Глаза в небесных линзах.

      Он проснулся из-за холода. Сонно поводя рукой рядом, он не нашёл никого и всё же сел на кровати, рассматривая комнату. Сейчас он всё так же в своём доме. Так же один.       — Чёртовы сны... — говорит, пока спускается на кухню, чтобы попить воды.       В доме как-то странно и приятно пахнет. Кажется, запах исходит из кухни. Когда он заходит, то улыбка тут же появляется на его лице.       Бомгю здесь, и всё это не было сном.       Недолго думая, Ëнджун тихо подходит сзади, обвивая руки вокруг талии парня и кладя голову ему на плечо. Младший же готовил завтрак.       — Я думал, что ты опять был моим сном, идиот, — тихо бубнит старший.       — Так ты желаешь доброго утра? — младший мягко усмехается, не отрываясь от готовки.       — Что готовишь?       — Простую яичницу. Я уже закончил, — Бомгю выключает плиту, отставляя сковороду с готовым завтраком.       Гю разворачивается в руках старшего, стоя к нему лицом. Теперь руки Ëнджуна находятся по бокам от младшего. Кажется, его уши горят от смущения. Хорошо, что волосы прикрывают их. Слишком близко.       Они просто стоят и молча разглядывают друг друга.       Глаза Джуна без линз выглядят в разы лучше. Потому что это его настоящие глаза.       Бомгю думает, что влюбляется только сильнее. Ëнджун думает, что Бомгю слишком сильно себя выдаёт.       Джун не думает, что было бы чем-то странным настолько быстро рассказать всё, что он думает насчёт Бомгю. Сейчас момент казался слишком правильным. Ну, кто не рискует, тот не пьёт, верно?       — Бомгю-я, не хочешь мне ничего рассказать?       — Ты... Ты о чëм? — Гю пялится на старшего с раскрытыми от удивления глазами.       О чëм? Он бы хотел сейчас всё рассказать, но страх сильнее. А если не поймёт? Если он вообще выгонит его? А если...       Миллионы сраных «если» крутятся в голове, пока Ëнджун пристально смотрит в глаза. Хочется отвернуться и не смотреть. Хочется выйти из клетки этих рук. Но Бомгю так нравится этот момент, что он просто не может.       Хочется прикоснуться. Безумно. Но он боится. Кажется, желание сильнее страха, ведь он начинает поднимать слегка дрожащую руку, но сразу же останавливает себя. Нельзя. Не сейчас.       — Ну, как насчёт того, чтобы выложить то, что ты думаешь? — старший заправляет прядку волос младшего за ухо. Неважно, что как таковой прядки и нет. Это никого не волнует.       Младший же слегка вздрагивает от этого прикосновения. Руки старшего такие тёплые, такие родные.       — Я всё равно не понимаю, о чём ты, — Бомгю облизывает губы, смотря на чужие.       Блять. Сейчас он совершил ошибку. Или сделал себе подарок.       Ëнджун на это лишь улыбается, но решает отложить момент, дразня младшего.       — Ну, раз не расскажешь, то пускай, — он наклоняется слишком близко, будто желая поцеловать, но в итоге открывает шкафчик позади, доставая тарелку. — Пора завтракать, правда?       Бомгю хочется провалиться под землю от смущения.

***

      Вечер они проводят за просмотром фильма на диване в компании с чипсами и пивом. Классика, что тут говорить.       Бомгю лежит на груди старшего спиной, пока тот не то лежит, не то сидит, опираясь спиной на подлокотник. Гю было слишком удобно и хорошо в таком положении. Особенно, когда Ëнджун крепко обнимал его.       — Не хочешь на звёзды посмотреть? — вдруг нарушает тишину Джун. — Там тепло, да и... красиво сейчас.       Бомгю немного думает над вопросом. Для вида, конечно, сам он готов идти куда угодно с Ëном.       — Ну, думаю, мы можем сходить. На задний двор, верно?       Ëнджун кивает, когда аккуратно садит Бомгю, уходя за пледами и толстовками. На всякий случай.       Младший думает, что это слишком похоже на свидание.

***

      Ëнджун лежит на пледе, скрестив ноги и смотря на небо. Оно безумно красиво и усыпано миллионами маленьких звёзд.       Обычно, когда смотришь на такое, забываешь про реальность. Время замирает, оставляя небосклон и вас наедине. Проблемы будто исчезают, а в голову лезут мысли про мультивселенные и другие реальности. Ну или просто фильмы марвел так влияют.       — Ëнджун, а если бы сейчас упала звезда, то чтобы ты загадал? — спрашивает Бомгю, поворачивая голову на Ëна.       Старший не поворачивается, и Бом безумно благодарен ему за это. В ночном небе его лицо особенно красивое. Да оно всегда такое, как он думает.       Ëнджун же задумывается ненадолго, после всё же отвечая:       — Я бы загадал во всех следующих жизнях, если таковые существуют, встречать тебя. Я просто... теперь не представляю без тебя свою жизнь.       Кажется, сердце Гю сейчас не выдержит. Оно бьëтся так быстро, а желание поцеловать Ëнджуна, не зависимо от того, что он сделает, растёт в геометрической прогрессии.       — А что насчёт тебя? Что бы ты загадал? — в этот раз Джун поворачивает голову, смотря в чужие глаза с любопытством.       Бомгю даже не думает над ответом, а говорит то, что первое придёт в голову: — Я бы пожелал никогда не переставать любить тебя.       Повисает неловкое молчание. Бомгю понимает, что только что сказал, и отворачивается, прикрывая лицо руками. Блять, он буквально признался ему сейчас. И что делать? Как быть? Убежать в дом? А потом что? Как ему до своей квартиры добираться? Пойдёт пешком — точно умрёт там. В лес? Ещё опаснее. Остаётся только сгорать от стыда здесь, на этом чёртовом синем пледе с Ëнджуном, который не говорит ни слова. Может, он вообще уже ушёл в дом?       Ëнджун же тоже смутился от слов Гю. Он признался ему сейчас? Прямо здесь? В эту секунду? Может, он что-то путает, но почему у младшего такая реакция? И вот что ему делать? Поцеловать его? Обнять? Сказать, мол, ты мне тоже нравишься, и я тебя люблю? Надо какой-то другой подход... Хотя какой другой, он чертов идиот, раз молчит сейчас. Бомгю же сейчас, наверное, неимоверно стыдно!       — Эй, Гю-я, повернись ко мне, — ласково говорит Ëнджун, касаясь чужого плеча, — ну пожалуйста.       И Бомгю поворачивается. Через силу смотрит в глаза старшему, не отводя взгляда. Что он сейчас чувствует? Да чёрт его знает, всё и сразу. Облегчение, потому что вроде как признался. Страх, потому что неизвестно, что сейчас выпалит Джун. Смущение, потому что пиздецки как стыдно. Он похож на подростка в пубертате, ей богу.       Когда Ëнджун садится, заставляя младшего сделать то же самое, то аккуратно касается его щеки, просто глядя в глаза. Так... любовно. Бомгю думает, что сейчас самое время. В любом случае, он придумает себе оправдание.       Гю наклоняется к чужому лицу и, не задумываясь, нежно накрывает чужие губы своими. Вот так просто, под ночным небом, на заднем дворе у старшего, он целует его. Старается передать всё, что чувствует. Аккуратно касается чужого плеча, чуть сжимая.       Ëнджун вначале замирает от удивления, но после так же нежно и сладко отвечает. Губы Бомгю сладкие, с привкусом персика. Джун скоро с ума сойдет от этих персиков.       Когда старший кладёт руки на талию Бомгю, направляя его на свои колени, то Гю слушается, поудобнее устраиваясь. Ëнджун же крепко обнимает его, притягивая ближе. Бомгю наконец отстраняется, смущённо глядя в чужие глаза.       — Так ты согласен стать моим парнем?       — Я постараюсь стать лучшим для тебя.       Ëнджун касается своим носом чужого, слегка потирая и усмехаясь. Бомгю же тает от этой нежности, вновь утягивая Джуна в сладкий поцелуй, зарываясь в его чёрные и пушистые волосы.

***

      Они не слишком долго находились снаружи, через час возвращаясь обратно в дом. Бомгю постоянно лез целоваться, на что Ëнджун иногда отказывал, даря только небольшой поцелуй в щеку. Младший и дулся на это, и умилялся. Джун оказался очень нежным и заботливым. Ему точно с ним повезло.       Так и пройдёт их лето, в этом доме, с бесконечными объятиями и поцелуями. С походами на речку и ночными посиделками под звёздами. С венками из ромашек и сладкого мороженого, съеденного на двоих.       Они проведут это лето вместе, пока Бомгю не решит бросить учёбу, оставаясь в этом доме навсегда. Плевать на родителей, плевать на всё, когда у него есть свой любимый парень.       А Ëнджун вначале противился, но всё же смирился с этим, взяв роль, так сказать, кормильца на себя.       Их история любви только начинается, но и не собирается заканчиваться, желая довести своё дело до самого конца. Разумеется, счастливого.