Волейбольные шалости

У Ойкавы всегда было много поклонниц. Ещё бы. Это ведь капитан волейбольной команды старшей Аобаджосай, спортивный и невероятно привлекательный юноша. Девчонки ведутся на его смазливую внешность и таят от кокетства мальчишки, а сам Тоору лишь рад такому обильному количеству внимания. Вэй вечно закатывает глаза, видя довольную рожу волейболиста. Её раздражает этот самодовольный нахал, ведущий себя, как павлин на выставке. Самого Ойкаву выводит из себя тот факт, что среди не то что старшеклассниц, а в его собственном классе есть девчонка, не проявляющая должного восхищения. Если честно, ему это особо и не нужно, но всё же заставляет капитана задуматься, что его тренировок и усердия не достаёт, раз одна из самых красивых и умных девчонок в школе его не признаёт. На прошедшем уроке физкультуры спортсмен, как обычно, был на высоте. Визги девчонок не прекращались, пока парень бегал с одноклассниками, играя в баскетбол. В глазах самого шатена было очень эффектным то, как он перехватил летевший в Вэй тяжёлый баскетбольный мяч. – Не переживай, Уме-чан. У меня хорошая реакция, и я всегда успею тебя прикрыть, – подмигнул он, обольстительно улыбнувшись в надежде на капельку заинтересованности. – Ойкава, – снисходительно выдохнула та, – если бы ты не выпендривался перед девчонками, то не пропустил бы мяч, полетевший в меня, – закатив глаза, Умеко поправила очки на переносице и направилась к выходу из спортивного зала. Да, вновь волейболист пытался завоевать внимание заносчивой одноклассницы, но и тут она смогла выставить его дураком. Связующий злится. Злится на Вэй, упорно не воспринимающую его по достоинству. Злится на себя за то, что вообще зацикливается на одобрении какой-то заучки. Злится на себя за то, что не заметил, как в попытках обратить на себя внимание Умеко, потихоньку в неё влюбился. В такую своенравную, но понимающую девушку; умную, но не загнанную серую мышку. Красивую, активную и самодостаточную. В девушку, что не нуждается в нём. Задержавшийся дольше всех после окончания урока и погружённый в свои раздумья Ойкава не слышит звук открывающейся двери женской раздевалки, когда проходит мимо. Он спохватывается, только когда в него ударяется нечто небольшое и отскакивает подобно мячику. Скрип резиновой подошвы кед о скользкий кафель проходится эхом по пустому коридору. Один миг, одно неловкое столкновение, и девчонка, едва вскрикивая, валится на пол. Сквозь сумбур падения слышится стук слетевших очков. На задворках мыслей пострадавшей мелькает осознание, что парнишка подскакивает, дабы уберечь её от падения, но по пути она в рефлекторной попытке спастись цепляется за Тоору и роняет следом за собой. Точнее на себя. Благо Ойкава – довольно хрупкой комплекции и особо ловкий. Потому он успевает выставить одну руку вперёд, а второй придержать затылок девушки. Медленно раскрывая зажмуренные глаза, она сталкивается с едва стеснённым, но всё таким же развесёлым взглядом капитана, успевшего натянуть привычную нахальную маску на своё лицо даже несмотря на саднящие после удара колени. В его золотисто-карих глазах плещется задор вперемешку с заинтересованностью. – О, Уме-чан, это ты. Испугалась? – ёрничает он, вздергивая бровь. – Ещё чего?! – в смущении вскрикивает она, пытаясь спихнуть с себя сеттера. – Слезь с меня, Дуракава! – ох уж это любимое прозвище Умеко для Ойкавы, которое она однажды услышала от Иваидзуми. Она обожает выводить из себя капитана этим словечком. – Господи, почему именно он?! – Да ладно тебе! Падение вышло совсем как в этих... как его... – и не думая даже приподняться, чуть хмурится волейболист, пытаясь вспомнить название тех самых фильмов со слащавыми актёрами, по которым сходили девчонки с ума. – Радомы! – Чё…? – замирает в непонятках Вэй, пытаясь сообразить о чём речь. – Э-э, ну, я имею в виду те корейские сериалы про любовь. – Дорамы…? – неуверенно предполагает старшеклассница. – А-а-а, да, да, – хихикает Тоору. – А ты что, тоже их смотришь? Не думал, что такой, как ты, интересны сопливые фильмы о любви. Ты – бесчувственная скала, в душе мечтающая о сладкой любви, да? – заливается ехидным смехом шатен, довольно наблюдая за стремительно алеющим лицом девчонки под собой. – Если ты с меня сейчас же не слезешь... – цедит та сквозь зубы, краснея не то от злобы, не то от смущения. – То что? – ухмыляется волейболист, склоняя голову вбок. – То я тебе... – Умеко честно пытается сообразить нечто умное и абсолютно устрашающее, но нависший над ней парень сбивает с толку все мысли. Девушка старается не брать во внимание то, что красивый кареглазый волейболист прижимает её к полу опустевшего школьного холла, но тело самопроизвольно реагирует на его нежную кожу, источающую адский жар. Это он после игры разогрелся или всегда такой? Хотелось бы проверить... Так... нужно взять себя в руки. – А? Ну же, Уме-чан, – понижает голос Тоору, склоняясь к ней, – удиви меня. Вэй не показалось? Он действительно задержал взгляд на её губах? Машинально фокусируясь на мальчишеских губах, растянутых в хитрой улыбке, отличница не замечает, как облизывает свои собственные, но, естественно, это не остаётся незамеченным сеттером. – Нечего придумать, да? – хихикает он, не разрывая зрительного контакта с девушкой и сокращая расстояние меж их лицами ещё сильнее. – А вот мне пришла в голову гениальная идея, Уме-чан, – кончик его острого носа щекочет девичью щёку, когда Тоору почти касается своими губами её. – Мы могли бы поцеловаться совсем как в дораме. Вэй словно забывает, как дышать. Не ослышалась же она? Или это её взбудораженный мозг галлюцинирует, воспроизводя звуковой обман? Вряд ли. Девушка действительно чувствует некую эйфорию от ощущения подкаченного горячего тела капитана над собой. Его запах – смесь мятного шампуня, лёгкого парфюма и собственного запаха парня – дурманит, побуждая сделать глубокий вдох им. Да, Ойкавой хочется дышать, забивая свои лёгкие под отказ. Лукавый взгляд медовых глаз гипнотизирует, бесстыдно приковывая отличницу к себе. Зрительный контакт не разрывается вплоть до того, как связующий касается своими тёплыми губами девичьих. Мягко и нежно. Игриво щекоча. Он дарит едва ощутимый по-детски невинный поцелуй, а после отстраняется, довольно наблюдая за тем, как Умеко, осознавая произошедшее, хлопает расширенными от удивления глазами. Нет истерики. Она не ругается и не пытается сбежать. Это явный прогресс. И абсолютно точно нельзя упускать такую возможность. Потому Тоору вновь легко чмокает её губы, а после ещё раз. Отсутствие реакции обычно своенравной девчонки заставляет парня заволноваться. – Я настолько сбил тебя с толку? – удручённо интересуется он, уже рассчитывая услышать очередное замечание от одноклассницы или что похуже. – Ага, – приходя в себя, медленно начинает Умеко. – В шоке, что ты в курсе, как в дорамах целуются. Тоже втихаря смотришь? – Чё…? – только и срывается с его подрагивающих от волнения губ. Не этого ожидал сеттер. Вид сконфуженного капитана забавляет. Усмехаясь, девушка окончательно приходит в себя. – Дуракава, ты мой первый поцелуй украл, – выдыхает она с шутливым недоумением. Её ладошки мягко обхватывают щёки шатена и притягивают ближе к себе. – Ты меня знаешь. Я это так просто не оставлю, – заключает Вэй, неуклюже даря остолбеневшему, совсем как она сама минуту назад, Ойкаве ответный поцелуй.