10.
20 февраля 2023 г., 23:40
Тэхён игнорировал сообщения Чонгука весь вечер, и это не могло не настораживать. А ещё пиздецки злить, потому что младший не понимает, как тот мог вот так вот сдаться после того, как его отругала Суён. Вообще-то, это Чонгук тот, кто обычно её слушается, а не Тэхён. Поэтому неясно, как так получилось, что они поменялись ролями.
Когда по приходе домой Суён приказала ему больше не общаться с Ким Тэхёном и его шайкой, иначе реально убедит отца перевести его в другую школу, он стал пререкаться с ней, объясняя, что не ребёнок какой-то. Девушка умудрилась заткнуть его одним словом о том, что она потребовала того же от самого парня и посмотрим, захочет ли он иметь такой геморрой на свою задницу в виде дружбы с её младшим братом.
Чонгук, конечно же, не поверил ей. Не сразу. Лишь к ночи, когда Тэхён проигнорировал каждое из его тридцати двух сообщений, среди которых Чонгук всячески пытался получить от него хоть какой-то отклик. В дело вступили даже стикеры с его членом. Но Тэхён оставил всё непрочитанным, и Чонгук решил, что, наверное, слишком навязчив в начале отношений. Откуда ему знать, у него они первые. Поэтому оставил идею написать его друзьям и решил поговорить с ними на утро.
— Чимин, привет, — здоровается он со старшеклассником, когда видит его идущим в сторону школьных ворот.
Тот чуть шарахается от того, что к нему обращаются, потому что после вчерашнего состояния Суён, ему было страшно находиться в таком близком расстоянии от её брата. Кто знает, вдруг она решит, что и Чимин хочет поиздеваться над Чонгуком, а рядом, как назло, нет никого, кто смог бы засвидетельствовать то, что вон, смотрите, Чонгук сам к нему подбежал.
— Привет, — робко бормочет Чимин, оглядываясь по сторонам.
— Как дела? — спрашивает Чонгук, ощущая жуткую неловкость с ним, так как Чимин — единственный, с кем он ещё не успел толком пообщаться, поэтому думает, может, из-за этого старшеклассник так откровенно ищет дырку, в которой мог бы от него спрятаться.
— Хорошо… вроде. Слушай, я…
— Ты с Тэхёном не говорил вчера или сегодня? — Чонгук не выдерживает нужную паузу, которую по этикету нужно выждать перед тем, как напрямую спросить то, ради чего обращался к человеку, потому что Тэхён не просто его друг. Он его парень, хоть и Чимин не в курсе этого. Чонгуку не хочется думать о том, а может, Тэхён и не парень ему, и он это всё выдумал. Поэтому сейчас жизненно необходимо всё выяснить, иначе он определённо свихнётся.
— Нет. Он вроде как заболел и сегодня не придёт, — неуверенно отвечает Чимин, хорошо зная, что друг прикидывается больным, лишь бы не приходить в школу, чтобы не видеться с Суён.
Насчёт его страха перед бывшей они, конечно, сами с друзьями догадались, когда тот после школы отказался идти с ними в интернет-клуб и поспешил домой. Хосок предположил, что может Тэхён ушёл трахаться, но судя по тому, что он и в общем чате не появлялся, ему или не понравилось, или секс всё-таки обломался, раз наутро он попросил их сказать учителям, что он на больничном.
— Заболел? Чем? С ним всё хорошо? — тараторит Чонгук, который, конечно же, не знает о такой привычке Тэхёна и не сомневается в том, что тому сейчас нужен чай с мёдом и лимоном и может успокаивающие поглаживания по спине.
— Ага, блять, герпес у него, — смеётся Чимин, которого забавляет наивность младшего, и раз пока его сестры-цербера нет рядом, может чуток поглумиться. Но Чонгук не оценивает его шутки и, даже наоборот, с ужасом в глазах прикрывает ладонью губы, словно герпес у него самого. — Да нет у него ничего. Притворяется, как обычно, чтобы на уроки не ходить, — сразу же успокаивает он Чонгука, потому что уже не так весело от собственной шутки. Чимин даже задумывается о том, чтобы взять у Хосока мастер-класс на тему: «Долбоёбские шутки без последующих угрызений совести для чайников». — Да всё хорошо с ним, не волнуйся, — добавляет он, так как выражение лица Чонгука остаётся таким же настороженным. Чимин неосознанно улыбается его такой подобной реакции, потому что среди их компашки нет такой привычки, как волноваться друг о друге. По крайней мере, не в такой открытой форме. И, стало быть, Чонгук с Тэхёном реально близко дружат, раз за этого придурка кто-то ещё переживает.
— Он прогуливает школу из-за Суён, да? — предполагает Чонгук, когда они с Чимином медленно доходят до школьного двора, и смотрит на Юнги и Хосока, которые уже стоят на своём лобном месте, что-то слушая в наушниках. Судя по тому, что никто из них особо не тревожится за Тэхёна, реально ничего не случилось, но тогда почему Чонгук никак не может унять сильное беспокойство у себя в груди?
— Хрен его знает, — пожимает плечами Чимин, который уверен в том, что Тэхён никогда не страдал трусостью, тем более перед бывшими девушкам. Они с друзьями ещё вчера удивились его так не ложившемуся на слух словам «ты права» и «мне очень жаль». В их словарном запасе никогда не было ещё таких фраз, где он вообще понабрался такого? — Ладно, не переживай. Это просто наш балбес Тэхён. Идём к пацанам, — говорит он и несильно хлопает младшего по плечу, подталкивая к друзьям. Чимин не сразу осознает того, как только что самолично пригласил Чонгука к их месту у беседки, хотя был уверен, что без Тэхёна Чонгук никому не будет интересен, и признает, что у Чонгука реально получается без особых усилий располагать к себе.
Чонгук лишь согласно кивает, еле двигая ногами к парням. Хосок моментально отбрасывает очередной подкол в их сторону, спрашивая у Чимина о том, не просил ли он случаем у Чонгука дикпик, пока они шли сюда, иначе это чревато пощёчинами от Суён.
— В смысле пощёчинами? — переспрашивает Чонгук, который никак не реагирует на неуместную шутку, за которую Хосок в очередной раз получает ударом в бок от Юнги. Тот в свою очередь думает, что у Хосока на его локоть уже иммунитет появился и надо бы придумать новый способ затыкания этого дебила.
— А ты не знаешь? — слышит он за спиной голос Джина, который подходит к ним вместе с Намджуном. — Твоя сестра вчера налетела на Тэхёна и такую оплеуху ему дала, что у него небось наверно след её ладони запечатался на лице, — усмехается он и неосознанно глотает слюну, понимая, что ему сильно повезло, ведь мог бы получить такую же. На фоне этого наказание, данное директором, записавшей его и Тэхёна в число волонтёров, которые будут убираться в школьном стадионе после завтрашнего футбольного матча, казалось ему не таким мерзким. Среди волонтёров должно быть немало горячих девчонок, которые ради защиты экологии могут разок дать ему где-нибудь за трибунами.
— Странно, что Тэхён тебе сразу же не пожаловался, — добавляет Намджун и берёт протянутый наушник Юнги, который хочет показать ему очередной интересный трек из Саундклауда.
— Да, странно, — задумчиво повторяет Чонгук и ставит в голове вопрос: прогулять школу, получив в итоге нагоняй от сестры, или проведать Тэхёна, который, как его парень, должен был ему об этом сказать. Ну Чонгук так считает, ему не показывали весь регламент того, как должен себя вести бойфренд. Но он много не думает, потому что плевать на сестру, которая даже не призналась ему в том, как унизила Тэхёна вчера. — Чимин, у тебя есть адрес Тэхёна?
Чонгуку так же плевать на свою навязчивость, потому что он не может позволить Тэхёну прятать голову в песок, а уж тем более избегать, раз Суён ему так приказала. Поэтому, получив название улицы, номер дома и квартиры, он прощается с друзьями и без объяснений выходит из школьного двора. Если Тэхёна нужно поднять за шкирку, Чонгук так и сделает. Может, он и больше похож на отца по характеру, но он всё равно остаётся сыном своей матери, от которой Суён и переняла свою истеричность и строгость, а значит, и в жилах Чонгука течёт горячая кровь, которая может заставить его перевернуть весь мир с ног на голову, если его разозлить.
Не то, чтобы Чонгук был сильно зол, но точно бесится, когда Тэхён, сонно зевая, открывает перед ним дверь, ошибочно решив, что это курьер умудрился доставить ему жареную курицу через пять минут после заказа.
— Ты не «Курочка Бан», — бормочет Тэхён, думая, что опять слишком много думал, а в итоге дрочил на Чонгука, что тот ему сейчас мерещится вместо доставщика.
— Да, как мне помнится, ещё вчера я был твоим парнем, — сердито отвечает Чонгук, надеясь, что родители Тэхёна сейчас на работе. Тот однажды рассказывал ему о том, что иногда они могут с рассвета до полуночи отсутствовать дома, так как мать его преподаватель в университете, а отец — брокер.
— Кто? — тихо спрашивает Тэхён, заставляя Чонгук вопросительно нахмурить лоб. — Кто из моих друзей-долбоёбов дал тебе мой адрес?
— Что? Пойдёшь побьёшь его тоже? Я тебе настолько неприятен? — шепчет Чонгук, надеясь не расплакаться от этого осознания.
— Нет, я… — бормочет Тэхён и затыкается, когда тот хватается ладонями за его щёки, вглядываясь в уже не такие сонные глаза. И как прикажете Тэхёну перестать общаться с младшим братом Суён, когда он такой? Нежный, заботливый и смотрит с такой любовью, что хочется утопиться от чувств в собственной сперме.
— Мне так жаль. Я узнал… о пощёчине, — бормочет Чонгук, понимая, что план как-то странно проваливается, ведь он приходил с целью отругать Тэхёна за то, что тот решил спрятаться в домике, а не взять ответственность за то, что влюбил в себя Чонгука просто тем, что существует.
— В левую, — коротко говорит Тэхён и, не дожидаясь очередного непонимающего взгляда, добавляет: — Она ударила меня в левую.
— Хочешь, чтобы я поцеловал? — усмехается Чонгук, ощущая, как горят его собственные щёки от смущения, потому что это так по-детски со стороны Тэхёна, который даже в пижаме умудряется с ним флиртовать.
— Определённо не чтобы повторять за сестрой удар, — отвечает Тэхён и резко тянет Чонгука за локоть внутрь.
— Ох, я бы с удовольствием повторил. Я тебе столько сообщений…
Чонгук не успевает закончить свою тираду, потому что губы накрываются старшеклассником, закрывающим ступнёй входную дверь. Тэхён считает себя не виноватым. Небеса ему свидетели — он старался не реагировать на этого парня. Вон, даже в доме решил затаиться, чтобы не видеть Чонгука, наивно думая, что это поможет ему не влюбляться в него так стремительно. Но что поделать, если этот дурачок сам к нему припёрся, да ещё ведёт себя так приторно-мило, что Тэхён не может вытерпеть и десяти минут в его обществе, не поцеловав?
— Я честно не хотел, чтобы всё было так, — шепчет он в губы Чонгука, чмокая их после каждого слова.
— Как так? — спрашивает младший, признаваясь самому себе, что у него своего рода астматическая аллергия на Тэхёна, раз он всё никак не может приучить лёгкие нормально функционировать, когда этот парень так близко.
— Суён несколько раз просила меня не общаться с тобой. Не портить тебя и…
— Я ж не каша какая-нибудь, которую можно испортить солью! — возмущается Чонгук и вновь получает страстный поцелуй, затыкающий как его губы, так и внутреннее недовольство. — Ты хотел меня бросить, да? — всё-таки умудряется он произнести, не зная, как сопротивляться настойчивым губам Тэхёна, руки которого быстро наглеют и удобно устраиваются на его ягодицах. Когда он просил у Чимина адрес его друга, тот сказал, что Тэхён скорее всего заставит его сыграть с ним в приставку от скуки, но откуда Чимину знать, что у этого парня есть более физиологические нужды по отношению к Чонгуку.
— Да, — честно отвечает Тэхён, усмехаясь в обиженно сжавшиеся губы, и смотрит в нахмуренный взгляд Чонгука, думая о том, как правильно использовать свою новую болезнь под названием «неуместная искренность», чтобы признаться своему парню в чувствах. — Но не потому, что трахнул и успокоился. Тобою пиздец как сложно насытиться, — произносит он, протяжно выстанывая в любимую шею. Одна ладонь уже устраивается на привычном ей месте, то бишь на чонгуковом паху, который моментально твердеет, несмотря на то, что сам школьник не собирался надолго задерживаться в чужой квартире. — Я хочу тебя целый день, блять. А ещё ты мне нравишься. Так сильно, что я подумываю записаться к твоему отцу на приём, чтобы проверил, в порядке ли у меня там с сердцем.
— С сердцем? — еле слышно лепечет Чонгук, широко раскрывая глаза. Он, конечно, понимает, что у молодого парня нет никаких проблем с сердцем. Разве что с головой. Но раз эта голова умудрилась так нежно, нежно для Тэхёна, признаться ему в симпатии, как тут не насторожиться. — Ты же не пьян? — неуверенно спрашивает он, потому что ему сложно так легко поверить в то, что он нравится Ким Тэхёну.
— Десять утра, Чонгук, — смеётся Тэхён, понимая причину такого вопроса. Может, он реально пьян, но забыл об этом, когда увидел Чонгука у себя на пороге, кто знает. А вообще, разве можно не трезветь целую неделю, в течение которой ты выпил всего несколько банок пива? — Ты, кстати, знаешь, что бывает, когда приходишь домой к парням, которые одни в квартире? — усмехается он и чуть сжимает достоинство Чонгука, который звучно охает, явно не зная, иначе не совершил бы такого бездумного поступка. Ну что ж, теперь будет знать, и Тэхён надеется, что повторит он эту ошибку ещё не раз. — Разувайся, — коротко произносит он и направляется в свою комнату, намекая на то, что хочет ему её показать.
Чонгук понимает, что Тэхён не особо гостеприимен. Он ему даже чашки чая не предложил. Но всё равно аккуратно стягивает кеды и следует за ним, перед этим подметив то, что стояк его парня под пижамными штанами выглядит охренеть каким внушительным. Он успевает лишь глотнуть как можно больше слюны и заходит в полутёмную комнату, замечая большое количество полок с фигурками персонажей из видеоигр. Но Чонгука сюда приглашали не ради экскурсии и восхищённых рассматриваний интерьера, поэтому Тэхён обхватывает его ладонями за шею и засасывает во влажном поцелуе, прижимаясь пахом к его паху, чтобы намекнуть на то, что он желает. Тэхён, конечно, совсем не надеялся сегодня на секс, поэтому в мыслях благодарит уже горячо любимые им небеса за такой внезапный подарок, когда у него было максимально плохое настроение.
— Тэхён, я… — бормочет Чонгук, не думая, что это правильно сейчас заниматься сексом, а внутренний голос напоминает ему, что он вообще-то два дня назад лишился девственности в туалете интернет-кафе — не время говорить о морали.
— Если ты скажешь, что у тебя месячные и болит голова, я тебе въебу, — сразу же отвечает ему Тэхён, предугадывая то, что этот парень будет ломаться и трусить. И будь Чонгук девушкой, он скорее всего остановился бы, позволив ей уйти. Но он чувствует через ткань пижамных штанов чужое желание, а ещё сам безумно хочет сейчас Чонгука. У младшего просто нет никаких шансов сейчас сбежать.
Чонгук уже и не пытается и размахивает в мыслях белым флагом, отдаваясь полностью во власть Тэхёна, который торопливо расстёгивает пуговицы его школьной рубашки. Чонгук старается не думать ни о старшей сестре, ни о том, что впервые в жизни прогуливает школу, ни даже о родителях своего парня, в чьём доме они находятся. Чонгук никогда не вёл себя так безрассудно, и, наверно, Суён всё-таки права, когда говорит, что Тэхён портит его. Чонгуку нравится не быть хорошим послушным мальчиком, поэтому он быстро снимает с себя рубашку, бросая её на пол, и тянет за ткань пижамной футболки Тэхёна, желая так же насладиться видом, который должен свести его с ума. Мечты сбываются, повторяет он у себя в голове, когда стягивает с Тэхёна футболку, брошенную им туда же на пол, и застывает на несколько секунд, чтобы сфотографировать у себя в памяти оливковую подзагорелую кожу и напряжённые мышцы груди и рук, которую он видит хоть и не впервые, но сейчас получает эстетическое наслаждение, словно от картины в музее.
— Успеешь полюбоваться, — усмехается Тэхён, которому нравится восхищение в глазах Чонгука, но больше ему нравится быть в Чонгуке, поэтому он пытается немного поторопиться.
Он небрежно снимает с себя пижамные штаны, не смея больше скрывать своего желания под лишней тканью. Да и чтобы дать Чонгуку понять, что именно его ждёт, когда он приходит в гости к своему парню, если предков нет дома. Чонгук отлично видит, о чём ему говорил Тэхён, и просто довольно улыбается подарку судьбы, ведь приходил сюда ссориться и выяснять отношения. Но давящий на ткань школьных брюк стояк не терпит отлагательств, и Чонгук быстро расстёгивает пуговицу и молнии, лукаво улыбаясь под нос. Радует то, что тут нет ни раковин, ни зеркала, упирающегося в лоб, ни мерзко-холодного мрамора. Есть кровать, которая, Чонгук очень надеется, мягкая и тёплая.
Тэхён замечает то, с каким ожиданием Чонгук смотрит на его кровать, и толкает оставшегося в одном нижнем белье парня на неё, чтобы нависнуть сверху. Открывшийся вид сверху вниз опухших от поцелуев влажных губ и глаз с расширенными зрачками, что выдают чувства Чонгука из-под приоткрытых век, сносит Тэхёну крышу. Ему так и хочется спросить у школьника о том, в курсе ли он того, какой он хотебельный? Потому что, Тэхён уверен, он ловко пользуется этим колдовством. А Тэхён что, он тот ещё слабак, который ведётся даже на то, как Чонгук кусает нижнюю губу, пошире расставляя по сторонам ноги и чуть толкаясь бёдрами.
— Да блять, Чонгук, — шепчет Тэхён, покрывая его шею и ключицу поцелуями, и хочет просто взять и зарыдать от того, что не может совладать с чувствами, которые смертельной лавиной надвигается к нему без предупредительного сигнала лавинного датчика.
— Я что-то сделал не так? — бормочет Чонгук, настороженно смотря на макушку своего парня, и звучно мычит, когда его сосок больно кусают.
— Да, мать твою. Ты просто есть. Есть в моей жизни, — отвечает Тэхён, не зная, понимает ли Чонгук то, что он хочет передать. Но Чонгук понимает, потому что ощущает это не просто физически через кончики пальцев Тэхёна, которые бродят по его телу, осторожно стягивая с бёдер его трусы, а ментально, ведь был там и до сих пор в этих чувствах, к которым совсем не так легко привыкнуть.
Чонгук хочет ответить ему так же, но может лишь протяжно простонать, потому Тэхён обхватывает ладонью его стояк и нежно проводит по всей длине. Для Тэхёна такой реакции вполне достаточно. Он смачивает пальцы в собственной слюне и, по-хитрому улыбаясь, вводит первый палец в Чонгука, понимая, что отныне его пальцы и анус этого парня — это его любимый тандем. Голый Чонгук с опущенными веками и приоткрытыми губами, извивающийся у него на постели и изгибающийся в спине по мере того, как глубоко заходят его пальцы, — Тэхён должно быть реально сошёл с ума, раз подумывает о том, чтобы сфотографировать его в таком положении и в этот раз точно уж никогда не показывать друзьям, потому что Чонгук принадлежит лишь ему одному.
Благо даже смартфон валяется рядом с подушкой у изголовья кровати, значит, грешно пропускать такой кадр. Не вытаскивая пальцев из теплоты, а наоборот, засовывая средний, ждавший своей очереди, чтобы присоединиться к указательному, Тэхён тянется к телефону и, включив камеру, быстро тыкает по нужной кнопке, направив на Чонгука объектив.
— Ты что делаешь? — шёпотом спрашивает тот, нехотя открывая глаза, когда слышит звук затвора камера. Чонгук видит лишь то, как Тэхён самодовольно хихикает и бросает телефон обратно к подушке, явно не собираясь как-то оправдаться за фото.
— Чтобы было на что потом дрочить, — отвечает он, потому что дикпик Чонгук уже задрочен до дыр, да и Тэхёну хочется иметь эксклюзивное фото, которое не видел никто в школе.
— Для этого ты всегда можешь позвать меня, — произносит Чонгук, заливаясь краской от собственных слов, и чуть сжимается вокруг пальцев Тэхёна, когда тот касается кончиком его простаты.
— Само собой, — кивает Тэхён, подумывая о том, чтобы вообще никогда не выпускать Чонгука из этой комнаты и оставить его у себя навсегда. Родители вряд ли заметят. Ну разве что громкий скулёж его парня по ночам и шлепки потных тел, потому что время зря они терять не будут.
Тэхёну сложно отвлечься от того, как гладко движется его ладонь по члену Чонгука, но его собственный требует к себе внимания, а также чонгукова тепла, поэтому парень вытаскивает свои пальцы, так идеально вписавшиеся в задний проход школьника, и тянется к прикроватной тумбочке.
— Ты же никому не покажешь то фото? — тихо спрашивает Чонгук, следя за тем, как Тэхён достаёт из выдвижного ящика презерватив, и хочет незаметно посмотреть, сколько у него там пакетиков, чтобы приблизительно угадать, как часто он занимается сексом на этой кровати. Он понимает, что Тэхён перетрахал полшколы, в числе которых его собственная сестра, поэтому глупо сейчас ревновать его. Но неопытность Чонгука делают его робким и неуверенным перед таким парнем, как Тэхён.
— Не волнуйся. Это лишь для личной коллекции, — уверяет тот и заботливо целует в губы, надеясь этим запечатать своё обещание. — Если хочешь, можешь сфотографировать меня для…
— Нет, ты что. Вдруг Суён копаться будет в моём телефоне, — тараторит Чонгук, любуясь тем, как Тэхён снимает своё нижнее бельё.
— Скажешь, что я тебе насильно отправил, — усмехается Тэхён, представляя себе ярость девушки, если это реально случится.
— Дело не в этом. Я… ревновать буду, — чуть ли писком отвечает Чонгук, опустив стыдливый взгляд вниз, и просто решает молча смотреть на то, как Тэхён надевает на член резинку.
Чонгук слышит, как громко хохочет Тэхён, и поднимает голову, чтобы показать ему, что его обижает то, как над ним глумится парень.
— Перестань быть таким милым, твою мать, — произносит Тэхён сквозь смех и, обнимая за шею, валит на кровать. Он нависает сверху, держась одной ладонь за постель, жадно хаотично целует Чонгука, словно пытается съесть сладкий кекс, и, придерживая другой рукой член, медленно вводит головку ему между ягодиц.
— Не перестану, — хихикает Чонгук и быстро затыкается, выгибаясь в спине и упираясь макушкой в кровать, когда Тэхён скользит в него.
— Мелкий чёрт, — шепчет Тэхён, довольно улыбаясь на открывшийся вид соблазнительной шеи, которую внутренние демоны так и тянут покрыть очередными засосами так, чтобы все видели, что этот парень заклеймован. В этот раз он вновь идёт на поводу своих тараканов и толкаясь глубже тянется лицом к манящей к себе коже, кусая и посасывая шею Чонгука, который еле держится, чтобы держать громкость своего голоса под контролем.
Тэхён обхватывает ладонью его шею, сжимая пальцы на затылке, и усиливается в своих фрикциях, в этот раз не желая долго щадить Чонгука. Тот совсем не против быстрых толчков и болезненной хватки, и лишь покрывается мурашками от того, как Тэхён шумно вдыхает ртом воздух, еле держась на одной руке. Член Чонгука трётся об живот Тэхёна, заставляя его быстрее достигать нужной кондиции, но он держится, так как хочет в этот раз показаться перед глазами своего парня большим выносливым мальчиком.
Тэхён же в этот раз не может долго терпеть, потому что это на самом деле пиздец как сложно не кончать каждую секунду нахождения в обществе Чон Чонгука. Нет, этот парень определённо обладает какими-то суперспособностями, о которых ещё сам, наверно, не курсе. Тэхён начинает думать о том, может Чонгук попал под какой-то туман, который изменил его биологию и вот он теперь полностью лишает Тэхёна способности здраво мыслить, в чём он и раньше не делал выдающихся успехов.
— Давай, малыш, кончим вместе, — говорит он шёпотом в губы Чонгуку, у которого совсем не получается скрыть радостной улыбки от этого предложения.
Он, конечно, не спец в отношениях, эти у него всё ещё первые, но почему-то считает, что это дико романтично. Положительно кивнув, он тянет ладонь к своему члену и смотрит Тэхёну в глаза, желая видеть его оргазм, который не хотел бы фотографировать ради того, чтобы потом им любоваться. Потому что он искренне надеется на то, что будет часто видеть своего принца в моменты эйфории.
— Тэхён, сейчас, — шепчет Чонгук, проводя по своему члену несколько раз, и кончает с протяжным стоном, стараясь не моргать, чтобы не пропустить ни секунды того, как от блаженства закатываются глаза Тэхёна, не понижающего скорости своих фрикции.
Тэхён уже не может больше держаться на ладони и, выпуская из хватки пальцев шею Чонгука, опускается на оба локтя. Он шумно мычит ему в лицо, любуясь тем, как искажается выражение лица младшего, который совсем не волнуется о том, что его могут слышать соседи за стеной. Похуй на них, пусть наслаждаются прекрасной музыкой, потому что голос Чонгука явно подарок с небес, данный Тэхёну незаслуженно, но от которого он никогда не откажется, потому что не идиот.
— Мм… малыш, — устало бормочет ему в губы Тэхён, постепенно останавливая свои толчки в измученное тело Чонгука, и тягуче целует его, перемещая поцелуи по другим участкам вспотевшего лица. Солоноватый вкус щёк резко напоминает ему о том, что он же вроде заказывал жареную курочку, и смеётся под нос мысли о том, что секс с Чонгуком намного лучше курочки. — Ты не голодный? — интересуется он, ложась рядом с парнем, и принимает на себе короткие поцелуи Чонгука, которому совсем не хочет двигаться, чтобы не потерять послевкусие полученного оргазма. «Вот бы каждый день был таким», — думает он, начиная понимать, почему Тэхён так любит секс.
— Немного, — кивает он, лениво улыбаясь Тэхёну, который резко вскакивает на ноги, и надевает нижнее бельё. — Ты куда? — спрашивает Чонгук настороженно, пытаясь в мыслях объяснить себе, что его принц никуда не уйдёт от него, как минимум, потому что, они сейчас в его комнате.
— Я ж заказал курицу, покушаешь, — пожимает плечами в ответ Тэхён и, замечая то, как застывает Чонгук, приподнявшийся на локтях, нагибается к нему лицом, чтобы в очередной раз поцеловать. — Сложно, — шепчет он ему в губы, хмыкая, — очень сложно тобою насытиться.
Чонгук ничего не отвечает, потому что продолжает улыбаться как идиот, даже когда Тэхён, надев пижамные штаны, выходит из комнаты. Он не хочет торопить события, но ему же не померещилась забота со стороны Тэхёна? Это заставляет что-то очень мощное ёкнуть в сердце. Психологи сказали бы, что у Чонгука просто какой-то синдром малолетки, который привык к тому, чтобы о нём всегда заботились и кормили, но Чонгуку плевать на то, что там говорят эксперты. Ощущает он себя в полном порядке. Даже больше чем в порядке.
— Курьер повесил пакет на ручке входной двери, — говорит Тэхён, возвращаясь в комнату, и недовольно хмурится, увидев то, что Чонгук, надев трусы, хочет надеть школьные брюки. — Ты что делаешь?
— Одеваюсь? — неуверенно отвечает Чонгук, застыв одной ногой в штанине.
— Раздевайся немедленно. Ты в этой кровати ещё надолго, — усмехается старший и слишком устрашающе кривит уголками губ в лукавой ухмылке, отчего Чонгук умудряется покрыться гусиной кожей в достаточно тёплой комнате. Он послушно стаскивает с себя брюки и, смущённо улыбаясь, садится обратно на мягкую кровать.
— Чимин, — говорит Чонгук, когда Тэхён кладёт в центр постели коробку с курицей и с аппетитом смотрит не на еду, а на своего парня. — Чимин дал мне твой адрес. Можешь его потом поблагодарить за это, — смеётся школьник, стараясь спрятать глаза от взгляда вновь возбудившегося Тэхёна.
— Обязательно, — кивает тот, наконец, берясь за ножку курицу, с которой хочет расправиться как можно быстро, чтобы заняться с Чонгуком более приятными вещами. Немного откусив от курицы и быстро прожевав мясо, он следит за тем, чтобы тот так же немного поел, и бросает недоеденную ножку обратно в коробку. — Сначала просто накажу тебя за то, что ты умудрился ещё и с Чимином сдружиться, — бормочет он и надвигается на Чонгука с особой вальяжностью хищного зверя, готового растерзать свою жертву.
— Я честно неспециально, — оправдывается Чонгук, заикаясь, но всё равно широко улыбается, надеясь, что Тэхён вполне серьёзен в своей угрозе. Курица теряется где-то среди подушек и одеяла, потому что Тэхён вновь примыкает губами к истерзанной им же шее, и ясно даёт знать, что Чонгук ещё чуток поголодает сегодня.
— Ага, неспециально он, — бормочет Тэхён и засовывает ладонь за резинку чужого нижнего белья. — Скажи же, ты знал, что сведёшь меня с ума тем дикпиком? Это был твой давно продуманный план, да?
— Поверь мне, если б я умел планировать, то мы бы этим начали заниматься ещё месяц назад, — улыбается ему в губы Чонгук, медленно проводя кончиками пальцем по голому торсу, чтобы задержать их в области лобковых волос Тэхёна.
— Так вот когда появилась первая запись обо мне в твоём дневнике, — отвечает с усмешкой Тэхён, пытаясь найти у себя в чертогах разума пометку о том, что его никогда не тянуло к таким милым и неопытным мальчикам. Особенно к мальчикам. Но вот он, лежит на Чон Чонгуке из средних классов, целует его везде, где только может, не желая пропускать ни сантиметра, потому что хочет обладать им полностью. Быть не просто записью в личном дневнике или тем, кому можно отправить дикпик для прикола, а стать если не целым миром, так хотя дополнением к нему. — У тебя же завтра матч, да?
— Я бы спросил, придёшь ли ты поболеть за меня, но у тебя же нет выбора, — хихикает Чонгук, показывая Тэхёну свои невидимые рожки, и тем самым в очередной раз путает мысли своему парню, который умудряется обожать в нем даже злорадство.
— Да, буду убирать мусор после твоих фанаток, — мрачно бурчит тот, не скрывая своего недовольства на последнем слове.
Тэхён не сомневается в том, что у Чонгука после фото его стояка появилось немало поклонниц. Одна Асоль чего стоит. А когда те увидят его охуенные бёдра в футбольных шортах, то пиши пропало. Тэхён-то хорошо знает, как девчонки из их школы будут реагировать на этого растущего красавчика, он буквально был на его месте.
— Самое главное, что я навсегда твой самый главный фанат, — произносит Чонгук и смотрит в глаза Тэхёну с особой нежностью, отчего у парня захватывает дыхание, потому что так вряд ли смотрят на кусок мяса или грушу для секса. Тэхён, наконец, увидел это. Его бывшие партнёрши никогда так не смотрели на него.
Они умудряются провести весь день, практически не вылезая из постели, и изредка отвлекаются на игру в приставку и еду, да и то, чтобы подзарядиться для более приятных занятий. Чонгук видит, что Суён звонила ему раз сто, если не двести, а Тэхён успешно игнорит сообщения друзей, которые грозятся прийти к нему домой, потому что знают, что Чонгук направлялся к нему, но так и не вернулся. Он подмечает про себя, что его друзья-ебалаи больше волнуются за школьника, у которого завтра важный день, чем о том, что их лучший друг вообще-то как бы болен, но ничуть не обижается на это. Потому что он знает, что они в курсе его халтуры, а ещё потому, что ему приятно, когда его близким людям нравится то, от чего он без ума. В данном случае, от Чонгука. Осталось просто перестать его ревновать, ведь Чонгук пытается убедить его в том, что он вообще-то пошёл в отца — то бишь однолюб.
