Решение всех проблем

Когда Вэй Ин с трудом открыл глаза он увидел лишь размытый белый силуэт. Никаких сил не хватило, чтоб согнать эту муть. Взгляд отказывался цепляться за что-либо, как и осознавать происходящее вокруг. Звук? Чей-то голос? До того, как он лишился сознания он помнил тянущую боль внизу живота и то, как Лань Ванцзи был обеспокоен, держал за руки и что-то говорил. Много, даже слишком. Безрезультатная борьба с самим собой заставила опустить тяжелые веки и вновь провалиться в сон. Возле груди лежал теплый сверток. Когда в следующий раз удалось распахнуть глаза, то он тут же увидел Лань Чжаня, баюкающего на руках завернутого в белое младенца. Ханьгуан-цзюнь тут же коротко улыбнулся, замечая, что Вэй Ин смотрит на него гораздо более осознанным взглядом. Вэй Ин не переводил взгляда со своего супруга, даже не осознавая в полной мере своего счастья. Тело было легким, голова пустой. Сказывались лекарства и благовония в комнате. — Это..? — сил у него было все еще мало, чтоб сказать целое предложение. — Наш сын, — ответил Лань Чжань, баюкая в руках крошечного ребенка, даже макушки которого не было видно. Вэй Усянь попробовал подняться, но тело не слушалось, да и муж тут же надавил крепкой рукой на его плечо, прижимая обратно к постели, — не двигайся. У тебя повязки, нельзя, чтоб раны открылись. Вэй Ин был накрыт простыней, а под ней точно была одежда, даже не подвязанная, но прикрывающая тело и ноги. В белое его переодевал Лань Чжань, сомневаться в этом не стоило. Даже стало интересно, был ли он рядом все время рождения их ребенка, держал ли постоянно за руку, как они договаривались. Только вот Вэй Ин хотел самостоятельно ощутить и схватки, и потуги, в последний момент сдавшись, когда Лань Чжань после разговора с лекарями-повитухами убедил его, что придется оперировать. Воспоминания постепенно восстанавливались. Сравнивая с вырезанием золотого ядра из прошлой жизни, нынешние последствия едва можно было назвать недомоганием. Стоит написать письмо главе Цзян, что у него теперь еще один племянник. Может, когда сын подрастет, Вэй Ин найдет силы вернуться в Пристань Лотоса и обговорить со своим побратимом все свои прошлые ошибки. Годы идут даже для бессмертных заклинателей. Разведя края одежды, Вэй Усянь убедился, что его живот был плотно перебинтован. Повязки были чистыми, еще свежими, но то, как много их было, давало понять, насколько серьезным и трудным был процесс деторождения. И как же был счастлив он сам и его муж, наконец держа малыша. Лань Ванцзи придвинулся ближе, переложил малыша на другую руку и сдвинул ткань, которая закрывала маленькое личико. Вэй Ин протянул руку, погладив по горячей щеке сына. Ребенок не отреагировал никак на прикосновение, тихо лежа у отца. Такую картину Вэй Ин рисовал часто в голове, что они не только вдвоем, но еще и с маленьким. Лань Сычжуй уже вырос статным юношей и к нему "маленький" уже было неприменимо. Он молодой господин даже в глазах своих родителей. Глядя на то, каким он вырос, Вэй Ин мог быть уверен, что второй их ребенок с воспитанием Лань Чжаня станет ничем не хуже старшего брата. — Его уже покормили и теперь он спит, — ответил Лань Ванцзи, вновь укладывая ребенка на руку. В его сильных руках находилось место такой нежности, в которой Вэй Ин не сомневался, так что сын, чувствуя близость родного человека, спокойно засыпал. Слыша про то, что ребенок уже сытый, Вэй Ин коснулся своей груди. Плоско и пусто. Накормить младенца сам он не смог бы, но грудь за беременность частенько болела и ныла, что вселяло надежду на то, что она сможет давать молоко. Трогательной картины того, как он прикладывает младенца к груди, ему не видать, как и не сможет подразнить Лань Чжаня тем, что теперь не только он имеет виды на его тело. — Заклинание все еще не идеальное. — Ты подарил этому ребенку жизнь. Заклинание себя оправдало. Вэй Ин любовался ребенком, кончиками пальцев поглаживая лобик и крохотный нос. Все тяготы оправдали себя. Искать недостатки в своих же заклинания сейчас не было смысла. Вэй Усянь всегда был новатором и гением, в следующий раз он справится лучше. Артефакты тоже проходили кучу проб и ошибок, да и зачать у него вышло далеко не с первого раза. Зато теперь главное сокровище спало на руках у отца. — Маленький молодой господин Лань. Стук в дверь отвлек его от ласки. Темная макушка с белой лентой заглянула в комнату вместе с едва различимым шепотом. Гость боялся, что Вэй Ин еще спит и нуждается в тишине. — Ханьгуан-цзюнь, там… — А-Юань... поздороваешься с братиком?