1 глава. Кем ты проснёшься?
25 мая 2023 г., 17:36
1 глава. Кем ты проснёшься?
В преддверии своей новой осени, Гарри, сжав зубы, брёл по Тисовой улице, гружёный пакетами продуктов и чёрт знает чем ещё. День рождения надвигался, не спрашивая, хочет тот того или нет. Как и все предыдущие праздники, этот он проведёт, в подготовке именин своего кузена Дадли. Возможно, не родись они с ним в один летний месяц, ему бы не было так тошно от своего-этого-проклятого-появления-на-свет? «Придурок…» — в сотый раз за последние сутки повторяет Гарри себе под нос. «Какой чёрт меня дёрнул поставить чёртову горячую сковородку на чёртову белую скатерть Петуньи?..» — от усталости не было сил кричать это у себя в голове, и задушенная мысль медленно пульсировала в плечах и в оттянутых пакетами руках. Как назло, дом тёти и дяди приближался к уставшему Поттеру слишком медленно. В каждом шаге в голову били отголоски проклятья — проклятому семейству Дурслей, так любезно приютивших сироту после гибели родителей Гарри. В спасительных сантиметрах от дверного звонка, один из пакетов рвётся от тяжести, выворачивая из себя всё содержимое к порогу дома. «Чёрт! Надо успеть собрать всё, пока дядя не увиде...» — дверь тотчас же открылась. Гарри уставился в толстый живот своего дяди. Всегда сначала выходил живот, а затем сам Вернон. «Твою-то мать…». В магазин семья Дурслей всегда отправлялась на машине, но так часто оказывалось, что от накупленного хлама для Гарри неожиданно не оставалось места в салоне. И он возвращался домой пешком, неся на себе непоместившееся в той же проклятой машине скупленное шмотьё, с которым: «Дадличка не поедет как в грузовой машине! А места в багажнике уже нет!». И это не было чем-то плохим, так, гуляя, Гарри отдыхал от осточертевших родственников и тёмного чулана. Ах да, ему же выделили вторую спальню Дадли, но чулан всё так же оставался излюбленным местом для наказания Поттера и оттого часто был им обитаем. Но сейчас можно было вдохнуть полной грудью, поднять глаза на ясное летнее небо, представить, как он парит на метле, слышать вибрирующий звон крыльев заветного снитча. И точно знать: «Есть ради чего стоит пережить этот день, следующий и всё лето целиком». — …П-п-поттерр-р!... — раскатился каркающий голос дяди над его головой. — Неделю! Неделю ты проведёшь в чулане! Его оборвал крик совы — хлёсткая пощёчина Вернону, аккуратно сложенным конвертом из пергамента с зелёной печатью. Пока дядя от возмущения хватает ртом воздух и пытается сформулировать своё негодование, Гарри ловит письмо. Перескочив прихожую и лестницу в пару прыжков, Гарри оказывается в своей комнате. С размаху закрывает дверь, и только невинное запирающее заклинание не даёт Дурслям ворваться к нему. Он уже не слышит клёкот тётки и визжащий голос Вернона. Его сердце заходится от бега, но больше — от послания в руке. Пока распечатывает письмо и вникает в смысл тонких строчек зелёных чернил, не замечает, как улыбается:
«Поттер!
Если ты уже наотдыхался у своих чудесных маглов, вот тебе порт-ключ в мой дом!
Мой отец хочет видеть тебя. И я обещал показать тебе новую метлу, на которой в этом году собираюсь выиграть у тебя в квиддич! Собирай вещи, школьные тоже. Если, конечно, ты не пожелаешь возвращаться к своим милым родственникам перед учебным годом. У тебя 15 минут! Драко.»
Усталость как рукой сняло. Глаза засияли. Поттер кидал вещи в чемодан, даже не особо разбираясь, что попадается ему под руку. Благо, что вещей у него было немного, и ошибиться в сборах было достаточно трудно. Натягивая тёмно-бардовую толстовку, он заправлял безумные тёмные волосы в капюшон одной рукой, а другой — отыскивал порт-ключ в конверте. В итоге нашёлся изящный серебряный солдатик. Серебро. Серебро очень подходит Малфою, егошкольному факультету и строгим чертам лица. Удивительно, как неестественный пепел его волос сочетался с тёмными ресницами и бровями, которые он часто хмурил, словно живой осколок предгрозового неба на Земле. Фигурка была настолько отполирована, что почти светилась неоново-голубым светом в руке: «маленький солдатик». Хрупкий, несмотря на металл. Серебро твёрже золота, но мягче по сравнению с медью. Серебряный солдатик Драко — по-змеиному плавный, в противовес острым пикам золотой львиной диадемы — гривы, уступал медным волосам Рона, с которым Поттер сдружился не меньше, чем с Малфоем. Сегодня Рон с братьями должны были забрать Гарри к себе, но вылазка сорвалась. Гениальная идея — угнать у Артура Уизли машину и вывезти на ней Поттера — провалилась на стадии «незаметно от Молли Уизли подойти к машине». Гарри чувствовал вину перед братьями друга и перед самим собой, но отдал бы многое, чтобы увидеть, как Молли разносит их гениальный план по всем пунктам. Настроение от мысли, что Рона он теперь, скорее всего, увидит только на платформе девять и три четверти, скатывалось к тоске. Но Драко — его он не забыл! Как быстро он узнал, что Гарри застрял с Дурслями? И сейчас вытаскивает его из душной комнаты, пусть и к своему отцу, но всё равно — к себе домой! Пока Гарри рассматривал порт-ключ, сияющие грани играли бликами на его очках. Нагретая в руке статуэтка теперь взаимно приветливо заполняла Поттера теплом изнутри. «Просто возьми его и произнеси: «Малфой-мэнор». — Малфой-мэнор! — громче ожидаемого вырвалось у Поттера. Гарри закрутило в воронку перемещения, стирая очертания угрюмой комнатёнки. Больно пропахав плечом аккуратную, до него лужайку, Гарри тихо зашипел. — Поттер?! — тонкий испуганный голос завис над ним. — Ты цел?! Повернувшись на спину и возвращая очки на место, наконец, вырисовывается знакомая физиономия Малфоя. И без того узкое лицо друга вытянулось в тревожных оттенках, а светлая чёлка выбилась из идеальной, до него, укладки. — Видел бы ты себя, Драко! — выхлестнул смехом и болью Гарри. — На себя посмотри, тупица! — Звучит обиженно, но всё ещё взволнованно. Ты переживал за меня? — заигрывающе поддел Поттер. — Моей матери не понравится труп тощего героя на её изысканном газоне! — А, только поэтому? — улыбнулся Поттер. — И кто тут тощий вообще?! Они смотрели друг на друга с минуту: один — внимательно высматривая хоть какие-нибудь следы увечий и пытаясь поверить, что Гарри действительно в его саду, другой — с прищуром, выискивая у него болезненную худобу, чтобы сравнять счёты по части немощности. Но Драко за лето подрос — и, о, нет, крепче стал! Он протянул руку, чтобы помочь Поттеру встать. Но Гарри, ухватившись за предплечье друга, хохоча, буквально утянул его на себя и взял в захват. — Ты так и не освоил приёмы, которым я тебя учил, Малфой! — с довольной ухмылкой проговорил Гарри. — Да кто ты такой!.. — клубок дерущихся парней почти покатился дальше по лужайке. — Мистер Поттер? Парни отцепились друг от друга, как по команде, и резко встали на ноги. На Люциуса уставились две пары искрящихся глаз. Старший Малфой тяжело вздохнул, предчувствуя весёлые каникулы в своём поместье. — Д-добрый день, мистер Малфой! — выпалил Гарри, пытаясь отдышаться и одновременно стряхивая ветки и застрявшие в волосах травинки. Незаметно сплюнуть осоку, угодившую в рот, совсем не получалось. И Поттер не придумал ничего лучше, чем попытаться её проглотить. Подавился. Драко нервно локтем приложил его в спину, одёрнувшись обратно на отца. Люциус смерил Поттера изучающим взглядом, не сумев скрыть недовольство от увиденной картины. Гарри не знал, с чем именно связана немилость Люциуса Малфоя, возвышающегося над ними словно угрожающая скала. Может быть, испорченный газон? Может неряшливый вид Поттера? Может само присутствие полукровки на священной земле Малфоев — о чём ему постоянно говорили Рон и Гермиона? Может, сама дружба с Драко вызывала у него порицание? А скорее всего — всё вместе, да ещё ворох причин, рубцующих сейчас отношения между Гарри и семьёй Драко. — С тобой поговорим позже, — сухо процедил Люциус Драко, от чего тот едва уловимо сжался. — А сейчас проводи мистера Поттера в его гостевую спальню. Думаю, он захочет посетить ванную и переодеться к ужину, — медленно и нарочито небрежно, одёрнув полы мантии, процедил Люциус, выделяя слова «умыться» и «переодеться». «Как искусно-завуалировано он меня назвал засранцем!»— с восхищением отметил про себя Поттер. Он с удовольствием пустил мысли в рандом язвительных ответов, не решаясь остановиться на каком-либо варианте. Замешкался, краем глаза заметив движение Драко, который стоял рядом с ним. И — золотые секунды для эффектного, острого ответа были упущены. Как и сам запал: желание «уколоть Люциуса Малфоя» улетучилось. На кону был Драко — его друг. И он не хотел потерять его, рассобачившись с его родителями в первые минуты общения. Тем более, Гарри был наслышан о Малфоях от множества людей в школе. Порой казалось, что однокурсникам ничто не приносит такого удовольствия, как сплетни об учениках Слизерина, особенно о Малфоях. Рон не отставал и не упускал возможности очернить и без того мрачный образ семейства Люциуса. Гарри был готов к холодному приёму в этом доме и, наверное, мог вынести все неудобства, вовремя прикусывая язык, лишь бы увидеть дом Драко. Тот так увлечённо рассказывал о нём и так спешил, наконец, пригласить Гарри к себе, чтобы показать зачарованные предметы, сады с магическими растениями, книги и многое другое — узнать волшебный мир с новой стороны, со стороны Драко. А ещё, возможно, узнать, откуда у его друга такой несносный характер. Но теперь всё встало на свои места! Люциус фальшиво-приглашающим жестом протянул руку с тростью в сторону дома, и мальчики последовали за ним, не забывая толкаться, давая понять друг другу, что разговор ещё не окончен.
