С лучшей стороны

      Прошла почти неделя с того момента как Ваньинь начал работать в Гусу. Первоначальный шок от того, что взяли именно его до сих пор не прошел. Иногда ему казалось, что вот сейчас зайдет Мэн Яо и рассмеется ему в лицо от такой наивности.       Коллеги первые несколько дней держались очень отстраненно, видимо опасаясь его хмурого лица, но эту колоссальную несправедливость изменил один единственный снимок Ваньиня с племянником в парке на заставке его телефона. Увидев его случайно, Мянь-Мянь — младший разработчик группы, досконально выяснила всё про него и малыша А-Лина изводя Ваньиня вопросами весь день. А после своего маленького расследования не смогла не поделиться со всеми, что оказывается их новенький — одинокий молодой папочка и он очарователен, когда улыбается. После такой грустной истории, Ваньинь, сам того не желая, оказался под опекой всей женской части коллектива, что его крайне пугало, но он решил просто не обращать на это внимание.       Рабочее время пятницы медленно подходило к концу. И вот впервые за долгое время Ваньинь чувствовал будоражащий прилив сил, а не гнетущую усталость. Конечно недели более-менее стабильного сна не хватило, чтобы темные круги под глазами исчезли, но этого было достаточно, чтобы в голову пришла идея позволить себе немного расслабиться и пойти в бар. На секунду в голове ярким всполохом всплыл насмешливый взгляд ореховых глаз. Эффект вышел не хуже, чем глоток хорошего бурбона, согревающий и оставляющий после себя долгое пряное послевкусие.       Позднее вечером, после того как уложил Цзинь Лина спать и попросил соседку присмотреть за ним несколько часов, Ваньинь отправился в тот самый бар. На самом деле это было не самое популярное место, посетителей всегда было мало, но камерная атмосфера и хороший алкоголь делали его в глазах Ваньиня идеальным. Всё было просто и предсказуемо. Но не в прошлый раз, когда он встретил этого мужчину. Обычно за барной стойкой был сам владелец, седовласый рослый мужчина, что не лез с разговорами, но умеющий в невзначай обронить фразу, содержащую в себе, казалось бы, всю мудрость мира.       Зайдя в бар Ваньинь присел в самом дальнем углу барной стойки. Мысли его лихорадочно метались в голове, — «Блять, что это вообще такое?! С хрена ли я вообще…смущаюсь, что ли?!». Вздохнув и подняв голову от наткнулся на чуть отстраненный взгляд ореховых глаз. Продолжая смотреть на него искоса бармен приподнял бровь и чуть провел плечом будто бы спрашивая чего он хочет. — Бурбон.       Медленно мужчина прошел к полке с напитками, ощущение было словно он благородный лорд, настолько его движения были грациозны, но в тоже время естественны. С такой осанкой и достоинством обычно держали себя представители элиты на светском приёме ну никак не бармены, наливающие ему бурбон. Сегодня мужчина был одет в черную кашемировую водолазку, подчеркивающую каждое движение мышц и широкие плечи, чуть зауженные брюки в цвет водолазке, волосы были распущены, слева от виска заплетены в три косички, а остальная часть переброшена шелковистым водопадом на правую сторону. Дорогие часы и перстень с изображением стилизованного облака добавляли в образ нотку аристократичности. Бармен аккуратно поставил заказ перед Ваньинем. — Кхм, спасибо. Хотел спросить всё ли в порядке с господином Ли, обычно он сам общается с посетителями. — голос Ваньиня казался чуть надрывным, в горле пересохло. Прикрыв глаза он быстрым движением поднял бокал и сделал глоток, внутри всё обдало жаром, а на языке остался привкус корицы. Неожиданно он ощутил легкое колыхание воздуха, что принес ему аромат весенних цветов с горечью степных трав. Этот легкий флер смешиваясь с пряными нотами бурбона дурманил разум. Открыв глаза, он увидел перед собой лицо мужчины, облокотившись на барную стойку он наблюдал за Ваньинем сосредоточенным взглядом. «Опять эта игривая насмешка в глазах, опять эти всполохи золота, да твою мать!» — Всё хорошо. Он оказывает мне услугу. — чуть низкий бархатистый тембр голоса, плавный наклон головы, легкая ухмылка на красивых губах. Если честно Ваньинь был в растерянности, он никогда не встречал таких людей, ни попадал под влияние всепоглощающей ауры силы, что была ощутима, но не давила, не подчиняла, просто присваивала себе по твоей собственной воле, потому что хотелось. Может быть он просто пьян? Да, очевидно дело в бурбоне… Качнув головой в знак понимания, Ваньинь неосознанно наклонился чуть ближе, облизав губы он глубоко вздохнул. О Боги! Если раньше аромат ощущался поверхностно, как легкий ветерок ласкающий кожу то сейчас его накрыло пьянящей волной, сделав ещё один резкий глоток спиртного и отпрянув от барной стойки, он попытался отдышаться. — Слишком крепкий? Могу посоветовать другой напиток, хотя помнится вы не очень хорошо относитесь к советам других людей. Насупившись и фыркнув как маленький ежик Ваньинь уже хотел было резко ответить, чтобы этот гребанный бармен катился ко всем чертям, но в это время дверь в бар резко распахнулась и в помещение ввалились трое пьяных мужчин. На вид им было около 40 лет, хорошо одеты, но вот манеры и речь скорее больше подходила для прожжённых пьянчуг морского порта, чем уважаемых господ. Завалившись на ближайший столик с оглушительным гоготом, мужчины начали требовать развлечений. Увидев всё это Ваньинь обернулся к бармену, его поза и выражение лица не говорили в целом ничего, как будто всё происходило не здесь. — Эй ты, лучшую бутылку байцзю! И побыстрее!!! А где наши шлюшки?! — И почему так тихо?! Музыку! Ваньиню не понравилось ни такое хамское обращение, ни в целом поведение этих людей. Он инстинктивно захотел защитить этот свой маленький мир покоя и этого человека, что стоял за барной стойкой позади него. — Ведите себя тише и проявите уважение. Это вам не бордель, где дозволительно такое поведение. — зло посмотрев на них он сделал шаг вперед, тем самым закрывая обзор на бармена. — Ух ты! А вот и первая «девочка»! Посмотрите какой хорошенький, подойди ближе и сделай папочке приятно. — один из мужчин с сальной улыбкой поманил Ваньиня пальцем параллельно другой рукой начиная расстёгивать себе ширинку брюк. — Единственно, что ты получишь — это сломанную челюсть, — зло выплюнул Ваньинь. Он знал это чувство, чувство необузданной, неконтролируемой ярости, которая зажигалась и проходила сквозь него будто молния. Он чувствовал такое, когда погибли его родители, сестра с мужем, когда его бросил брат и он остался один, он чувствовал это всегда, когда угрожали его семье. И в эти вспышки ярости он совершенно себя не контролировал. Со временем и долгой работой социального психолога он научился их предугадывать и предотвращать, не хотел, чтобы племянник видел его таким. Но сейчас не было сдерживающего фактора, сейчас не было нужды себя контролировать.       Схватив мужчину за воротник рубашки он со всей силы ударил его по лицу, костяшки правой руки заныли. В тот же момент его с силой дернули за волосы, пьяные дружки не растерялись. Набросившись на него вдвоем, они уложили его лицом в стол заломив руку. — Сейчас мы с тобой знатно развлечемся, детка! Ахах… ААА! Не успев сориентироваться и дать отпор Ваньинь почувствовал, что давление позади исчезло, обернувшись он увидел как бармен с ещё одним посетителем просто на просто выбрасывают нерадивых гостей за двери бара будто это вовсе не люди, а тряпичные куклы не имеющие никакого веса. Что же, в своё оправдание Ваньинь может сказать, что у любого бы, кто видел это, отвисла бы челюсть. Повернувшись оба мужчины посмотрели на него. Взгляд ореховых глаз был пропитан леденящей стужей. — Слишком импульсивно и надо поработать над техникой. Сичэнь, отправь его ко мне в академию. — высокий накаченный мужчина с легким кивком бармену направился на свое место, один из дальних столиков бара.       Проследив за ним с той же отвисшей челюстью Ваньинь резко обернулся, услышав полный льда и стали голос. — Вам лучше поехать домой на такси. Сейчас. — Вроде бы несколько минут назад мы выяснили, что я плохо реагирую на советы. — адреналин в крови ещё не выветрился, гнев ещё бурлил внутри, это было резко, но по-другому он бы сейчас не смог. — Это не совет и не просьба, это то что вы сделаете беспрекословно, сейчас. — с каждым словом бармен подходил на шаг ближе, так что сейчас он стоял практически вплотную, чуть нависая за счет своего роста. Его взгляд прошелся по лицу Ваньиня, на мгновение задержался на всклокоченных волосах, от его хвостика ничего не осталось, опустился к кисти правой руки. Развернувшись, всё с той же элегантностью Сичэнь направился к морозилке за барной стойкой, вытащив пакет со льдом он бросил его Ваньиню. — Спасибо, — приложив лед к разбитой руке Ваньинь присмирел, почему-то резко перехотелось быть задирой, — Я прошу прощения за драку. — ему стало так неуютно, как будто вернулись те времена, когда он видел разочарование во взгляде отца, направленного на него. — Вызывайте такси. Выпивка за счет заведения, в качестве благодарности, но прошу больше не совершайте столь опрометчивых поступков. В этой ситуации защита требовалась не мне, а от меня. — на последней фразе в голосе бармена появились теплые нотки, а на губах заиграла лукавая улыбка, от которой щеки Ваньиня начали стремительно краснеть. Добравшись до дома, он подумал, что после сегодняшних происшествий стоило бы представиться, ведь сам он теперь знал имя мужчины — Сичэнь.