Глаза в небесных линзах.

      Он любил середину лета, особенно когда стояло тепло. Не за плюс тридцать градусов, чуть ниже. Любил, когда на небе не было ничего, кроме ослепляюще-жёлтого солнца, что так приятно грело кожу. В такие дни он любил гулять один по малоизвестным паркам, будь то дождь или жара, ибо было всё равно. Когда шёл дождь, он смеялся, радостно прыгая по лужам, не боясь заболеть. А болел он редко. Когда солнце припекало особенно сильно, он брал свой старенький велосипед и ехал за город, на озеро. Любил купаться там, вода всегда была прохладной, и он обожал находиться там один, наблюдая за бабочками и собирая ромашки.       Но сейчас как-то не особо хотелось окунуться в воды того самого озера, хотя жара стояла именно такая, что каждый должен мечтать освежиться. А всё из-за грëбаного Чхве Ëнджуна, который вëл его к тому самому озеру, напевая какую-то песню. Нет, он был не против его компании, но осознание того, что они будут плавать вместе... несколько смущающее. К тому же перед этим они поели, а Бомгю после приёма пищи обычно либо просто лежит пару часов, либо спит. Чаще второе.       Идти по полю, где трава доросла до колен, не очень приятное занятие. Но другой дороги нет. Они шли и не говорили ни слова, лишь тихое пение Ëнджуна разбавляло тишину. Его тихий голос завораживал Бомгю. И как в этом человеке умещается красота, доброта, отзывчивость, теперь ещë и этот до тошноты прекрасный голос? Вот уже начали виднеться небольшие деревья, которые как бы ограждали озеро.       — Вот мы и почти пришли, — радостно объявил Джун. — Что ж, самое время сыграть, да, Гю-я? Кто прибежит последним, покупает двойную порцию мороженого победителю, — не дав младшему даже обработать сказанное, Чхве старший начал бежать, смеясь во всë горло.       Только спустя пару секунд до Бомгю дошло, что он уже в проигрышном положении. Сняв на бегу рюкзак с плеч и взяв его в руки, он побежал так быстро, как только умел. Ëнджун был дальше него, но Гю не собирался уступать. Ещë сильнее разогнавшись, он смог почти догнать старшего, притормозив того за левое плечо.       — Ты играешь грязно.       — Между прочим, ты тоже.       И так они бежали до самого небольшого пляжа, постоянно меняясь местами. Всë же Бомгю удалось одержать победу.       — Сам придумал — сам проиграл. Надо же, какая ирония! — смеясь и пытаясь отдышаться, начал младший из Чхве. — Так, я люблю арбузное и какое-нибудь эскимо. О, ещë люблю фруктовый лëд. Джуни, купишь мне три порции? — Бомгю посмотрел на Ëна так, что тот не мог отказать. По крайней мере, сейчас.       — Я подумаю, а сейчас давай в воду. Мне безумно жарко.       Ëнджун поднял рюкзак с травы, чтобы сложить туда одежду. Спустившись с небольшого обрыва вниз, он кинул его на песок, совершенно не заботясь о том, что Бомгю это может не понравиться. Если что, то он купит новый. Старший начал постепенно избавляться от одежды, начиная с футболки.       Гю решил сначала немного перевести дыхание, присев на тот же небольшой обрыв. Да, одежду он замарает, но стирка — это же не большая проблема, так? Взгляд Бомгю был направлен вначале на окрестности, до боли знакомые ему. Он частенько рисовал эти пейзажи, когда не мог заснуть. Постепенно смотреть стало не на что, и глаза сами буквально уставились на старшего. Точнее на его спину. На спину, испытавшую множество тренировок, и точно такие же руки. Бомгю нервно сглотнул. Пусть он и видит Ëнджуна лишь один день, это не отменяет того, что он полюбил его спустя два месяца их общения. А когда он видит его внешность и почти обнажённое тело, и всë это за каких-то пару часов, он сходит с ума. Он буквально прожигает Джуна насквозь своим неморгающим взглядом. Кажется, он забывает, как дышать. Но это перестаёт его волновать, как только старший разворачивается. Глаза вначале задерживаются на лице, затем спускаются ниже, лицезрея весьма неплохой пресс. Что ж, Бомгю долго не сможет заснуть, пока не нарисует этого идиота в полный рост обнажëнным до пояса.       — Хэй, Боми, ты чего так пялишься? Я тебя вообще-то жду, — Джуни нервно усмехнулся. — Ты это, давай там, тоже раздевайся.       Повисла неловкая пауза, во время которой они смотрели друг на друга, находясь на расстоянии метра.       — Ох боже, это прозвучало несколько...       — Джуни, да понял я, не нужно передо мной отчитываться. Иди пока первый, я скоро буду.       И Ëнджун пошёл первым, сразу скрываясь под водой.       Бомгю медлил. Боялся. Хотя, в самом деле, чего он боится? Такого же парня, как и он? В общем и целом да, но младший всё же поторопился избавиться от одежды, заходя в воду вслед за Джуном. Вода была прохладной, но именно такая температура была нужна им обоим. Джун уже давно вынырнул, уплывая вдаль. Бомгю же медленно заходил, постепенно привыкая. Он бы прыгнул, как Ëнджун, да моментально замёрз бы, сразу прячась в тёплое худи старшего.       — Ты чего застыл там? Давай заныривай уже, — кричит издалека Джун. Бомгю не может себя пересилить, всё так же медленно погружаясь. Он всё равно уже по пояс в воде, куда торопиться? Вновь смотря на окружающие пейзажи, он обхватывает свои плечи руками. Холодно. Вглядываясь вдаль, он совсем не замечает Ëнджуна, который подплывает к нему.       — Попался, мелкий, — смеясь, говорит он, закидывая Бомгю к себе на плечо.       Гю бьёт его по спине, прося отпустить. Старший лишь посмеивается, поспешно заходя в воду. Джун опрокидывает Бомгю, начиная в шутку топить его. Оба смеются, забывая обо всём.

***

      — И всё же я выиграл, — говорит Ëнджун, вытирая мокрые волосы.       — Закройся уже, будь добр, — Бомгю не нравится быть проигравшим. Зато три порции мороженого принадлежат ему.       — Так, моё желание, да? Хмм, — Джун наигранно потирает подбородок, — ты останешься у меня на ночь.       — Но я бы и так...       — Значит, на две ночи.       Бомгю лишь улыбается ему, легко кивая. Они пробыли здесь около трёх часов, что прошли как пара десятков минут. Сейчас они собирают вещи, приводя себя в порядок, дабы наконец-то прийти в дом и отдохнуть. Гю безумно устал. Он, безусловно, любит подолгу купаться, но это слишком выматывает.       Солнце начинает заходить за горизонт, окрашивая небо в розово-оранжевый цвет. Бомгю думает, что глаза старшего при таком свете особенно красивы. Его настоящие глаза, а не линзы.       — Ты помнишь про ромашки?       Бомгю кивает, закидывая грязный рюкзак на плечо. Его не особо волнует, что одежда вновь запачкалась.       — Я всё ещё хочу собрать их для тебя, пойдём.       Гю смотрит на него, улыбаясь как последний идиот. Влюблённый идиот.

***

      — Вот, здесь ей самое место, — Джун кладёт ромашку в волосы Бомгю. И ему безумно идёт. Младший мило краснеет. Он сам милый.       Ëн также собрал для него неряшливый букет, но Гю крепко держит тот в руке, боясь потерять хоть один лепесток.       — Пойдём уже, я безумно хочу есть, — ноет младший. Но он действительно устал, ноги неимоверно болят, сил почти нет. — Отнесëшь меня?       — Чего? У тебя так-то есть свои ноги.       — Ну Джуни-и-и.       — Я согласен только на полпути.       — Идёт!       Старший приседает, дабы Бомгю залез на его спину. Подхватывает под ноги и направляется в сторону дома.       Обещание он своё не выполнил, донеся младшего до их кровати, поскольку тот заснул в первые три минуты. Ëнджун обнимает его, засыпая с надеждой, что это не очередной сон.