Письмо
9 февраля 2023 г., 03:29
Я часто думал об этом, проводя свои безжизненные дни в Мэноре, смотря за тем, как свечам подходит момент гаснуть, когда последняя капля воска поражает уже потускневший, еле видный огонёк, что безуспешно борется за жизнь и словно стонет в отчаянии. За то время, что наблюдал за всё новыми и новыми свечами я не прочитал ни единой книги, Гарри. Ни одной, понимаешь? Я смотрел как угасают огни фонарей на нашем дворе, когда наступало утро, я не выходил из своей комнаты неделями, каждую ночь сидя на подоконнике и ловя глазами вспыхнувший где-то в далеке кусочек света. Это было невозможное время, в котором я терялся, ища надежду в виде света среди тёмных оттенков моего дома. Я не мог читать книг, я не мог заниматься семейными делами, я не мог выходить на вечерние прогулки с мамой, я больше не мог разговаривать с отцом так, как раньше и всё то время, что я чувствовал себя безжизненной погасшей свечкой мне не хватало огня. Такого, который мог бы переплавить меня, добавить вкусно-пахнущий ароматизатор и соорудить мне новый, пусть и хиленький, фетиль, а после поджёг и повёл бы за собой - светом. В этой темноте, в печали ночи, где ни один поэт не в силах разглядеть листок с его собственными письменами, в те поистине страшные времена, в которые мы все боялись за жизни своих близких - ты стал для меня звездой в небе, что указывает путь и манит за собой до конца, до самой последней точки, будто лаская мою щёку, пропитанную горькими слезами, своей нежной рукой, успокаивая, приговаривая, что всё наладится, всё обязательно будет хорошо и однажды я засну счастливым, не боясь умереть во сне, просыпаясь от кошмаров, ловя ртом нескончаемый воздух, пропитанный тобой, ища взглядом любой источник света, чтобы просто успокоиться и упасть в небытиё снова.
Каждую ночь, любуясь на темнеющее серое небо, я вспоминал, что где-то за ним есть солнце, где-то там есть красивый закат, на который суждено смотреть другому человеку, где-то там есть мой лучик света, что наблюдает за уходящим светилом, который сменяется теменью, но такой красивой... Со звёздами и млечными путями, с чёрными дырами, что невозможно разглядеть без большой травмы, без огромной боли, пожирающей сердце изнутри, когда оно ноет, вопит и содрогается от желания любви. Я хотел спасенья из этого, и каждый раз приезжая сюда, находил его. Бродя по этим древним коридорам, трогая кирпичи и стены, садясь за старые деревянные парты, доставая свитки из портфеля, занося над ними перо и выводя аккуратные символы на бумагу, я так хотел твоей любви, Гарри. Я отчаянно эгоистично высказываюсь тебе и ты слушаешь меня с таким изумлённым лицом, почему же не смотришь на меня так же как на них? На всех тех, кто восхищается тобой, кто когда-либо прикасался к тебе, твоим губам, кто трепал твои волосы, подносил тебе сумку или забытые учебники. Почему ты не обращаешь внимания на то, как я жажду тебя, твоего внимания, как я критикую за твой глупый вид, смотря влюблёнными глазами на покосившиеся очки, на неровно накинутую мантию, на криво завязанный галстук, который обязательно позже поправит Гермиона, упрекнув при этом вас с Роном тем, что вы не следите за формой...
Почему я каждый раз ищу тебя глазами в большом зале, скрывая улыбку, когда натыкаюсь взглядом на твою растрёпанную макушку? Иногда я расстраиваюсь, не находя тебя на уроках зельеварения за соседней партой, потому что вы с Роном опять решили прогулять занятия. Я так долго рассуждал об этом, что мысли о тебе стали частью моей жалкой жизни, где в темноте одного огромного серого неба, в тусклых стенах Малфой Мэнора, в моей грустной, пропитанной тоской, комнате я видел в свете свечи лишь тебя и никого более. За всё лето я ни секунды не переставал думать о тебе, находя новые силы двигаться дальше, учиться и выходить к маме на вечерние прогулки потому что знал, что ты обязательно вернёшься в Хогвартс, ведь не можешь по другому. И я последую за тобой туда же, даже встречая осуждающие взгляды и пытливые, насмешливые, иногда пугающие пытки судьбы, чтобы увидеть ещё раз твоё счастливое лицо, перед тем как истлею возле тебя как та последняя свеча, какую я зажёг в комнате перед своим отъездом. Рано или поздно все гаснут, Гарри, но не ты. И в тот день, когда я нашёл тебя в заброшенном женском туалете, истекающего своей кровью и почти безжизненного, я до смерти испугался. Я эгоистично подумал о том, что если сейчас ты потухнешь, то умру и я. И это будет очень жестоко с твоей стороны меня оставить, так и не узнав о том, что ты был частью моей жизни, если не всей её составляющей. С самого первого моего взгляда на тебя и до сегодняшней секунды и, я уверен, всю оставшуюся отведённую мне жизнь на спокойное колыхание моего огня в еле уловимом потоке ветра из приоткрытого окна - ты навсегда останешься в моем сердце симфонией, которую не выветрить никакими исправительными работами, никакими замещающими чувствами, ведь ты тот - ради кого я продолжаю жить и готов отдать свою одну жалкую, но жизнь, чтобы ты сиял и давал надежду другим людям. Таким же как я, возможно, потерянным, возможно убитым и изнутри сгнившим, потому что живя в вечной сырости темноты не возможно увидеть свет. Я прошу, чтобы ты сиял и давал надежду людям, подобным мне, что восхищаются тобой не просто потому, что ты особенный или герой, нет, даже не столько из-за этого, а по причине твоей натуры, сущности и внутренней красоты. Внутри тебя тоже не спокойно, я не раз ловил твои пожирающие меня взгляды, не раз видел как ты колотил стены, чтобы успокоиться, но какой же, чёрт возьми, ты живой, Гарри, такой искренний и чувственный, что смотря на тебя, хочется восхищённо уронить челюсть и упасть тебе в ноги, как бы позорно для моего статуса это не звучало, я готов унижаться ради того, чтобы ты навсегда запечатлил свой образ у меня в сознании, заставляя вставать чтобы жить, жить, жить и жить.
Я самовлюблённо хочу твоей любви, её жажду, в ней нуждаюсь, словно в воздухе, мне очень хочется безнаказанно тебя касаться, не объясняя почему решил поправить твой съехавший галстук посреди коридора, мне думается, что если мы подружимся, то я умру самым счастливым на свете человеком, мне так не хватает твоего тепла. Безусловно, только смотря на тебя меня уже наполняют чувства, но я не чувствую себя полноценно, когда они не направлены на мою честь, ведь...я сильно влюблён и хочу взаимности. Знаешь, мне столького стоило, чтобы написать тебе это, собраться и сделать, освободить последние сомнения и с надеждой сжать в кулаке этот свёрток, который был без единой помарки каких-то пару минут назад. Мои мысли это пустое пшеничное поле, что выращивают маглы в огромных количествах, представь только, целыми тоннами! Я, наверное, звучу глупо, но меня это удивляет, ведь ты из двух миров одновременно, но и там и тут сияешь одинаково ярко, даже если воск залепит твой фитиль ты выберешься, выкарабкаешься и воспылаешь с новой силой, никакой могущественный шторм не погасит твой вечно горящий пыл. Мне даже не нужно думать о том, что хочется написать, я столько молчал о своих чувствах к тебе, что они сами льются на бумагу и надеятся на то, что когда-нибудь твои глаза коснутся их взора и мир возрадуется, потому что на одного счастливого человека в этом бездушно одиноком мире стало больше.
Однажды очередной ночью, что покрывала темнотой всю мою жизнь, а заодно и весь Мэнор, я думал о своих воспоминаниях. Оказывается, что ни одно из них не обходилось без тебя, а если и было таковое, то несчастливое и я хотел бы забыть последнее. Проглотить его и никогда больше не думать, чтобы в моём сознании остался только ты и жажда тебя, желание продолжать существовать вопреки тому, какого мнения будут обо мне люди после всего этого. Я верю, что ты тоже страдаешь, возможно, даже не вывозишь и я буду только рад поддержать тебя, когда ты устало будешь валиться с ног, не вынося ритма своей жизни. Я хотел бы прижаться к тебе своей грудью, растрепать твои волосы и вдохнуть твой запах, поправить твои очки, застегнуть пуговицу на неряшливой рубашке. Все эти мысли проносятся мимо меня со скоростью света и их насколько много, что даже так они никогда не закончатся. Скорее я прекращу свою жизнь, чем перестану думать, мечтать, желать тебя, потому что без твоего имени, Гарри, я уже не существую, я уже не тот Драко Малфой почти выпускник Слизерина, уже не хочу быть им без тебя в моей жизни.
Я чертовски эгоистично жажду тебя и возможно за это меня покарают, если не другие, то, надеюсь, это будешь ты, потому что я не прочь пасть от твоих рук или заклинания, выпущенного палочкой, что ты держал. А помнишь тот день? Когда ты поразил меня незнакомым мне заклятием? Я тогда чуть не умер и, если честно, это было счастье, что мне удостоилось истечь кровью от твоих рук. Я читал маггловские книжки, у них такое не очень в порядке вещей, но, я думаю, раз это будем мы с тобой, то всё в порядке? К концу письма я стал по собственнически вести себя по отношению к тебе, но раз ты дочитал до этого момента, значит, я что-то для тебя да и стою, моему счастью не было бы придела, окажись это так. Дай мне знать, ладно? Я буду ждать сколько бы тебе не понадобилось времени и я не собираюсь умирать раньше тебя только если от твоих рук, потому что пока горишь ты - пылаю и я. Спасибо тебе за прочтение и (возможно, я очень надеюсь, молюсь святым и тебе, Гарри, что это будет взаимно и когда-нибудь ты подаришь мне свою искреннюю любовь) приходи ко мне в любое время, я приму тебя даже на своей казни, потому что слишком долго, бесконечно жду и нескончаемо люблю тебя.
Примечания:
Одинокий Драко жаждет внимания от всеобщего любимчика Гарри Поттера, что может быть приятнее?
