Сестринство

      — Остановите здесь. Место почти за углом, нам проще пешком дойти.       Акира заплатила таксисту и махнула рукой, намекая, что можно выходить из машины. Уже на улице она положила руку младшей сестры себе на плечо, чтобы Лилли было проще вести. Мы с Ханако тем временем осмотрелись. Если аэропорт и бесконечный зелёные холмы ещё можно было принять за Японию, то вот город — совсем другой разговор. Величественные старые здания, толпы резко отличающихся от нас людей и быстрый, странный на звук диалект, который был у таксиста, словно кричали о том, как далеко мы от дома.       — Позволите сопроводить вас, мадам?       Я шутливо протянул руку девушке, нарочно копируя Акиру. Ханако хихикнула, сжав мою ладонь, и затем мы последовали за сёстрами Сато. Менее чем через минуту мы были у бара. Перед этим Ханако успела достать фотоаппарат из сумки и сделать пару снимков старинных зданий.       — Что-нибудь посоветовать, молодёжь?       Акира наполовину шутливо, наполовину серьёзно кивнула головой в сторону полки со стройным рядом бутылок всех возможных карамельных оттенков. Местечко выглядело несколько старомодно — мебель сделана из неокрашенного дерева, а у одной из стен стояло чучело оленя. В зале со столиками всё было занято, но у барной стойки стояло несколько свободных стульев. В баре был также был небольшой подиум, очевидно, для концертов, а в дальнем углу я заприметил бильярдный стол.       — Надеюсь, что-нибудь безалкогольное?       Лилли хихикнула, усаживаясь на один из стульев.       — Неужели вы будете против того, чтобы выпить один бокал в честь Акиры?       Я уступил стул рядом с Лилли Ханако, а сам сел по другую сторону от последней. Таким образом Ханако бы меньше беспокоилась, что на неё смотрят.       — Лилли, нам так-то всего по восемнадцать.       Лилли, видимо, ожидала это услышать, поскольку вновь хихикнула.       — В этой части света восемнадцать лет вполне достаточно, чтобы покупать алкоголь. Можешь заказать всё, что захочется.       — Круто, конечно, но стоит быть осторожнее. Не хотелось бы чтобы потом кому-нибудь из нас стало плохо в такси.       — Нас заберёт отсюда частный шофёр родителей. Но ты прав. Не будем увлекаться.       Я бросил взгляд на Ханако. Из нас она хуже всего переносит влияние алкоголя. Та лишь коротко кивнула, отвечая, что всё в порядке, и я повернулся к Акире.       — Полагаю, мы все согласны на бокал вина для каждого. Можешь заказать? Я едва ли смогу выговорить половину названий здешнего алкоголя.       Акира усмехнулась.       — Хех, не поверишь, но многое тут для меня тоже в новинку. К счастью, парочку я успела попробовать, когда летала сюда в последний раз. Так что вы не разочаруетесь.       Она подозвала бармена и указала на одну из бутылок на полке. Как только наполненные бокалы оказались перед нами, Лилли взяла свой, аккуратно взболтала напиток, принюхалась, после чего расплылась в довольной улыбке и подняла бокал.       — Тост за самую трудолюбивую и самую лучшую старшую сестру на свете, что добилась повышения до сотрудника головного офиса! Пусть на новой работе её ждёт ещё больше успехов и удовольствия. И пусть все знают, что я восхищаюсь тобой и невероятно горжусь!       — Ура!       — У-ура.       Мы подняли бокалы, произнесли тост, и каждый сделал по глотку. Сладковатое белое вино очень сильно напоминало то, что мы пили на дне рождения Ханако. Похоже Акира умеет выбирать хороший алкоголь. Пока наш троица пробовала вино маленькими глотками, тщательно смакуя его, Акира уже успела выпить весь бокал. Допив и поставив бокал на стойку, она застенчиво улыбнулась Лилли.       — Блин, да у тебя талант, Лилс. Хотя и малость горчит то, что должность я получила не столько за работу и старание, сколько за то, что ношу фамилию Сато.       Лилли ободряюще улыбнулась в ответ.       — Я понимаю, что отец, вероятно, потянул за кое-какие ниточки, чтобы тебя взяли на эту должность. Но также понимаю, что теперь ты будешь столь усердно работать и так ярко проявлять себя, что у никого не останется сомнений — это назначение было не типичным кумовством, а… Ну, заранее обдуманной перестановкой на важную должность грамотного и знакомого специалиста.       Акира прыснула со слов сестры.       — Полагаю… Это тоже часть Сато, а?       Она звучала несколько задумчиво, несмотря на огоньки веселья в глазах.       — Не удивлюсь, если узнаю, что отец чувствовал себя также, когда приехал сюда впервые.       — Хех, да папаша только вошёл во вкус, если верить пересудам на работе. Глядя на него, все думают, что один в поле вполне себе воин.       — Только не становись такой же трудоголичкой, забывающей звонить родным раз в месяц.       Хотя тон Лилли и был скорее шутливый, сёстры очень долго молчали после этих слов. Да, они поддерживали постоянный контакт и виделись при любой возможности, это так. Но теперь Лилли вернётся с нами в Японию, и сестёр будут объединять только звонки по международной линии. Это наверняка давит на девушек.       — Не парься об этом, сестрёнка. Я всё улажу. Давай не будем загоняться и хорошо проведём этот вечер.       Акира ласково потрепала Лилли, заставив ту недоумённо моргнуть, а затем жестом заказала ещё выпивки. Пока бармен наполнял бокал Акире, он очень быстро что-то протараторил, от чего Лилли заинтересованно хмыкнула, а Акира кивнула и сунула ему несколько купюр.       — Что он сказал?       — Скоро начнётся выходная викторина, и я заплатила за наше участие. Вы, сладкая парочка, с нами?       Я переглянулся с Ханако. Сомневаюсь, что мне будет интересно, учитывая, что я и половину-то слов не понимаю, что мне говорят, что уж говорить о вопросах, ответы на которые я также едва ли буду знать. Ханако тоже не выглядела воодушевлённой.       — Мы пас. Я видел там бильярдный стол, а Ханако мне как раз должна реванш с джазового клуба.       Ханако облегчённо выдохнула и кивнула, поняв, что стол находится в отдалении от толпы, что собиралась у подиума.       — Я с-согласна на р-реванш.       — Ну, тогда удачки. Если понадобимся, мы за столиком у подиума.       — Ничего, если я сходу сначала в уборную? Не думаю, что у нас будет на это время во время игры.       — Конечно, сеструх. Давай покажу куда идти.       Акира провела Лилли и нас заодно к небольшому коридору.       — Женский слева.       Лилли кивнула и продолжила путь сама. Я повернулся к Акире и заметил:       — Лилли точно знает, как произносить тосты. Сестринство, должно быть, потрясающая штука.       Акира кивнула и тепло улыбнулась.       — Некоторые коллеги терпеть не могут своих братьев и сестёр. Я считаю, что мне тупо повезло. Даже не смотря на семь лет разницы, мы хорошо ладили. И ещё сильнее сблизились, когда начали жить вместе.       — Это было непросто, полагаю. Девятнадцатилетняя девушка, не знающая что делать со своей жизнью, и двенадцатилетняя слепая девочка. Даже зная, что Лилли старалась быть как можно более самостоятельной…       — Не говорите, что я вам об этом рассказала, но… Когда родители уехали в Шотландию, Лилли была далека от понятия «самостоятельная». То есть, когда предки не знали, что надо делать с Лилли в том или ином случае, они звали меня, а сами предпочитали всячески баловать её. Считайте, как «делай всё что хочешь, дорогуша, только под ногами не мешайся».       — То есть ты научила её готовить?       Ханако едва не захохотала и тихо покашляла в кулак. Акира широко усмехнулась, взъерошивая волосы.       — Если ты ещё не заметил, как однажды выразилась Лилли, мы с готовкой параллельные прямые, что никогда не будут вместе. И это мягко говоря.       — Тогда кто?       — Когда предки улетели, я наняла горничную, что по итогу проработала дольше, чем ожидала.       — И она научила Лилли готовке?       — За щедрый гонорар по моей просьбе. Понимаете, ребятки, мне хотелось… Спокойствия. Просто спать, учиться и работать, зная, что Лилли в безопасности. Ответственности на мне и так было выше крыши. Я, конечно, могла нанять кого-то следить за сестрой. Да блин, даже двоих. Родители высылали деньги исправно, но…       — Но?       — Я ненавидела эту зависимость от них — как будто всё было норм, пока они подкидывали нам бабло на жизнь. Мне хотелось зарабатывать столько, чтобы не зависеть от них. И я достигла этой цели. А Лилли очень быстро научилась ориентироваться в доме без посторонней помощи.       Акира очевидно догадывалась, что за этим решением стояла по большей части её собственная гордость (или упрямство), и виновато опустила взгляд. Я довольно быстро попытался прервать неловкое молчание:       — Лилли, по моему мнению, куда самостоятельнее, чем многие из её класса с всего лишь ограниченным зрением.       — Это хорошо. Не думаю, что университет будет также лоялен к слепым, как Ямаку. Не будь она такой, вероятно, у неё не было бы выбора кроме как полететь со мной в Шотландию.

***

      Заметив, что дверь открылась, Акира указала на бильярдный стол неподалёку.       — Ладушки, прежде чем мы пойдём решать загадки про бытие, ответьте на вопрос — вы когда-нибудь играли в английский бильярд?       — Английский? А чем он отличается от обычного?       — Взгляни на ящик на стене. Как вы будете играть в «обычный» бильярд, имея всего три шара?       На стене и правда было непонятное устройство с тремя шарами — белым, жёлтым и красным, расположенными в трёх углублениях вверху. Были также прорези для монет спереди устройства. Акира подошла и взяла один из шаров. Тут же раздался резкий свист, от которого Лилли вздрогнула. Акира быстро положила монету в прорезь, и шум прекратился.       — Первая партия за мной. Когда прозвучит сигнал, вам придётся либо вставить ещё одну монету, либо вернуть шары в коробку. Итак, вы знаете правила, ребятишки?       Очевидно, ни я, ни Ханако понятия не имели как играть. Акира кивнула, словно подтверждая свою догадку, и пустилась в разъяснения:       — Один игрок берёт белый шар, а второй — жёлтый. Вы зарабатываете очки, ударяя каждый своим битком по прочим шарам. Очки начисляются за попадание шаров в лузу, что называют «рисковым выигрышем», или если туда попадёт биток после удара об другой шар, что называют «рисковым проигрышем». Три очка за красный шар, два очка за биток другого игрока. Также очки идут, если ударить битком сразу по двум шарам. По-моему, это называется… Э-э…       — Пушка.       Акира усмехнулась.       — Позё-ёрствуешь. Надеюсь, твоя память на такие мелочи поможет нам выиграть.       Объяснив прочие нюансы игры, Акира указала на настенное табло.       — Думаю, вы сами решите, что лучше — играть до победы или на время. Всё ясно?       — Вполне.       — Д-да.       — Что же, тогда веселитесь и пожелайте нам удачи!       — Держу за вас кулаки, девчонки.       — У-удачи.       Когда сёстры Сато ушли, Ханако передала мне кий, и каждый из нас бросил шар через стол, чтобы увидеть, кто будет ходить первым.       — Похоже, твой ход. Хочешь играть белым или жёлтым?       — Х-м-м… Давай белым.       — Я предлагаю играть до истечения времени. Идёт?       — Хорошо.       Обдумав тактику, Ханако бросила биток вперёд и с силой ударила по красному шару. Но тот пролетел всего в паре сантиметров от жёлтого.       — Мой ход. Удар Ханако оставил шары в выгодной для меня позиции, и после тщательного прицеливания мне удалось забить свой биток в лузу, едва задев красный шар. Эта игра определённо будет сложнее, чем когда мы играли в «обычный» бильярд. Мы оба новички, и шансы были примерно равны, но с прошлого раза я усвоил, что у Ханако получалось лучше схватывать и быстрее адаптироваться к игре. Победить её будет непросто.       — Хороший удар.       — Спасибо.       Я поставил биток и попытался повторить предыдущий удар. Но на этот раз я промахнулся, и мой шар упал в лузу, ничего не задев.       — Ух, фол. Это ведь значит, что тебе начисляется два очка, так?       — Д-да.       Я переместил ползунки на табло и взглянул на Ханако, пока она продумывала свой ход. На её лице сосредоточенность причудливым образом сочеталось с расслабленностью, как в прошлую игру в бильярд. В пабе сейчас было много людей, но все они столпились на другом конце зала у сцены, где проходила викторина. Я ради интереса прислушался к тому, что говорит ведущий, но едва понял и пару слов. Думаю, правильно сделали, что отказались. Хотя вся ситуация вызывает лёгкое чувство дежавю.       — Навевает воспоминания. Мы вчетвером идём куда-то, Лилли и Акира занимаются своими делами, пока мы вдвоём проводим вечер, гоняя бильярдные шары.       Когда Ханако ударила биток, и тот отскочил от обоих шаров, я увидел, как она улыбнулась.       — Будем н-надеться, что этот вечер будет таким же увлекательным.       Мне тогда тоже было весело. Хотя из-за легкомыслия я и совершил ошибку, которая чуть не лишила меня шансов на Ханако. В то время, когда она ещё с трудом открывалась мне, я ляпнул, что буду счастлив защищать её. Это было сказано, конечно, без какого-то злого умысла, но… Только после откровенного разговора в парке, я понял, насколько это звучало унизительно для неё.       — В этот раз постараюсь не облажаться и не говорить всякую чушь.       — Ч-что?       Ханако отвлеклась от игры и озадаченно взглянула на меня. Ей понадобилось пара мгновений, чтобы понять, о чём я говорю.       — Ох… Эм-м… Всё в порядке. Я уже забыла об этом.       — Извини.       Ханако повторно направила кий и выполнила удар, но не попала в намеченную цель, хотя её шар успел коснуться красного, прежде чем остановиться.       — Я… Стараюсь н-не думать о прошлом. По крайней мере, пока мы здесь.       — Ты права. Лучше сосредоточиться на настоящем.       Пока я готовился к удару, заметил, что Ханако с застенчивой улыбкой качнула головой.       — Мне… Очень… Нравится настоящее. Такое, какое оно есть сейчас. Я думаю, что смогу… Получать от него больше удовольствия, если не буду слишком много думать. Но мне всё ещё н-нужно выяснить, чего я хочу от будущего.       В первый раз я услышал подобное от Ханако. Я уже спрашивал её об этом, но она всегда говорила, что ещё не знает, и я менял тему, дабы не давить.       — Круто, что ты всерьёз об этом задумалась.       — Я… Я бы хотела разобраться с этим до начала з-занятий.       — Есть идеи?       Раньше я пытался самостоятельно предлагать разные сферы деятельности для Ханако. Проблема была в том, что она, в отличие от меня или Лилли, заметно не преуспевала в чём-то одном. Но при этом у неё не было и выделяющихся слабых сторон. Даже её оценки за тесты были столь идеально ровными от занятия к занятию, словно всем существом стремились не выделяться. Строить планы, когда нет чего-то, что тебя увлекает и получается, весьма проблематично.       — Может быть.       Я сделал удар и успел загнать биток Ханако в лузу.       — Расскажешь?       Ханако лишь внимательно посмотрела на меня. Знакомый взгляд. «Услуга за услугу».       — Могу рассказать про свои планы в ответ, хорошо?       — Хорошо.       На этот раз я попытался забить красный шар, но ударил слишком слабо, и он остановился всего в сантиметре от лузы.       — После того как я с Муто основал клуб, думаю, разбил бы ему сердце, если бы не стал заниматься наукой. Здесь я более-менее уверен в себе, но меня смущают детали. Так что в ближайшие месяцы Муто на занятиях клуба поднимет много тем из разных сфер, по моей просьбе.       — Надеешься… Найти то, что тебе больше всего нравится?       — Именно. Это надо решить до выпуска. В моём родном городе есть пара университетов с неплохими программами и доступными вступительными экзаменами. Если бы я поступил туда, смог бы сэкономить на аренде или общежитии, живи я с родителями. Мы всё же много потратились на моё лечение и Ямаку, чтобы я мог позволить себе снимать жильё на деньги семьи.       Ханако понимающе кивнула и приготовилась завершить удар, который мне не удалось сделать правильно.       — Так что насчёт тебя?       — Э-м-м… Тебе… Понравилась моя статья? О научном клубе?       — Да, и кажется, Муто был от неё в восторге. А что?       — Наоми хочет, чтобы я написала ещё.       — И что ты решила?       — Напишу. Следующей будет о клубе журналистики, так что смогу использовать свой опыт. Не надо обращаться к куратору или президенту. Это облегчает дело.       Я как-то не замечал ранее, но письмо и правда весьма сильная сторона Ханако, в сравнении с окружающими. Я всегда терялся, когда надо было писать эссе или сочинение, в то время как она не испытывала с этим никаких проблем. Кстати, о написании — когда я проснулся, она что-то писала в своём блокноте.       — Утром ты писала новую статью?       — Н-немного обдумала моменты. Хочу закончить её до прибытия в Японию.       — Это из-за планов на будущее, верно?       Ханако прицелилась и забила красный шар со своим битком в угловую лузу.       — Наверное… Я могла бы… Заняться чем-то таким.       — Имеешь в виду… Журналистикой?       Ханако ответила не сразу. Она просто смотрела на меня изучающим, тоскливым взглядом, словно пыталась понять, думаю ли я, что она спятила. После нескольких секунд молчания она медленно кивнула.       — Что думаешь?       Я не был уверен. Увы, если быть откровенным, я не мог представить, чтобы Ханако могла протискиваться сквозь огромную толпу, отпихивать конкурентов локтями и всё чтобы тыкнуть утомлённой (а возможно и грубой) знаменитости микрофоном в лицо, прокричав провокационный вопрос. С другой стороны, ей нравилось работать в клубе журналистики, а когда человек занимается тем, что ему нравится, он всегда расширяет свой кругозор, учится преодолевать ограничения, что мешают ему это делать. Именно эти слова были девизом Ямаку. Я бы никогда не подумал, что Рин, подруга Эми, станет художницей, учитывая, что у неё нет рук. Но она научилась рисовать ногами, и сейчас является одним из достояний кружка искусств. Может ли быть то же самое с Ханако?

***

      — Честно, это неожиданный выбор. Совсем не та сфера, какую я ожидал услышать.       Положив шары обратно на стол, Ханако кротко улыбнулась, готовясь ударить битком.       — М-м-м… В каком направлении ты… Ай!       Ханако похоже была слишком увлечена разговором и не думала об ударе, из-за чего тот вышел слишком сильным, биток выскочил со стола и укатился под один из занятых барных стульев. Я посмотрел на Ханако, и она умоляюще посмотрела в ответ. Полагаю, мне предстояло побыть джентльменом.       — Я схожу.       Ханако облегчённо улыбнулась и кивнула. Я отложил кий и подошёл к людям у стойки. Там сидел женщина в деловой одежде, рыжий мужчина, напоминающий типичного туриста, и некая пожилая женщина. Все трое довольно быстро заметили, как я подошёл к ним.       — Эм-м… Прошу прощения…       Я инстинктивно поклонился прежде, чем вспомнил, что в Шотландии так не принято. Затем я наклонился и попытался дотянуться до битка под стулом, но услышал, как женщина, сидящая на стуле, откашлялась. Я замер и озадаченно наблюдал, как она слезла со стула, взяла мяч и кинула его мне.       — Лови.       — Спасибо… Не стоило…       Женщина махнула рукой и хитро улыбнулась       — Да-да, ты просто хотел подобрать его, верно?       — Э-э… Да?       Что она имела в виду? Она хихикнула, как будто я только что сказал что-то смешное.       — Парень, в Шотландии все знают об этом трюке.       Что она…       ПОДОЖДИТЕ!       Я невольно дёрнулся от удивления, поняв, что она имела ввиду.       — Это не то, что… Я не пытался…       Соседи по стойке и бармен рассмеялись, заметив моё смущённое выражение лица.       — Это шутка, парень. Расслабься!       Я не знал, что на это ответить, так что просто кивнул и вернулся к бильярдному столу.       — Мне пришлось через многое пройти, чтобы вернуть это.       Ханако улыбнулась и нежно поцеловала меня в щёку.       — Спасибо.       Поскольку Ханако выбила мяч со стола, моя очередь бить. Я достал кий и тщательно прицелился.       — Кстати, что ты собиралась спросить, прежде чем я ушёл?       — Хм? О, я хотела знать… Чем, по-твоему, мне подходит… Заниматься…       Я попал в оба шара, но один из них встал у борта, что затрудняло следующий удар.       — Ну, я полагал, что раз ты дружишь с компьютером, возможно, тебе стоило развиваться в этой сфере. Я слышал, за последние годы спрос на программистов растёт.       Ну и добавим, что такая работа идеальна для людей с низкими социальными навыками. Но Ханако я об этом ни за что не скажу.       — Я… Думала об этом. В к-клубе есть девочка на должности второго редактора.       — С гипсом на руке?       — Да, Джун. Ей очень нравятся компьютеры. Когда мы болтаем, обычно она разговаривает о них. Всякие видеоигры, программы, коды, железо… Я поняла из этих разговоров, что хоть мне и нравятся компьютеры, не думаю, что готова связать с ними свою карьеру.       Я собрался ответить, как вдруг раздалось внезапное жужжание.       — Время истекло.       — И ты победил.       Я выиграл, хотя лишь благодаря нескольким удачным ударам. Нас разделяло всего несколько очков. Если мы сыграем ещё одну партию, она вполне может закончиться иначе. Мы оба с досадой посмотрели на шумный кейс. Ханако начала собирать шары, чтобы вернуть их в футляр, а я начал искать в кошельке монеты. Прежде чем кто-либо из нас успел закончить, жужжание внезапно прекратилось. Я поднял глаза и заметил женщину, подшутившую надо мной ранее. Должно быть, она кинула в прорезь монеты за меня. Она дружелюбно улыбнулась.       — Это компенсация за аолтвтмстслыфыж щкллал.       — Простите?       Ханако, кажется, поняла, что имела в виду эта благодетельница, прошептав мне на ухо.       — Она сказала, это компенсация за то, что смутила тебя. О ч-чём она? Я кратко рассказал, что произошло. После рассказа по лицу Ханако я понял, что она и смущена, и ей очень смешно от этой истории, но она изо всех сил старается не засмеяться, ведь ходил я за её битком.       — Не знаю, это британский юмор или просто эта женщина такая.       Женщина наблюдала за нами с лёгким удивлением. Вероятно, пыталась понять, о чём мы говорим. Когда мы закончили, она пожала плечами и хмыкнула:       — Ну… Это… Было довольно смело.       — Извините… Э-э-э… Мы… Отпуск. Мой английский… Не очень… Хорошо.       Это заставило её улыбнуться.       — Всё не так уж и плохо. У тебя… Весьма понятное произношение.       — Это… Эм… Здорово.       Её было понять куда легче, чем большинство других людей, и до меня наконец дошло почему. Она говорила на чистом английском без диалекта, и намеренно произносила слова медленнее, чтобы мы могли их разобрать.       — Вы… Не местная?       — Вообще-то местная, но по работе должна часто общаться с иностранцами, так что предпочитаю простой английский. Но могу и с шотландским диалектом, если хотите.       — Пожалуйста, не надо.       — Или, может быть, лучше по-японски. Наверное, так будет легче понимать друг друга.       И Ханако, и я ахнули от удивления, поскольку эти слова произнесли уже на японском языке. Хоть и с акцентом, но легко и без ошибок.       — В-вы говорите по-японски?       Женщина определённо осталась довольна нашими лицами и коротко хихикнула.       — Я так-то жила в Японии более двадцати лет.       Женщина вежливо поклонилась.       — Для меня большая честь познакомиться с лучшими друзьями моей дочери.       — Вы?..       — …Мать Лилли и Акиры? Она самая. Здесь, в Шотландии, общение не столь формально, как в Японии. Не против, если я буду звать вас по именам?       Ханако всё ещё была в шоке и лишь бездумно кивнула. Я же неуверенно пожал плечами. В чужой монастырь со своим уставом не лезут, вроде как.       — …Без проблем, думаю.       Женщина широко улыбнулась и протянула руку.       — Тогда я буду обращаться к вам Хисао и Ханако, а вы можете звать меня Карла. Рада познакомиться.       Даже будучи под впечатлением, я протянул руку. Рукопожатие у женщины было крепким и уверенным. Ханако после короткой нерешительности последовала моему примеру.       — Карла?       — Да. Карла Сато.       Пожав Ханако руку, мать Лилли повернулась ко мне.       — Кажется, я застала вас двоих врасплох. Разве Лилли не говорила вам, что я заеду за вами?       — Она упомянула, что за нами приедет шофёр, но я не ожидал, что это будете вы и приедете так рано. Да и к тому же не знал, как вы выглядите.       — Я освободилась раньше, чем ожидалось. Устала окучивать инвесторов, а мой муж с коллегой вполне неплохо справлялись и без меня. Не так часто у меня выходит повидаться с моими дочерями разом.       Она весьма пристально и внимательно осмотрела нас, заставив Ханако занервничать.       — Я тоже не была уверена, как вы выглядите. Ранее мы болтали по телефону, верно? Вы не такие, как я себе представляла.       — Вы похожи на свою младшую дочь куда больше, чем я себе представлял.       Она скромно улыбнулась.       — Приму это за комплимент.       Мои слова были скорее просто честной оценкой, чем попыткой лести. Можно уверенно говорить, что Лилли почти что копия матери. Карла Сато — высокая женщина, даже выше Лилли, с очень похожей фигурой. Волосы её были короче, до плеч, но также имели волнистость, были светлыми, и только кончики слегка поседели. Глаза у неё были тёмно-синими, как у Лилли, но в отличии от мутного, рассеянного взгляда дочери, глаза Карлы были словно два прицела снайперской винтовки. И в них горел тот же огонёк, что был у Акиры. Одета она была в строгий офисный костюм, но вместо брюк, как у Акиры, предпочла чёрную юбку, а на шее у неё висел крестик, как у Лилли.       Карла выглядела также строго и по-деловому, как и старшая дочь, но при этом сохраняла женственность. Ей, должно быть, уже за пятьдесят, но она всё ещё довольно молодо выглядит. В отличии от Лилли, её кожа была гораздо более загорелой. Скорее всего, Карла любила более активный отдых, чем её дочь. Это объясняло почему она выглядела столь здоровой и подтянутой в свои годы.       — Лилли и Акира знают, что вы здесь?       — Да, Акира видела, как я зашла. К сожалению, пока идёт викторина, к ним не пробиться. Все подумают, что я подсказываю им. Так что пока что можем побыть втроём. Если вы не возражаете против компании на время игры, конечно. Обещаю не вмешиваться.       Она подмигнула мне.       — Если хочешь, даже могу подбирать потерянные битки.       Гм.       — Я… Не против.       — Я-я тоже.       — Замечательно. Схожу за пивом. Вам принести что-нибудь выпить? За мой счёт.       — Правда? Тогда не могли бы вы принести мне апельсиновый сок?       — М-мне тоже, пожалуйста.       — Сию минуту.       Когда мама Лилли вернулась к бару, я с лёгкой ухмылкой повернулся к Ханако.       — Выглядит как Лилли, одевается как Акира. Подозреваю, что черты распределились пополам.       Ханако скрыла хихиканье за кашлем. Похоже, не только я пытался понять, кого больше мне напоминает Карла.       — Ага.       — Итак, хочешь сыграть ещё? Думаю, теперь я должен тебе реванш.       — Давай.       Когда мы расставили шары по местам, Карла вернулась и поставила два стакана на край стола.       — Лилли сказала, что перелёт был утомительным. А вы как, справляетесь?       — Я всё ещё не привык к смене часовых поясов, но зато отлично отдохнул. Условия просто фантастические.       Карла улыбнулась.       — Не стесняйтесь спрашивать, если что-нибудь понадобится. Если меня нет рядом, смело обращайтесь к персоналу. Я так понимаю, вы уже знакомы с Эллисон?       — Да. Она очень хорошо готовит.       — А то. Если вы скучаете по дому, обязательно попросите её приготовить что-нибудь из японской кухни. На японском она едва ли три слова свяжет, зато блюд знает массу, хах. В конце концов, её нанял мой муж.       Всегда приятно знать, что у тебя под боком частный ресторан. Этот отпуск становился всё лучше и лучше. Мы с Ханако возобновили игру, и, верная своему слову, Карла в основном переключалась между нашей игрой и викториной, не вступая в долгую беседу, за исключением пары реплик. Мы снова услышали писк устройства после напряжённой борьбы, и я вздохнул, понимая, что отстаю от Ханако на несколько очков.       — Ну, по крайней мере, я держался до самого конца.       Ханако гордо улыбнулась.       — Это была хорошая игра.       — Думаю, вы квиты, а?       Карла подобрала шарики и положила их обратно на таймер, выключая надоедливый гул.       — Да. Теперь нам требуется третья партия, чтобы разбить ничью.

***

      Выражение лица Ханако говорило мне, что она была бы готова к этому, но Карла указала на сцену, и я заметил отсутствие ведущего.       — Обождите пока. Похоже, они проверяют ответы. Через пару минут, думаю, узнаем имя победителя.       — Интересно, как у них успехи.       — Хм, какое название команды они придумали?       — Название команды?       Карла весело посмотрела на меня.       — Вы не знакомы с викторинами в пабах, верно? Это своего рода традиция, когда каждая участвующая команда придумывает креативное название. Типа, эм… «Балбесы», или «Интеллектуально отсталые», или «В значит Дислексия». Что-то в этом роде.       — Полагаю, они выбрали что-то интересное.       Зная Лилли, это наверняка будет в духе «Не видим ничего умного». Хотя, зная, что там Акира, может, и что-то другое.       Внезапно ведущий вернулся и несколько раз постучал по микрофону, дабы дать понять, что ему есть что сказать. Я изо всех сил попытался разобрать, что он говорит, но его акцент и расстояние до сцены делали это безнадёжным делом. Кажется, мама Лилли прочитала мои мысли.       — Сейчас он благодарит всех за участие. Люди, занявшие третье место, получат бесплатный напиток, те, кто займёт второе место, получат три бесплатных напитка, а победители получат специальный приз.       — И что за приз?       — Обычно бутылка какого-нибудь алкоголя. То есть, это же паб.       Ведущий сделал торжественный жест, и присутствующие в зале зааплодировали его словам.       — Третье место достаётся «Мастерам Романтики». Не думаю, что это они.       — Кто вообще мог придумать такое название?       Ещё одно объявление от ведущего и ещё одни аплодисменты. Я заметил, как мать Лилли на мгновение ухмыльнулась.       — Второе место ушло «Мастерам Приманки». Им же ЛУЧШЕ, если это не их команда.       — Лилли слишком ценит своё чувство юмора, чтобы так назваться.       Наконец, объявили победителя, отчего Карла просветлела.       — Ну-ну. Победителем сегодняшней викторины стал «Восточный экспресс». Хех, неплохо.       И правда, я заметил, как сёстры поднялись с мест и встретили гром оваций. Карла, Ханако и я с удовольствием присоединились. Акира взяла Лилли за руку и осторожно повела её на сцену.       — Удивительно всё же. Две японки победили всех местных.       — Вопросы редко касаются чего-то локального, особенно летом. В конце концов, надо дать туристам шанс. Но всё равно впечатляет.       После того как ведущий пожал им руки, Акира вскинула два пальца вверх в форме буквы «V», символизируя победу. Лилли просто скромно помахала рукой, держа пакет, вероятно, с их призом. Их появление на сцене вызвало ещё одну волну аплодисментов и немалое количество свистов. Лилли и Акира, видимо, приковывали к себе массу внимания, так что хорошо, что мы с Ханако отказались. Вряд ли такой перформанс на сцене понравился бы Ханако.       Зная, что Акира в конце концов вернётся за нами, я решил остаться возле бильярдного стола, а не протискиваться к сёстрам сквозь шумную толпу. Они спустились с трибуны и не спеша подошли к нам. Акира довольно улыбалась:       — Да мы их просто размазали! Даже представить не могу, чтобы мы от них оставили, если бы соревновались в Японии.       — Вы обе молодцы.       — Поздравляю. Что выиграли?       — Сейчас и узнаем.       Акира взяла у Лилли пакет и заглянула внутрь, затем выудила бутылку с жидкостью медового цвета.       — Шотландский виски, ну конечно. Две бутылки. Стоило догадаться.       Я посмотрел на название на этикетке, и у меня сразу заболела голова.       — Боже, люди здесь вообще способны произнести это вслух?       — Аучентошан? Не пробовала его, но это не дешёвое местное пойло. Похоже, взнос мы всё-таки отыграли. Хотя…       Лилли игриво улыбнулась.       — Интересно…       Я уверен, что знаю, о чём думает Лилли. Не уверен, насколько она серьёзна, но вижу, как сужаются глаза её матери.       — Лилиан!       — Мама!       Надутые губы Лилли и слегка расстроенный тон, как будто у неё только что отняли любимое печенье, показались настолько неуместными, зная образ Лилли, что Ханако не смогла сдержать смех. Однако Лилли быстро пришла в себя и изобразила привычную сдержанную улыбку.       — Пожалуйста, используй моё настоящее имя, мама.       — Надеюсь, ты не собиралась всерьёз всё выпить.       Лилли ответила не сразу. По опыту я знаю, что у неё есть привычка тщательно подбирать слова, прежде чем говорить, но эта сиюминутная заминка, похоже, немного раззадорила Карлу.       — Признаю — это могло бы быть немного безответственно.       Карла пожала плечами.       — Конечно, если ты не тренировала толерантность к алкоголю в Японии.       — Конечно нет.       На этот раз Лилли похоже сочла, что лучше быстро ответить, чем брать время на раздумывание. Не удивлюсь, если мать Лилли решит, что Лилли никогда раньше даже не употребляла алкоголь. Акира определённо словила от этого долю веселья, но на помощь сестре пришла.       — Она права, Лилс. Это сорокаградусный виски. Слишком много, если не умеешь пить крепкое. Но всё же жалко профукивать приз, так что давайте-ка я попробую обменять его на что-то полегче. Пару бутылок вина, например.       — Надеюсь, мама, это будет приемлемо? Мне предстоит произнести тост, когда мы вернёмся.       Карла на какое-то время задумалась, а затем коротко кивнула.       — Меня устраивает. Просто помни, что завтра у нас пикник. И тебе придётся прийти не смотря ни на что.