Ты

- Гэвин, где ты? - А что? - Мы же договорились, что ты купишь кофе и подойдёшь к машине. - Я передумал. - Почему? Ты уехал сам? - Нет. Посмотри вверх. Только не отключайся. Ричард поднимает глаза и безуспешно рыщет взглядом по окнам здания администрации города, стоящего напротив полицейского участка. - Выше. Сильно выше, - командует голос в трубке. Найнс запрокидывает голову и понимает, что его напарник стоит у ограждения на крыше всё той же многоэтажки. Любой человек смог бы разглядеть в лучшем случае его силуэт, но андроид видит всё: и расслабленную позу, и насмешливую улыбку. Внутри начинает зарождаться страх. - Как ты туда попал? Зачем ты там стоишь? - У меня есть знакомый, который согласился одолжить карточку от нужных дверей. Берём кофе в одной и той же кофейне в одно и то же время на протяжении последних пятнадцати лет. Такая, знаешь, мужская солидарность, основанная на американо без сахара. - Джеймс Барнс. Уборщик. - Браво, Шерлок. Джим - отличный парень. Возможно, потому что туповатый. - Ты не ответил на второй мой вопрос. Зачем ты там? - Затем, что с тобой что-то происходит. Что-то плохое. Ты шарахаешься от меня, не даёшь касаться. Твоя стекляшка в виске всё чаще напоминает диско-шар. Я пытался спрашивать по-всякому. Я юморил, говорил серьёзно, подлизывался, грубил. Но ты уходил от ответа. - Я имею право не обсуждать с тобой каждый аспект своей жизни. Это личное. - Конечно, имеешь. А я имею право быть здесь, на этой чудесной крыше. Погоди, я устал. Рид неловко, держась за ограждение лишь одной рукой, садится. Столбики ограды расположены далеко друг от друга, и его задница теперь находится прямо между двух из них. Потрёпанные кроссовки смотрят на дорогу одиннадцатью этажами ниже. Страх превращается в панику. - Ты не прыгнешь с крыши, пытаясь узнать, почему я веду себя необычно. - Не прыгну. Но могу случайно упасть. Скажем, если придвинусь ещё ближе к краю и наклонюсь... - Гэвин!!! - Тихо, тихо. Пока я этого не делаю. Просто сижу. Хотя, знаешь, тут довольно сильный ветер. - Это слишком даже для тебя. Ты любишь рисковать, но это? Это опасно, Гэвин. По-настоящему. Ты можешь там простудиться. И можешь умереть, потому что, поверь, тебе лишь кажется, что ты контролируешь ситуацию. - Ну и что? Никто не расстроится, кроме твоей программы. Ну, той её части, которая отвечает за соблюдение первого закона. - Вот поэтому я не хочу ничего тебе говорить! Какая разница, что я скажу, если для тебя я лишь машина? Тостер, пластик, жестянка, ведро с болтами!!! Какая тебе разница, что не так с роботом?! Это не влияет на нашу работу, я никогда тебя не подводил! Я хороший напарник! - Да, Рич, ты очень хороший напарник, - голос Рида смягчается. - Самый лучший. Но такой глупый. Разве ты ничего не заметил? Ты же постоянно меня анализируешь. И не понял, что я давно уже не отношусь к тебе, как к манекену? - Ты только что сказал, что мне будет наплевать на твою смерть. Значит, ты ничего обо мне не знаешь. - На-а-айнс. Я всего лишь пошутил. Тебе не кажется, что это противоречило бы тому, что я сейчас делаю? Я ставлю свою жизнь под угрозу, потому что знаю, что тебе не наплевать. - Я не поведусь на эти манипуляции. Ты не упадёшь. Вероятность этого ничтожно мала. - Но она есть. Хотя я спорить не буду. Не поведёшься так не поведёшься. Спокойно поезжай в своё общежитие. А я слезу отсюда позже. А может и нет. Узнаешь утром. - Гэвин, я ненавижу тебя, - с чувством произносит Ричард. - Ты меня любишь, - привычно и весело парирует человек. После длинной паузы андроид опускает голову и тихо признаётся: - Да, я люблю тебя. И это причина, по которой я стараюсь держаться от тебя подальше. - Что?... - Ты слышал. Но мне нетрудно повторить. Я люблю тебя. Однако ты не веришь, что андроиды на это способны. Как ты недавно сказал про Картера LS704? "Вот придурок. Увидел красивую девчонку и вообразил, что влюбился. Лямур-тужур. А как надоела - избавился и дальше пошёл, новую любовь всей жизни искать", - Найнс воспроизводит голос Рида, и это звучит жутко. - Ты привык ко мне. Позволил быть своим другом, потому что слова "напарник" и "доверие" для тебя неразрывно связаны. Но как я мог заявить, что хочу поцеловать тебя, что хочу сломать руки Эндрю Бойду, чтобы он больше никогда тебя не трогал, что хочу защитить тебя не потому, что этого требует закон робототехники, а потому что я боюсь потерять самое дорогое для меня существо?! Даже прямо сейчас, пока я говорю тебе всё это, ошибки валятся одна за другой, каждая строчка кода требует немедленно. оттащить. тебя. от края!!! Гэвин ошарашенно молчит на протяжении нескольких бесконечно долгих секунд, а потом сообщает: - Я спускаюсь. И только попробуй уйти. Я тебя из-под земли достану. Ричард с волнением наблюдает за тем, как напарник аккуратно встаёт и отходит от ограждения. Он послушно не двигается с места до тех пор, пока болотистые глаза не оказываются прямо перед ним. - Погнали в парк? Здесь многовато ушей. Андроид, как оловянный солдатик, кивает. Они идут по улице плечом к плечу и молчат, потом так же, в тишине, идут по аллеям парка, пока не попадают в дальнюю его часть, куда поздним вечером боятся заглядывать даже бегуны. Но человеку не страшно. Во всяком случае, он не боится грабителей и маньяков. - Когда я говорил про Картера, я не имел в виду, что вы все не способны любить. Не способен конкретно он. Его типаж чисто как у некоторых людей. Они легко западают на кого-то, клянутся в вечной любви, потом начинаются ссоры, они ноют друзьям, что снова ошиблись в выборе, и возвращаются к поискам "той самой" или "того самого". Как правило, это пиздаболы, которые попусту тратят время наивных мечтательниц. - А я? - А ты, Ричард, тоже очень человечен. Классический сценарий: хороший мальчик влюбился в плохого. Принцесса и разбойник, девушка из бедной семьи и босс мафии, отличница и двоечник... - Это... плохо? Значит, моя любовь тоже ненастоящая? - Ты скажи. - Настоящая. - Супер. С этим решили. Теперь дальше... В мировом искусстве обычно есть два финала. Либо парочка со временем начинает жёстко сраться и понимает, что они всё-таки совсем разные люди. Хорошего мальчика раздражает неправильность плохого, а плохого бесят попытки хорошего его исправить. Либо... - Либо? - Либо они дополняют друг друга и счастливо живут свою жизнь. Плохой делает хорошего более свободным, добавляет перцу в его жизнь. А хороший делает плохого более спокойным, заставляет верить в лучшее и иногда пожимать чью-то руку, вместо того, чтобы бросаться в драку. Как думаешь, какой вариант у нас? - Мне нравятся особенности твоего характера. Почти все. Когда-то ты освободил меня от программы. Теперь ты каждый день делаешь меня живым. - А я... Я больше не хочу бросаться на амбразуру, потому что знаю, что ты полезешь за мной. Когда ты говоришь, что всё образуется, я верю. И на прошлой неделе я и пальцем не тронул Перкинса, хотя он напрашивался. - Получается, у нас второй вариант. - Получается. Рид подходит ближе и тянется к чужим губам, но Найнс поспешно отступает. - Прости, я... Не могу. - Что не так? - Я... У меня очень много системных ошибок, вызванных твоим безрассудным поступком и этим разговором. Если ты поцелуешь меня, система окажется перегружена, и я, скорее всего, принудительно уйду во временную гибернацию. - Пиздишь, как дышишь. Складно, но не верю. - Я стараюсь никогда тебе не лгать. - Это правда. Именно поэтому ты только что сказал "я стараюсь никогда", вместо "я не вру сейчас". Ричард опускает глаза. - В чём дело? Ты не умеешь целоваться? Ты во мне не уверен? Или, может, я для тебя грязный или типа того? - Я действительно не умею, но дело не в этом. Гэвин требует: - Да посмотри же ты на меня, чёрт возьми! Андроид отрывает взгляд от земли. - Ты можешь мне сказать. Я не обижусь. Ну, постараюсь. - Непробужденные андроиды никогда не касаются друг друга без цели. Чаще всего прикосновение нужно для того, чтобы войти в контакт и передать информацию. У меня есть программная ошибка, основанная, как я полагаю, на этом стандартном сценарии. Когда ты касаешься меня, мой процессор, мой мозг, автоматически пытается соединиться с тобой. Я не могу это остановить. - Мило, что ты пояснил мне, что значит процессор. Я не настолько тупой. Но всё равно не понял, в чём проблема. Твой мозг подаёт сигнал, но осуществить действие невозможно, и что? Это неприятно? - Это вызывает ошибку, всего лишь окно на экране, которое легко смахнуть. Проблема в том, что контакт предполагает снятие скина. Он сходит в месте касания. - И что? - Рид начинает терять терпение. - Поцелуй, скорее всего, спровоцирует исчезновение скина на всём лице. - И что?! - Я буду похож на манекен, Гэвин. Вот что, - сердито выпаливает Найнс. - Моя голова будет абсолютно белой, за исключением глаз и волос. Тебе не захочется со мной целоваться. Впрочем, люди обычно целуются с закрытыми глазами, и если ты не будешь открывать их ещё какое-то время после разрыва касания, я успею нарастить... - Завали, Рич. Вот просто завали. За кого ты меня принимаешь? - За человека, который ещё год назад ненавидел андроидов. В последнее время ты забылся. Очеловечил меня. Но, едва увидишь без скина, вспомнишь. Когда я впервые снял его при тебе - всего лишь с кисти, - ты сказал: "Мерзость". Гэвин морщится и кривится. - Я был придурком, Ричард. Нёс всякую ерунду, бил наугад, пытаясь тебя задеть. Я не считал тебя мерзким и уж тем более не считаю сейчас. Я больше не ненавижу андроидов. Мне насрать на то, как ты будешь выглядеть во время поцелуя. Так что давай, снимай скин. - Я не хочу. Нет. - Ричи, с красивыми мордашками целуются только в клубах или борделях. В остальных случаях целуются с любимыми людьми. Точнее, ну... С любимыми существами. - Нет, я... О, нет. Нет. Скин на лице андроида вдруг начинает расползаться сам по себе. Видимо, он настолько хотел вступить в контакт, что система сочла это за сигнал действовать. Найнс явно борется с ней, пытаясь вернуть всё, как было, но проигрывает и закрывает глаза. На протяжении нескольких секунд Рид разглядывает белый материал, пытаясь найти в себе хоть частичку прежнего отвращения, но правда в том, что он действительно больше не ненавидит андроидов. Он любит одного из них. И, глядя на лицо напарника, он не может думать ни о чём кроме того, что тот сейчас чувствует себя очень уязвимым. Гэвин берёт Ричарда за руку. Смотрит, как искусственная кожа сползает и с неё. - Когда ты касаешься других людей, происходит то же самое? - Нет. - Буду считать, что твоя система просто доверяет мне больше, чем ты сам. Найнс не отвечает и не открывает глаз. Тогда Рид бесцеремонно целует его, продолжая уверенно сжимать белую ладонь. Найнс так его любит.