Горизонт

Тем временем, пока Нагиса и Рей шагали в кромешной тьме в лабиринтах под замком, базар на главной площади Иватоби уже начал сворачиваться, как полагается, с шумом, криком, и вознёй. Приезжие купцы собирали остатки товаров, нагружая своих равнодушных верблюдов, а ежедневные, те, которым до самой старости придётся находиться на своём привычном месте, лениво отгоняли мух с несвежего товара. У них ещё оставалась надежда, что хоть кто-нибудь ЭТО купит. Соседи по лавке семьи Тачибаны, прикрывая навесы, могли ощущать аппетитный запах жареной рыбы, и завистливо облизывались. Хару, стоя у глиняной печи, переворачивал медными щипцами кусочки золотистой рыбы на чугунной подложке. Подложка представляла собой что-то типа небольшого (размером с тарелку) расплющенного блина из чугуна, бывшего «колпаком» для колеса, который сейчас выполнял роль сковородки. Макото сидел чуть подальше, с удовольствием наблюдая за другом в теплой домашней атмосфере. Ведь вскоре ему придётся терпеть с ним долгую разлуку. Вот бы он остался с ним, порой думал парень, но сразу же одёргивал себя от этой глупой мысли. Решение Хару не изменить. Он просто делает то, к чему привык, то что умеет. Но Тачибана не задумывался, нравится ли это ему. Нравится ли Хару целыми днями скитаться вслепую без цели по горячим пескам? Нравится ли терпеть засуху в горле и голод? Макото однажды совершал многодневное путешествие по пустыне, и ему это не понравилось. Резкий перепад температуры от неимоверной жары до пробирающего до костей холода застал парня врасплох и тот на следующий же день подхватил простуду. А ещё Мако не понравились ночи в пустыне… Спать под звёздным небом, конечно, романтично, но на открытой площади, в полном одиночестве под пугающие завывания ветра, нет уж... увольте. Юный торговец и глаз не сомкнул путаясь в согревающих тканях служивших ему одеялом. Даже мысль покинуть город приводила парнишу в ужас. А каково Хару? Он постоянно так скитается, и так же ночует! Один! В тишине! Вероятно, он проводит дни в полном молчании и возможно бывают дни, когда он ни одного слова самому себе не скажет! Бедняга… - О чём задумался? - голос Нанасе вывел Мако из его глубокого размышления. - Да так, ни о чём, - улыбнулся он, принимая из рук друга тарелку с деликатесом. - Скажи, Хару… - начал Макото, едва они принялись за еду. - А ты хоть раз молчал целый день? Тот взглянул на него своим привычным взглядом, пережевывая только что отломленный кусок рыбы. - А почему тебе это так интересно? - Просто в пустыне одиноко и тихо. Я не представляю, как там можно не умереть от скуки! - Там много занятного, - заявил Хару, хотя выражение его лица больше подходило бы к оповещению бедных родственников о смерти сына. - Да ладно?! - удивился Макото, запивая водой очередную порцию рыбы. - Что например? - Скелеты, - моментально ответил брюнет, заставив тем самым друга выплюнуть от неожиданности все выпитое ранее. - СКЕЛЕТЫ!? - до сих пор задыхаясь, выпалил Макото. - Чьи скелеты!? - Животных, - все так же спокойно отвечал Нанасе. Мако облегчённо вздохнул. - Уф… а я то подумал. - Но бывает, я натыкаюсь и на человеческие, - как бы между прочим продолжил тот, откусывая ещё кусок от полусъеденного ужина. Тачибана испуганно обхватил себя руками, едва не свалившись с глиняной скамьи, на которой они сидели. - И-и-и от куда же о-о-они т-там? - заикаясь от ужаса, выдавил он. Прежде чем ответить, Хару дожевал свою порцию, вытер губы салфеткой, аккуратно сложил приборы на тарелке и взглянул на друга потемневшими от тайны глазами. - Лучше тебе не знать… Это окончательно убило бедняжку и тот схватил его за плечи. - А-а-а-а! Хару!!! Хватит меня пугать! Ты же знаешь, как я ненавижу все эти страшные истории! - не контролируя свои силы, Макото грубо потряс Нанасе за плечи. В этот момент, в закрытые деревянные ставни, которые закрывались после рабочего дня, кто-то тихо постучался. От этого Мако подскочил на месте и прижался к спине Хару, поставив того перед собой как щит. - Кто там? - механическим голосом спросил брюнет, ничуть не испугавшись. - Как это вы так быстро закрылись?! Многие торговцы до сих пор мух гоняют, а вы уже ужинать собрались! - раздался тонкий женский голос с улицы. - Всё! Лавочка закрыта, - отказал Харука, заметив что его друг облегчённо вздохнул, как только услышал позднего покупателя. - Да ладно тебе, Хару, - отдышавшись ответил он, принимаясь раскрывать ставни. - Мы можем принять покупателей в любое время, пока присутствуем в магазине. Добро пожал… Го? - Макото и моргнуть не успел как получил крепкий подзатыльник. - Сколько можно повторять… Я не Го , а Ко!- принцесса недовольно бухтела размахивая в воздухе кулачком, тем самым сотрясая на ней золотые украшения. - Понял…- потирая шишку, бормотал торговец. - Ты чего так поздно? Девушка, видимо немного успокоилась и краска с её лица спала. - Решила заглянуть к тебе, пока здесь. Завтра на рассвете уезжать, а мне так хотелось побыть здесь дольше… - грустно сказала принцесса, глубоко вздохнув. - А что? Ты не можешь остаться ещё ненадолго? Ты же принцесса, - расстроился Макото. Он не успел как следует поболтать со старой подругой детства. - Судьба моя отдана собранию старейшин. Я и так уже ослушалась их. Они отпустили меня на переговоры лишь до часу дня, а к вечеру я должна была приехать в Сомедзуку. Но я приеду туда лишь завтра к обеду, - закусила язычок девушка. Макото улыбнулся, хотя сам не понял почему. Он всегда улыбался… - Кстати!- парень наконец понял что хотел спросить у принцессы с самого начала. - Весь город толкует о найденном в краях Сомедзуки оазисе… Это правда? Услышав про оазис, уши Хару дёрнулись как у животного. Тёмноволосого не заметили. На город уже опустились прохладные сумерки, и в помещении было довольно темно. Нанасе пока не стал показываться, лишь ушёл поглубже в тень, и прислушался. Девушка, как ни в чём не бывало, легко подтвердила все слухи про найденный рай пустыни около её города. - Ничего себе! - восторженно хлопнул в ладоши Макото, совсем как ребёнок. - Никогда не видел настоящего оазиса! Возможно как-нибудь, когда буду проездом, загляну. Принцесса гордо задрала носик. Наконец-то её город сможет хоть как-то привлечь к себе внимание. А то все разговоры шли, только о засухе в Иватоби, теперь же все восторгаются вестью о найденном озере на пустынной глади её владений. - Это ещё не самая главная радость, Макото, - решила держать интригу девушка. - Возможно, половина этого оазиса переедет на распоряжение Иватоби! Только услышав эту новость улыбка Мако стала ещё шире, также расширились зрачки незамеченного Хару, то ли от радости, то ли от удивления. «Его мечта…» - навязчивая мысль промелькнула в голове у юного путешественника, - «Если я не смог исполнить его мечту, то пускай хотя бы Го сможет». В груди больно защемило… От чего? От обиды? От зависти? Неужели он ему больше не понадобится? Неужели Хару проиграл самому себе? Предал свои обещания, провалился… До этого момента, смысл его жизни был лишь в том, что бы исполнить его мечту. А теперь? Что теперь? Парень покачнулся, и, в попытке сохранить равновесие, опёрся плечом о глиняную стену магазинчика. Почему-то стало жарко… Хотя он выдерживал нереально высокие температуры пустыни с лёгкостью. - Как чудесно! - вопил Макото. - Рин всегда мечтал об оазисе, и теперь, наконец-то, его детская мечта исполнится! Ко, ты такая замечательная сестра! И тут щечки девушки залила краска. Она смущённо прикусила кончик ногтя на большом пальце. - Ну… вы все так беспокоитесь о моём братике, - её громкий голосок, теперь звучал чуть сдавленно. – Спасибо вам всем! - девушка отвесила поклон Макото, обращаясь в его лице ко всей тройке друзей. - Не стоит благодарности, - торговец поспешил выпрямить девушку, он очень смущался. - Это наша обязанность, беспокоиться друг о друге. Мы же команда! Команда… как давно они не говорили это слово. - Но… Знаешь ли, Макото… - Ко всё таки решила раскрыть глаза не вникшему в ситуацию другу. – Я… не за просто так отдаю эту часть оазиса, - парень приунял свою радость и внимательно взглянул на принцессу. - ЭТО ВСЁ НЕ Я! - поспешила оправдать себя она, размахивая в воздухе ладошками. - Это всё старейшины. Они не позволят мне просто так взять и подарить часть такого драгоценного сокровища, как оазис. Потому я попросила взамен на неё одного из наложников братика. В частности, Нагису. Но брат медлит. Он не хочет мне отдавать его, а другого я не хочу. Потому мне, против своей же воли, пришлось проявить грубость и поставить его перед выбором: либо оазис, либо Нагиса. И потом я ушла к тебе. Но это всё царские нормы! Я клянусь! Так бы я, без всего отдала бы брату подарок, - девушка выпалила уйму информации на одном дыхании, обильно жестикулируя. Когда она закончила речь, дыхание её участилось из-за недостатка воздуха. Хотя бедный мозг торговца понимал одну третью из этого набора слов, он понял что произошло. И заметно приуныл. - А… ясно… - выдохнул он. Хару прислушался. - Постараюсь понять. Просто… просто я не царской крови, я обычный человек, и мне известны лишь те законы, которые соблюдает всё общество. Но… Рин… - парень опустил глаза, вспоминая о друге. В последний раз он видел буроволосого полтора месяца назад. В отличие от Нагисы и Рея, шах редко выходил из замка, да и вообще не выбирался за пределы стен Иватоби. - Он, всегда выглядит таким несчастным. В нём уже не осталось ни капли надежды на то, что его мечта увидеть оазис сбудется. Но и Нагиса наш друг! Он его никогда не отдаст тебе… Что же делать? - замаялся парень, как всегда, решившись свершить добро во благо всех. «Вот оно!» - подумал парень в тени. - Нагиса, говоришь… - он шагнул в тусклый свет от свечи, стоявшей на прилавке Макото. Теперь то, девушка обратила на него внимания. И удивлённо распахнула глаза. - А-а-а-а?! ХАРУ-ЧАН!?