homeless

- готовься, тебя завтра заберут отсюда в твой новый дом, - безэмоционально сказала воспитательница, подойдя к одному из детей в одной из комнат приюта перед сном. - правда? - тут же загорелся Тэхен, вскакивая на постели. Всю сонливость как рукой сняло после такой внезапной мысли. - правда. А сейчас ложись спать, чтобы поскорее наступил завтрашний день Но как после таких новостей вообще можно спать? Омега провел в приюте пять лет, и сейчас, когда ему вот-вот через несколько месяцев должно было исполниться восемнадцать, его решают забрать в новую семью? Вместе с восторгом пронеслись в голове юноши и воспоминания о его родителях, доставляющие ему невозможную боль каждый раз. Те спасли своего сына с тонущего парома ценой собственной жизни, не успели выбраться, не смогли получить помощь. Зато мальчик сидел в спасательной лодке, завернутый в покрывало, со слезами на глазах смотрел, как уходит под воду большое металлическое судно, как уходят вниз десятки людей вместе с его родителями, и совершенно ничего не мог сделать, чтобы как-нибудь помочь им. Такое происшествие не могло не оставить отпечаток на состоянии ещё совсем юного Тэхена, который после всего случившегося остался без семьи и без дома, попал в приют. Долго снился ему ещё этот тонущий паром, крики людей, лица его родителей. Долго он изображал на своих рисунках те перенесенные ужасы и отражение собственных травм. Работающий в его новом «доме» психолог ничем не помогал, лишь вороша травму снова и снова. Из-за всего этого Ким стал закрытым. Ни с кем особо не общался, только одного друга себе нашел, Хёншика, тоже омегу, который, кажется, как никто другой понимал его боль, так как тоже пережил потерю своих родителей в раннем подростковом возрасте. Постепенно ко всей этой обстановке мальчик привык, и уже на третий год чувствовал себя относительно комфортно со всеми этими людьми. Они приходили и уходили. У каждого была своя история, своя жизнь, но зацикленному на своем горе Тэхену до этого дела не было. Одного близкого друга было более чем достаточно. Но, к сожалению, вечером его предстояло оставить тут одного. Они ревели вместе утром после общего завтрака, когда младший бесконечно извинялся за то, что покидает Хёншика. Этот человек стал самым родным, фактически новой семьей, тем самым «комфортным местом» в этом огромном незнакомом мире. Как же теперь не чувствовать вину за то, что кто-то из них нашел новую семью, а кому-то придется остаться тут ещё на неопределенное время? Конечно, они не прекратят связываться друг с другом, будут звонить, но вдруг новая семья не разрешит сохранять связь с другом из приюта? Оставалось надеяться на лучшее. Весь день Тэхен страдал от невозможного волнения и дрожи. Столько вопросов было у него, столько эмоций, что он не в силах был со всеми ими справиться. Неужели уже совсем скоро он обретёт новый дом? А вдруг семья ему не понравится? Или он им? А как вообще он будет жить? А будут братья или сестры? А как далеко он уедет? А поможет ли это вообще забыть своих настоящих родителей? Мыслей было так много, что даже на уроках сосредоточиться не получалось. Прощание с другом было долгим. Сидеть в объятиях друг друга - прощальный подарок для них обоих, причиняющий немало боли. Но Хёншик, кажется, был вовсе не зол, не завидовал тому, что Тэхена забирают, а искренне был рад и желал, чтобы семья оказалось самой хорошей и смогла излечить детские травмы. Он был полностью уверен, что друг его не забудет, обязательно навестит, напишет, позвонит. Встреча с будущими родителями оказалось не такой радужной, как Ким предполагал. Медсестра вколола ему какой-то препарат, объяснив это слишком сильным волнением, однако через некоторое время после того, как юноша почувствовал иглу, он потерял сознание. Если бы он только мог мыслить в этот момент, то наверняка задался бы вопросом: для чего это сделали? Но сейчас, когда его тело находилось под действием наркоза, двое крупных мужчин, забрав мальчишку из приюта без лишнего шума, везли его по городу в его новый «дом». Очнулся Тэхен уже в здании. Оглянулся вокруг себя, увидев нескольких устрашающе выглядящих альф, которые с ухмылкой наблюдали за тяжёлым пробуждением сироты. Сознание в норму никак не приходило, но он вскочил так скоро, как понял, что он совсем не там, где должен быть. - куда меня привезли?! Где новая семья?! Кто вы...?! - в панике тараторит юноша, испуганными глазами таращась то на одного, то на другого мужчину, пока один из них не встаёт со своего места и не подходит ближе. - это публичный дом, милашка, и теперь это твоя новая «семья», - произносит тот, с особой издёвкой выделяя последнее слово, - твои вещи уже лежат на новом месте, поднимайся Тэхена слабо хватают за запястье, пытаясь поднять с дивана, но он упирается, резко выхватывает руку, вжимается сильнее, чтобы его никуда не забрали, кричит из-за начинающейся истерики. Но противостоять альфе 17-летний подросток не в состоянии, поэтому его быстро сгребают в охапку и затыкают рот. Успокоиться и замолчать получается только при виде пистолета у своей головы и фразы «вякнешь - убью». В чужих руках он быстро оказывается в одной из комнат на втором этаже, где его небрежно кидают на большую кровать. - значит так, милочка, здесь живёшь, выходишь к клиентам показываться, как только тебя выбирают - идёшь с ними сюда. Душ у тебя есть, кухня на первом этаже, там есть сауна. Заскучаешь - книжки возьмёшь, поболтаешь с остальными в зале, можешь воспользоваться общим компьютером. Но даже не думай, что у тебя получится через него сообщить о похищении. Телефона ты своего не увидишь. Скоро к тебе приведут девушку, она объяснит тебе, что и как нужно делать, - быстро объясняет один из мужчин, явно не волнуясь о состоянии омеги и его внимании к словам, спешно покидает помещение, оставляя Кима наедине со своими мыслями. Он переваривает все сказанное и старается понять, что ждёт его теперь. Это рабство? Вот так, оказывается, попадают в бордели? Как отсюда выбраться? Удается теперь и рассмотреть помещение, в которое его закинули. Это относительно небольшая комната в пятнадцать квадратных метров, явно оформленная для приема клиентов: огромная кровать, приглушённый свет, небольшая тумба, на которой стоит кувшин с водой и пара стаканов, гардеробная, а за дверью, наверняка, находится душ и туалет. Весь интерьер выполнен в коричнево-бордовых тонах. И что же, ему спать теперь тут? Да как же можно спать там, куда приходят незнакомые альфы и творят с тобой такие бесстыдные вещи? Ему ведь всего 17... Почему именно он? Как это произошло? Воспитательницы специально это подстроили? Специально вкололи ему что-то, чтобы он заснул, и можно было без проблем увезти куда угодно? Если бы они не знали про то, кто его забирает, заранее, то потом наверняка бы догадались при виде настолько подозрительных людей. Но они ничего не сделали. И никто ничего не сделал. Значит ли это, что приют добровольно отдал одного из своих воспитанников во власть сутенёра? За этими мыслями лежащий в позе эмбриона Тэхен не заметил появления в его новом месте обитания женщины-альфы средних лет. - ну здравствуй, Ким Тэхен, - присаживаясь на кресло недалеко от кровати, говорит она, обращая на себя внимание юноши и продолжая лишь тогда, когда убеждается, что его глаза смотрят на нее, - меня зовут Хан Сохи, но все омеги в этом заведении зовут меня «мамочкой». Я содержательница этого борделя и твой новый босс. Теперь послушай меня внимательно. Наш публичный дом предоставляет услуги достаточно богатым клиентам, чьи прихоти ты должен беспрекословно выполнять. Но главное - чтоб ты был чистым. Завтра утром тебя заберут на медосмотр, который ты должен будешь проходить раз в месяц. Потом тебя отведут на эпиляцию, которую ты также будешь обязан проходить регулярно. У тебя теперь новое имя - ВонУ. Клиентам и всем остальным представляешься так. Три четверти оплаты, которую ты будешь получать, буду забирать я. Со своими деньгами делай, что хочешь. По заведению запрещено ходить в верхней одежде на тебе должно быть какое-то белье, которое ты можешь выбрать сам, и что-то, что сможет порадовать глаз клиента. Запомни главное - здесь твои желания не учитываются, здесь правит клиент. Но все в пределах разумного. Послезавтра будет общий сбор, на котором ты сможешь познакомиться с остальными. На общем сборе мы обсуждаем проблемы и вопросы, так же там будет хозяин этого заведения, с которым тебя обязательно познакомят. Если ты не хочешь подвергнуться гневу этого человека - лучше делай все то, что от тебя хотят, тогда останешься цел. Работаешь каждый день, 12 часов смена, в выходные - 14, в остальное время делай, что хочешь. Не знаю, сколько у тебя будет клиентов, но судя по твоей смазливой юной мордашке и хорошему телосложению популярность ты обретёшь у них быстро. А сейчас мне пора бежать, советую тебе спуститься поужинать. Я уже назначила тебе мальчика, который поможет здесь адаптироваться, Минги зовут Женщина покинула его так же спешно, как и пришла, оставив молодому человеку только больше пищи для размышлений. Новое имя, смены по 12 часов, «твои желания не учитываются», никакой верхней одежды... Как же так? Ещё вчера он сидел за партой, изучал математику, а теперь его запихнули в какой-то бордель, непонятно где находящийся, приказали обслуживать клиентов. Несмотря на то, что условия не были настолько жестокими, как могли показаться, сам факт заточения и удержания против воли, пользования в качестве секс-игрушки пугал невозможно. Словно его тело больше ему не принадлежит. Так и лишиться своей личности легко, рассудок потерять вовсе... Амбиции, которые были в этом молодом человеке, испарились за пару часов, надежда умерла сразу же. Теперь он не только не обрёл новый дом, о котором мечтал по ночам, но и потерял свой старый, привычный, хоть и такой ненавистный, потерял связь со своим другом. Даже есть не хочется, и вставать страшно. Но сухость в горле и ужасная жажда заставляют Кима устало подняться с постели и бессильно поплестись до тумбы - благо, стояла она не так далеко. Стакан воды он осушает за пару секунд и снова падает на кровать, вот-вот готовый заплакать. К сожалению, его одиночество прерывает юноша на вид лет 25-ти, аккуратно просачивающийся в комнату. Выглядел он типично для этого места - высокие каблуки, чулки черного цвета на поясе, такого же цвета белье, кружевной чокер и лёгкий макияж. При первом же взгляде все понятно - местный «работник». Но единственное, что выбивалось из образа - тарелка, которую он держал в руках. - привет, меня Минги зовут, мамочка, наверное, уже сказала, - как-то слишком оживлённо представляется тот, и Тэхен невольно недоверчиво хмурится, - я знаю, что тебя только сегодня к нам доставили, и я постарался узнать о тебе побольше. Ты же сирота, да? У нас такие часто. Я тут...риса тебе поужинать принес, съешь сейчас же обязательно, а я тарелку отнесу. Подумал просто, что тебе будет неловко спускаться на кухню одному, вот и решил принести, - объясняет с мягкой улыбкой юноша, протягивая палочки и тарелку с рисом, к счастью, не пустым. «Выглядит счастливым», - проносится в голове у Тэхена, - «и какой-то очень добрый...», - с недоверием замечает он, и нехотя берет в руки тарелку. В нос ударяет слишком аппетитный запах еды, живот непроизвольно урчит, поэтому отказаться от чужого предложения не выходит. Прошептав тихое «спасибо», он принимается за ужин. - ты не бойся здесь никого...девушки и парни у нас все хорошие, мы все общаемся. Очень хорошо собираться вместе в зале на первом этаже! Клиентов перестанешь бояться скоро, я с тобой первые разы буду... а может и нет, если вдруг клиент захочет делать все только с тобой принципиально. Если они совсем тебе плохо сделают - ты нажалуйся мамочке, она все исправит, за тебя заступится. Со мной будешь ходить везде первые пару месяцев - так проще будет в адаптации и принятии. Многих из нас сюда затащили силой, но, знаешь...когда проводишь тут несколько лет, начинаешь мириться с положением и стараться вынести из всего этого что-то хорошее. Я понимаю, тебе сейчас слишком тяжело, раз ты даже не хочешь со мной разговаривать, но я буду заходить за тобой периодически. Когда-то ведь...и за мной так ходили. Кстати...какой псевдоним тебе дали? - Вону, - отреченно отвечает Тэхен, вручая в чужие руки пустую тарелку от ужина и ещё раз благодаря неглубоким поклоном. Минги, очевидно, понимающий, что его присутствие здесь не принесет никаких положительных последствий, удовлетворенный опустошенной тарелкой уходит от младшего своей лёгкой походкой по своим делам. Ах, после ужина даже думать ни о чем не хочется. Но мысли приходят сами собой. Он думает о том, как же похоже это место на его приют. Чертовски похоже... Разве что там их не продавали всяким незнакомым мужчинам, а здесь их не бьют. И это сравнение, внезапно возникшее в его голове, пугало юношу ещё сильнее. Но время уже вечер, Ким устал, после стольких потраченных невров единственное, что ему хочется сейчас - уснуть самым крепким сном, ни о чем не думать и не вспоминать. И он засыпает почти мгновенно. Обняв одну из подушек на своей постели и завернувшись в одеяло. Крепко выспаться ему так и не дали.