со ступеньки на ступеньку, боясь издать даже малейший шум, хоть он и не был бы слышен в пылу сражения.       Снова коридор. Выстрелы совсем близко, этажом ниже. Белка хотела спускаться дальше, дабы застать врагов врасплох, но услышала чей-то голос из комнаты неподалёку.       "Враг!" — подумала девушка и направила оружие на дверной проём. Зашагала в его сторону, как вдруг под ногой предательски хрустнули осколки стекла. Белка замерла, вслушалась. Приглушённый голос продолжал доноситься из помещения, кажется, её никто не услышал.       Она резко выглянула из-за угла и направила оружие туда, откуда примерно исходила невнятная речь. В пустой комнате с обшарпанными стенами у противоположной от окна стены лежал, прислонившись к ней спиной, человек в камуфляже расцветки "Урбан" с надетой поверх тёмно-зелёной разгрузкой. Сомнений быть не могло, это боец "Монолита".       Белка держала противника на мушке. Палец на спусковом крючке немного дрожал, но был готов спустить курок в любой момент, если противник предпримет какие-нибудь опасные действия. Однако он... просто лежал?       — Братья, я не могу двигаться!.. — сдавленно проговорил монолитовец, пытаясь докричаться до своих, но получался лишь хрип. Теперь понятно, что это был за голос.       Белка обратила внимание на лужицы крови, что образовались вокруг вражеского бойца. Он был ранен. Девушка, не сводя оружие с противника, аккуратно начала к нему приближаться. Встала чуть сбоку от него, дабы оценить состояние.       Были видны ранения в трёх местах, где белая камуфлированная ткань окрасилась в тёмно-красный: левая рука в районе бицепса, правое предплечье и, самое серьёзное, на левом боку, лужица крови возле которой постепенно растекалась, становясь всё больше. Монолитовец вскоре мог скончаться от потери крови. Надо было что-то делать.       Белка, чуть помедлив, обдумывая, стоит ли ему помогать или же нет, всё-таки подошла к бойцу. Подняла автомат, что лежал неподалёку, быстро проверила магазин. Полный. Он, высунувшись из окна, даже не успел сделать ни одного выстрела, как его тут же подстрелили.       Убрав вражеское оружие от греха подальше, присела рядом с раненым человеком. Монолитовец наконец обратил на неё внимание. Повернул голову, покрытую балаклавой с вырезом для его серых глаз, в сторону Белки. Затуманенный взгляд впился в девушку.       — Неверный...       Монолитовец попытался поднять правую руку и вынуть пистолет из кобуры на его бедре, но Белка аккуратно положила его ослабевшую конечность обратно.       — Эй, фанатик, я же тебе помочь пытаюсь, — деланно-недовольно проговорила девушка, отцепила кобуру и убрала туда же, куда и автомат.       После она прошерстила разгрузку бойца на наличие аптечки. Нашлась. В ней оказалось всё необходимое для оказания помощи раненому. Хоть Белка и не являлась квалифицированным медиком, однако в медицине что-то всё же понимала. Она начала расстёгивать разгрузку монолитовца, приговаривая:       — Надеюсь, ты не из стеснительных, потому-что куртку придётся слегка задрать.       — Враг Монолита.       — Другого ответа я от тебя и не ожидала.       Усмехнувшись, девушка задрала одежду и разглядела бок бойца, в котором красовалось несколько окровавленных дырок. Видимо, пуля попала в бронежилет и разлетелась на осколки. Парочка крупных даже торчали из раны. Белка мягко зажала правую руку монолитовца коленом — левую он поднять не мог из-за повреждения мышц, — чтобы не мешал, и приступила к их извлечению.       В её голову закрадывалась мысли, мол, зачем она это делает? Зачем помогает члену вражеской группировки, с которой у них идёт самая настоящая война? Возможно, девушка видела мало смертей своих товарищей, чтобы начать люто ненавидеть врагов и желать им всем медленной и мучительной смерти. Казалось бы, вот он враг, застрели его и дело с концом, но нет. Когда перед ней предстал этот монолитовец, раненый, беспомощный, она просто не могла хладнокровно пустить ему пулю в лоб. Ей было его... жалко? Возможно. Наивная девочка.       Тем временем монолитовец продолжал пилить Белку взглядом. Мельком она пару раз смотрела на него в ответ. Девушка заприметила в его глазах какие-то проблески эмоций. Сначала кажется, что в них только абсолютный пофигизм, но если приглядеться, читался какой-то интерес. Белка пару раз видела монолитовцев вблизи, когда их чудом удавалось брать в плен, но в их глазах не было ничего кроме тупого безразличия, словно пелена.       Но в этот раз было по-другому. Человек наблюдал за действиями девушки, и, кажется, не понимал почему это происходит. С какой стати жалкий неверный латает его раны? Обычно монолитовец не придал бы этому никакого значения и только искал способы убить врага Монолита. Но этот был другой. Может быть, зомбирование начало потихоньку с него спадать? Ведь уже наблюдались пара случаев, когда монолитовцы вновь обретали разум, обратно становились личностями, хоть и забывшими определённый отрезок своей жизни.       — Монолит... — простонал боец, слегка зажмурившись.       — Да, неприятно, но терпи. Ты же здоровый мужик, в конце концов!       Насчёт здорового девушка это точно подметила. Если у неё рост являлся средним, то этот мужчина был на голову выше неё. Сам по себе крепкий, стройный, идеальный солдат. Да и задрав куртку чуть ранее, Белка оценила его брюшные мышцы, но виду не подала.       Она закончила вытаскивать осколки, обработала раны, что красовались на боку, а после сделала перевязку. Самое сложное позади. Теперь пришла пора для рук.       Монолитовец направил взор в окно, протянул руку, что ещё могла двигаться, в его сторону.       — Где ты, мой свет, тот игривый и яркий? Монолит, вернись ко мне, молю...       Белка заметила печаль в глазах этого человека. Огромнейшую грусть. Он был похож на ребёнка, который потерял родителей и остался один в этом мире. Без любви и поддержки. Что делать дальше — непонятно.       Звуки боя начали затихать, доносилось всё меньше выстрелов. Надо было торопиться.       Белка нежно подхватила протянутую руку монолитовца, что готова была упасть без сил, и положила себе на колени. Задрала рукав. Тут пуля прошла по касательной. Повезло, что не сильно глубоко, однако кровь всё равно текла. Девушка начала перевязку.       — И что мне с тобой делать после всего этого? Куда девать? — поинтересовалась она. — Если тебя обнаружат мои товарищи...       — Неверные будут искорены.       — Да-да, все мы для вас, фанатиков, неверные, — усмехнулась Белка.       Девушка покончила с правой рукой, аккуратно положила её на землю и села с другой стороны от монолитовца, приступив к левой. Он повернул вслед за ней голову, не сводя взгляд.       — Почему?       — Что такое? — не поняла Белка.       — Неверный помогает слуге Монолита. Неправильно. Ошибка. Или такова Его воля?       Мужчина говорил монотонно и медленно. Хотела бы девушка ему рассказать, что Монолита никакого нет и не было никогда, развеять эту ложь, сказать правду. Однако для монолитовца этот удар был бы в десять раз больнее чем любая рана. Вместо этого девушка мягко, с улыбкой, произнесла:       — Помогаю, потому-что так надо. Ведь все мы, в конце концов, люди.       И всё же. Помочь можно товарищу, с которым вы отправляетесь в ходки, соклановцу или сослуживцу, но врагу... Добро в Зоне явно не в приоритете, даже наоборот. Постоянно нужно ожидать удара в спину и быть готовым ко всему. Предать может даже близкий друг, что уж тут говорить о враге. Где гарантии, что он потом не прикончит тебя при первой же возможности.       — Ай, — отмахнулась девушка, — давай о чём-нибудь просто поговорим. Как тебя зовут?       — Я не помню своего имени. Зачем оно мне? Все мы слуги Монолита, и имена для нас не главное.       — Тогда я сама дам тебе имя. Не против? — девушка склонила голову чуть набок, мило улыбнувшись.       — Зачем неверному давать имя слуге Монолита? Мы не нуждаемся в именах, для нас главное — служение Моно...       — Да, да, да, как скажешь, — угрюмо протянула девушка, затягивая бинт. — И всё же без имени человек будто теряет свою личность, поэтому я всё же тебе его дам.       — Слуге Монолита не нужно... — продолжал монотонно говорить монолитовец, но Белка его перебила.       — Ну чего ты заладил, а? Всё, сам напросился! Теперь тебя будут звать Занудой.       — Глупое имя, — спокойно отчеканил мужчина.       — Зато отлично тебе подходящее. Всё, руку перевязала. Так-с, кстати, внутренние органы вроде не были задеты, поэтому тебе следует попить. Ну-ка...       Белка потянулась к балаклаве бойца, в ответ на что тот слегка дёрнулся и попытался отодвинуться, но лишь застонал от боли в боку.       — Эй, ты чего?       — Неверный протянул руки к моему горлу. Зачем?       — Блин, Зануда, ну ты реально нудный какой-то. Я просто хочу снять эту штуку с твоего лица. Как думаешь, зачем мне сначала тебе помогать, а потом убивать?       — Не знаю. Враги Монолита хитры.       — Да не волнуйся ты так, — заговорила девушка максимально ласковым тоном, словно обращаясь к ребёнку, чтобы он понял что ему действительно ничего не угрожает, — я просто дам тебе попить. Всё будет хорошо.       Белка медленно вновь пустила руки к балаклаве. Монолитовец внимательно следил за её движениями, но всё же позволил ей начать обнажать своё слегка заросшее щетиной лицо. Несколько секунд, и чёрная ткань была снята. Как оказалось, этому мужчине было лет тридцать на вид.       Девушка достала флягу и поднесла к бледноватым губам монолитовца, под которыми красовался небольшой шрам.       — А теперь пей.       Он послушался. Искоса поглядывая на Белку, сделал несколько глотков.       — Вот, умничка. — Девушка потрепала тёмные короткие волосы монолитовца. Тот посмотрел на неё с глубоким непониманием, из-за чего она чуть смутилась. — А, кхм, да, молодец ты, короче.       Звуки боя совсем сошли на нет. Выстрелы прекратились, а в рации Белки прозвучал голос Макса:       — "Ну вроде всё, здание зачистили. Проверяем его и уходим. Белка, ты как там?"       — Я в порядке. Нахожусь на четвёртом этаже, — ответила девушка.       — "Хорошо, сейчас поднимусь. Ребята, кстати, обыщите трупы фанатиков, может что ценное есть".       Услышав слова Макса, монолитовец заёрзал ногами.       — Мои братья...       Несмотря на ужасную боль в боку и руке, он начал пытаться вставать.       — Эй, ты что!.. — Девушка удерживала его на месте, навалившись всем телом. — Мои товарищи же убьют тебя! Да и раны снова кровоточить начнут из-за лишних движений!       — Должен... помочь братьям. Они...       — Некому уже помогать, прими это! Хотя бы ты должен остаться в живых чтобы сохранить о них память!       — Неверные. Всё из-за вас... — пробормотал монолитовец и обмяк, сев на своё место. Он уставился в пол, больше не проронив ни слова.       — Прости. — Белка встала и взяла своё оружие. — Мне надо идти. Главное, живи, Зануда. Прощай.       Девушка вышла из комнаты и спустилась на третий этаж, где ей навстречу вышел Макс. Он хотел подняться и лично проверить верхние этажи, но Белка начала его отговаривать, мотивируя тем, что уже сама всё прочесала. Когда по рации Сварщик, что остался на крыше соседнего дома следить за местностью, сообщил что сюда направляется крупный отряд "Монолита", Макс отдал приказ немедленно уходить. Белка надеялась, что с Занудой всё будет хорошо и его заберут свои. Когда спасаешь человека, то у некоторых появляется чувство ответственности за жизнь спасённого.       Мысленно попрощавшись с монолитовцем, девушка ушла вместе со своим отрядом.