Нескончаемо люблю тебя

Гарри зашёл в общую комнату, убедился в том, что никто из его соседей не вернётся в ближайшие пятнадцать минут и сел читать адресованное ему письмо. С момента их последней встречи прошло около часа, всё это время Поттер не мог решиться выйти из той самой комнаты, из темноты того места, в котором произошли самые волшебные события за совместные восемь лет обучения. Подумать только...он и Малфой стояли там и обнимались, так влюблённо и чувственно, трогая друг друга, успокаивая жестами и движениями, шепча тихо-тихо, чтобы не рушить атмосферу. Гарри зажмурился и откинулся на мягкую подушку, то зарываясь руками в свои волосы, то комкая одеяло в кулаках, он взбил простынь ногами и перевернулся на бок. В глаза бросилась тумбочка из какого-то тёмного дерева, в которой лежали почти все личные вещи Гарри: от карты мародёров до зубной щётки. Герой никогда особо не следил за порядком в своих вещах, а особенно, если они лежали где-нибудь в закрытом шкафу. Зачем что-то убирать, если этого всё равно не видят другие, а сам Гарри отлично знает где что лежит в этом хаосе? Он со стуком открыл один из ящиков тумбочки и достал оттуда потрёпанную карту старинного жёлтого цвета, по углам которой были следы от кружек и засохших всевозможных капель. Ему нужно было просто настроиться на то, что хотел сказать Драко, такой желанный и, если честно, немного странный. Поттер прикоснулся палочкой и страница слегка поддалась с очень тихим бумажным звуком, после чего прозвучало заклинание и коридоры, очерченные чёрными волшебными чернилами, стали проявляться на листке. Красивые зигзаги вырисовывались на старинной бумаге, Гарри всегда нравился процесс того, как они появляются, иногда он их торопил, если было срочное дело, но почти всегда герой завороженно смотрел на то, как они изгибаются и формируются в один большой Хогвартс. Когда линии уже покоились на своих узаконенных местах, Поттер стал медленно осматривать всё бумажное здание взглядом. Сперва он нашёл Минерву Макгонагалл, что сидела у себя в кабинете за письменным столом и, по всей видимости, работала. После, нашёл большой зал, откуда он благополучно сбежал, чтобы выпустить свою злость и понежиться с Драко, которого, кстати, как будто бы не было на карте. В столовой за одним столом толпилось несколько гриффиндорцев и, Поттер улыбнулся, была Полумна рядом с Невиллом. Приятно видеть их двоих вместе, особенно тихо болтающих о растениях, магических существах и всяких прочих вещах. Они часто находились рядом и на совместных практических занятиях у нескольких факультетов всегда стояли в паре. Скорее всего, Симус опять устроил переполох в общей гостиной и собрал всех в большом зале для какой-нибудь очередной безумной игры, которую обязательно притащил бы Дин. Премило видеть, как они все дружно кричат в один голос, когда происходит что-то запоминающееся, или когда все в столовой оборачиваются на их стол, заинтересованно отрываясь от учебников, чтобы присоединиться. В какой-то степени преподаватели, персонал, да и сам Гарри - были благодарны друзьям-заводилам за то, что они, несмотря на всеобщее настроение, делятся своей радостью и делают этот год не таким уж и трагичным. Минерва часто прощала им небольшие шалости, которые приводили весь Хогвартс в большой переполох, совсем как в те времена, когда Фред и Джордж были в их возрасте. Потому что такие веселья помогали поддерживать атмосферу волшебства и комфорта в школе, сплочали учеников разных факультетов, да и в детях настолько много энергии, которую некуда было девать, что лучше пусть они разнесут пол школы или подерутся, чем будут использовать свои знания во зло другим. Гарри обратил внимание на библиотеку: примерно в середине неё, где располагались «одиночные» столики с двумя-тремя стульями, сидели Рон и Гермиона. Скорее всего, Уизли сбежал туда в надежде, что Грейнджер не будет так сильно на него ругаться, ведь в книжном царстве шуметь запрещено. План был безупречным, если бы не несколько «но»: во-первых, библиотека - комфортная среда обитания Гермионы, а во-вторых - она знает такое количество заклинаний, что легко могла бы создать новый предмет и обучать студентов всех курсов. Наверняка она наложила какое-нибудь заглушающее заклинание на их столик и сидит ругается на Уизли за его недальновидность. Так ему и надо. Гарри захохотал. Мимо них прошла надпись «Драко Малфой» и на секунду остановилась, видимо, чтобы поздороваться, после направившись к дальним стеллажам с самыми тяжелыми и заумными книгами. Вопреки закону о том, что библиотека закрывается в восемь часов вечера, для последнего дополнительного курса правило решили немного подправить. Для них оно гласило так: «никто из студентов восьмого курса не должен находиться в библиотеке после отбоя». В связи с тем, что многие ученики переживали не лучшие свои времена в этот год, нуждаясь в одиночестве как никогда раньше, им смягчили правила во многих направлениях. К примеру, теперь они могли посещать Хогсмид не только по выходным и праздникам, но и в своё свободное от учёбы время. Таким образом, преподаватели считали, что это поможет отвлечься и повлияет благоприятно на студентов, которых последние годы обучения знатно потрепало внешними проблемами. Многие пользовались данными нововведениями, с удовольствием засиживаясь до самого отбоя в одном из дальних коридоров библиотеки, или прогуливаясь в деревушку и обратно, чтобы подышать свежим воздухом, не наматывая при этом круги вокруг замка. Вспомнив про свиток, украшенный пёстрыми лентами в цветах двух факультетов, Поттер отложил карту, заранее шепнув «шалость удалась». Сперва он осмотрел внешние качества письма: на вид оно было слишком аккуратно и элегантно, узелки на бантиках туго затянуты и идеально сложены. Развернув сие творение, взору предстал размашистый, но ровный аристократичный почерк, которым, разве что, подписывать всякие важные бумажки на заключение серьёзных бизнесов, в которых крутится бесконечное число галлеонов. Поттер стал читать, глаза медленно ходили по строчкам, с каждым прочитанным словом всё сильнее раскрываясь в удивлении. Неужели это всё...про него самого. Герой, конечно, знал, что многие люди им восхищаются и даже хотели бы дружить только из-за этой его черты, но Гарри никогда бы не подумал, что Малфой станет о таком настолько раскрепощённо писать. Восторженно приоткрыв рот, Поттер продолжал штурмовать строчки, восхищаясь слогом письма, до которого ему самому было ещё далеко. То, как Драко сравнивал их двоих со свечами приводило в детский восторг, потому что сам Гарри не привык использовать в своей речи сравнения, а особенно в литературном смысле, неужели можно писать письма так красиво? Герой дошёл в письме до самой трудной части, в которой почерк заметно сменился из уверенного на слегка дрожащий - Малфой делился своим моральным состоянием. Поттер виновато потёр шрам и уткнулся лбом в деревянный столб своей кровати, что держал полог. <…> ...чтобы увидеть ещё раз твоё счастливое лицо, перед тем как истлею возле тебя как та последняя свеча, какую я зажёг в комнате перед своим отъездом... <…> И Гарри стал натирать глаза, в которых скопились капли слёз, что сейчас как некстати закрывают обзор, застилая всё влажной пеленой. <…> Ты навсегда останешься в моем сердце симфонией, которую не выветрить никакими исправительными работами, никакими замещающими чувствами, ведь ты тот - ради кого я продолжаю жить и готов отдать свою одну жалкую, но жизнь, чтобы ты сиял и давал надежду другим людям. <…> Стало просто невозможно грустно, Поттер прикрыл глаза и отложил письмо, чтобы немного перевести дух и скомпоновать свои чувства воедино. Несколько слёзинок коснулись щёк, но это было ничто, по сравнению с тем смерчем, что бушевал внутри. Он пролетал вихрем по самым жизненно-важным органам, сбивая выстроившиеся за все совместные годы их взаимной неприязни стены, ломая крепкие кирпичные возводимые крепости, снося любые помехи у себя на пути. Как же досадно, что они столько времени потратили вникуда, дерясь друг с другом, невозможно задыхаясь от чувств, что душили в самих себе, пока их внутренние миры были на последнем издыхании и существовали только благодаря мимолётным прикосновениям, взглядам и интригам. Собравшись, Поттер стал читать дальше, почти взахлёб, чтобы не было соблазна расплакаться и просидеть весь остаток дня в своей комнате, задёрнув полог, и свернувшись калачиком под одеялом. По телу пробежала дрожь и Гарри стал вылавливать из текста самые главные по смыслу слова, чтобы не потерять самообладание и не побежать сию секунду целовать своего мальчика, который, к слову, в это самое время ждёт его ответа в библиотеке за большой заумной книгой, которая наверняка ему не столь интересна, сколько то, прочитал ли Поттер его письмо. <…> Я чертовски эгоистично жажду тебя и возможно за это меня покарают, если не другие, то, надеюсь, это будешь ты, потому что я не прочь пасть от твоих рук или заклинания, выпущенного палочкой, что ты держал. А помнишь тот день? Когда ты поразил меня незнакомым заклятием? <…> Поттер приложился головой о тот же деревянный столб и пронзительно простонал, чтобы хоть как то выпустить внутреннюю боль, которая ещё немного, совсем чуть-чуть, и разорвёт его на тысячи мясных кусочков, которые разнесёт по всему зданию на корм тараканам. <…> …приходи ко мне в любое время, я приму тебя даже на своей казни, потому что слишком долго, бесконечно жду и нескончаемо люблю тебя. Гарри сорвался с места и понёсся по коридору в сторону библиотеки, потому что это просто невозможно вынести, Малфой был таким искренним всё это время, все те годы, всегда. А Поттер только закрывался от него, пытался спрятать злость и обиду, забывая, что тот, кто может помочь ему с этим совсем рядом. Драко ведь даже не прочь подраться с Гарри, если им становится от этого лучше, то почему бы и нет? Увязнуть в драке, по магловски махать кулаками, пока суть конфликта не забудется, потом понять, что поставили достаточное количество синяков, обняться и посмотреть друг другу в глаза, так чувственно и нежно, чтобы оба всё поняли с одного только этого взгляда и растаяли в любовной страсти. Пока Поттер, боясь своих мыслей, заглушая внутреннюю обиду и боль, месил свои руки в кровавую кашу, старался забыться и не вспоминать, Малфой в то же самое время запредельно долго думал. Каждую ночь в одиночестве, брошенный всеми, покинутый даже святыми, не ища более поддержки ни у кого - он размышлял, знал, что найдёт решения на все вопросы, что задаёт себе, поэтому терпел волны непринятия и воспоминаний, что крушились о его холодные глыбы сдержанности. Погружался в мысли, искал нужный ему ответ в недрах своей глубокой души, словно она являлась недостижимым дном моря. Драко бесконечно ищет. Хоть этот порочный круг и может показаться скучным и даже в какой-то степени неправильным, но то, с какой точностью потом Малфой может рассуждать о себе, других, мире и философии в целом - восхищает. У него найдётся мнение на каждую из миллиарда проблем во вселенной, потому что столько читать и размышлять может не каждый, а уж поддерживать светские беседы со взрослыми профессиональными убийцами в собственном доме - тем более. Сможет ли Поттер помочь ему в таком случае? Или же Драко нужен лишь повод взглянуть на то, как тот горит и воспылать самому? Чего же не хватает идеальному во всех отношениях и измерениях парню? Столько сфер куда можно примерить его знания и навыки, но хочет ли он сам ими распоряжаться? Хочет ли иметь их? Гарри никогда не думал об этом. Малфой столько времени проводит за книгами, он может часами пялиться в несколько страниц, которые изредка переворачивает, или же наоборот прочесть заумную толстую книгу за пару часов. Может ли Драко пытаться высмотреть мотивацию к жизни в бескрайних библиотечных полках? Найти страсть, которая увлечёт его настолько, что тот сможет посвятить ей всю свою жизнь, любить безумно, теряя голову, окунаясь полностью в этот омут страсти, открывая всё новые стороны своего любимого дела. Поттеру стало мучительно жалко Малфоя, что всегда казался аристократично - не заинтересованным в обычных детских занятиях, которые доставляли студентам массу эмоций, новых впечатлений и увлечений, которых так не хватало Драко и который, не теряя лица, умудрялся убеждать всех из в года в год, что ему ничуть не интересно. Что если маленький Малфой упустил то время, в которое обычно у детей формируются собственные ценности, не обременённые фамильными устоями? Поттер был почти уверен, что пока вся нормальная детвора носилась за мячом - Драко уже учил как правильно приветствовать высокие чина на званом ужине и каким должен быть примерный сын аристократического рода, наследника будущего своих родителей. С самого младенчества держать лицо и по сей день ни разу не проявить свои слабости - это ли не настоящее мастерство? Хотелось похлопать взрослого Малфоя по плечу, приобнять, а потом горячо шептать на ухо «ты большой молодец, раз был таким сильным всё это время, но бывают дни, когда нужно позволить себе быть слабым», пока он не выплачет все свои манеры и не сомнёт новый выгляженный пиджак в кулаке так, чтобы тот с треском порвался. Гарри спешил по слабо освещённым коридорам, ступая почти в темноту, потому что на бегу глаза не успевали привыкать и все ярко-оранжевые светила словно плыли по ночному цвету каменного здания. Заворачивая за углы, Поттер буквально молился, чтобы там никого не оказалось, каждая секунда потраченная зря ощущалась как потерянная часть важного разговора, который он собирался устроить сию минуту, вот только добежит до библиотеки... Раньше он бы нарочито медленно шёл по старой выложенной камнем дорожке, рассматривал каждый лежащий неровно кирпичик, любовно отмечая, что на нём растёт немного лесного мха, что своим цветом в любое время года напоминал яркую весну, цветущую и пахнущую. Возможно, после визита к возлюбленному они вместе пройдутся по их самым комфортным местам в замке, прогуляются до Хогсмида, чтобы купить бесполезную, но милую вещичку, расскажут Рону и Гермионе о том, что между ними происходит...но пока что это звучало и выглядело как мечты, мозг стал придумывать любовные моменты, в которых Гарри не раз представлял себя рядом с Драко, смело держащим его за руку, а не откусывающего её по локоть. Безумно захотелось обнять, прижать к себе, загрести руками и громко вдыхать его запах, пока Малфой беспомощно бы хватался за Поттеровскую мантию, раздевая его плечи, небрежно расстёгивая рубашку, отодвигая белоснежный помятый воротник, который мешает ластиться к шее. Страсть била по мыслям, расходилась дрожью по телу, принимала самые разные формы, диалоги в голове смешивались, но чувства от них были такие же приятные. Во рту будто растаял целый килограмм сладкой ваты, жутко захотелось пить. Сердце отбивало свой бешеный ритм, стараясь достучаться до Поттера, потому что стук был по всему телу: и в ушах, и в груди, и в висках, кровь словно танцевала, пульсируя по венам. Голова закружилась, как бы добежать до Драко без симптомов внезапной влюблённости, чтобы организм не думал, что мы умираем? Какой ужас. Гарри споткнулся и схватился за стенку, кажется, он забыл убрать и карту и письмо с кровати, но это сейчас не было так важно как добраться живым до библиотеки. Поттер усмехнулся собственной мысли и отметил, что сердцебиение стало только сильнее, вот и руки уже от стресса дрожать начали. А может, это смущение? Вопреки всем похабным мыслям, что посещали его голову регулярно, в животе всё ещё крутило, когда они с Малфоем пересекались взглядами, или случайно сталкивались возле шкафа с ингредиентами на зельеварении. Один раз они даже сидели бок о бок, Гарри тогда не запомнил ни слова из лекции, потому что всё занятие залипал глазами на аккуратные руки Малфоя, которыми он написал такое чувственное письмо. Драко лишь изредка отпускал комментарии, мол, в свой свиток смотри, но примерно минут через двадцать сдался, позволяя Поттеру следить за ходом его пера. Наконец-то заветная дверь, глухой деревянный стук, железный скрип петель, которые молили о пощаде (по правде говоря, Гарри каждый раз после этого мысленно извиняется и очень сожалеет, что ломает и так умирающие старинные стены), звуки быстрых шагов по библиотеке, расходящихся эхом по огромному книжному помещению. Стеллажи пролетали мимо взгляда, Гарри искал глазами столик своих друзей, которые могли знать, в каком направлении удалился Драко. Зная про его предпочтения в книгах, Поттер мог с удивительной точностью предположить, в какой части комнаты он сейчас находится, но сначала герою хотелось увидеть друзей, это казалось нужным. Скользя взглядом по столам, Гарри нашёл рыжую макушку, а рядом с ней кудрявую копну волос, кажется, они о чём-то беседовали, оживлённо жестикулируя. Рон завидел Поттера в далеке зала и окликнул, рукой подзывая поближе к их месту, Гермиона обернулась через левое плечо и будто бы облегчённо выдохнула. Возможно, её действительно расстроила ситуация в столовой, она порой переживала даже сильнее самого Гарри, особенно если дело касалось его личной жизни: однажды, они вдвоём разрыдались в сквере, пригрев место на лестнице, в окружении осенних цветастых листьев, потому что любовь всей их жизни (у каждого своя, естественно), опять оказалась тупоголовым кретином. Как можно не замечать таких очевидных вещей? Грейнджер задавала себе этот вопрос из года в год, надеясь, что когда-нибудь Уизли соизволит сделать первый шаг ей на встречу, беря всё в свои руки, как она и мечтала. ⁃ Гарри, как ты? - Гермиона встала и коснулась его плеча, с беспокойством заглядывая в глаза. ⁃ Я просто отлично, что вы тут делаете? ⁃ Мисс Грейнджер учит меня манерам поведения за столом при нахождении в помещении любовного объекта моего друга. - Рон выглядел до смешного серьёзным и после укоризненного взгляда «преподавательницы» негромко рассмеялся. ⁃ Кстати о любовном объекте, Рон, если вдруг ты придёшь в комнату раньше наших неугомонных соседей, - Гарри потёр переносицу, еле слышно вздыхая от досады, - то прошу тебя спрятать то, что лежит у меня прямо на кровати, не задавая вопросов. ⁃ Неужели там какой-нибудь слащавый любовный роман, который сподвиг тебя на признание? - Уизли сложил губы трубочкой и сделал вид, что чмокает Гермиону. Та только ущипнула его за нос, поворачивая его голову обратно в сторону героя. ⁃ Нет, там кое-что гораздо более трогательное, чем тысяча таких романов, написанных самыми лучшими писателями нашего века. - Гарри коротко кивнул для Грейнджер, будто это было негласное «я справлюсь» на сленге несчастно-влюблённых в абсолютных кретинов. ⁃ Хорошо, друг, я тебя понял. - Рон мысленно пообещал себе не заглядывать в это «кое-что» даже одним глазком, чтобы никакие смущающие мысли не поразили его невинную голову. ⁃ Гарри. ⁃ Гермиона? ⁃ Поговорите с ним, вам обоим это очень важно. Поттер обнял подругу и хотел было предложить такой же жест Рону, но тот с чувствами вцепился в своего друга, сминая мантию на его спине. Оправдал он это тем, что сожалеет, поставив Гарри в такое неловкое положение перед важным для него человеком. Уизли пообещал, что не будет подкалывать «молодожёнов» после их серьёзной беседы за «очень скучными книгами, которые находятся во-о-о-он за тем стеллажом». Поттер усмехнулся в ответ на его показательное высказывание и направился в сторону самого маленького и пыльного помещения, где Драко наверняка бесцельно листает огроменную заумную книгу, чтобы занять себя чем угодно, кроме мыслями о том, что Гарри может читать его письмо.

***

⁃ Судя по твоему виду, ты прочёл. Драко сидел на деревянном подоконнике, к которому за сотню лет тряпка притронулась лишь пару раз при генеральных уборках всего здания. Сейчас пыль была не так страшна как мысль, услышать не тот ответ, на который в душе теплилась маленькая, но надежда. Глаза прикрыты, добрую половину зрачка скрывают ресницы, но даже так можно высмотреть невозможную усталость и искру радости при виде Гарри меж книжных полок. ⁃ Прочёл. ⁃ Что скажешь? Поттер молчал несколько мгновений, которые, на удивление, казались одной секундой, вместо привычных астральных минут, что обычно символизируют невозможность придумать ответ в экстремальных условиях (признания в любви очень опасное занятие, вдруг в тебя снова запульнут сектумсемпрой). ⁃ Как ты так открыто изречаешься о чувствах ко мне? ⁃ Поттер, - Драко спустил одну ногу на пол, поворачиваясь грудью к Гарри, - я столько времени провёл в своих мыслях, что любое упоминание о тебе успокаивает, - он закрыл глаза, - да и к тому же, чего тебя смущаться, ты сам словно помидор пришёл, даже не обдумав, что мне сказать. - Малфой, конечно же, умолчал о том, что если Поттер посмеет его коснуться, то произойдёт невообразимо большая ядерная реакция и Драко свинтит все гайки. ⁃ Я думал по пути сюда... - Гарри мялся с ноги на ногу возле двери. Ему действительно стоило чуть-чуть подольше остаться в своих мыслях, потому что как только глаза коснулись последнего слова в письме, губы сами начали шептать знакомые «торжественно клянусь...». ⁃ И каков твой обдуманный план? - Малфой внутренне торжествовал, что его письмо отдалось такими эмоциями в Гарри, что безрассудность в нём проснулась, желая поскорее дать ответ, который томился в глубине души уже слишком долгое время. ⁃ Мх... - Поттер нервно выдохнул, перебирая дрожащие пальцы. ⁃ Подойди ко мне. - Малфой сделал рукой подзывающий жест. Гарри довольно резко сошёл со своего места, к к которому секунду назад был привинчен. Его тело будто плавилось, словно он действительно свеча, которую так потрясающе описывал Драко. Внутри всё пылало адским пламенем, ещё немного, совсем каплю и оно станет неуправляемым, вырвется наружу, сожжёт всё вокруг, кроме своего хозяина, чтобы он смотрел, страдал и не мог погибнуть в пучине своего безумия. Гарри упёрся лбом в ладонь Драко, которую он машинально выставил, открываясь миру. Какие только чувства они не испытали, проще было перечислить те, что остались за порогом. Пробило на дрожь только Малфоя, который волей случая был всего-то в одной тоненькой рубашке, а мантию откинул подальше, из-за жарких мыслей о том, что Поттер придёт дать ответ. Сам Гарри был всегда в лонгсливе или в водолазке, потому что закрыть такой масштаб проблемы были не способны ни одни пластыри. Иногда он перебинтовывал руки, особенно если намечались особо активные занятия или тренировки, что могли оголить предплечья, подставив себя взору заинтересованных личной жизнью героя студентов. Гарри боднул нежно выставленную руку и свалился к ногам Малфоя, обнимая его руками за пояс, пока тот гладит растрёпанные волосы и, кажется, сорвано дышит. ⁃ Я рад, что ты рассказал мне. - Поттер приложился щекой к бедру Драко, который всё ещё сидел на деревянном подоконнике и содрогался от проникающего через щели холодка. ⁃ А я рад, что ты не оттолкнул меня. Малфой до конца не был уверен, что Гарри разделяет его чувства, хоть неловкие жесты и говорили о взаимности, но словами парень ещё ни разу не сказал об этом. Возможно, он считает, что всё и так понятно, но Драко метался от невозможного желания поцеловать возлюбленного до мыслей, что тот просто его жалеет таким способом. Мол, не могу принять чувства, ну хоть приятно сделаю. Но в душе тлела надежда на взаимность, ведь Поттер не только пришёл, а ещё и совершенно не подготовленный к разговору о чувствах. Будь они не взаимны, он обязательно что-нибудь да и придумал, к тому времени уже начался бы отбой и им пришлось бы ждать следующего вечера, чтобы поговорить в укромном уголке раз и навсегда. Я очень-очень-очень хочу целовать тебя, глупый. Поттер, словно услышав внутренние мольбы импровизированной подушки, поднял голову и попал прямо на момент как Драко в очередной раз тряхнуло от холода. Он старательно делал вид, что ничего кроме растрёпанных волос Гарри его не волнует, поэтому сидел как вкопанный, чтобы не спугнуть такое чудо. Посмотрите на него, так удобно примостился...и не стыдно ему заставлять меня ждать? Драко тряхнуло снова, но уже от внутренней тревоги, что нарастала с каждой секундой, сгорая в расстоянии между ними. ⁃ Почему ты мантию снял? Здесь довольно зябко. Гарри отстранился и потянулся в сторону упавшей ткани, чтобы после отряхнуть и накрыть ею дрожащее тело Драко. Невозможно холодно. Мантия аккуратно покрыла спину Малфоя, но тут же слетела снова на пол, планируя в воздухе, потому что парень резко встал, прижимаясь к герою. ⁃ Просто поцелуй меня уже. Поттер ошарашено оглядел бледное лицо и прикусил свою губу, переплетая их пальцы между собой, потому что сантиметров между ними было критично мало. ⁃ Драко, ты невыносимо холодный. ⁃ И голодный. Малфой уложил свою руку на шею напротив, проведя пальцами от теплого уха до начала ключицы, заставляя Гарри ощущать озноб, который впитывался внутрь с бешенной скоростью, врезаясь в мозг, выкручивая чувства на максимум. ⁃ Согрей меня. - Драко шептал. Поттер пьяно посмотрел на губы слизеринца, мысленно облизывая их, желая ощутить эту мягкость на своём языке. Сколько бы ещё пришлось Малфою молить о пощаде разрывающегося сердца, если Гарри не решился бы нежно чмокнуть того в покрасневший от холода нос? Драко нахмурил брови, смиря взглядом волнующегося парня, который не знал куда себя деть, оттого бегал зрачками по белоснежной коже Малфоя, что в ночном свете выглядела до жути прекрасно. Многие аристократы отдали бы всё своё состояние за подробный оттенок тела, в мире роскоши и богатства он считался идеалом красоты и изящества, но, конечно же, Гарри не догадывался об этом, он только лишь молча восхищался прелестями возлюбленного, которой давно уже заждался прямого ответа. ⁃ Поттер. ⁃ Малфой. ⁃ Спорим ты не сможешь целовать меня на протяжении трёх минут без перерыва? Герой вскинул брови и выглядел так удивлённо, будто Драко предложил ограбить Малфой Мэнор или чего похуже. Не то чтобы Гарри не не хотелось, но целоваться с Малфоем пока что звучит как глупая детская сказка о любви со через чур счастливым концом. Но Поттер любит нелепые сказки, в которых всё заканчивается хорошо, иначе мир был бы слишком жесток. Такой внезапный спор Драко решил предложить, по всей видимости, чтобы Гарри перестал смущаться и наконец раскрепостился (на самом деле, Малфой всегда мечтал, что Поттер поцелует его первым). ⁃ А если не смогу? ⁃ То мы будем целоваться пять минут без перерыва. Гарри расхохотался и согнулся к животу Драко, не в силах выдержать напряженного взгляда, который пытался чуть ли не сожрать его самого. Нужно собраться с мыслями и перешагнуть эту чёртову черту, что они никак не могут осилить. Это всё было настолько смущающе, что щёки у обоих побагровели, словно они вернулись в душную раздевалку после матча, где стало жарко ещё и оттого, что они вынуждены переодеваться наедине. ⁃ Почему именно три и пять? ⁃ Это первое, что пришло мне в голову. - Малфой мысленно злился на Гарри из-за его не расторопности, потому что теперь смущаться начинал и он сам. ⁃ А если ты отстранишься? ⁃ Тогда придумай, что твоей душе угодно. Поттер сделал вид, что обработал поступившую информацию и уложил обе руки на плечи Драко, от чего тот вздрогнул и уставился в глаза, теперь они оба были похожи на два спелых помидора. Если сейчас никто из них не сделает первого шага, то они так и продолжат стоять, пялясь друг на друга, иногда отводя взгляд, чтобы вдохнуть перекрытый стеснением воздух. Святые, помогите им. ⁃ Попроси меня. ⁃ Умоляю, давай целоваться. Драко еле сдерживал себя от того, чтобы пихнуть Поттера в стену и сбежать куда-нибудь в другое место, но раз уж он тут стоит так открыто, то нужно терпеть и смиренно ждать, пока он как и сам Малфой примет свою действительность. Но простоять так целую вечность они не могли, время близилось к отбою, а вещей на обсуждение у них было навалом. Гарри слишком внезапно, вырвав Драко из мысленного транса, коснулся его серебрянных волос и потрепал так по дружески, будто они пришли друг другу не в любви клясться, а просто сделать пару эссе по зельеварению и разойтись по комнатам. Чёрт его подери, когда он сообразит уже? Малфой никак не хотел делать первый шаг, не желая разрушить свои мечты о первом поцелуе и не хотя причинить Поттеру лишний дискомфорт. Он и так от мира закрыт, не говоря уже о его пристастии к...кровопусканию. Что если тот ещё не готов признать всё это? Или вообще не собирается. Противные мысли полезли в голову, извиваясь мерзкими гниющими червями, когда Гарри наконец соизволил прекратить бесконечное Малфоевское ожидание чего-нибудь. Он ладонью притянул Драко за шею и, кратко посмотрев на выражение лица, которое выражало «ДАВАЙ УЖЕ», легко коснулся губами его губ. Это было...крышесносно. У Малфоя очень мягкие и влажные, у Поттера обветренные и обкусанные, но какой сейчас это вообще имеет вес? Одно мягкое касание, такое нелепое, но ласковое, оно не было такими вспышками фейерверков, которыми Драко по обыкновению описывал у себя в голове их первый чмок поцелуй, было так...Малфой не успел понять. Это произошло очень быстро. Хотелось взвыть, но слизеринец себя сдерживал ради их общего будущего, где они счастливы и у них два кота в совместно нажитой квартире. Драко схватил Гарри за затылок и угрожающе посмотрел тому в глаза, но тот, чрезмерно смущённый своим, прошу заметить, не первым поцелуем, бегал зрачками, осматривая серьёзное лифо Малфоя. ⁃ Теперь мы должны целоваться пять минут, да? - его наивная эмоция смотрелась через чур натурально и блондин сжалился. ⁃ Хоть сколько-нибудь, Поттер. Гарри тряхнул головой, будто бы выбрасывая лишние мысли оттуда (их и так там не особо много, что он пытается вытрясти?). ⁃ Не мог бы ты... - жар заполнил его пунцовые щёки ещё сильнее. ⁃ Конечно. Драко услужливо впечатал гриффиндорца в стену и жадно укусил того за нижнюю губу, нечего так долго мяться. С силой ухватив Малфоя за запястье, Гарри потянул его, наваливая сверху себя, чтобы тот потерял равновесие и упал прямо на руки герою. Даже страстно целуясь, прижимаясь друг к другу и тая от мягких шёпотов, они, от чего то, чуть ли не дерутся. Каждое следующее прикосновение обещало быть больнее предыдущего, любой случайный укус можно было сравнить с укусом бешеного животного. Они друг друга точно стоят. Никто больше их не вытерпит по отдельности как могут они, дико царапая друг друга, цедя сквозь зубы что-то обидное и невероятно возбуждающее.

***

Драко просил и тянулся, а Поттер выполнял, потакая любому капризу, Малфой готов был прислуживать, словно животное на цепи, был готов упасть в ноги, ради которых всё ещё скулит и целует, обнимает, трогает, мнёт, сползая руками то вниз, то задирая белоснежную рубашку, мешковатый свитер, стягивая мантию с плеч, ведь она мешает увидеть подтянутое тело и почувствовать тепло возлюбленного. Дрожь от различия температур касаний плавила мозги, замораживала сердце, вскруживала голову и заставляла делать такие вещи, о которых Драко мог только мечтать все эти годы. От ощущения того, что всё происходит на яву - лихорадочно билось сердце, пальцы дрожали, губы неуверенно шептали родное имя, как будто бы убеждаясь в том, что человек напротив действительно отвечает взаимностью на чувства, словно он на той же волне, так же нервничает и желает, а ещё трогает и тихо тихо дышит. Только бы это был не сон, святой Мерлин. Драко взмолился, когда Поттер стал целовать его шею, мокро и страстно, как будто жаждал этого больше всего на свете, точно бы раз за разом, ночь за ночью думал об этом, мечтая воплотить так горячо, как только ему позволит Малфой. А он поддастся любому порыву возлюбленного, потому что доверяет ему своё тело, на котором быстрые смуглые руки ласкают своими прикосновениями не то торс, не то грудь, не то спину, они перемещаются так быстро, словно желая насытиться каждым мгновением, которого категорически не хватает для утоления голода. Драко вскрикнул, неосторожный Поттер забыл убрать свои остренькие зубки и впился ими под белоснежной ключицей, чуть выше набухшего сосочка. Услышав болезненный крик, Гарри поцеловал место укуса и по линии шеи Малфоя поднялся прямо к его губам, шепча вопрос: ⁃ Сильно больно, фарфоровый мой? Драко стиснул зубы, до сих пор чувствуя пульсирующую боль и повреждённые мышцы под укусом, проглатывая стон досадных ругательств. ⁃ Сними свои дурацкие очки. Поттер усмехнулся, а слизеринец потянулся к оправе и губами стянул окуляры, потому что они впивались в кожу каждый раз, как Гарри целовал его. Руки на талии отпускать никак не хотелось, наоборот, Драко только сильнее притянул возлюбленного, чтобы тот не старался увернуться от его слегка жестоких ласк: Малфою нравилось оглаживать тело Гарри то слегка надавливая, то царапая, то невесомо перенося свои руки от рёбер к животу, от торса к груди, до шеи и в обратных направлениях, словно по карте за сокровищем. Они целовались пылко и увлечённо, мокро и раскрепощённо, сплетая свои языки, кусая губы, тихо-тихо постанывая, иногда делая передышки в пару секунд или минуту, чтобы сделать колкое замечание и неловко хихикнуть, потому что такое для них обоих впервые. Поттер хоть и знал технологию поцелуев ( и уже успел даже потренироваться на нескольких девушках ), но никогда не чувствовал такой азарт рядом с ними, а что касалось Малфоя: для него это всё было совсем впервые и он с наслаждением принимал подарок судьбы, чуть ли не сползая по стенке, плавясь от одних только касаний пальцев, не говоря уже о тёплом языке Поттера, который старался каждую свободную секунду утащить Драко в ещё один разгорячённый и желанный поцелуй.

***

⁃ Слушай. ⁃ Слушаю. - Драко, бесцельно листающий старинные страницы книги, обратил взгляд на Поттера, тот не смотрел ему в глаза. ⁃ Когда я лежал в мед корпусе, Рон заикнулся о том, что меня ранили в туалете, поэтому моя рука стала похожа на кровавое месиво. - Гарри провёл указательным пальцем по бинтам. - На самом деле ведь произошло кое-что гораздо более неприятное. - Произносить в слух не сильно хотелось. ⁃ И ты собираешься рассказать мне? ⁃ Нет...то есть да, но потом. ⁃ Тогда что ты пытаешься донести? ⁃ Хочу спросить о чём ты рассказал Рону и Гермионе, пока я был в отключке. Малфой сильно задумался, делая вид, что строчки в книге стали интереснее в несколько раз, хотя до этого они его совершенно не интересовали. Залипая на страницу, он прочистил горло и жалостливо посмотрел на Гарри. ⁃ Я расскажу тебе, если ты пообещаешь поделиться со мной тоже. Они долго молчали, всё так же не смотря друг на друга. Гарри пытался унять дрожь в пальцах, сильнее прижимая их к деревянной поверхности так, что подушечки побелели и сравняли свой цвет с ногтевой пластиной. Малфой уткнулся взглядом в книгу, желая всем своим нутром раствориться в ней, отнюдь не от того, что она столь интересна. Неловкая атмосфера давила на них, тревожная тема не давала покоя, а вопросы грозились остаться не решёнными. Оба понимали, что после разговора точно станет легче, они друг друга примут и будут жить душа в душу, иногда загадочно переглядываясь, после хихикая, вызывая у всех вокруг вопросительное выражения лица. Но пережить задушевную беседу не представлялось возможным, хотелось если не вскрыться, то точно исчезнуть навсегда, чтобы никогда больше не переживать такие ситуации. Малфой начал говорить первым, начиная с тихой интонацией, заканчивая почти шёпотом: ⁃ Как долго мы ещё будем друг от друга бегать? ⁃ Не мог бы ты начать первым? - Гарри так сильно напряг взгляд, направленный на свои побелевшие пальцы, что в глазах зашумело бело-зелёными звёздами. ⁃ Хорошо, но только не смей потом пытаться отвертеться от моих вопросов. - Драко провёл указательным пальцем по корешку книги. - Видишь ли, мои руки и палочка были в твоей крови, потому что мне пришлось нести тебя до медпункта, чтобы ты прям там не умер. Я тащил твоё умирающее тело и одновременно шептал очищающее, чтобы весь Хогвартс не сбежался на следы твоей крови. - Малфой уложил щёку на подставленную руку и серьёзно посмотрел в глаза Поттера, который выжидающе пялился на него всё это время. - И теперь только попробуй представить, что на этот счёт подумали твои друзья. - Он выждал паузу. ⁃ Что мы подрались? - Гарри с надеждой склонил голову в бок. ⁃ Ох, нет, Поттер. Они думали, что ты пытался себя убить. Взгляд у героя дрогнул, он сложил руки на груди и стал нервно дёргать ногой. Сейчас он выглядел не живее, чем в тот день, когда всё это произошло: усталые беспокойные глаза, цвет которых скрывался за темнотой библиотеки, смятая рубашка и мантия, небрежно накинутся на плечи. ⁃ И что ты сказал им? ⁃ Что тебя задело вражеским заклинанием, которое действует только спустя время. - Малфой по-уставшему вздохнул. - Тебя часто не бывает на ужине, мало ли где ты шляешься. ⁃ Они поверили тебе? ⁃ Им пришлось. Если вдруг ты забыл, я вынужденно служил Тёмному Лорду — какие только заклинания для умертвления мне не знакомы. - Драко прикрыл глаза. - Я очень сильно постарался убедить их в том, что ты не самоубийца и очень надеюсь, что услышу это и от тебя. Гарри молчал, вникая в слова, а после наступления тишины громко вздохнул, делая усилие над собой, чтобы не сбежать куда подальше. Он ведь сам пришёл, захотел разобраться, убегать сейчас было бы просто слабостью. ⁃ Мне очень жаль, что я заставил вас нервничать. ⁃ Я польщён, но мне больше бы понравилось услышать твою версию событий. ⁃ Нет, правда, я сожалею, что тебе пришлось наблюдать меня в таком виде... ⁃ Поттер, - Драко взял лицо Гарри в ладони, нежно проводя по щекам, - расскажи мне. Герой отчаянно смотрел на Малфоя, что старался вглядеться прямо в душу расстроганным изумрудным глазам, надеясь вытащить заветные слова. Щёки стали гореть, в теле появилась неприятная тяжесть, а в голове невозможно громкий шум, что застилал все появившиеся мысли, не давая им раскрыться. Как вообще такое можно произносить в слух. На пальцы, что ласково гладили щёки, скатилось несколько солёных капель и Драко растерянно стал метаться взглядом по лицу Гарри, будто стараясь выцепить другую эмоцию, по мимо бесконечной боли, дымящейся в груди из-за внутреннего пожара. ⁃ Я... - Поттер всхлипнул и ладонями стал вытирать появляющиеся слёзы. - Я не хотел умирать, - Он уткнулся лбом в плечо Малфоя. ⁃ Я тебе верю. - Драко поглаживал непослушные пряди размеренно и аккуратно. ⁃ Пообещай не осуждать меня и не читать нотации. ⁃ Обещаю. - Парень чмокнул Поттера в макушку. - Какая бы ни была правда, я хочу разделить её боль с тобой. Гарри отстранился от Малфоя и неуверенно осмотрел бинты на своей руке, размышляя, стоит ли их разматывать или шрамов на противоположной будет достаточно. Приняв решение, он задёрнул рукав и взору представилось предплечье, всё усыпанное ранами, рубцами, ожогами и швами. Святой Мерлин. Оно выглядело просто ужасно. Драко бы соврал, сказав, что увиденное его ни сколько не тронуло. Это было бесчеловечно по отношению к себе, неправильно и вообще...блондин догадывался о самоповреждениях возлюбленного, но чтобы всё было настолько плохо он не подозревал. С одной стороны, травмы показывали насколько плохо Гарри себя внутренне чувствует, возможно, это даже помогает ему справиться в трудные жизненные моменты, но ситуация ранее показала, что меры он не знает. Что следовало сказать, как поддержать? Или вообще молча внимать ситуации? Драко подумал, что раз Поттер показал ему, значит между ними есть та нить доверия, которую очень легко можно было оборвать одним только неправильным словом. Но какое оно было? Даже не смотря на то, что Малфой в полном без понятии, он прекрасно понимал, что осуждать травмированного человека - это всё равно, что стрелять в безоружного. ⁃ Я страдаю неконтролируемой агрессией и чтобы не покалечить других я делаю больно себе. - Гарри провёл двумя пальцами по рубцам. - Иногда помогает. ⁃ И как давно? ⁃ Страдаю всю жизнь, режу, примерно, с шестого курса. ⁃ Я впечатлён. Поттер вытер слёзы тыльной стороной ладони и кратно хихикнул. Он не нуждался в сострадании или поддержке сейчас, просто вспоминать времена, когда испытываешь невообразимую злость на весь мир и тех, кого безмерно любишь - очень расстраивает. Это чувство скрывает любые другие позитивные эмоции, сжирая сознание, прививая свои привычки и обнажая клыки, чтобы посильнее впиться в собственную кожу, впрыснуть яд и упасть замертво. Поразительно. ⁃ Сейчас ты всё ещё чувствуешь потребность в этом? - Малфой невесомо коснулся шрамов, что уже давно зажили, стараясь не трогать только затягивающиеся раны. Поттер долго молчал, смотря на то, как Драко атсрально изучает его предплечье усыпанное рубцами. ⁃ Как тебе зрелище? Не очень приятно, да? ⁃ Они тоже часть тебя и я люблю каждый из них. Гарри свесил голову и виновато уставился в ноги. Малфой ни разу не произнёс, что ему больно смотреть на это, но во взгляде было что-то вроде блестинки, которой он не давал выход. Слёзы, вероятно, затуманили его разум, поэтому он уже вот как минут пять просто смотрит на руку и почти не двигается. Поттер не отвлекает его, знает, что иногда самая лучшая поддержка - быть рядом.

***

Гарри уложил голову на плечо Драко, что сидел на соседнем стуле от него, качаясь ну двух его ножках. Они оба листали каждый свою книгу и очень счастливо улыбались, понимая, что не нужно больше скрываться друг от друга, можно подойти, обнять, поцеловать, взять за руку, на руки, прогуляться вместе, выплакаться друг другу - всё, что делают нормальные влюблённые. ⁃ Малфой. ⁃ Чего? ⁃ Хочешь встречаться со мной? Драко оторвался от бесцельного перелистывания страниц и бесполезного чтения, из которого он запомнил ровным счётом - ничего, оно было скорее дополнительной опорой к тому, чтобы не умереть от счастья в этот самый момент. ⁃ Дай ка мне подумать... Гарри поднял на него погрусневшие глаза, полные печали от сказанных слов, наверняка он надеялся на безоговорочное соглашение Драко, но тот просто не мог упустить момент подколоть своего парня. ⁃ Тебе что серьёзно нужно думать над... - Поттер выглядел слишком расстроенными и Малфой не выдержал. ⁃ Конечно же я согласен, неужели ты думал, что я могу отказать тебе? ⁃ Ну ты так ответил, будто действительно не уверен. Драко задумался над словами и понял, что безоговорочно, бесповоротно, целиком и полностью любит Гарри Джеймса Поттера и никогда не подумал бы ответить «нет», даже в самом страшном своём кошмаре. ⁃ Я хочу за тебя замуж. ⁃ Ты что... Гарри округлил глаза и засмеялся, такого от Драко нельзя было ожидать и под действием какого-нибудь запретного зелья. Пока герой надрывал живот, слизеринец трансфигурировал небольшое лакированное деревянное кольцо из близлежащего пера и протянул его Поттеру. ⁃ Выходи за меня. - Драко повернул изделие и внутри показалась короткая надпись «нескончаемо люблю тебя». - Будь со мной и в горе и в радости, сжигай любые преграды на своём пути, а я поддержу тебя и потушу в нужный момент твой пыл. Поттер обалдело смотрел Малфоя, так нежно вглядывающегося, такого, к которому он ещё не совсем привык, протягивающему элегантное деревянное кольцо с вырезанной истиной на нём. Смотрел и утопал в его светлом взгляде, излучающем бесконечную любовь, которую невозможно передать в одних только словах. ⁃ А кто чью фамилию возьмёт? - Серьёзно уточнил Гарри. Сегодня у парней день неожиданностей, вот они друг друга и удивляют. На этот раз изумился Малфой и засмеялся так искренне, как никогда ещё никто от него не слышал. ⁃ Мы можем не менять фамилии вообще, если для тебя это важно. ⁃ Ох, я даже не подумал об этом... ⁃ Так ты... ⁃ Я согласен. Гарри пылко поцеловал Малфоя в губы и уложил свою голову на её законное место - плечо возлюбленного. Тот только придвинулся и не мог перестать улыбаться, поэтому остаток времени до отбоя они провели в комфортной тишине за чтением старинных библиотечных книг.