Koletise armastus

— Знала бы я, что вы отправитесь прямо туда и заберёте меня, забрала бы вещи из дома. — Пока все устраивались по свободным комнатам, Аврил сидела в обеденной комнате вместе с Императором, просто попивая принесённое белое вино. — Я хотел забрать тебя по тихому, просто появившись там и забрав, но кое-кто решил сделать по своему. — Брайн хмыкнул, отпивая немного вина, пока его глаза тухли как свеча от усталости. — Было рискованно идти туда, но он настоял на своём и вот что получилось. Как оказалось всего пару минут до этого момента, многие всадники оказались серьёзно ранены, ведь попытались пойти против одного лишь Советника, который не был на посту веков так четыре. Луи и Сандрилла были в порядке только из-за того, что Император будто предсказал решение остальных всадников и приказал Аяке и Филиппу быть в стороне и наготове с артефактами перемещения, чтобы во время дымового занавеса схватить двоих всадниц и заставить их драконов «выкрикнуть», чтобы казалось, будто всадниц легко убили, пока на самом деле их перемещали подальше от боя с помощью артефактов. Сандрилла сразу поняла, что к чему и без особых проблем «подыграла» со своей виверной, позволяя Филиппу забрать её и Лиека, но вот Луи не признала в своих «спасителях» друзей и попыталась атаковать, врезала Аяке раз-второй, пока на поле боя не влетел Рубиан, с помощью магии создав иллюзию для Ветерка, будто Луи убивают на его глазах, и так просто-напросто давая Аяке забрать обоих к уже ждущей Сандрилле. Как только до Первого Советника дошла весть о том, что две их цели были вне поля, решил «размяться», разбивая остальных пятерых всадников и их драконов в пух и прах по отдельности даже не применяя магии. Только естественное магическое усиление, чуток левитации и кулаки, что чесались кому-нибудь морду набить весь месяц. Морду набить-то набил, а пар не выпустил, потому именно сейчас и отбивает мишени под замком, по которому в свою очередь проходит тряска каждые секунды полторы-две. — Ну, хотя бы они не станут трогать… Нас, в течении какого-то времени. — Поставив бокал на стол, стоило тряске успокоиться больше чем на пять секунд, девушка вздохнула. — И всё же стоило забрать вещи из дома. — Не волнуйся. Этот оболтус занялся этим перед тем как начались переговоры. Вынес тебе сёдла, какие-то коробки и травы с инструментами. Ну и какие-то бумаги. — Быстро перечислив, что мужчине удалось увидеть пока его не послали куда подальше, он усмехнулся. — Отмахнулся мол, «Наверняка дом обыскивать будут. Не оставлять же вещи без присмотра, мало ли». — Осмотрительный. — Со смешком, Аврил снова вздохнула. — Слушай, Брайн… А как это вообще? — Приподняв одну бровь, мужчина поднял свои белые глаза на неё. — Я имею ввиду, поле боя. Когда нет пути назад, и только путь в гущу врагов, без знания, выживешь ты или нет? Победит ли твоя сторона или нет? — Это… — Мужчина затих на некоторое время, только после тяжело вздыхая и опуская свой бокал, с закрытыми глазами. — … Сложно. — Белые глаза поменяли свой вид, принимая более человечный вид зелёных глаз. — Когда тот мелкий… Придурок начал войну, захватив Вохрид, мы хотели начать переговоры, но он отказался, не оставляя нам иного выбора, кроме как собрать армию и сражаться, будучи простыми воинами, без титула, без признания знати, без чего-либо такого. — Зелёные глаза выглядели такими… Живыми, когда мужчина вспоминал прошлое, но помимо этого, держали в себе тонну боли и отчаяния. — Ты не обязан рассказывать. — Мужчина только покачал головой, снова вздохнув. — Знаешь, сейчас по Шайну и не скажешь, но он был против войны. Всеми силами пытался отказаться от участия в ней. Говорил, что лучше пойдёт вызволять Вохрид, но сражаться не станет, не станет убивать людей, не станет никого ранить… Но стоило войне начаться, как его мнение поменяли самым отвратительным и неприятным образом. — Взяв короткую паузу, чтобы протереть уставшие глаза, правитель продолжил. — Его дом оказался сожжён, а вместе с ним его родные и учитель, гостивший у них, чтобы обучать самого Шайна тогда. — Переведя свои глаза на Аврил, Император не заметил ничего кроме пустого взгляда на бокал. Ничего. Совершенно ничего. Пустота, бездна. Только вот, хотел Брайн что-то сказать, как в уголке пустых глаз появилась маленькая слезинка, сразу стёкшая по щеке девушки. — Аврил… — Он потерял всех, Брайн. — Её шёпот прервался глубоким вдохом. — Он потерял всех из-за этой войны. Даже не вступив в неё, он потерял всё, а вступив в неё, потерял самое дорогое. — Все мы что-то потеряли на войне, много кто изменился из-за войны, и такие люди как Шайн, которые потеряли буквально всё, — Рука мужчины накрыла маленькую ладошку девушки. — не выживали. — Разноцветные глаза встретили изумрудные, видя сожаление, но и гордость. — А он выжил и помог мне закончить войну. И он жив до сих пор. — Кивнув разок, она дала мужчине продолжить. С её кивком, его рука вернулась на свою сторону стола. — Когда это произошло, он пошёл прямиком ко мне, и вызвал на бой. — Брайн усмехнулся. — И чёрт побери, как же он меня тогда размазал по стенке, даже без магии. — С этим воспоминанием, мужчина захохотал, но сразу затих, стоило его воспоминаниям пойти дальше. — Он мог меня убить тогда. Он был в миллиметре от того, чтобы перерезать мне глотку, но он этого не сделал. До боя мы решили поспорить. Если я побеждаю, он становится моей правой рукой в войне. Если победит он… Скажет свою часть после победы. И он сказал. — Уже в который раз, мужчина вздохнул. — Сказал… Что уничтожит кого угодно, да даже уничтожит всю армию и того придурка заодно, если понадобится, но в случае победы, не станет никем выше Советника. — К чему это было? — Аврил откинулась на спинку стула, подставляя под свою голову руку. — С чего вдруг он заговорил об этом, если вы тогда не были высокого статуса? — А к тому, что он победил меня. — Подставляя под свою голову кулак, Император потупил свой взгляд. — Я считался сильнейшим из воинов армии на тот момент, а он считался простым учеником мага из подворотни. Да, мы выросли вместе, ходили на тренировки, ходили по барам после совершеннолетия на пару, но вместе с этим, мы шли разными дорогами. Он выбрал путь мага, а я мечника. Так мы и разошлись на какое-то время в предпочтениях, пока Шайн не решил познакомить меня с Вохрид. — На последних словах, лицо правителя расплылось в мягкой улыбке. — Говорил мне, какая она прекрасная, красавица, умница, золотая ветвь знати. Говорил в шутку, что мы бы друг-другу подошли. Мол, я близок к знати, а она из знати, только вот… Когда ещё до войны поступило известие о выборе мужчины высокого статуса для брака с принцессой другой Империи, всё полетело к чёрту. — Рука, спокойно лежавшая на столе, сжалась в кулак, и улыбка померкла. — Когда мы встретились с Вохрид в первый раз, я уже знал, что меня выберут, и что мне придётся буквально перед венцом познакомиться с принцессой, и не надеялся с ней встретиться перед браком. И она сама знала, что выйдет замуж за какого-то воина, которого повысили только чтобы не выдавать ей в мужья какого-нибудь мальчика в роскоши да с золотой короной на голове. Они дали нам обоим портреты друг друга, даже до того, как весть разлетелась по Империям, и когда мы встретились, сразу узнали друг друга, не прошло и секунды. — И снова вздох. — Что самое неприятное, это было практически за месяц до объявления, и Шайн совершенно ничего не знал. Каждый раз, когда мы прощались с Вохрид на границе нейтральной территории, он с улыбкой говорил, как хорошо иметь хоть кого-то как Вохрид в своих близких кругах, а потом, спустя какие-то несколько недель, на следующий день после такого же «прощания» с Вохрид… Он и его сердце разбились прямо на моих глазах. — Глаза мужчины закрылись на мгновение, возвращая свой белый цвет. — Я стоял на сцене, пока Император провозглашал меня женихом принцессы, а Шайн стоял буквально в пяти метрах от меня, возле сцены окруженный простыми жителями и я видел, как каждая крупица хоть какой-то надежды, любви и веры в лучшее в нём разбивались на моих глазах. Он думал, что я не знал до того дня и был поставлен перед фактом, но я знал, Вохрид знала и мы говорили с друг другом об этом всегда когда Шайна не было рядом. — Откинув голову на спинку стула, зубы мужчины слышно скрипнули. — С того самого дня, ему казалось, что я не знал, кто она, и что она не знала кто я. Он думал, что мы не знали друг друга как будущие супруги, но стал отстраняться. Стал оставлять нас больше наедине, больше не говорил так, будто Вохрид предел мечтаний. — Его голос не звучал мгновение. — Да он даже не замечал, что Вохрид его любила так же. — С этими словами, что-то в душе Аврил рухнуло, и даже показалось, что это не её душа, а душа Вохрид. Хотя… Так оно и было, ведь разные глаза приняли красный цвет и слова сами вырвались. — Ты же поклялся не говорить этого! — Слова звучали зло, но на лице Аврил было только удивление и это был первый раз, когда Аврил осознавая, оказалась под властью Вохрид. — Прошло пять веков. Ты мертва. Какая разница? — Стоило правителю ответить, как красные глаза вовсе пропали. — Я поклялся Вохрид никогда не говорить вслух то, что она сказала один раз. Из-за того что мы должны были стать супругами, чтобы объединить Империи, мы не могли выбирать тех, кого любим, потому, нужно было хотя бы попытаться полюбить друг друга. Но каждый раз, когда мы делали вид, что влюбляемся, Вохрид смотрела в спину Шайну так, как он смотрел на неё до того чертового объявления. — История, которую рассказал Шайн, была трагична, неприятна, до ужаса несправедлива, но правда… Была намного хуже. — Он любил её, думал, что мы любили друг друга до гроба, но мы только лгали ему, думая что выбора и так и так у нас не было… Идиоты, и мы это знаем. С самого начала знали. — Брайн горько усмехнулся. — Да даже сейчас Шайн наверняка думает, что Вохрид начала влюбляться в меня с нашего знакомства, как и я в неё, а по факту влюбились мы только за месяца так два до начала войны, когда он полностью отстранился от нас, только мельком встречаясь то тут то там. Он отстранялся больше ради меня, чем ради себя самого, осознавая что не сможет быть с ней вместе. Думал и даже подтвердил это, что не хотел забрать чужую любовь, если вдруг окажется, что что-то да есть в её чувствах к нему. Думал, что разорвёт нас как тонкую нить, стоит снова приблизиться… И думал так до того самого момента. — Император затих, опуская свою голову, только слегка покачивая ею. — До самой смерти Вохрид он скрывал свои чувства к ней, свои эмоции ко всей ситуации с нашей помолвкой с ней… И это всё вырвалось, когда он взял её мёртвое тело в свои руки… — Император зажмурился, с такой болью на лице хмурясь, что даже самой Аврил стало больно. — Такого крика… Я не слышал в своей жизни никогда. Шайн… Мой лучший друг, тихий на людях, почти без каких либо эмоций делая самое противное, неприятное что только можно вообразить… Закричал так, что это снится мне до этих самых пор, и каждый раз видя его, этот крик появляется у меня в ушах как неутихающий звон. — С тяжестью поставив локти на стол и опустив на сложенные руки голову, Император снова покачал головой. — Ты спросила, почему он заговорил о том, что не станет никем выше Советника? — Взглянув на неё, он получил кивок. — Да потому, что он должен был стать Императором вместо меня. Шайн Катулон, Моэру Эйландарь, до сих пор среди людей считается настоящим Императором, а не я. Он знал, что победив меня тогда, итог будет таковым. И он оказался чертовски прав. Победивший Императора… Становится им.

***

После разговора с Брайном, Аврил не смогла пойти в комнату, боясь найти там Шайна. Она должна была всё это обдумать. Всю эту информацию, все эти факты, все эти мысли. Потому решила пойти в открытые источники недалеко от замка о которых рассказал Брайн. Они были спрятаны в лесу, там, куда никто не смел ходить, считая эти леса территорией замка. Все уважали свои и чужие границы, тут совершенно не поспоришь, потому и место было спокойное. Источники были на обрыве, открывая вид на огромное безграничное море и замок не так далеко на двух горах, которые скреплял естественный каменный мост. Под одной горой, на которой и стоял замок, был берег и порт с рыбацкими помостками, а под другой уже начиналось само море, но гора создавала приятное место для купания, делая дно не таким уж и глубоким, для тех кто боялся оказаться затянутыми волнами, которые просто-напросто разбивались о другую сторону горы, не достигая берега. На закате этот вид становился пределом фантазии, особенно учитывая загорающиеся огни столицы, часть которой спускалась с другой стороны от замка к морю. Горячая вода, чистый воздух, спокойная атмосфера, красивый вид… То что нужно для отдыха и обдумывания вещей, но на душе всё же было неспокойно, до одного момента… — Аврил? — Знакомый голос, которого девушка пыталась избежать не так давно, всё же прозвучал, заставляя девушку закрыть глаза и тихонько вздохнуть, перед тем как повернуть голову к мужчине, что пришёл за ней. — Брайн сказал что ты здесь. — Я… Решила отдохнуть. — Опустив взгляд в воду, девушка отвернулась, снова обращая своё внимание к прекрасному виду. Её тело было закрыто мягким белым полотенцем, которое не давало взглянуть на некоторые части тела, даже в мокром состоянии. Правда, девушка совершенно не волновалась об этом. Он уже видел её без одежды, без полотенец достаточно раз, чтобы перестать смущаться до абсурда. — Я же знаю, что это не так. — Послышались шаги, и вскоре звуки воды, пока они не остановились совсем близко, и рядом на камни в воде присел мужчина с чёрными как мгла руками до локтя и тёмными как бездна глазами с горящими как звёзды огнями. Взглянув на него лишь раз, Аврил подметила, как же чертовски хорошо выбрали его описание… Ведь вид просто завораживал. Казалось бы, он должен быть устрашающим, будто монстр, но смотря на него так, вблизи, осознавалось, что это просто уставший после многих лет работы и войны человек, желающий отдохнуть. Он не был страшным, не был похож на монстра, он просто был… Шайном. Он просто был собой. Таким, каким она его и любила. — Он… Рассказал мне о Вохрид. — Отворачивая свою голову в сторону, мужчина вздохнул, закрывая лицо одной рукой. — Я такой идиот… — Я тоже идиотка, раз думала, что Вохрид могла и правда быть настолько слепой, чтобы не полюбить тебя. — Пусть это и заслужит Аврил подзатыльник позднее во сне, но это была правда, насколько бы она не была печальной. — Уверена, вы были бы счастливы вместе, не будь этой вражды между Империями. Ей бы не пришлось выходить за Брайна, им бы обоим не пришлось пытаться всеми силами влюбиться в друг друга, и Брайну самому не пришлось бы страдать как чёрт, пытаясь вернуть её для тебя. — А вот тут она сказанула лишнего. — Прости, что? — Их глаза встретились, и осознание ударило в Советника как огромная булава. — Я ЕГО ПРИДУШУ. — ШАЙН, НЕ ТРОГАЙ БЕДНОГО БРАЙНА!

…

— Мир был налажен, пусть и с жертвами, Брайн чувствовал себя отвратительно и хотел вернуть Вохрид, чтобы наконец дать тебе возможность быть с ней честным. Даже без его слов, это можно понять. — Осторожно проводя по сильной спине мокрым полотенцем, девушка шептала объяснение своих слов. Брайн не сказал и слова о том, почему пытался вернуть Вохрид к жизни, но по его рассказу ответ был ясен и без этого. Шайн же чувствовал себя полнейшим идиотом, не способным заметить элементарнейшие вещи, и даже если Аврил могла понять почему он так себя чувствовал, она всё же пыталась его успокоить. — Даже если и на несколько минут, это позволило бы тебе успокоить свою душу. — Окунув полотенце снова в горячую воду, в которой они сидели, Солхат провела по большому шраму на спине Советника, даже не собираясь спрашивать, откуда он. Не для этого времени вопрос. Совсем не для этого. — Теперь я не смогу её успокоить с осознанием, что я чёртов идиот. — В этот раз девушка шлёпнула его по спине полотенцем, правда вызывая не недовольное «Ай», а лёгкий смех. Он успокоился, и это главное. — Правда, в какой-то мере я даже рад. Без своего идиотизма я бы не встретился с тобой, а это хуже. Намного хуже. — Ой давай без этих заигрываний, я же знаю, что ты не успокоишься, стоит тебе начать. — Девушка с усмешкой отложила полотенце в сторону, давая мужчине повернуться и опустить мягкий поцелуй на её щёку. — И ты это любишь, принцесса. — В этот раз, маг с улыбкой накрыл губы всадницы своими, затягивая в поцелуй. Рядом с ней, он смирился намного быстрее, чем можно было представить, и Брайн, который и отправил Шайна сюда, за ней, это полностью осознавал. Чего он не осознавал, так это того, что маг ему всё-таки врежет, стоит им встретиться где-нибудь в одиночку. Но пока… Шайну было плевать. Увидит, значит врежет, а пока не увидел, будет со своим лучиком солнца. — Я люблю не только это. — Спустя какие-то полторы минуты, девушка отстранилась первой, всего на пару сантиметров. — Я люблю тебя. — Маг смотрел на неё не двигаясь десять секунд, пятнадцать, двадцать, и только когда её голова слегка наклонилась в вопросе на бок, он с ярким для его светлой кожи румянцем уткнулся в её шею, закрывая своё лицо таким образом, пока его руки уже спокойно покоились на её боках. — Ой кто-то засмущался. — Со смехом протянув пару гласных, девушка почувствовала как чужие зубы, или даже клыки, покусывают кожу на её шее, вызывая ещё больший смех.

*

— Сандри, есть минутка? — Найдя Сандриллу на утро рядом с полем, на котором спали драконы, Аврил осторожно подошла, не хотя её напугать, если она ещё находилась в полусонном состоянии. — М? Да, конечно. — Потряся головой, сметая всю сонливость, которая оставалась, всадница повернулась к магу, показывая своё внимание. — Это насчёт Филиппа. Он оказался здесь раньше нас и раньше вашего прилёта в Империю Света, так что у него не было возможности ничему научиться из того, что мы тренировали. Да и тут драконьих всадников нет почти… Я хотела попросить тебя его потренировать. — Сандрилла кивнула, по типу того, что она понимает, но не соглашаясь пока. — Только если будет не трудно. — Мне-то не трудно, но это месяц работы. Помнишь сколько заняло твоё обучение? Я не стану нагружать его так же как Фрау нагружала тебя, чтобы побыстрее всё выполнить, а ты ещё и месяц сидела безвылазно в замке. — На дворе была середина лета, каких-то девять месяцев прошло с начала войны, и как бы неприятно не звучало, с дня рождения Аврил. Как только началась война, на следующий день Аврил стукнуло двадцать четыре, и именно по своему дню рождению Аврил всё время считала сколько же времени шла война. За несколько месяцев может поменяться столько всего и за один месяц обучения всадников без Аврил наверняка произошло не меньше. — Я конечно могу его потренировать, но если вы… Мы, — Она быстро исправилась, понимая что теперь никаких «вы» нет. — решим начать активную атаку, то ему придётся отправиться необученным до конца. — Значит просто приложим все усилия, чтобы обучить его самому важному. — Только разноглазая договорила, как её осторожно толкнули в спину, заставляя совсем немного пошатнуться. Повернув голову к тому, кто это сделал, Аврил увидела красного дракона, что опустил к ней голову, толкнув её носом. — Давно не виделись, Нейран. — Обняв мордочку дракона, Солхат заслужила себе довольное урчание дракона, который даже глаза закрыл от радости. Когда прибыли остальные, дракон спал, потому не увидел Аврил, но теперь он был бодр и совершенно не отказался бы вот так встретить человека, спасшего его и его всадника пару раз. — «Рад видеть тебя спустя столько недель.» — Теперь, имея способность слышать драконов, Аврил с удовольствием это применяла, когда была рядом с ними, и Нейран судя по всему тоже был не против наконец поговорить хоть с кем нибудь. — Я тоже рада тебя видеть. Раны зажили? — Дракон с лёгким гоготом, который будто означал задумчивость расправил свои крылья, осматривая под и над ними, только потом возвращая голову обратно и покачивая головой. — Это хорошо. Как сам Филл? — «Всё так же. Шан-Пьен не даёт ему продыху, но в этом есть свои плюсы.» — Опускаясь на землю телом, красный дракон опустил так же свою шею. — «Не против взлететь?» — От такого предложения Аврил опешила, не говоря уже о Сандрилле рядом. Драконы никогда не давали никому кроме своих избранных людей взбираться на себя. Да, Сапфира позволяла взбираться на себя Шайну, просто потому, что Аврил доверяла ему больше всего из всех остальных людей, но прямое предложение дракона взобраться к себе на спину совершенно чужому человеку… Это было удивительно. Люди никогда не имели никакого права садиться на спины чужих драконов, особенно без разрешения всадника дракона или самого дракона, а вот всадники, у которых уже был дракон, совершенно не могли седлать чужих драконов, у которых так же был всадник. Аврил уже седлала другого дракона, Миду, которая лишилась своего всадника и сама не была против, но тут дело было совершенно иным. Чужой дракон предложил чужому всаднику взлететь с ним при первой встрече спустя почти два месяца. — Разве Филл не будет..? — «Он не способен на мне летать, его ноги до сих пор не достаточно сильны, но ты сможешь.» — Только вздохнув, девушка решила, что отказываться от такого предложения довольно грубо, да и она, если честно, желала посмотреть, какого это, быть на более большом драконе, да ещё и не на спине, а на шее. Стоило девушке крепко взяться за рога дракона, как тот немедля поднялся, рывком взлетая в воздух. — Держись крепче! Управление драконом без зрения сложнее на шее! — Уже далеко от земли, Аврил только мельком услышала крик Сандриллы, которая сама уже побежала к Лиеку, не желая оставлять подругу одну в воздухе на чужом драконе, который пусть и дорожил жизнью любого всадника, но не имел связи с всадницей от слова «совсем». Правда вот… Вместо того чтобы увидеть Сандриллу спустя минуту-две в воздухе, девушка на чужой шее с силой отвернула морду дракона, потянув за рога, предотвращая «столкновение» с бело-чёрной огромной змеёй, которая не пойми откуда появилась в небе под лучи восходящего солнца. — Летаете тут в одиночку, Миледи? — Белая змея с громким рыком пролетела мимо, как стрела делая обороты вокруг себя в небе, только разок давая всаднице увидеть черноглазого Советника на спине своего дракона. Нейран такому вовсе не удивился и только быстро поблагодарив всадницу за «спасение» его бедной головушки, принял такое предложение на гонку от пролетевшего мимо Кхарма. Аврил от такого поведения не только своего Лунника, но и его дракона, захохотала давая красному дракону делать желаемое, не хотя оставаться позади. — Уж кто бы говорил! — Нейран, с одним взмахом крыльев перекатился в воздухе словно бочка, давая всаднице на своей шее своровать такую выбивающуюся из волос Советника ленту, ныряя вниз под смех разноглазой. — Вот уж… Проказница! — Уже перехватив смешок, Советник ничуть не отставал, под весёлый крик всадницы в десятках метров от него. Теперь вместо гонок, это были догонялки под весёлый смех и восторженные крики жителей Столицы, выбирающихся из своих домов с утра по раньше, пока оба мага пролетали над городком. — А ну-ка верни ленту, принцесса! — Снова набирая высоту, магу удалось кое как нагнать девушку при полёте вертикально вверх. — А вот и нет! — Разок глянув в голубые глаза с хитрой, широкой улыбкой, девушка быстро завязала себе на руку ленту, крепко берясь за рога дракона. — САПФИРА! — С этим криком, девушка оттолкнулась от шеи дракона, пролетая прямо над Кхармом и его всадником, стрелой летя вниз. — Аврил! — Под испуганный рык своего дракона, Советник направил свою рептилию вниз, но не успел, ведь прямо перед его носом пролетела белая дракониха, летя на таких скоростях, которые было невозможно представить, подхватывая всадницу на свою спину, после расправляя свои перьевые крылья прямо над высотой деревьев, под свой победный рык и крик девушки у себя на спине, которая впервые… Улыбалась так широко и свободно, плевав на сдержанность, расправляя руки в полёте, ловя на себе взгляд Советника. Лицо которого чуть ли не буквально осветилось широкой улыбкой, показывая его слегка островатые клычки и ярко загоревшиеся от облегчения глаза. Эта девушка сведёт его в могилу с такими порывами. И эта девушка… Его женщина, просто прекрасна. — Боже… Я женюсь на этой женщине. — «Не мечтай, а делай, умник!» — Кхарм не скрывая своего смеха, перевернулся в воздухе, быстро нагоняя белую, спокойно летящую дракониху, поравнявшись с ней за пару мгновений и давая своему всаднику сесть прямо на своей спине. — Это было рискованно, но чёрт возьми красиво. — Разделяя мягкий смешок со своей Лунницей, маг протянул ей одну руку, которую та приняла. Осторожно поднимаясь на ноги и проходя по расправленному крылу своей драконихи, она опустилась прямо перед мужчиной на его драконе, садясь как «истинная дама», с обеими ногами на одной стороне. Сначала, конечно же, поприветствовав Кхарма, в ответ получая довольное урчание. — Ты меня так с ума сведёшь. — Поднимая её ладошку, мужчина опустил на неё мягкий поцелуй. — Ты вот, меня уже давно с ума свёл. — С всё таким же смехом, девушка убрала с лица мага пару прядей, которые выпали из мягко расчёсанных, распущенных по её вине волос. — Длинные волосы тебе идут. — Заправив эти прядки ему за ухо, Солхат наконец успокоила свой смех, просто улыбаясь, находясь в руках своего любимого человека. — Пусть и слишком длинные. — Волосы держат память, мину-арма. — Со спокойной улыбкой, маг и сам взял пару прядок её волос, опуская и на них поцелуй. — Я состригу их. Когда стану гордо называть тебя своей женой… И своей Императрицей. Всего парочка слов могла заставить Аврил залиться краской, но эти слова… Были не обещанием, а будто клятвой. Будто они без проблем закончат эту войну, без проблем установят мир в Империях и просто… Будут счастливы. И этого хватило, чтобы заставить улыбаться с одной мысли об этом. — Тогда, — Аврил коротко выдохнула в полу-смешке, опуская свою ладошку на чужую щёку, всего через мгновение прикасаясь к чужому лбу своим, закрывая свои разноцветные глаза. — я буду с нетерпением ждать вопроса. И укорочу свои волосы, когда смогу гордо называть тебя своим мужем… — Открывая свои глаза, Аврил улыбнулась шире. — И своим Императором.

***

— Тебе больше не нужна тренировка без седла, как я вижу? — Встречая двух всадников на поле, Сандрилла и пришедший Филипп, уже на Нейране, усмехнулись. Наблюдая за тем, как Советник помогал Аврил слезть со своего дракона, который на удивление своего всадника опустился телом на землю, давая девушке безопасно спуститься. Кхарм был выше Сапфиры, пусть и не намного, но его чешуя, в отличии от чешуек Сапфиры, была более грубой и могла поцарапать при спуске. Потому-то помощь и была нужна, а учитывая опекающую натуру Шайна, тем более. — «Когда ей вовсе нужна была тренировка после одной единственной ошибки?» — Сапфира, уже вместе с Кхармом, издавая гогот, прошла мимо Сандриллы, пока её всадница со смешком закатила глаза. — Значит нет. — Усмехнувшись, Телакмельская всадница похлопала Нейрана по крылу, давая «старт» под удивлённый полукрик Филла, который кое-как успел схватиться за массивные шипы на спине своего дракона перед взлётом. — Эйль, Его Величество только встал, а уже возмущается по поводу того, что люди увидели вас. — Пусть возмущается дальше. У меня тоже есть повод для возмущений. — Наконец отпустив ладошку своей девушки, маг закатив рукава, испарился в своей тени, оставляя двух всадниц на поле с драконами. — Как я понимаю, это личное? — На вопрос Аврил только загадочно улыбнулась, коротко пожав плечами, уже на пути в замок. Раз Сандрилла сразу решила начать тренировки Филиппа, Аврил была не нужна, потому и поспешила ретироваться, пока Хайг не решила и саму Солхат приписать к тренировке, вспомнив что она отсутствовала в течении месяца. Медленно, будто прогуливаясь по каменному естественному мосту, Аврил не могла удержать себя от мыслей о том, что вовсе ей делать, раз теперь она в другой Империи. Для начала, стоило бы разобрать вещи. Шайн, как и сказал Брайн, и правда перетащил кое-какие вещи Аврил в Империю Тени, в выделенную для самой Солхат комнату. Не то, чтобы она особо волновалась о вещах, но в новой Империи стоило бы иметь хоть что-то старенькое, если не для использования, то для воспоминания. В свою же комнату, маг не перенёс ничего из её вещей. Совершенно ничего. Полностью давая ей выбор, без каких либо проблем поселиться с ним, что было бы даже легче для обоих, или оставить свою новую комнату для «работы» и вещей. Раз теперь у Катулона не было таких частых обязанностей Советника как раньше, и всякие Светлые Короли не бродят по замку в свободное время со слугами, которые только за то чтобы слушок-другой пустить, обоим магам совершенно ничего не мешало, пусть и была маленькая загвоздочка. Этой загвоздкой был Брайн, который на месте Императора то и дело звал Шайна, чтобы и его в курс дела ввести, раз вернулся. Дел не впроворот было только у Советника, а маг буквально страдала от скуки, и стоит ей закончить разбирать вещи, как она станет и правда страдать. Без дел, без миссий, без тренировок, раз уж Сандрилла будет обучать Филла. Конечно, была идея потренироваться самой на мишенях в тренировочном зале замка, но эта идея быстро отлетела, стоило разноглазой открыть большие ворота в замок, быстро «проскальзывая» внутрь, чуть ли не буквально оказываясь сметённой с ног двумя ураганами, которые гнались друг за другом, то и дело переговариваясь на Тёмном языке в довольно возмущённой форме. Правда вот, стоило девушке ровно встать на ноги, как эти два урагана улетели куда-подальше, снова оставляя девушку одну. — С одной стороны, хорошо что я не заперта, а с другой… — Глубоко вздохнув, девушка всё-таки побрела в свою новую комнатушку разбирать вещи, в которых и провозилась часа два минимум.

*

— Доброе утро. — Аяка, как первая кого встретила Солхат из Империи Тени, взяла на себя обязанность всегда и везде находить девушку чтобы позвать куда угодно, будь то завтрак, обед, ужин или просто прогулка. В этот же раз, была прогулка по городу. — Доброе, пусть и позднее. — С улыбкой, всадница закрыла дверь комнаты за собой, быстро догоняя успевшую отойти капитаншу. — Я слышала шум снаружи, пока вещи перебирала. — Ах да… Тот шум. — Аяка неловко посмеялась, потирая свою открытую шею. Её высокий хвост теперь был заплетённой шишкой, что совершенно не мешало. — Мне кажется Советник с Императором подрались, как бы смешно это не звучало. — О-о-о нет, это звучит очень даже нормально, зная их прошлое. — На этом-то моменте Аяка забеспокоилась за подругу больше чем следовало, а заходя в кабинет Императора, чтобы получить разрешение на выход, её беспокойство только усилилось. — А вот это что-то новенькое… — Боже, обоим за пять веков, а решаете проблемы как дети. — В отличии от Аяки, Солхат совершенно не удивилась тому, что увидела и что именно заставило капитаншу гвардии застыть на пару моментов. Что Правитель, что Советник, оба были в ранах, ссадинах, царапинах и кровавых пятнах то тут то там. — Позови Рубиана, а с одним сама разберусь. — Это уже она кинула Хоулп, которая в свою очередь сразу убежала, оставляя подругу с двумя уж очень большими мужчинами. Что по возрасту, что по росту. — Наклонись, оболтус. — Узнав историю обоих и то, как всё быстро поменялось между ними, Аврил ожидала чего-то подобного, когда оказалось, что Шайн совершенно не знал правды. Они оба были и до сих пор остаются воинами. Если они не могут что-то выразить словами, они дерутся, выигрывают, проигрывают, останавливаются на ничьей… И то, что им было буквально за пятьсот лет не делало ситуацию лучше, даже наоборот, хуже. За пятьсот лет, как Аврил поняла по маленьким намёкам ещё в её собственном доме в Империи Света, они каждую встречу выпивали, или сражались, учитывая как Брайн был изначально настроен покромсать кого угодно при первом взгляде на Аврил, в момент их знакомства. Теперь, с одной стороны Аврил даже считала себя проблемой, ведь теперь и она могла стать причиной их драки, а не только воспоминания. И в данный момент, протирая лицо Советника от красных пятен, она как раз и думала об этом. В душе Аврил находилась Вохрид, если не наоборот. Не факт, что их души вовсе были одним целым, но главной в теле была именно Аврил, потому и приоритет был больше в ней, чем в Вохрид, которая считалась погибшей. С одной стороны был Брайн, который был на грани человечности и перешёл её, пытаясь вернуть Вохрид. С другой был Шайн, для которого Аврил была дороже давней подруги. Брайну была дорога Вохрид, это да, но и Шайну Аврил была дорога не меньше, потому-то и могли появиться проблемы между двумя. Они отпустили Вохрид, душевно и физически подавно, но теперь, зная что она буквально в теле той, кто желает остановить войну и прямо сейчас рядом с ними… Это может и правда стать причиной конфликта. Вохрид может затянуть кого угодно в своё пространство, как оба мага испытали на себе не так давно, но Брайн в данный момент этого не знал, и рассказывать об этом тоже не планировалось, но если случится такое, что Брайна придётся затянуть в это пространство и он увидит Вохрид, может ли быть так, что он решит вытянуть её из Аврил? И если это так, то что… — Не думай об этом. — Проморгав пару раз, разноглазая заметила, как чужие руки крепко сжимали её в объятиях, закрывая от белоглазого мужчины, взгляд которого до сих пор каким-то образом чувствовался на коже. Шайн вывел её из таких глубоких раздумий, что девушка даже этого не заметила. — Просто не думай об этом. — Да, спасибо… — Стоило обоим магам отстраниться, как в кабинет ворвались остальные, в лице Рубиана, Оксфора и Аяки, которые с паникой тут же побежали к Императору, чьё физическое состояние и правда было ниже уровня «побитого», причём в плохом смысле. Аврил же… Слегка нахмурившись посматривала в сторону Шайна, с усмешкой смотря как трое человек буквально со всех сторон помогают Императору. И в голове был только один вопрос. Откуда. Он. Знает.

*

Идя по городу вот уже несколько десятков минут, девушки никак не могли начать разговор нормально. Конечно, Аяка пыталась, но Солхат всегда затихала после ответа на вопрос или короткого разговора. После того как Советник отправился по делам, оставляя остальных с Императором, Аврил будто стала… Задумчивой. Даже слишком. Она смотрела под ноги, быстро заканчивала короткие разговоры, совершенно не начинала говорить в первую очередь. Всадница даже не смотрела ни на одну вещь больше пары секунд, а Аяка показывала ей многое в городе, на что получала короткие улыбочки и снова то же самое задумчивое лицо через пару мгновений. Что-то явно было не так, и зайдя на территорию цветущего городского парка, Хоулп совершенно не была намерена терпеть такое состояние подруги, ведь не знала причины от слова совсем. — Аврил, присядь со мной. — Найдя самую близкую к ним лавочку, капитанша буквально потащила подругу к ней, садясь с одной стороны и давая всаднице сесть рядом. — Что случилось? Когда я уходила, всё было нормально, а как мы вернулись, ты будто в думу впала, в плохом смысле причём. — Подняв на неё взгляд только раз, седьмая коротко выдохнула, но отвечать не собиралась, только вот… — Я должна в кое-чём убедиться. Можешь меня подержать? — В этот раз, она не потупила взгляд. — Подержать? Э… Да? Кажется? — Наклонив голову совсем слегка на бок в вопросе, капитанша ожидала чего угодно, но не того что Аврил плюхнется тут же без сознания в её руки. — А-аврил?! Какого..!

…

— Впервые ты при ком-то чужом хочешь поговорить со мной. — Вохрид как и всегда парила в воздухе, но теперь всё было… Иначе. Вокруг не было той бездны и черноты. Вместо этого были прекрасные светлые королевские покои с красными одеялами на кровати, красными шторками на окнах, красными коврами на полах, красными свечами, которые отдавали приятным цветочным ароматом и ощутимым теплом, и самое главное, картина на стене с четырьмя людьми на ней. Два взрослых человека, скорее всего муж и жена и два их ребёнка, мальчик, слегка ниже девочки, и сама девочка в красивейшем красном платье, с рубиновыми глазами и чёрными как смоль вьющимися, почти кудрявыми волосами. — Как это вообще… — Впервые в этом пространстве Аврил ступала не на пустое место или простой воздух, а на приятный мягкий коврик, подходя к девушке, попутно осматриваясь, всего на несколько секунд задерживаясь на картине над письменным столом и множеством книг на висячих полках. — Брайн рассказал тебе прошлое, касающееся меня в равной мере, ты напридумывала себе всё это и благополучно забыла, а я… Просто отобрала твои фантазии и расставила их так, как было в реальности, пусть и некоторые детали и правда из моих воспоминаний. — Вохрид улыбнулась, вставая и беря всадницу осторожно за ладошку, ведя к кровати и распахивая полу-прозрачные занавески не дающие яркому свету попасть на красные одеяла. Садясь на середину кровати всего за пару шажков, она посадила и свою «гостью» перед собой, всё ещё держа её ладони в своих. — Ты пришла с вопросами. — Да, кажется. — Опустив взгляд на их руки, Солхат совсем слегка сжала ладошки Каралис. — Мы… Мы одно целое? — Глаза Вохрид, на удивление больше не казались… Такими яркими и красными. Они казались будто слегка тускнее, но всё ещё имели в себе тот же огонёк, что и раньше. — Я имею ввиду… Кто по-настоящему владелец этого тела? Твоя душа, которая должна была переродиться… Или моя? Если они не одно целое, конечно. — Ты. — Спустя пару минут тишины и поддержания зрительного, неразрывного контакта, Вохрид вздохнула. — Ты владелица, а я тут просто… Гость. Сожитель, даже не платящий за проживание. — Она горько усмехнулась, опуская взгляд на их руки, переворачивая ладони так, чтобы провести большими пальцами по беленьким осторожным ноготкам. — Гость, который забирает столько всего у хозяина… — Ты не забираешь ничего у меня. По крайней мере, я не против. — На это Вохрид снова усмехнулась, покачивая слегка головой. — Я забираю у тебя свободную, спокойную жизнь, Аврил. Точнее, уже забрала. — И снова вздох. Красные глаза закрылись, будто не хотя вспоминать что-то, но наоборот только подтягивая эти воспоминания к себе, позволяя мыслям плыть перед глазами как картины. — Если бы не я, ты бы не родилась с разными глазами, и возможно, тебя бы полюбили больше. Если бы не я, ты бы наверняка не родилась в той семье, но я так мечтала огромную семью при жизни, что молилась, чтобы в будущей жизни я имела такую семью, чтобы не сосчитать братьев и сестёр. — Мягкий смех больше не казался радостным, как раньше… — Если бы не я, ты бы не стала наверняка всадником, но так мечтала о драконе при жизни, когда смотрела на Брайна и остальных, что просто молилась о нём в следующей. Хотела иметь дракониху, по возможности чёрненькую с красными крылышками, но и белая была бы не плоха, но тогда хотелось бы маленького альбиносика. — И снова смешок, но уже с лёгким всхлипом. — Если бы не я… Ты бы наверняка жила сейчас спокойно где бы то ни было, наверняка имела бы уже свою собственную семью или стала бы известной писательницей, как ты хотела в детстве. — Поднимая свой взгляд на голубые глаза, Вохрид улыбнулась, но её лицо не держало радости, только сожаление. — Я была с тобой с самого твоего рождения, Аврил… С самого первого вздоха, с самой первой слезы и с самого первого детского смеха… И я обрекла тебя на весь этот ужас, что происходит сейчас. — И в то же время, если бы не ты, меня бы тут не было. — Всего несколько слов, и этого хватило, чтобы заставить бывшую принцессу Империи замолчать. — Если бы не ты, я бы погибла тогда, под башней. Если бы не ты, я бы наверняка не стала бы ученицей Шайна, и не стала бы магом, и особенно не спасла бы Филла. Что у башни, что под башней. — Аврил тихо, совсем тихонько засмеялась. — Да если бы не ты, я бы оказалась мертва на Ночи Миролуния, и Шайн остался бы один сразу после того, как я призналась ему! Какого-бы было ему, окажись я мёртвой? Он бы похоронил уже двух любимых девушек, куда же такое годится? — Вохрид на её смешок только хмыкнула, с лёгкой улыбкой отводя взгляд в сторону. — Если бы не ты, Вохрид, я бы не была той, кем являюсь сейчас. — Возвращая свои глаза к ней, девушка почувствовала прикосновение к своему лбу, видя перед собой Аврил, как раз таки прикасающуюся к её лбу своим. Такое маленькое действие… Заставило принцессу прослезиться. — Если бы не ты, Вохрид… Я бы не была всадником. Я бы не была магом. Я бы не была человеком пошедшим против Короля Империи ради правды. Я бы не была спасителем Императора Теней из-под завала. Я бы не была Союзницей Империи Тени… Я бы не была Аврил. И я благодарна тебе за всё, Вохрид.

***

Открывая глаза, Аврил ожидала увидеть Аяку рядом, но увидела совершенно не её, а голубые горящие глаза, к которым она так привыкла в Империи Света. Такие приятные, знакомые, родные глаза спокойно осматривали её, будто на наличие ран, но спокойствие совершенно не покидало лица. Он впервые… Принял свою человеческую форму после ухода. — Почему ты здесь? — Попытавшись подняться, девушка оказалась уложена обратно на чужие колени головой, только теперь чувствуя разразившуюся боль с потемнением в глазах. — Аяка связалась со мной в панике. Сказала ты ни с того ни с сего потеряла сознание, после того как попросила её подержать тебя. — Шайн вздохнул, слегка покачав головой, прежде чём осторожно убрать с глаз девушки чёлку, видя два голубых глаза. — Она заснула? — Да. Мы… Поговорили немного на личные темы и она устала. — Отводя взгляд в сторону, Солхат по какой-то причине совершенно не хотела смотреть на Шайна. То ли из-за необоснованных подозрений насчёт такой маленькой вещи как «интуиция» ещё тогда, когда Аврил оказалась вытянута из раздумий словами «Не думай об этом», то ли из-за того, что теперь она пыталась всеми силами привыкнуть к настоящей внешности парня, или точнее мужчины, а не радоваться возвращению человеческой внешности её Лунника. — Даже не посмотришь на меня? — Опустив тему о заснувшей Вохрид, которая вызвала исчезновение красного цвета в глазах девушки, Катулон наклонил слегка голову, нависая над её головой, а она лишь отвернула её сильнее в сторону. — Это из-за моей внешности? — В ответ послышалось тихое-тихое, стыдливое «нет». — Значит да. Ты же знаешь, что я могу свободно выбирать как я выгляжу? — Теперь же всадница полностью отвернулась, поворачиваясь на бок. — Аврил. — Не надо под меня подстраиваться. Я привыкну. — Её слова скорее звучали как бурчание, но даже так, парень только мягко посмеялся, осторожно, но легко поднимая девушку за подмышки как дитя малое и сажая себе на колени, не хотя чтобы она так отворачивалась от него. — Если тебе не привычно, просто скажи. Я могу без проблем принимать свой настоящий вид только с чужими людьми, а при тебе всегда быть в человеческом. — Берилловые глазки взглянули на него лишь разок, отводя взгляд в сторону секундой позже. — Ты оставила свой дом практически из-за меня. Ты оставила чуть ли не всё, что у тебя было из-за меня. Это меньшее что я могу сделать, чтобы ты чувствовала себя в этой Империи как дома. — В этом-то и дело, Шайн! — Коротко выдохнув, Аврил наконец повернулась к нему, встречаясь с его голубыми яркими глазами. — Я оставила всё позади, чтобы быть с тобой, не важно каким, не важно в каком виде, когда где и зачем, а в итоге не могу привыкнуть к твоей настоящей форме! — Выделив тоном «настоящей», губы девушки сжались, а лицо теперь было больше похоже на сожалеющее, стоило ей снова отвести взгляд. — Я ждала тебя месяц, Шайн. Часами планировала, как реагировать, что делать, что говорить, если ты появишься в своей настоящей форме, в такой которую описывают в книгах, писаниях и просто сказках, а в итоге… — В итоге на яву всё… Страшнее. — Он понимал это лучше кого угодно. Именно поэтому, он и не хотел показывать ей настоящего себя. Она привыкла к тому Шайну, которого он ей показал. Она полюбила того Шайна, которого он играл всё время в Империи Света, а сейчас… Когда он предстал пред ней настоящим, Тенью Императора, Тенью Империи, Тенью Войны… Это было слишком. — Если тебе нужно время, я пойму. — Его руки, которые поддерживали её за талию и ноги слегка ослабли, а девушка метнула свой взгляд обратно к нему, понимая к чему он клонит. — Я знаю, я не тот кого ты… Полюбила, кому ты призналась в беседке, кого ты поцеловала в первый раз, с кем ты провела ночь после бала. По крайней мере, больше не тот. — Опустив голову и свои голубые глаза в землю рядом с лавочкой, на которой они до сих пор были, он тяжело выдохнул. — Ты была права… Я не тот «Шайн», которого ты знала раньше, я Эйль, я Советник Империи Тени, я устрашающий воин, это моё прошлое, настоящее и будущее. — Аврил со своего прихода в Империю Тени не спала в кровати с ним, не сидела рядом с ним за одним столом, не смотрела прямо на него, пока они были наедине. Да, когда они не так давно летали на драконах, она чувствовала себя свободной с ним, когда сидела с ним в источниках, она не была так… Напряжена с ним, но когда она ехала на Сапфире, когда он вернулся за ней, когда она увидела его в его настоящей форме… Она удивилась, напряглась, даже наверняка испугалась, и именно сейчас это ударяло в его голову больше чем он осознавал. Она не была готова к этому. Она не была готова принять его настоящего и то, как он поторопил всё, вернувшись за ней в настоящей форме… Делало всё хуже. Ей нужно было время. Ей нужно было время привыкнуть, принять, осознать всё, и его желание приблизиться к ней так, как чёртов месяц назад, совершенно не давало ей такой возможности. — Тебе нужно время, и я готов его дать, если ты захочешь этого… Хотя, я дам его тебе даже если ты этого не пожелаешь. — Начиная медленно подниматься, всё ещё слегка поддерживая Аврил, Катулон хотел поставить её на ноги, хотел дать ей свободно вдохнуть полной грудью, не в его руках, но когда попытался… Её ноготки впились в его руку. Не больно, но оставляя красные следы. — Не хочу. — Ноготочки с неприятным жжением прошлись по его коже, слегка сжимая. Только два слова. Ни шагу назад, ни шагу в сторону, ни движения в противоположную сторону от него, совсем нет. Стоило ей встать на ноги, как она сама, буквально в притык подошла к нему, сжимая его руку, всё так же слегка царапая белыми ноготочками и утыкаясь носом в его грудь. — Я ждала тебя, Шайн. Не важно какого. Я ждала тебя. — Под её хваткой всего одной руки, Аврил почувствовала изменения. Грудь парня будто стала шире и выше, руки будто стали больше, сам он, будто увеличился и почувствовав на своей щеке лёгкое прикосновение, заставляющее её приоткрыть глаза, она заметила тёмную как мгла кожу руки, которая с предельной осторожностью убрала одну прядь её волос за её заострённое ушко, которое будто по вернувшейся привычке дёрнулось. — Я больше не такой, как раньше… Совершенно не такой. — Низкий шёпот был очень-очень тихим, не был так близко к уху, не хотя напугать, но был достаточно близко, чтобы быть услышанным. — Ты всегда был таким. Пусть сейчас ты и больше, выше, взрослее… Это не значит, что я не люблю тебя так же, как и раньше. — Поднимая одну свободную руку, всадница коснулась его руки, что находилась близко к её щеке, позволяя прикоснуться к себе и поднять свою голову так, как он желал, без опаски напугать её. Не упуская шанса наконец ровно взглянуть в её глаза, он поднял её подбородок к себе, почти задирая её голову вверх, из-за их разницы в росте, которая теперь стала ещё больше, встречаясь с берилловыми глазами нежного-нежного цвета, которые он мечтал увидеть, узнав кто живёт в душе его девушки и кто придал новый цвет её прелестным глазкам. Да, он полюбил её разные глаза во вторую очередь после неё самой, но теперь зная, что это не её настоящие глаза, он желал увидеть только их. Настоящие нежно-берилловые глаза, блестящие жизнью как хрустальные сферы, показывающие безграничный небосвод. И они были прекраснее чего-либо. А она же, видела голубые горящие звёзды на тёмном-тёмном небе в его глазах. Ни страха, ни боли, ни одиночества звёзд, только их блеск и яркий-яркий свет. — Разве? — Его большой палец осторожно прошёлся по её нижней губе, переводя взгляд на слегка потрескавшуюся кожу губ всего на мгновение, перед тем как вернуть свои глаза к её. Он смог поцеловать её только один раз после месяца разлуки, даже не замечая как её мягкие губки слегка потрескались за то время, что он не был рядом. Красные, маленькие ранки были заметнее на менее красных губах и невольно замечая это каждый раз, но сразу забывая, спустя какие-то несколько минут до того, как его взгляд снова упадёт на них, маг мысленно давал себе пощёчины, виня себя за то, что не позаботился о ней, сразу как вернул её в свои раскрытые для неё одной руки. От одного её ответа, зависела его жизнь сейчас. Станет ли она хороша как прежде, если не лучше, или наполнится она одиночеством. — Шайн, я люблю тебя. — Его дыхание застыло, а глаза слегка прикрылись. — Я готова сказать твоё полное имя, не важно какое, готова говорить эти слова снова и снова, пока ты не поверишь мне. — Тогда говори. — Его пальцы совсем немного сжали её подбородок, поднимая его даже слегка выше, чтобы она не смогла отвести взгляд, если решит сделать это. И она сделала. — Шайн Катулон, я люблю тебя. — Её мягкий, приятный голос, говорящий его имя свёл его с ума с первой секунды, но что-то в его душе желало услышать это снова. Ещё ещё и ещё. — Снова. — Опуская свою голову к ней, глаза Советника опасно сверкнули, а его дыхание, которое совершенно внезапно погорячело, пронеслось по её красным губам. — Шайн Эйландарь Моэру Катулон, я люблю тебя. — Его губы были всего в сантиметре от её, стоило ей произнести его полное имя. Она говорила это так, чтобы слышал не только он, но и возможные люди, которые могли бы быть рядом. Она говорила это так, чтобы это было ясно любому услышавшему. — Снова. — Но сейчас… Он желал услышать это лично. Эти слова были только для него. — Я люблю тебя, Шайн- — Достаточно. — Даже не давая ей закончить, одним рывком он поднял всадницу под бёдра, чуть ли не буквально впиваясь в её губы, вырывая короткое мычание, прежде чем её руки оказались закинуты за его шею. — Я люблю тебя… — Отстранившись от её губ всего на мгновение, он убедился, что она чётко его услышала, прежде чем снова, совершенно не осторожно, как он желал, захватывая её губы. — Я люблю тебя. — И снова, говоря это в её мягкие губы, он затянул их обратно в поцелуй. — Люблю, — Один выдох. — люблю, — Её обрывчатый вдох. — люблю. — Всего пару шагов и спина девушки оказалась прижата к ближайшему дереву, чьи ветви так удобно закрывали их от прохожих за пределами парка. — Я… — Домой. — Оборвав их очередной поцелуй, ей удалось сказать это всего за секунду, до того как маг понял, чего она пожелала и исполнил это, испаряясь в тени. В этот раз, её спина упала на мягкие простыни тёмной кровати, в то время как огромный по сравнению с ней мужчина, навис над ней, затягивая её губы без какого либо ожидания обратно, не позволяя мыслям прийти в норму. — Ты моя, — Наконец отпустив её покрасневшие губки, его слегка грубые поцелуи быстро перешли на её шею, оттягивая воротник лёгкой чёрной водолазки. — моя, — Его слегка островатые клычки оставили укус на одной стороне её шеи, потом на другой, и снова, потом снова и снова, покрывая её шею красными, яркими укусами. — только моя. — Её пальцы проворно зарылись в его тёмные волосы с тёмно-синеватым отливом, оттягивая совсем слегка, вызывая его гортанный рык, ударивший по ушам всадницы, но не пугающим её. Услышь она это раньше, испугалась бы, но сейчас… Пугаться было нечего. — И ничья больше. — Ей удалось подтянуться совсем немного, шепча это на его эльфийское ушко, которое дрогнуло подобно её, когда она смущалась, но в его случае, это было вовсе не смущение. Это был голод. Жадность. Желание. Его огни в глазах опасно метнулись к её, и её улыбка заставила их расшириться. Она была не мягкой. Она была не приятной, тёплой улыбкой. Она была подобной ему. Голодной, будто нашла желаемое прямо перед ней в неограниченных количествах. Жадной, такой, будто она наконец заполучила то, что желала получить так долго. Желаемой получить то… Что он готов был дать сполна. — Так докажи. — Я докажу. — Бархатный голос прошёлся с губами по её шее вновь, прежде чем комната разразилась в опасном смехе. — Заставлю тебя кричать это, — Девушка резко втянула в себя воздух, почувствовав горячее прикосновение чужого языка к своей шее прямо под челюстью. — заставлю тебя сорвать связки, произнося это, — Теперь же, мягкая кожа шеи оказалась оттянута клычками с другой стороны. — заставлю признать, — Отстраняясь, одна тёмная как мгла рука, осторожно взяла её ладошку, крепко держащуюся за его плечо, прижимая её к своей щеке, пока на его лице появилась широкая, совершенно не обычная улыбка, а будто оценивающая вид, даже свихнувшаяся от жуткого голода и желания того, что под ним, перед тем как он наконец сказал желаемое. — что ты МОЯ женщина. Моя Императрица.

*

С первыми лучами солнца, которые проникли в окно через маленькую щель между шторами, девушка открыла свои разноцветные глаза, закрывая их одной рукой и недовольно, слегка похрипывая, мыча. С пробуждением всё тело ныло как не в себя, а пах болел больше всего, пусть и отдавался больше приятной болью, чем наоборот, если уж говорить о более менее приятном. Поясница же «убивала» больше всего в плохом смысле, чем покусанные ключицы, бёдра, голени и грудь. Шайн совершенно не преувеличивал, когда говорил «Заставлю тебя кричать, сорвать связки», ведь сейчас девушка не могла даже вдохнуть через рот без хрипа, не говоря уже о разговоре. Её горло болело, тянуло, зудело, но всю боль покрывали яркие картины с ночи. На удивление, не только тело мага увеличилось, но и кое-что ещё… Благо что девушке это не навредило, но вызвало уж очень много ощущений. Как маг и сказал, он заставил её сорвать связки на неделю так вперёд всего за один долгий вечер и ночь. На утро же девушку ждала боль, потягивание внизу живота, и много чего ещё, что она переживала стоило ей проснуться. Это был их второй секс, и остальные «ласки» которые Архивист с радостью предоставлял девушке, хотя подбодрить, расслабить или просто хорошо провести свободный часик-второй в Империи Света, даже близко не стояли к нему! Да даже первый раз не был таким как этот, пусть и был наполнен нежностью, любовью и желанием заполучить друг друга полностью. Только вот этот раз… Был вовсе не полон нежностей и осторожностей. Он был желаемым, слегка грубоватым, полным новых… Знаний и впервые девушка видела мужчину над собой таким властным, собвственническим, жадным. Да, они были в разлуке целый месяц, стоило их отношениям более-менее наладиться, но даже такого девушка не ожидала. Не смотря на всё это, думая в данный момент о том, что она делала, что она говорила, и чего желала… Осознание того, что ей всё это чертовски понравилось, прошибло как ледяная вода посреди жары. Да, были последствия, но как же они того стоили. Наконец решая подняться, девушка попыталась хотя бы принять сидячее положение, но чужие чёрные как мгла руки притянули обратно, укутывая в одеяло. — Ещё рано, поспи. — Слегка хриповатый голос раздался совсем рядом, над головой и легко повернувшись, девушка увидела его во всей красе. — Горящие спокойствием и предельным удовольствием от картины перед ним глаза, сильное тело, покрытое множеством красных дорожек, особенно в области груди, плеч, рук и боков, и наверняка даже спины, которая пострадала больше всего по воспоминаниям девушки, и самое интересное, распущенные тёмные волосы. Аврил могла поклясться, что они были завязаны в хвост, но теперь были красиво распущены. Одна рука мужчины находилась на талии девушки, а вторая под его головой. Полюбовавшись совсем немного, Солхат с мягкой улыбкой придвинулась ближе, утыкаясь в чужую грудь, давая обнять себя полностью. — Доброе утро, принцесса. — М… — Без возможности нормально ответить, она лишь промычала, носом потеревшись о его тёплую грудь, в районе сердца. На макушку вскоре пришёлся поцелуй и мягкий смешок, когда одна женская нога оказалась закинута одной тёмной рукой на чужое бедро, прежде чем ещё не до конца проснувшийся «проказник» перекатился на спину, укладывая русоволосую на себя, обнимая её уже обеими руками. — Если я пойду готовить душ, ты полежишь тут спокойно? — В ответ только последовало покачивание головы. — М-м-м, ну ладно. Всего спустя каких-то пятнадцать минут, из ванной комнаты в покоях Советника послышался звук падающей на холодные плиты воды, что стекала с двух тел, которые были очень близко друг к другу, даже не смотря на то, что вода попадала на обоих одинаково, и надобности стоять так близко не было от слова совсем. Женское тело приятно оглаживалось чужими мужскими руками, смывая пот с каждой частички тела, который мог остаться после бурной ночи, в то время как сама девушка стояла спиной к своему возлюбленному, осознавая его понимание её состояния. Её тело неимоверно болело, и единственное что спасало её от болезненного мычания, это руки Шайна, которые проводили по каждому изгибу, по каждой болящей точке, по каждому укусу и каждой метке, которая была на теле девушки, своими ладонями, не только промывая её тело, но и магией совсем немного снимая боль, дабы лёгкое покалывание в теле после, напоминало ей о ночи, пока и оно не пропадёт за болью спустя время. Напоследок, одна рука мага легла на чужое худое горлышко, проводя вдоль и поднимая подбородок Лунницы вверх, накрывая её красные губы своими. Не так как днём ранее, а мягко, нежно, как и всегда до их разлуки. — Я был слишком груб, прости. — Аврил покачала головой, стоило ей услышать извинения после приятного поцелуя. — Ты был прекрасен… — Пусть и с хрипом, но ей удалось это сказать, вызывая мягкую чужую улыбку, в то время как губы Советника опустились сначала на кончик её ушка, после на её челюсть, а после и на покусанное плечо, которое не смотря на магию, оставалось с более менее заметными укусами, но помимо укусов… На спине девушки было огромное красное облако, которое наконец не скрывалось одеждой или магией. Огромный ожог на всю спину, который он не смог как следует рассмотреть этой ночью, ведь был занят схождением с ума от звуков и момента что ударяли по его здравомыслию с каждым мгновением всё больше, стирая его самообладание и контроль к чертям. Но сейчас он мог уделить достаточно внимания этому шраму, который относительно он считал и своей виной. Если бы он уговорил Короля отправить кого-то ещё с Филиппом и Аврил тогда, она бы не пострадала так. Если бы он смог доказать ей, что при опасности лучшим решением будет переместиться, она бы не была на грани смерти, чувствуя ответственность за друга и его дракона, не говоря уже о всех тех, кто был найден под руинами башни. Его губы аккуратно проходили по её шраму, так осторожно как только было возможно. Даже ночью он избегал прикосновения к её открытой спине. Поясница, да. Плечи, да. Бока, да. Но никак не спина. Что угодно, но не спина. — Он уже не болит. — Ощущая каждый поцелуй, каждое прикосновение губ, девушка только подставляла своё лицо под капли воды, глубоко вдыхая и выдыхая. — Но болел. Мне следовало позаботиться о нём ещё тогда. — Опускаясь на колени, Советник дождался пока всадница повернётся к нему, только тогда беря её ладошку в свою, опуская поцелуй на её безымянный пальчик, проглаживая тыльную сторону её маленькой, по сравнению с его, ладошки. — Если что-то болит, говори мне. Если что-то беспокоит, говори мне. Если ты чего-то хочешь, говори мне. Я поставлю мир на колени пред тобой, если это сделает твой день лучше. — Именно поэтому, я предпочту молчать. — В этот раз, дорожка из поцелуев прошлась от её низа плоского живота, до её ключиц, пока маг не поднялся на ноги ровно, совсем немного нависая над девушкой, закрывая её голову от бьющих капель воды. — Я не хочу чтобы ты убивал для меня, — Пока одна из её рук была в его, другая поднялась к светлому лицу, прикасаясь к щеке, что прижалась к руке только-только почувствовав прикосновение. — я не хочу чтобы ты волновался за меня так сильно, — Большой палец её руки прошёлся по щеке, пока тёмные глаза прикрылись сами собой, довольствуясь такой лёгкой лаской. — я хочу чтобы ты верил мне, Шайн. — Я верю тебе, любимая, но я не могу пообещать тебе остального. — Коснувшись её руки на своей щеке, маг прикоснулся к ней губами, освещая своими слегка горящими огнями. — Стоит хоть кому-то ранить тебя, я уничтожу его. Стоит тебе оказаться раненной, не важно в какой мере, я буду волноваться. Ведь ты моя любовь, моя Лунница, моя женщина. — Каждое слово заставляло девушку улыбаться всё больше и больше, пока она не вздохнула обречённо, просто-напросто смирившись. — Тогда просто не перебарщивай, хорошо? — Советник улыбнулся, нагинаясь к своей девушке, носом легко проведя по её виску, прежде чем мягко-мягко посмеяться, наконец с одним щелчком делая напор воды в душе сильнее, да так что его голос было слышно с трудом. — Всё для тебя, мину-арма.

*

— Шумная ночка, вы так не думаете? — Аяка, с утра пораньше зашла в столовую, где уже находились остальные, пусть и не в своих рабочих одеждах, но более менее проснувшиеся. — Драконы с дрейками разбушевались как не в себя. Пол ночи успокаивала свою Таю. — Мел с Кхармом по большей части ночные драконы, что ж с них взять. — Даже Брайн, с газетой в руках, находился в халате, как и Рубиан через одно место от него. В красном ярком халате с мехом и завязанными в пучок волосами. Оксфор подстать Аяке был в тёмной пижаме, пока Аяка была в такой же тёмной длинной сорочке. Вслед за Аякой пришли и Филл, Сандрилла и Луи, все как один потирая глаза и зевая время от времени, только потом садясь на свои места. И уж после минут так пятнадцати зашли два мага, садясь по обе стороны от Брайна. Волосы обоих были слегка влажноватыми, и одежда была более менее обычная, а не всадническая или рабочая. — Что с одеждой? — Мне нужна специальная одежда чтобы работать в замке? — Вопросом на вопрос не отвечают, пусть и между Шайном с Брайном это происходило буквально двадцать-четыре на семь, но такая смена Брайна удивила и ответа всё же хотелось, потому за ответом он повернулся к Аврил. — Я её порвала. Задела на вешалке, ноготь сломала, пару швов разошлось. — Как бы в подтверждение, Аврил показала средний палец правой руки, ноготь на котором был короче остальных. — Ногти у неё крепкие, не удивляйся. — Как бы между делом, Шайн по быстренькому забрал у друга газету, глядя на заголовки новостей Столицы, пока Император с вопросительным удивлением глядел в сторону Аврил, только потом осознавая что его газетку украли, уже недовольно переводя взгляд на Шайна. — Нас заметили люди вчера, требуют объяснения, какого такого чёрта появились драконьи всадники спустя лет так триста. — Ах да, насчёт всадников, Мастер, ваши сёдла готовы. — Элиот, зевнув в последний раз, поморгал пару раз, только потом сообщая чудесную новость, которая могла быть слегка не понятна, но для всадников всё было предельно ясно. И так быстро забылась новость в газете. — Драконьи сёдла? — Луи опомнилась раньше всех, с удивлённой широкой улыбкой смотря на кивнувшего в ответ парня. Сёдла для каждого дракона делались индивидуально, потому-то всегда было интересно, что получится, особенно когда мастерам давали волю фантазии. Они могли покрасить что-то иначе, добавить узоры, символы то тут то там, а могли вовсе сделать всё одноцветным и просто выложиться на все сто в деталях седла, создавая более мягкую подушку, более удобный рог, или даже более удобные стремена. — Но… Мы же не заказывали их? — Я заказала седло для нас с тобой, ещё перед тем как Аврил посадили под замок. Сёдла тут готовятся очень долго, на то они и лучшие в Империях. — Сандрилла попивала кофе, любезно нагретый Филлом. Она была в курсе многого происходящего не только в своей Империи и Империи Света, но и в Империи Тени, так как была на постоянной связи с Оксфором или Аякой. — Кстати твоё седло, Аврил, самое сложное для изготовления. — Моё седло? — Опуская чашку с чаем, девушка взглянула на подругу, сидящую по другую сторону от Аяки. — Я не давала никому мерки Сапфиры. — Я их дал. — Заострённое ушко дёрнулось, за чем последовал и взгляд метнувшийся к Шайну, который спокойно улыбнулся. — Драконы могут чувствовать Всадников, и Сапфира чувствовала меня с самого начала. — Я с ней потом поговорю на эту тему. — Глаз всадницы всё же дёрнулся, пока она недовольно вернулась к своей чашке чая. — Кхарм был здесь все четыреста лет, пока Шайн был в Империи Света, и ни разу не приблизился к нему, как я знаю. Связь была буквально как тонкая нить. Нельзя винить дракона за неуверенность, пока это не подтвердилось. — Тут уж и Брайн вклинился, наклоняя голову к девушке рядом. — Да и этот оболтус сто пудов скрывал это всеми силами. — Со смешком, девушка всё-таки кивнула, коротко взглянув на Шайна, прежде чем вернуть свой взгляд к Сандрилле. — Так насчёт сёдел… — Насчёт сёдел потом поговорите. Сообщение от поста в песках. — Рубиан прервал разговоры за столом, стоило ему поднять сферу связи, которая моментально загорелась. — Он появился. — Взглянув на Императора, Второй Советник дождался кивка, прежде чем подняться и буквально убежать, забывая какую угодно сонливость которая могла остаться, пока капитаны сами подорвались с мест, убегая за красноволосым. На такое резкое изменение поведения, всадники переглянулись, не считая Аврил, которая предпочла слушать правителя, а не думать. — В последнее время мы занимаемся поиском союзников, — Видя непонимание, белоглазый сложил свои руки на столе, подставляя сложенные в замок ладони закрывая нижнюю часть лица, но со стороны, Аврил, по крайней мере, увидела как на лице появилось недовольство и беспокойство. — и эти союзники не всегда люди, эльфы или человекоподобные существа. — Есть причина по которой чужие Империи не решаются на нас напасть даже спустя пятьсот лет. — Тут уже решил заговорить Шайн, понимая слова Рубиана о том, что кто-то появился. — Существа, которых мы пытаемся уговорить на участие в войне и есть эта причина. Империя Света избавилась от этих существ когда они только-только рождались, ещё до Великой Войны, а мы решили их оставить, так как те поклялись защищать земли на которых проживают, и они так же являются частью Империи. Только вот теперь, когда мы просим их помочь, они отказываются, исчезая всё чаще и чаще, что их нельзя найти. — Если говорить откровенно, мы наверняка вытрепали все нервы одному из них, и сегодня, если мы успеем, у нас будет последний шанс на то, чтобы уговорить его. — Брайн глубоко вдохнул. — Кого именно? — Песчаного Василиска.