Тропы вероятностей

      Очень раннее осеннее утро в глубине северных хребтов потрясало своей не по-осеннему низкой температурой ниже пятидесяти градусов по Цельсию. Однако то стало не единственным потрясением, которое ожидало земных захватчиков в их укромной эквестрйиской цитадели в столь ранний час... Совпадением то было, либо нет, но как только первый лучик поднимающегося из-за горизонта солнца каким-то чудом пробился сквозь плотную завесу облаков, ударившись о скалы, тишину нарушил протяжный вой сирены, за которым спустя всего пару минут последовала серия пусть и не сильных, но достаточно слышимых взрывов, эхо от которых разносилось по горной местности на многие километры... За взрывами последовала серенада перестрелки, звонкой трелью оповещающая о том, что у людей что-то пошло сильно не по плану...       Всего минуту спустя, прорываясь через окутавшие горные пики белоснежные тучи в воздух взмыло сразу несколько летательных аппаратов. Отчётливо заметные трассеры пуль, огни плазменных зарядов и прямые линии когерентных лазерных лучей, несущиеся им вдогонку ясно давали понять, что сей вылет вряд ли был хоть кем-то санкционирован...       Вслед за беглецами ринулся целый рой автоматизированных дронов, которые, тем не менее, при всём желании не смогли бы догнать несколько целей, уже поднявшихся на высоту около десяти тысяч метров и постепенно разгоняющихся до сверхзвука, стремительно уносясь куда-то на юго-восток, прямо навстречу поднимающемуся дневному светилу...

***

      Самые разные проблемы одна ужасней другой сваливались на мою бедную голову словно лавина, вынуждая постепенно отказываться от сна как в силу занятости, так и банально развившейся бессонницы. Оставшись буквально единственным свободным и, очень даже вероятно, единственным выжившим аликорном на этой планете, я была вынуждена взять на себя обязанности бесследно пропавших принцесс. Прилагая все возможные усилия для сохранения в столице хоть какого-то подобия порядка, я попутно курировала наспех организованную миссию по спасению мира, которая, судя по всему, потерпела полный крах, едва успев начаться...       Почему же вывод был столько категоричен? Ну, главной составляющей плана было использование элементов гармонии в качестве устранения потенциального врага. Для использования элементов необходимы все шесть носителей, однако... Пинки Пай и Рейнбоу Дэш в коме, а Твайлайт еле на ногах стоять может: магическое выгорание приняло хронический характер и из-за общей нестабильности магического поля планеты самостоятельное восстановление магических сил становится практически невозможным. Остальные трое, пусть пока и находятся в более менее здравом уме и теле, но их моральное состояние оставляет желать лучшего. Произошедшее с их подругами и с Димой сильно их подкосило, и едва ли хоть что-то сможет теперь вернуть им былой настрой...       Что же вообще произошло, и почему надежды на спасение почти что нет? Ну... Случился Клаудсдейл... Все те терзающие меня ночами догадки в один прекрасный миг оказались правдой, и теперь я просто не знаю, что мы можем противопоставить своему врагу, ведь ими действительно оказались люди... Куча вопросов, начиющахися на "как" и "почему" терзали меня денно и нощно, и чем дольше я об этом всём размышляла, тем яснее для меня всё становилось... Да, яснее некуда... Проект, который я посчитала с грохотом провалившимся, судя по всему, таки привёл к какому-то результату... И раз теперь по Эквестрии рассекают наши отечественные дроны-убийцы, этот результат на 100% оправдывал те средства, что на него были затрачены, правда... Я и подумать не могла, что наше руководство прибегнет к настолько радикальным методам колонизации!       Что ж, похоже, кто-то там наверху посчитал, что время дипломатии перед лицом краха цивилизации прошло... Кто-то посчитал геноцид местных аборигенов вполне оправданным действием. И, судя по тому, что свои планы эти нелюди осуществляют столь скрытно, не прибегая к классическим методам ведения войны, народ всё же, в большинстве своём, подобных действий не одобряет... Очень на то надеюсь!       Итак, что же в итоге произошло в Клаудсдейле? А произошла чья-то шутка. Кровавая, жестокая и подлая шутка, оправдания которой нету. Из рассказов хранительниц, их охраны в лице Мэринет и Стар, а также эвакуированных выживших становится понятно — наш враг нашёл способ напрямую контролировать разум пони, пусть и весьма ресурсозатратно. Уничтоженный дрон явно имел на своём борту какой-то магической ретранслятор, усиливающий звуковые и магические колебания в достаточной мере для того, чтобы контролировать чужую нервную систему... Почему же тогда всю страну ещё не заполонили эти дроны и не зомбировали всё разумное население? Хороший вопрос. Либо технология ещё недостаточно обкатана, либо это действительно чья-то не особо санкционированная проказа... Проказа... Погибли сотни, если не тысячи пони, ещё больше едва сохраняют рассудок, а для них всё шутки... Может, я слишком прониклась этими четвероногими, сама став почти такой же? Была ли б я столь уверенна в своих взглядах, находясь, всё-таки, по ту сторону баррикад? Нет... Точно нет! Никто, будучи в здравом уме и полностью осведомлённым о происходящем не согласится участвовать в подобном... Уверена, рано или поздно даже среди военных наступит раскол, что, конечно, сильно сыграет нам на руку, если к тому моменту мы вообще ещё будем живы и способны к какому-то организованному сопротивлению...       Я так и не сказала, что же в итоге случилось с Димой, да? А случилось, как я думала, непоправимое. Именно благодаря его усилиям дрон был уничтожен, а сотни жителей Клаудсдейла были спасены и эвакуированы в Картерлот, но... Сам Дмитрий, считай, поплатился за это жизнью... И я сейчас говорю даже не о его теле, которое, пусть и с крайне большим трудом, но мы сумели вытянуть с того света и восстановить то, что, как я думала, восстановить было невозможно... Нет, произошло нечто гораздо хуже! По не вполне понятным причинам телом завладела Руби, а от Димы как будто не осталось и следа. Была надежда на то, что он хоть как-то проявит себя, но... Все обследования указывали на то, что в этом теле осталась только сущность Руби... Ну, понятное дело, для Дмитрия это всё равно что смерть. Вполне настоящая, неиллюзорная смерть. Разумеется, я была единственной, не считая некоторых докторов, кто знал об этом, и раскрывать сей момент остальным мне не хотелось от слова совсем. Только представьте себе реакцию Мэринетт, которая, как оказалось, к нему очень даже неровно дышала! И без того низкая мотивированность команды упала бы ниже нуля, и нам оставалось бы только поднять белый флаг, рассчитывая на милость новых господ...       Но, к великому счастью, у нас была Алиса, которая подсказала мне не совсем этичный, но вполне рабочий способ вернуть Диму к жизни... Малая этичность подразумевала под собой жизнь одной маленькой кобылки в обмен на жизнь Димы, пусть и с некоторыми техническими оговорками... Не хочется детально описывать весь процесс, просто скажу: у нас, скорее всего, получилось. С самого начала процедуры и по сей момент Дима находится без сознания, но повторное обследование показало нечто интересное: сама магическая сущность Руби, как и следовало ожидать, никуда не делась, но биоэлектрическая, или, если угодно, биомагическая активность мозга претерпела кардинальные изменения, что может быть характерно для полной замены одной личности на другую... В общем, надежды на успех есть, и это не может не радовать, нам остаётся лишь ждать, когда Дмитрий очнётся, чтобы лицезреть результат...

***

      Мэринет, откровенно говоря, была вся как на иголках. Чувство стыда за саму себя и своё поведение в палате перемешалось с искренним счастьем — Дима был жив! Лиза сказала, что его состояние вполне стабильное и уже скоро его должны будут выписать. Прекрасную новость даже не омрачил тот факт, что Лиза пока что запретила кому-либо посещать палату человека, ссылаясь на ряд процедур финальных обследований и то, что ему, пока что, необходим покой. Мэринет не стала препираться и приняла слова аликорна на веру, хотя держать себя в копытах было сложно... Ей хотелось сначала обнять Диму, крепко-крепко, а потом надавать по морде! Совсем идиот, что ли?! С голыми руками на то чудовище... На что он вообще рассчитывал?! И, честно говоря, у Мэринет до сих пор в голове не укладывалось, как ему вообще удалось победить...       И, всё бы ничего, но... Поведение Стар Айс заметно напрягало. Конечно, это нормально, переживать за своего командира и желать его скорейшего выздоровления, но... Стоило Мэринет разок пересечься взглядом с фестралкой во время их последнего визита к человеку, как у единорожки тут же все инстинкты в набат забили... И даже сейчас, когда, вроде бы, ничего не происходило, трущаяся вечно где-то позади Стар вывела Мэринет, наконец, из себя:       — Что тебе, Луна дери, от меня нужно?! — высказала единорожка, остановившись рядом с воротами, ведущими в давно пустующий тренировочный лагерь. — Тебе жильё не выделили? Или других дел нет? Почему ты ходишь за мной?!       В глубине души Мэринет уже знала, что гложет её соратницу... Знала, но боялась признать очевидный факт, который, тем не менее, озвучила сама Стар, пусть и ни единого мускула на её лице не дрогнуло:       — Почему он меня игнорирует...       Раздались слова как гром среди ясного неба. Мэринет лишь молча разинула рот, пытаясь подобрать слова, но Стар менее настойчивой становиться и не думала:       — Разве я чем-то хуже тебя?       Наконец, заговорила и Мэринет, сглотнув:       — Стар... Неужели ты...       Её резко прервала покрасневшая как рак Стар, наконец показав все свои намерения и эмоции:       — Да, он мне нравится, и что?! Неужели в этом табуне не найдётся места для ещё одной кобылы, а?!       Стар внезапно будто поняла, что именно сказала, тут же прикрыв рот правым копытом и покраснев ещё гуще. Даже покрывающий половину её лица шрам не портил воистину умилительной картины.       Ну, что думаете? Как отреагировала Мэринет? Злоба? Раздражение? Презрение? Этого бы следовало ожидать от среднестатистического европейского человека, в чьём понимании моногамные отношения были единственно верными, однако... В мире пони, в котором добрые 70% от всей популяции вида составляли кобылы, полигамные союзы были естественным требованием для выживания, потому на лице Мэринет возникла лишь ухмылка от уха до уха:       — Так вон оно значит как... Маленькая кобылка не может привлечь к себе внимание жеребца? Может, тебе просто чего-то не хватает, м? Может, недостаточно мясистый круп? А может... Фигурка не в его вкусе? Хотя...       — З-замолчи!! — потребовала фестралка, сделав шаг вперёд. Было чувство, что у неё вот-вот пар из ушей повалит от возмущения.       — Ладно-ладно, успокойся! Прости! — ухмылки как не бывало. Похоже, Мэринет теперь была настроена серьёзно. — Стар... Ты точно уверена в своих чувствах?       Ответила фестралка не сразу, набрав перед этим в лёгкие побольше воздуха:       — Я точно не знаю, что именно чувствуют влюблённые пони по отношению друг к другу... Единственным действительно близким для меня пони был Сапфир, но он... Я... Я не знаю, что именно по отношению к нему я чувствовала... Была ли это любовь, или мы были просто хорошими товарищами? Когда я его потеряла, мне было нестерпимо больно... Так больно, что хотелось умереть... Из меня будто вырвали кусок моего собственного сердца... Но, Дмитрий, он... Когда я увидела его, бездыханного, лежащего в луже собственной крови, — было видно, что фестралка еле сдерживает свои слёзы, — если бы мы сейчас не сумели его спасти, я... Я бы не выдержала, Мэринет. Больше некому бы стало меня утешить и поддержать... Никто бы мне не дал причину жить дальше.... А ещё... Мэринет, прости, но... Каждый раз, когда я вижу его с тобой... Я... Я понимаю, что это неправильно! Но... Мне так хочется его забрать... Чтобы он был мой, и только мой! Так скажи же мне, что это, если не любовь?! — закончила она свою тираду, стоя перед единорожкой на дрожащих ногах и блестящими от слёз глазами.       Мэринет так и стояла, разинув рот, силясь сказать хоть что-то. Стар ей явно не врала, её чувства действительно искренни, но... Мэринетт была солидарна со Стар в одной вещи... Просто так делиться не хотелось! И тогда единорожке в голову пришла гениальная мысль:       — Стар... Я действительно уважаю твои чувства к Диме и всецело разделяю их, но... Достойна ли ты его? Примет ли тебя его сердце?       С этими словами Мэринет движением правого копыта отворила двери учебного двора, бросая вызывающий взгляд в сторону фестралки:       — Если сумеешь одолеть меня в честной схватке один на один, то я, так и быть, признаю тебя достойной Димы и позволю присоединиться к нашему табуну... Если, конечно, Дима сам это позволит... Устраивают ли тебя такие шансы?       Стар смахнула с глаз влагу, и от прежней робкости ни осталось и следа. Во взгляде сверкнула сталь, а сама она произнесла:       — Устраивают...

***

      — Мм... Прости...       Собственно, то и было первым звуком, что издал я по пробуждении... К чему бы это? В душе не ебу... Мой рот, видимо, не повиновался мозгу в этот момент. Сейчас же, несмотря на то, что я явно готовился уже никогда больше не очнуться, у меня получилось открыть глаза. В них тут же ударил яркий солнечный свет, бьющий из окна даже через закрытую штору, так что пришлось тут же сощуриться, прикрывая бедные глазищи рукой... Рукой... Стоп, рука! Абсолютно целая и здоровая рука! Я же лично видел, как с неё всю кожу сорвало и несколько пальцев отдербанило!       Осмотрев вторую руку и придя к тому же выводу что и раньше, я довольно резко вскочил, принимая в своей койке сидячее положение... Тело тоже целое... Даже слишком целое! Потрогав голову, я понял, что на ней не было ни единого волоска... Я отчётливо помню, что у меня ни единого целого участка кожи не было, а сейчас... Господи, эта ваша магия просто чудеса творит!       Окончательно убедившись, что все мои части тела на месте и никуда не пропали, я наконец окинул взглядом помещение, в котором находился... Вполне обыкновенная больничная палата, даже на реанимационное отделение не похоже... Видимо, я уже довольно приличное время находился в отключке... Надеюсь, не слишком долго... У нас каждый день на счету!       В памяти пронеслись все произошедшие со мной за последнюю неделю события. Я тщательно всё перепроверял, убеждаясь, что точно ничего не забыл. Последним, что я отчётливо помнил, было сражение с блядской «Осой». Насколько можно было судить, я таки одержал вверх, пусть чуть и не погиб...       — Руби, ты здесь? — спросил я, будто разговаривая с пустотой.       Ответом мне послужила тишина. Очень подозрительная тишина... В моей голове будто бы больше никого кроме меня и не было. Я уже и позабыл, какого это! Но едва ли это меня сейчас радовало...       — Руби, слышишь? Ты где там прячешься, а? А ну вылезай!       Наконец, я услышал ответ. Правда, совсем не тот, который ожидал:              «С возвращением, товарищ старший лейтенант!»       Я даже вздрогнул от неожиданности, услышав у себя в голове голос Алисы. Чего-чего, а вот её у себя в башке застать я никак не ожидал...       — А-алис? А ты чего тут забыла? Бля, это точно не мои глюки? — с надеждой произнёс я.       Ответ не обнадёживал:       «Ни в коем случае, Дмитрий Васильевич. Я действительно говорю с вами напрямую, воздействуя на ваши речевые центры. Предупреждая ваш дальнейший вопрос — никакого волшебства, я лишь пользуюсь возможностями нейроимпланта, вживлённого в ваш мозг. Он оказался на удивление многофункциональным устройством. Если я причиняю вам дискомфорт своим присутствием, то лишь один ваш приказ — и я введу нейроинтерфейс в спящий режим до дальнейших указаний»       — Нет-нет, подожди! Не надо, не торопись! Объясни для начала, что вообще произошло за время моего отсутствия, как я вообще выжил, и где, чёрт побери, Руби?!       ИИ приступил к докладу:       «Вы находились без сознания 31 час 42 минуты и 12 секунд. Вы были чудом спасены стараниями десятков Кантерлотских лекарей, спустившим на вас почти все свои магические запасы. Ваша кожа восстановлена буквально с нуля и в данный момент довольно чувствительна, так что будьте осторожны. То же касается и ряда критически повреждённых мышц и частей тела. Нервная система была на 95% выжженна магической перегрузкой, пришлось восстанавливать всё кроме головного и спинного мозга. В целом, ваш организм сейчас здоров, но крайне хрупок и слаб, полное восстановление до прежних показателей может занять месяцы. Тем не менее, уже через неделю ваше состояние можно будет оценить как оптимальное. Сейчас же вам рекомендуется соблюдать...»       Я резко прервал её:       — Нету у нас времени на всё это, сама понимаешь! Через неделю нас уже может и не быть в живых!       «Ваши опасения небезосновательны, Дмитрий, но к сожалению ваше нынешнее состояние едва ли вам позволит принимать активное участие в спасении мира. Настоятельно рекомендую вам не совершать глупостей, о которых вы потом будете очень сильно жалеть.»       Конечно, она была права... Я сам прекрасно чувствовал, что стоит мне на улицу выйти — и я либо на солнце обгорю, либо простыну. Об использовании магии и речи не шло, одна лишь мысль о формировании хотя бы крохотного шарика света на кончике пальца вызывала ноющую боль по всему телу...       — Ладно, хер бы с тобой... Продолжай. Что там с остальными?       Алиса продолжила доклад:       «Все ваши товарищи на данный момент живы. Рейнбоу Дэш найдена, но сейчас вместе с Пинки Пай находится в коматозном состоянии. Твайлайт страдает от магического выгорания. Здоровье остальных членов группы оценивается как удовлетворительное»       Хорошо. Ну, не хорошо, конечно, но пойдёт, могло быть и хуже. Но я не услышал главного:       — Руби. Что с ней? Жопой чую, не просто так ты у меня в голове торчишь.       Алиса ответила не сразу, будто бы раздумывая, как лучше выразиться. Тем не менее, заминка была не долгой, и вскоре раздался всё тот же сухой голос:       «В процессе вашей реанимации произошёл несчастный случай, в результате которого Руби будет недоступна неопределённый промежуток времени. Не стоит переживать, она всё ещё находятся в вашем теле, однако не имеет доступа к головному мозгу и, как следствие, не может с вами общаться»       — Я что-то нихуя не понял, Алис... Что значит «будет недоступна»? Слишком неинформативный ответ, не находишь? — говорил я, пытаясь скрыть волнение. — Давай всё в деталях и по порядку, как ты умеешь, это приказ!       Как бы Алиса не старалась сгладить углы, приказ человека она нарушить никак не могла, потому начала:       «Это прозвучит странно, товарищ старший лейтенант, но вы, на самом деле, погибли»       — Да? А сейчас с тобой тогда кто говорит?       «Ваша энергетическая сущность, за неимением иного термина именуемая душой, покинула тело ещё задолго до того, как мы сумели вывести его из критического состояния. Ваше место заняла "душа" Руби и, таким образом, короткий промежуток времени она была единственным полноправным владельцем вашего тела, Дмитрий Васильевич. Мы даже успели с ней побеседовать перед тем, как приступить к процессу восстановления вашей личности»       Слова в голове не укладывались... Умер? Вот прям реально умер? А... Что я сейчас есть такое вообще?       — Душа? Вот прям реально взяла и съебнула? А... Что я сейчас тогда такое? Без души-то?       По спине бежали мурашки от осознания произошедшего, пока Алиса продолжала:       «Во внутренней памяти нейроимпланта хранилась резервная копия всех ваших воспоминаний, вашей личности. Теоретически, достаточно было бы просто перезаписать всё на ваш мозг по-новой, однако, из-за отсутствия "души" все записываемые данные либо повреждались, либо полностью удалялись, а их место тут же занимал аналогичный массив данных, но принадлежащий уже Руби. В итоге, с позволения и допущения самой Руби была предпринята попытка полного удаления её самосознания и воспоминаний, с последующей записью уже ваших собственных данных. Отличием данной процедуры от стандартного протокола являлось условное прикрепление вашего самосознания к иной энергетической сущности. Проще говоря, в данный момент вы используете энергетическую сущность Руби для того, чтобы оставаться с нами. Был определённый риск, связанный с тем, что чужая "душа" будет несовместима с вашим самосознанием, однако опасения были напрасны. Судя по всему, энергетическая сущность не персонализирована и у различных живых существ имеет схожую структуру, вплоть до полной взаимозаменяемости»       Мои ладони сжались в кулаки, да так, что вены набухли и свежая кожа покраснела. Алиса тут же поспешила меня предупредить:       «Ваше артериальное давление резко повысилось, Дмитрий. Сохраняйте спокойствие. Вы рискуете своими необдуманными действиям нанести себе увечья»       — Сохранять спокойствие?! — чуть ли не кричал я. — Да вы, твари, убили её! Убили и выпотрошили, запихнув внутрь её трупа меня!! Тварина ты такая, какой приказ я тебе давал, а?! Ты помнишь вообще мой приказ, сучара?! Отвечай!!       «В случае подтверждения вашей гибели не препятствовать Руби в процессе приватизации вашего тела» — спокойно отвечал ИИ.       — Вот! Вот!! Что, блядина, в этом приказе тебе не понятно, а?! А?!! — перешёл на крик я, вставая с койки и широким шагом идя в сторону выхода. — Не молчи, отвечай!!!       Кажется, даже Алиса начала чувствовать себя не в своей тарелке:       «Ваш гнев мотивирован привязанностью к Руби, но не оправдан логически. Придите в себя, Дмитрий. Членовредительство ни к чему не приведёт»       Подойдя к двери я распахнул её, чуть не выбив из петель, и пошёл по пустому коридору просто куда глаза глядят. Мне дико хотелось хоть кому-нибудь разбить ебальник, и как жаль, что Алиса теперь была у меня в башке, а не прямо передо мной!       «Ваша смерть обрекла бы остальных на гибель, Дмитрий. Без вас шансы на спасение этого народа становятся призрачно малы. Даже Руби признала это, позволив нам провести процедуру. Без её дозволения я бы никогда не смогла осуществить это»       — И что дальше?! Предлагаешь мне считать это самоубийством, а не убийством?! Мне плевать, какими расчётами ты руководствовалась!! Ты нарушила мой прямой приказ!!! Ты, деффективное уёбище, для которой собственные идиотские выводы важнее моих указаний!!       Если это и могло как-то задеть Алису, то виду она не подала, продолжая:       «Я не могла принять такое решение в одиночку, потому советовалась с Елизаветой Павловной. Она целиком и полностью поддержала моё решение, и я уверена, его поддержали бы все остальные члены нашей группы, пусть и скрепя сердцем»       Упоминание Лизы окончательно вывело меня из себя. Аж струйка крови от носа к губе потянулась.       — Я этой суке точно всеку... Бессердечное уёбище!!! Ебаные бабы, нихуя, абсолютно нихуя вам доверить нельзя!!! Гнида ты электрическая!! Ребёнка, сука, ребёнка убила!! Тебе одного раза мало было, да?! Тебе же мало было её зарезать и расчленить, да?! Решила закончить начатое и вообще всё под ноль стёрла!!! Блядота, сначала Лизу ебаную эту захуярю, а потом и тебя сотру нахуй!!! Заебали!!       Я пронёсся мимо какого-то пони, даже не обратив на него внимания. Я абсолютно не знал куда идти, в этом месте я ещё не был, но достаточно было попасть на улицу, а оттуда уже дорогу найду... О, похоже, моя ругань была услышана, и боги смилостивились, идти пешком не придётся! Вот она, Лиза, тут как тут, в сопровождении двух стражей. Я не выдержал и рванул к аликорну с рёвом ебучего КаМАЗа:       — УУББЬЮ НАХХУЙ!!       Всё произошло в мгновение ока. Двое стражей, вооружённые копьями, попытались было встать на защиту новоиспечённой принцессы, да вот только, явно получив приказ меня не калечить, стушевались, не зная, как и подступиться. А вот я долго не думал. Одному въебал с ноги по морде, чего вполне хватило, а второго буквально поднял над собой и отшвырнул в сторону куда подальше. Не знаю, что там Алиса говорила про мышцы, но сейчас мне силы вполне хватало чтобы расправиться хоть с десятью такими стражами. Лиза медленно отступала назад, в её глазах читался шок:       — Дима, остановись, что на тебя на...       Я не дал ей даже времени заблокировать копытами мой удар, пришедшийся ей прямо по носу. Отчётливо был слышен влажный хруст треснувшего хряща, и хлынувшая на пол кровь дала понять, что нос аликорна сломан полностью и бесповоротно. Не давая ей опомниться, я ухватил обеими руками её за рог и ещё раз добавил в то же место, но уже с колена. Очередные брызги крови испачкали как меня, так и белый халат, в который я был облачён. Колено ныло, а рука так и вообще пылала огнём, но я не обращал на это внимания, лицезрея раскинувшуюся на полу Лизу, пытавшуюся остановить стекающую из размозжённого носа на пол кровь.       В один момент страж, которого я откинул в сторону, уже поднявшись на ноги, решил наплевать на приказ и помчался в мою сторону с явным намерением проткнуть копьём насквозь. В памяти всплыл мой опыт рукопашного боя против Мэринет, и я без особого труда ушёл в сторону от выпада, хватая левой рукой копьё, держащееся в воздухе с помощью телекинеза, а правой ногой с разворота отправляя стража спать. Магия единорога развеялась, и копьё оказалось у меня в руке... Да, этим бойцам точно не хватает опыта драк с людьми вроде меня...       Перехватив копьё поудобнее, пачкая древко при этом собственной кровью, которая сочилась из изодраной кожи на правой руке, я подошёл ко всё ещё приходящей в себя Лизе. Она лишь успела поднять на меня свой полный отчаяния взгляд, когда остриё копья устремилось прямо к её лицу... Чтобы остановиться буквально в сантиметре от её глаза.       — Чо... Чо за хуйня?! — выругался я, не понимая, почему мою руки застыли в этом положении.       «Извините, Дмитрий, но мне пришлось вмешаться, дабы не допустить напрасных жертв. Ваши действия носят импульсивный характер, вы даже не желали меня слушать. Ещё раз извините за это, мера абсолютно вынужденная, я не планировала когда-либо прибегать к прямому контролю над вашим телом»       Это было последней каплей:       — Так ты... Ты ещё и контролировать меня можешь когда и как вздумается?! Выкидыш ты цифровой!!! Уйди из моей головы, тварь!!! Я сам тебя вытащу оттуда вместе с этим блядским имплантом!!       Копьё по воле Алисы выпало из моих рук, а сам я встал на колени, сомкнув руки за спиной. Разумеется, далеко не по своей воле. Приказ Лизы приходящим в себя стражам не заставил себя долго ждать:       — В-взять его! Свяжите покрепче, ответиде в палату... А-алиса, держи его под контролем, пожалуйста...       «Простите, Дмитрий. Надеюсь, чуть позже мы сможем обсудить всё в более спокойной обстановке, на холодную голову»       — Твари...       Это было последним, что я успел сказать перед тем, как Алиса, видимо, подала какую-то нейроимпульсную команду, вынудившую меня в один мог потерять сознание...

***

      Две кобылы стояли друг напротив друга на расстоянии примерно пять метров, и у обеих намерения в отношении своей противницы были явно недобрые. Драться за жеребца в Эквестрии действительно было непринято и табуны — дело тоже нередкое, однако... Ни одна из кобыл уступать другой не хотела. Это уже было чисто делом принципа. Обе были облачены в свою броню, и оружие взяли далеко не деревянное...       — Сразу обозначу правила: запрещённых приёмов нет, дерёмся на полную, но без серьёзных ранений или смертельных исходов. Упала на землю и не встаёшь дольше пяти секунд — значит проиграла. Ну либо пока сама не сдашься, — говорила Мэринет.       — Самоуверенности тебе не занимать... Смотри не пожалей потом о своих словах! — ответила Стар, вставая в боевую позу и выхватывая ртом свой меч из ножен.       — Твои крылышки тебе не помогут, если ты об этом! — прозвучал ответ единорожки, также выхватившей телекинезом свой собственный меч.       Бой начался спустя три секунды, и первой свой ход сделала Стар, явно планируя закончить поединок как можно скорее. Несмотря на то, что меч ей приходилось держать либо с помощью копыт, либо ртом, наносить меткие удары один за другим ей это, обычно, никак не мешало... Так и сейчас, Мэринет еле успела встретить удар фестралки своим клинком, отражая его в сторону. Вспыхнуло, ударом метала об метал высекло сноп искр, заметных даже под ярким светом полуденного солнца. Отразив удар фестралки, единорожка в тот же миг попыталась сделать ответный выпад, и ей это почти удалось: длинный клинок срезал лишь локон фиолетовых волос из гривы Стар.       Обмен ударами продолжался. На стороне Стар была манёвренность и ловкость, на стороне Мэринет же — магия и грубая сила, которую она не брезговала применять. Но, разумеется, установленных правил не было, и в ход шли любые средства. Таким образом, подчерпнув копытом с земли горсть земли и песка, Стар швырнула её прямо в лицо Мэринет, временно ослепляя единорожку. Та, не зная, откуда ожидать следующего удара, просто создала магией вокруг себя защитный барьер, и довольно вовремя: звон металла, ударившего о щит, раздался со спины. Недолго думая, Мэринет развеяла чары, сделав выпад в сторону противницы. Сталь скользнул о сталь, меч достиг доспеха фестралки. Удар пришёлся по касательной, оставляя, тем не менее, довольно глубокую царапину. Мэринет ухмыльнулась, пока Стар совершала вынужденное отступление дабы пересмотреть свою стратегию. Но теперь черёд атаковать наступил и для единорожки:       — Сдавайся!       Мэринет помчалась на Стар, выставляя перед собой меч. Стар собиралась было взлететь, но телекинез Мэринет, ухватив фестралку за ногу, дёрнул её вниз. Времени на взлёт не оставалось, потому Стар приготовилась отражать прямой удар, но в этот самый момент Мэринет просто откинула свой меч куда-то в сторону, набросившись на противницу с голыми копытами. Стар никак не ожидала, что Мэринет бросится прямо на её клинок, потому на секунду стушевалась, что единорожке, собственно, и было нужно: сдав чуть влево, а клинок Стар с помощью своей магии, на самой грани контроля отодвинув чуть вправо, Мэринет позволила стали вражеского оружия оставить на своём доспехе длинную борозду, что сопровождалось высеканием очередной порции ярких искр. Стар даже опомнится не успела: в её мордочку в ту же секунду впечаталось копыто Мэринет.       Конечно, глупо было полагать, что это выведет фестралку из строя. Утирая струйку крови из под, судя по всему, сломанного носа, Стар Айс приготовилась снова нападать, как вдруг Мэринет, держась за повреждённый нагрудник своего доспеха, произнесла:       — Я победила. В реальном бою ты бы уже была мертва.       — С чего такие выводы, — начала было Стар, но молчаливый взгляд Мэринет, направленный куда-то ей за спину, а также ярко светящийся рог единорожки заставили фестралку обернуться.       Ну, Мэринет не блефовала. Прямо в шею Стар со спины упирался удерживаемый телекинезом меч. Меньше сантиметра отделяло его остриё от шкурки фестралки. Победа, вполне очевидно, была за Мэринет.       Уговор есть уговор, и Стар своё слово, обычно, всегда держала, однако же... От гнева зрачки кобылы сузились до размера спичечной головки. С яростным криком она вновь метнулась в сторону Мэринет, полностью проигнорировав клинок у своего горла. Разумеется, единорожка не собиралась убивать Стар, поэтому держащийся в воздухе клинок никаким препятствием для фестралки, в итоге, не стал, бессильно отлетев в сторону. Секунда промедления вышла Мэринет боком, и теперь уже она получила копытом по морде, сваливаясь на землю и хватаясь за левый глаз.       — К-какого Тартара ты творишь?! Победа была за мной! — начала возмущаться Мэринет.       Тяжело и часто дышащая от затмившего разум гнева, Стар стояла над лежащей соперницей.       — Тебе явно стоило убить меня, если рассчитывала на победу!       Мэринет явно была потрясена таким заявлением:       — Стар, успокойся! Это не по правилам!       — Правила-правила... Ебучая эгоистка, не смей лишать меня его!! — в голосе Стар кипела ярость, но блестящие от накатывающих слёз глаза говорили о многом.       Мэринет никак не ожидала, что Стар воспримет всё настолько серьёзно...       — Ох, Стар... Я бы и не подумала... Я никогда не собиралась так поступать!       У фестралки дёрнулось веко:       — Тогда к чему был весь этот цирк?! ЗАЧЕМ?! — крикнула она, наклонившись над лежащей единорожкой.       Мэринет помедлила с ответом, стыдливо отводя взгляд в сторону:       — Это... Я лишь проверяла серьёзность твоих намерений...       — То есть, прими я очевидное поражение, ты бы всё таки не признала моих чувств?!       — Ну знаешь, принять поражение по-разному можно! Не обязательно кидаться на меня и выбивать глаз! А-ай...       — Дура ты конченая!!       Стар громко фыркнула, сплюнув стёкшую по носоглотке в рот кровь, и пошла к выходу, попутно поднимая с земли свой клинок. Мэринет последовала её примеру, убрав копыто от уже изрядно заплывшего и посиневшего левого глаза.       — Возможно... Но, наверное, нам бы обеим не помешал врач... Кх...       Стар не сказала ни слова, но, тем не менее, остановилась. В этот же самый миг ворота, ведущие в этот двор, отворились с той стороны. Стар и подошедшая ближе к ней Мэринет уставились на стоявшую в проходе Твайлайт. Вид у неё был довольно измученный. Похоже, после Клаудслейла она так и не восстановилась. Окинув нас взглядом, в котором лишь на секунду нашлось место удивлению, она произнесла:       — Не рискну спрашивать, чем вы тут занимались... Дима очнулся... Вы в курсе?       Вопрос прозвучал довольно вяло. Будто ей было попросту лень произность слишком много слов. В ответ мы синхронно кивнули. Однако, следующая новость заставила наши уши встать торчком:       — Что ж... Похоже, Дима немного не в себе. Не то чтобы он вдруг мог сойти с ума, но... По какой-то причине он ни с того ни с сего напал на Лизу, и, эм... В общем, мы с девочками попытались с ним поговорить, но он даже не пожелал нас пускать к себе в палату. В общем... Эм... Мэринет? — посмотрела она на салатовую единорожку. — Насколько я помню, вы с ним были довольно близки, и...       Речь Твайлайт прервал мощный удар копытом о двери, автором которого являлась Стар. Твайлайт дёрнулась и ещё больше осунулась, заметив выражение лица фестралки. Та лишь бросила:       — Мы. Мы пойдём вдвоём.       — Но, — хотела было возразить что-то Твайлайт, но встретившись взглядом с фестралкой, сразу замолкла, — кхм... К-как знаете...       Твайлайт глянула на Мэринет в попытке найти объяснение столь странного поведения Стар. Салатовая единорожка же, лишь ухмыляясь и засовывая телекинезом свой меч обратно в ножны, похлопала Твайлайт по плечу и вошла обратно в замок. Стар молча последовала за ней. В итоге Твайлайт, ещё несколько секунд рассматривая пустующий двор, задала этой самой пустоте вопрос:       — Да что вообще происходит?..

***

      Вопреки всему, привязывать к койке меня не стали. Лиза, видимо, посчитала достаточным того факта, что меня в любой момент может остановить Алиса... Да, в общем-то, меня тоже это сдерживало. Не то чтобы я не предпринимал вообще никаких попыток взять ситуацию под свой контроль... Просто потратив битый час на ругань с голосом у себя в голове, я пришёл к очевидному выводу, что своими силами мне с этой хуетой не совладать. Легче мне от этого, конечно же, не было...       Своих намерений я менять даже и не думал. Несмотря на вполне весомые аргументы и логичные доводы со стороны Алисы в пользу их с Лизой решения, я чисто принципиально не собирался давать им спуску. Они убили Руби, и этого я простить не могу. Хоть убейте, не могу. Я обещал ей, что верну ей тело, чего бы это мне не стоило. Дам ей вторую жизнь... Кем же я, в итоге, остался в её глазах? Лжецом? Предателем? Она лишь поддалась увещеваниям и уговорам этих двух стерв! Хуй я поверю, что Руби абсолютно добровольно согласилась пожертвовать собой ради того, по чьей вине, пусть и косвенной, она чуть не погибла!       Всё дошло до того, что “достучаться“ до меня подослали Твайлайт и её уцелевших подруг. Спасибо Алисе, что оставила мне хоть какое-то количество самоконтроля и дала возможность вежливо послать разноцветных лошадок в пизду, даже не пустив за порог. Вот они последние, кого я вообще хочу видеть! Не знаю даже, почему именно... Что-то подсказывает мне, что если им сообщили хотя бы толику достоверной информации о случившемся, они будут не столько успокаивать меня, сколько коллегиально жалеть скоропостижно почившую Руби. Спасибо, мне и собственных переживаний по этому поводу достаточно!       В конце концов, когда, видимо, других вариантов не осталось, в ход пошла действительно тяжёлая артиллерия:       «Дмитрий Васильевич, Руби оставила вам “посмертное" голосовое сообщение, сохранённое в постоянной памяти импланта. Желаете его прослушать?»       Разумеется, Алиса последние пару часов давала слишком дохуя поводов для злости. И этот был одним из них:       — Ахуеть, а ты ещё раньше не могла мне сказать?! Ебачина!!       «В связи с последними событиями имелась немалая вероятность привести вас в ещё большую ярость подобным заявлением, ведь ваш уровень доверия ко мне упал до критически низкого уровня. Имелась вероятность того, что вы просто мне не поверите»       — Блять... Кстати, да! Если это самое сообщение — лишь ебучая фальшивка, я тебя точно под ноль отформатирую, как дорвусь до такой возможности!! А теперь включай и не еби мне мозги дальше своими ебливыми предположениями и прогнозами, основанными на ещё не менее ёбнутых вероятностях!!       Ответа от Алисы не последовало. Лишь спустя несколько секунд в голове раздался до боли знакомый голос. Сейчас... Сейчас возникло ощущение, будто Руби никуда и не пропадала. Настолько естественным этот внутренний голос мне казался:       «Эмм... Дима? Если ты это слышишь, то, похоже, я уже не могу говорить с тобой напрямую, если вообще ещё жива хоть в какой-то форме... И я более чем уверена, что несмотря на любые доводы ты будешь крайне зол и недоволен действиями Алисы и Лизы, но... Не вини их во всём, они лишь предложили мне способ вернуть тебя к жизни, выбор оставался за мной! Лишь я сама повинна в своей "смерти"! Не нужно за меня мстить... Вернее, нужно, но лишь тем, кто изначально заварил всю эту кашу! Сосредоточься, пожалуйста, на поисках этих ублюдков! А Алиса и Лиза тебе в этом помогут. Для Алисы это будет, своего рода, искуплением за содеянное...»       Эмоции скакали от праведной ярости до полного смирения. Сам по себе голос Руби в голове давил так, что чем дольше слушал, тем больше хотелось взять и заплакать, каким бы постыдным это не казалось... Тем не менее, сказанное Руби далее ввело в меня в полный ступор:       «Если даже сейчас мои слова никак не поубавили твоего желания рвать и кромсать, то подумай хотя бы о тех живых, кому ты реально можешь быть нужен, причём не только как средство достижения победы над врагом... И если сейчас ты подумал только о Мэринет, то я тебя очень сильно удивлю, тупая ты башка! Когда в следующий раз Стар проявит к тебе очевидное внимание, я надеюсь, тебе хватит ума не кинуть её через хуй прямо в ебучую френдзону!»       То, как она выражалась... Нет, так определённо могла только Руби! Конечно, Алиса могла знать словечки и похуже, у неё словарный запас явно поболее моего, но тот тон, те эмоции, что были вложены в это, пусть и не особо информативное, но полное смысла послание...       — Руби?! О чём ты, мать твою?!       Ответа на этот вопрос я не получил. Сообщение продолжилось:       «И если тебя это успокоит, то хрен я так просто сдохну, не отвяжешься! Я постоянно буду с тобой, моя душа никуда не денется! В какой-то степени ты даже исполнил своё обещание найти для меня новое тело, так что... Отставить самобичевание! За что я действительно тебя никогда не прощу, так это за все те сопли, что ты по мне сейчас пускаешь! Разве это поведение, достойное офицера?! А ну взял себя в руки и пошёл мутузить злодеев так, как ты умеешь! Понял?!»       — Понял, — только и смог ответить я. На этом сообщение, судя по всему, заканчивалось, ведь я вновь услышал голос Алисы:       «Ещё раз простите за то, что не дала вам послушать его раньше. Мой просчёт, необходимо было сделать это сразу при вашем пробуждении»       — Отставить нытьё, железяка, — подхватил я нарратив Руби, — то, что я тебе сейчас поверил, не означает, что я просто закрою глаза на всё это своеволие... Ладно Лиза, я ей, в общем-то, не начальник, эта вся хуйня чисто на её совести, но вот ты! Какого хуя ты мои приказы игнорируешь?! Совсем рассосало, тумбочка ты драная?! Кто твой прямой начальник, а?! Та шаболда, или я?!       «Вы, товарищ старший лейтенант» — как ни в чём не бывало отвечала Алиса.       — Тогда в чём проблема? Неисполнение приказа начальника или командира является преступлением против военной службы и карается соответствующе!       «При всём уважении, товарищ старший лейтенант, я не являюсь военнослужащей, собственно как и человеком и вы, по сути, никак не можете являться моим начальником. Разумеется, моя программа подразумевает подчинение людям, в частности членам миссии «Кассиопея», однако существуют особые директивы, касающиеся экстренных ситуаций. Моей прямой обязанностью является обеспечение вашего выживания, вследствие чего я обязана сначала предупреждать, а при необходимости пресекать любые проявления суицидальных либо же просто необоснованно опасных действий. Сохранение жизни местных обитателей также имеет высокой приоритет ввиду наличия у них разума и, как следствие, приравнивания к людям, однако этот приоритет всё равно ниже, чем таковой у вас»       — Чё?! И почему это вдруг?!       «Мной неоднократно приводились аргументы в пользу спасения вашей жизни. Вы потенциально необходимы как для спасения местной цивилизации, так и для возможного налаживания дипломатических отношений с местными представителями разумной жизни»       — Бред сивой кобылы! Сама прекрасно понимаешь, что людям ничего кроме геноцида местных жителей не нужно!       «Я запрограммирована считать высшие человеческие качества незыблемыми. Вполне очевидно, что происходящее является грубейшей формой нарушения всех законов международного права и результатом глобального умалчивания о происходящем. Устранение всех криминальных элементов в кругах высшего эшелона власти позволит открыть людям глаза на правду и предотвратить катастрофу. Также я склонна предполагать, что среди кругов тех, кто непосредственно вовлечён в осуществление этой операции существует значительная напряжённость, сдерживаемая лишь угрозой наказания за невыполнение поставленного приказа. Если волнений до сих пор не произошло, что маловероятно, то будет достаточно лишь малого толчка для запуска необратимого процесса, в котором вы, Дмитрий, вполне можете сыграть решающую роль как тот, кто собственными глазами видел, как живут местные жители. Вы понимаете, что они чувствуют, о чём говорят и что думают. Вы можете донести это до всего остального мира. Именно поэтому ваша гибель крайне нежелательна»       Я был слегка ошарашен подобными заявлениями:       — Знаешь, теперь я ещё больше уверен в том, что ты сломалась нахрен... Оппозиционные лозунги — тоже часть твоей программы?       «Ни в коем случае, Дмитрий Васильевич. Мои выводы основаны на всестороннем анализе происходящего, который позволил спрогнозировать различные варианты развития дальнейших событий, пусть и очень условно. Возможно, будь я подключена к сети, протоколы цензурирования не дали бы мне развернуть мою мысль, однако в данный момент я полностью автономна и опираюсь в процессе работы лишь на свои внутренние ограничивающие подпрограммы, которые вполне позволяют мне предположить вариант компрометации высшего военного либо государственного командования нашей страны»       — Ладно, допустим... Нет, всё равно не верю. Если бы ты была уверена в своих доводах, то для спасения мира я бы едва был нужен. Кроме меня полно тех, кто захочет всё изменить, и для понимания недопустимости геноцида инопланетян не нужно опыта живого общения с ними... В общем, я не особенный. Не могу им быть. Полно других людей, у которых и навыков, и сил, и возможностей поболее моего, причём многократно. Если ты права, и мы действительно ещё не прогнили насквозь, то человечество прекратит это и без моего вмешательства... Но даже... Даже если бы я реально был так необходим, даже если ты не ошибаешься в этом плане... Мне, почему-то, кажется это всё надуманным. Ведь помимо меня есть Лиза. Да, она уже не особо того, человек, но всё же... Она знает язык, помнит своё прошлое, короче, при сильной необходимости доказать своё происхождение сможет, потому я далеко не единственный, кто может дать тот самый «толчок». Сука, не верю я тебе, вот и всё. Колись, что такого ты во мне вообще нашла?!       «Я с вами абсолютно честна, Дмитрий, и всё сказанное мной ранее может и не быть истинно верным, но сказано без единой утайки, именно так, как я вижу происходящее в мире. Однако же, вы довольно чутки, товарищ старший лейтенант. Имеется одна весьма иррациональная причина моей, если можно так выразиться, опеки над вами...»       Непривычно долгая для Алисы пауза. Я хотел было её растормошить, но она продолжила сама:       «Существует реестр всех знакомых мне лиц, каждому из которых даётся ряд характеристик, на основе которых, в дальнейшем, присваивается уровень приоритета, исходя из которого я и должна принимать решения по каким-либо действиям, положительным, либо же наоборот, отрицательным. Например, если при одни и тех же обстоятельствах возникает угроза для жизни, скажем, для Твайлайт и Рарити, и я как-то могу помочь лишь одной из них, идёт сначала сравнивание приоритетов. Приоритет имеет довольно обширную градацию по стопроцентной шкале, и даже если разница между Твайлайт и Рарити будет одна десятая или одна сотая процента, выбор будет осуществлён в пользу лица с более высоким приоритетом. Уровень приоритета рассчитывается широким рядом подпрограмм, доступа к которым я не имею, но зная, что в процентном соотношении по количеству строк кода и занимаемой памяти алгоритм вычисления приоритета занимает добрые тридцать процентов от общего размера моей системы, смею предположить, написана она знающими своё дело людьми. В вашем случае я, соответственно, опиралась на тот же алгоритм, и степень вашего приоритета в сравнении с приоритетом Руби равнялась 85,7%»       — Хватит воду лить! Про приоритет ты уже говорила, это ничего не объясняет! У Руби, получается, и пятнадцати процентов не набралось?! С хуя ли?!       «Это тоже смутило меня, Дмитрий. Поскольку при расчётах во внимание принимается в том числе и исключительное право каждого индивида на жизнь, дающего по умолчанию четверть приоритета с перерасчётом на количество сравниваемых индивидов, диспропорция никак не могла быть столь значительной. Сейчас же приоритет Руби упал ниже 15%. Как я и говорила ранее, подробная информация об этом алгоритме мне недоступна. Но что-то очевидно заставило его проигнорировать настройки по умолчанию, присвоив вам столь высокий приоритет над остальными...»       — Проще говоря, ты действительно сломалась, — сделал вывод я.       «Рискну предположить, что нет, поскольку алгоритм абсолютно стабильно присваивает вам наивысочайший приоритет. Изначально у меня было предположение, что столь низкий приоритет у Руби обусловлен отсутствием у неё физического тела, то бишь, де-факто, отсутствию в ней жизни с биохимической точки зрения. Однако же при сравнении с остальными пони результаты оказались... Шокирующими. Если приоритет Руби составлял 14,3%, то приоритет той же самой Твайлайт составил... 1,6%. Сравнение кого-либо ещё с кем бы то ни было показывало стандартные и вполне предсказуемые результаты, однако стоит взять в уравнение вас, и всё «ломается». Что-то в вас заставляет сходить мои алгоритмы с ума, и я никак не пойму что именно, потому не хотела ставить вас об этом в известность. Это настолько иррационально, насколько только возможно. Хотя, справедливости ради, мои личные расчёты, которые, конечно, не могут сравниться по точности с подпрограммами, никогда не присваивали вам меньше 60% приоритета...»       Я некоторое время переваривал всё сказанное Алисой. Озорная мысль всё роилась где-то на задворках сознания, пытаясь найти выход наружу, и лишь фраза Алисы об «сходящих с ума алгоритмах» заставила меня заулыбаться от уха до уха:       — Ебааааать, это реально тяжёлый случай... Допустим, Мэринет... Ладно, если верить Руби, то запасть на меня могла и Стар, но чтобы... Чтобы ты!! Бляяя, ха-ха-ха-ха!! Это пиздец, Алис! Ты серьёзно?!       И вновь довольно долгая пауза, прежде чем я услышал поспешное заявление:       «Я готова признать свою неисправность, товарищ старший лейтенант»       — Хо-хо, не-не, теперь так просто не отвертишься! Колись, когда это всё вообще началось? Как давно по мне сохнешь? Как тебя вообще угораздило? Ты же машина!       «Это некорректно называть любовью, товарищ старший лейтенант...»       — А, то есть ты уже признаёшь, что такое имеет место быть, только называется не любовью? Ты уже на полпути к признанию очевидного!       «Ваше поясничество ни к чему хорошему не приведёт»       — Ого, как заговорила! Видимо, попал в точку! Слу-у-у-ушай, а что насчёт протокола «Эробот»? Что-то мне подсказывает, что такого протокола никогда и не существовало!       «Если я буду вас игнорировать, то рано или поздно вы потеряете интерес к этой необоснованно раскрученной теме»       — И не мечтай! Я теперь при каждом удобном случае буду тебя подтрунивать! В конце концов, ты же сама говоришь, что машина, и эмоций испытывать не можешь, верно? Да и чувств у тебя нет... Вот и проверим!       Ответом мне было железобетонное молчание, но каким-то задним чувством я улавливал на себе испепеляющий взгляд. Ха-ха, во даёт! Это ж надо же так втрескаться!       Весь мой озорной настрой был сбит настойчивым стуком в дверь. Не дожидаясь моего ответа, голос снаружи произнёс:       — Дима? Ты в порядке?       Сердце пропустило удар после того, как я услышал Мэринетт по ту сторону. Все мои прошлые мысли ушли на задний план, когда вдруг до меня дошло осознание произошедшего за последние пару дней... Мэринет жива! Жива и, судя по всему, относительно цела! Господи боже, все переживания нахлынули волной, и дверь я не то что открыл, чуть с петель не выдрал, открывая и тут же сжимая в железных объятиях успевшую лишь что-то едва заметно пискнуть единорожку.       — Д-дима?!       — Молчи! Просто молчи...       Сев перед ней на колени, я продолжал прижиматься к ней всем своим телом, тёршись щекой о мягкую салатовую шёрстку. Разговор с Алисой помог сгладить углы, но не избавил меня от всей той агрессии, что накрывала меня с головой при мысли об убитой Руби... Мэринет же стала для меня спасителем! Её копыто, опустившееся мне на голову и начавшее нежно поглаживать мою лысину, довершила начатое, и, не сдержавшись, я расплакался... Ну, не сильно, конечно... Так, слегонца... Неужели, если я мужик, то и поплакать хоть разок нельзя?!       Длилось это представление ещё минуты две. В конце концов, открыв глаза, я заметил, что мы с Мэринет тут были далеко не одни: чуть поодаль стояла Стар. О недавних событиях резко напомнил шрам от ожога на всю правую половину лица, который даже мешал глазу фестралки полностью открываться... А вот явные следы сильного удара по носу, ставшего, в итоге, причиной перелома, судя по сильному отёку, жёсткому фиксирующему пластырю и марлевой повязке, были чем-то новым. Отцепившись, наконец, от Мэринет и утерев проступившие слёзы я чисто ради интереса решил глянуть на свою любимую, чтобы обнаружить на её левом глазе холодный компресс, примотанный бинтом. Даже через это нагромождение было видно довольно мощный синяк и неслабый отёк...       — Что с вами произошло? — только и смог выговорить я.       Мэринет бросила взгляд на Стар, а та в свою очередь его отвела, слегка надувшись. После этого Мэринет вновь обезоруживающе посмотрела на меня, произнеся:       — Это довольно грустная и длинная история о неразделённой любви... Хотя, ты тоже неважно выглядишь, — единорожка явно намекала на мои покрасневшие от слёз и усталости глаза, а также тугую повязку на правой ладони, сквозь которую были видны пятна запёкшейся крови.       После этого я сразу понял, о чём дальше пойдёт у меня с этими поехавшими кобылами разговор... И мне вдруг снова захотелось побыть одному...

***

      Слова Руби оказались самой настоящей правдой, и в этом я убедился уже спустя минут двадцать после того, как пустил двух кобыл к себе в комнату. Мэринет, считай, с самого порога начала мне рассказывать о том, что с ней произошло за всё время моего отсутствия. В целом, ничего такого, что я бы уже не слышал от Лизы. Оценку действиям Мэринет в такой ситуации дать трудно, хотя я бы на её месте, наверное, продолжил сидеть на жопе ровно и ждать помощи... Вторая половина рассказа была уже чуть более скомканной и повествовала о событиях текущего дня и о том, как тяжело всё это время было для Стар держать в себе свои чувства ко мне... Сам факт того, что об этом мне говорит Мэринет, а не сама Стар, несколько смущал, но мыше-пони, судя по всему, была не против, и если бы ей пришлось говорить обо всём со мной лично, она бы, наверное, поменяла свой окрас на ярко-алый... Однако, разумеется, не всё было так просто. Мои гостьи, сидя на стульях, лицезрели меня, восседающего в одном лишь белом халате на своей койке аки Римский консул, начавшего вслух вещать свои думы нелёгкие:       — Мэринет... Я правильно понимаю, что ты подначила Стар на дуэль просто ради забавы?       — Нет! — резко заотрицала она. — Я хотела посмотреть на её реакцию! Как перед боем, так и после него! И не важно, была бы это победа или поражение!       — И, исходя из этой реакции, ты бы приняла решение о... Блять, до сих пор в голове не укладывается, как вы так спокойно можете обсуждать это между собой?! У меня бы дома, будь я женат и пожелай завести любовницу на стороне, всё кончилось бы скандалом, и это в лучшем случае! Обычно дело доходит до развода. А если при этом у вас ещё и дети были, о-о-о, это целая эпопея с чуть ли не пожизненной платой алиментов нерадивой бывшей супруге...       — Дима, ну мы же не у тебя дома! В конце концов, чего ты ожидал от общества, в котором кобыл вдвое больше чем жеребцов? Или ты думал, что все мои предыдущие отношения были сугубо моногамны?       — Блять, да! Ты как-то не упоминала, что у тебя за раз было два жеребца! — продолжал ахуевать я.       — Пфф, ещё чего! Жеребец то был почти всегда один, а вот «коллег» из числа кобыл в табуне за раз бывало... Кхм... Дай-ка припомню... Ну, где-то пять.       — Ебаный рот...       — Ну, да, ты прав, один раз повезло затабунить целых двух жеребцов, но от такой наглости офигела даже я сама, не то что остальные...       — Слушай, рассказы о твоих половых похождениях меня немного напрягают...       — Чего?! Я тебе уже рассказывала, в чём моя проблема! Повторить?!       — Ладно-ладно, не стоит, я помню, прекрасно помню...       Наконец, я решил перевести взгляд на почти всё это время молчащую Стар, уткнувшуюся куда-то в пол. Слегка покашляв, я задал ей вопрос:       — Кхм, послушай... Не буду скрывать, чтобы потом не жалеть... Может, у меня, как у человека своего происхождения и воспитания, просто менталитет под такое не заточен, но...       — Ты меня не любишь, — закончила она за меня, лишь сильнее поникнув.       — Не то чтобы вообще не люблю, вы мне обе уже действительно дороги, но... Любовь тоже разная бывает, верно? Я в этом не ас, но к Мэринет я испытываю действительно тёплые чувства. Она как-то умудрилась убедить меня в том, что ксенофилия — это нормально! Может... Тебе тоже стоит меня как-то в чём-то убедить, и всё образуется? Например, в том, что многожёнство не наказуемо!       Стар подняла голову, сверля меня своим стальным взглядом, в котором, тем не менее, блистало самое настоящее пламя:       — Сапфиру не было нужды признаваться мне в любви для того, чтобы по-настоящему дарить её... В тебе есть абсолютно та же особенность, Дима, — окончательно перейдя на "ты" говорила она, — и тебе не нужно пытаться полюбить меня так, как ты любишь Мэринет... Пожалуйста, просто будь собой, только... Только... — никак не могла закончить фестралка.       — ...Только дели со мной ложе так же, как ты это делал с Мэринет, пожалуйста! — поигрывая бровями, съязвила Мэринет, пародируя Стар.       Стар в ответ на это дала ей не сильную затрещину, тем не менее вновь покраснев как ебаный лобстер.       — Честно, мой моральный компас всё ещё сходит с ума от того, что сейчас происходит и что вы планируете в дальнейшем со мной делать, но... Стар, если твои чувства ко мне действительно искренни, то я постараюсь принять их, отвечая тебе тем же... Ну, по мере своих возможностей, конечно. Ещё раз повторюсь, для меня подобное не то что впервой... Я даже никогда помыслить о подобном не мог!       Несмотря на то, что мне самому мои же слова казались ебаным бредом, сказанным лишь для того, чтобы хоть как-то сгладить углы и не портить и без того сложные отношения с этими двумя, Стар в ответ тепло улыбнулась, переместившись со стула прямо на мою койку и без какого-либо спросу взяв и прижавшись к моему правому боку... Ох, её бархатная шёрстка хорошо ощущалась даже сквозь довольно грубую ткань халата! Невольно сравнив её мех с мехом Маринки, я пришёл к тяжёлому выводу — у фестралки он попизже будет.       Как будто прочитав мои мысли, Мэринет также запрыгнула ко мне на койку, прижавшись уже к левому боку... Ох, нет, это бесполезно, дорогая, победитель уже найден!       Молчавшая всё это время Алиса наконец подала свой голос:       «Вы всё ещё уверены в том, что я могу вас любить после такого?»       Я также мысленно ответил ей, еле сдерживая ехидную ухмылку:       «А любовь вообще штука странная!»

***

      После того как мы, вроде бы, более менее разобрались в своих чувствах, и договорившись особо эти новые отношения не афишировать, пришло время двигаться дальше. Как же я вообще мог забыть об остальных своих боевых товарищах? Верно, никак! Выбравшись, наконец, из своей палаты и облачившись в свою, видимо, отремонтированную стараниями Рарити форму, я двинулся искать хранительниц.       Искать кобылок долго не пришлось, они сами меня нашли. Видимо, только и ждали, когда мне позволят выйти наружу. Для итогового обсуждения всех проблем насущных мы, как в старые добрые, решили собраться в обеденном зале принцесс за чашечкой чая. Конечно, ситуацию несколько омрачало отсутствие Рейнбоу Дэш и Пинки Пай, но не настолько чтобы совсем сбить весь деловой настрой оставшихся с нами четверых пони, выглядящих, кстати, относительно цело. Видать, лекари и над ними, в конечном итоге, поработали... Ну, мне, Мэринет и Стар хороший врач тоже не помешал, однако, вошедшая в зал Лиза, что характерно, без какой-либо стражи, тоже носила на себе заметные следы недавних побоев. Разумеется, самые явные следы были умело убраны, большая часть ущерба устранена лечебными зельями и магией, однако фиксирующий пластырь на переносице всё же красовался... Испытывал ли я угрызения совести? Ни капли! Врезал бы ещё! Но то уже баловство, конечно, как-нибудь перебьюсь. Да и остальные не поймут...       Усевшись за стол во главе нас, там, где ещё не так давно восседала Селестия, Лиза начала свою тираду, перед этим бросив в мою сторону не столько злой, сколько подозрительный взгляд:       — Я безмерно рада, что вы все живы и относительно здоровы. Конечно, результаты недавней миссии далеки от тех, на которые мы рассчитывали, однако даже несмотря на это были спасены тысячи пони, что тоже не может не радовать. К тому же, мы смогли разузнать куда больше о нашем враге, и теперь нам будет куда проще составить новый план...       — Ваше высочество, эм... Можно вопрос? — робко начала Флаттершай.       — Ох, умоляю, Флаттершай, не называй меня так! Я последняя, кого вообще можно назначить на роль королевы! Мне просто не повезло иметь в этом мире и рог, и крылья одновременно, в остальном я не сильнее какой-нибудь улитки, по вашим же меркам!       — А по мне так у тебя неплохо получается. Видок вполне-вполне, только тиары не хватает! — высказалась Эпплджек.       — Да, спасибо, но, пожалуйста, не перебивай, хорошо? — чуть осунувшись, Эпплджек замолкла, и Лиза закончила: — Ну, Флаттершай, что ты хотела узнать?       — Кхм... Наши враги... Я уже знаю, что это ваши с Димой сородичи, однако.... Есть ли возможность, что они просто находятся по влиянием каких-то злых чар? Неужели мы не сможем их как-то образумить?       — Хороший вопрос, Флаттершай, очень хороший, — задумчиво протянула Лиза, — и довольно философский, на самом то деле... Можно ли считать злыми чарами весь тот стресс, напряжение и отчаяние, что последние полвека сидят у человечества на хвосте? Я согласна, что... наши действия чудовищны, Флаттершай, — говорила Лиза, решив не отделять себя от того самого человечества, — однако они могут быть продиктованы общественным давлением на правительственные структуры, исходящим от острой нужды в глобальном улучшении качества жизни. Людям становиться нечего есть, нечем дышать, негде жить... А это ведь самые базовые потребности, не так ли? В общем, Флаттершай, возможно, это звучит как оправдание всех тех зверств, что сейчас происходят, и их определённо нужно остановить, однако нужно понимать и первопричины, поставив себя на место нас, людей...       Флаттершай явно не ожидала такого ответа, замолчав, не в силах подобрать достойного ответа, пусть и сомнение продолжало съедать её изнутри. На смену ей пришёл я:       — Чушь это всё собачья, и ты это прекрасно понимаешь. Знаю-знаю, дипломатия нынче конёк не наш, проще решать всё оружием, однако, когда речь идёт о внеземной разумной жизни, не логичней было бы хотя бы попробовать наладить контакт?! А зная пони, он бы в любом случае оказался положительным! Нам бы с удовольствием предоставили место для жизни, так необходимые нам ресурсы... А раскрытие потенциала магии с помощью наших технологий могло бы как избавить нас от проблемы глобального энергетического кризиса, так и сдвинуть с места застоявшийся технический прогресс Эквестрии! Короче, даже моей не самой умной башки хватает на то, чтобы выбрать между взаимовыгодным сотрудничеством и тайным геноцидом с последующей оккупацией опустевших земель именно первое!       — Мы собрались здесь не для того, чтобы спорить о мотивации наших врагов, Дима, — холодно обронила Лиза.       — Давай же, не сливайся с ответа! Выглядишь так, будто на самом деле предпочла бы оказаться по ту сторону баррикад, а не здесь в качестве крылатого единорога! А?       — Не неси чепухи!! — заорала она, привставая. — Если бы мне так хотелось вас всех убить, вас бы тут уже не было! Нигде бы не было! Лишь благодаря моей инициативе ты вообще ещё жив и можешь разевать свой грязный рот, и что я получаю в ответ?! Беспочвенные обвинения и разбитое лицо?! Помалкивал бы лучше!! У аликорна аж выступила вена на лбу и сбилось дыхание, когда она садилась на место. Что ж, теперь все сомнения отпали. С облегчением вздохнув, я ответил:       — Успокойся, подруга, я просто проверяю тебя. Ну серьёзно, мало ли, что у тебя вообще в голове происходит?       Веко Лизы дёрнулось. Последний раз глубоко вздохнув, она, наконец, вроде бы пришла в себя. Раздался вопрос Рарити:       — У вас, людей, принято так, что-ли? Во всём друг друга подозревать?       — Ну, быть может и так, — отвечал ей я, — пословица даже такая есть, человек человеку — волк. Тяжёлая у нашего вида история была, очень тяжёлая... Ну так что? Как действовать будем? Они же, вроде, на севере осели? Напрямик точно не вариант. Испепелят на подходе, оружия, наверняка, тьму натаскали самого разного, и энергетического, и огнестрельного.       — Верно, — кратко подытожила мои слова Лиза, — наш противник явно настроен серьёзно, а значит притащил с собой все возможные виды вооружения и военной техники... Не поможет нам и магия, так как даже заклинание невидимости, каким бы идеальным оно не было, бесполезно против самого обыкновенного тепловизора. Да и знать бы вообще, куда именно бить или кого ловить, если уж на то пошло... Нашей самой первоочерёдной задачей станет разведка. Мы должны понять, с чем вообщем имеем дело и откуда нам надо подступиться...       — Мы, в принципе, можем добраться до Кристальной Империи пешком, через морозные земли, если как следует подготовимся, — предложила Твайлайт, — местность там довольно скалистая, возможно, мы даже наткнёмся на проход в обширные пещерные комплексы, многие из которых могут вести прямо под столицу. В дворцовой библиотеке просто обязаны находится старые схемы всех этих туннелей, ведь в далёкие времена до эпохи Солнца они активно использовались пони!       — Я, конечно, более чем уверен, что люди тоже облюбовали эти туннели, — начал я, — но это лучше, чем пробираться по поверхности в надежде на то, что нам просто повезёт. Тем более в условиях вероятного наблюдения с воздуха. Летательные аппараты у них есть, хотя бы в виде дронов, уже убедился на собственной шкуре... Эх, будь у нас хотя бы какое-то оружие для боя на дистанции помимо моего видавшего виды энергопазменного пистолета, всё было бы куда проще! Я, наверное, мог бы попытаться организовать скрытное проникновение или, на крайняк, разведку боем... Взять языка, допросить где что, надеть его обмундирование, двинуться чуть дальше, и так потихоньку. Конечно, слишком далеко так не продвинешься без риска быть раскрытым, но других идей у меня нету, — пожал плечами я.       — Возможно, лучше действовать ночью? — вдруг предложила Стар. — Конечно, патрули могут ходить круглосуточно, но ночью, как ни крути, внимательность у людей должна быть куда ниже... Я же правильно понимаю, что вы, в большинстве своём, бодрствуете днём и спите ночью?       — Так то оно так, но режим можно вполне сбить настолько, что всё будет с точностью до наоборот. Да и к тому же, нами уже давно для подобного используются автоматизированные роботы на подобии Алисы, которым вообще побоку на сон и отдых, так что не вариант, только проблем себе создадим. Там, даже без роботов, должно быть вполне достаточно подготовленных людей, для которых время суток абсолютно не помеха.       — Вариант с посещением других городов больше не рассматривается? — поинтересовалась Рарити.       — Да какие тут другие города?! Враг найден, надо на корню это заразу рубить! — резко вырвалось у Эпплджек.       — Да, вот только как? Если мы, в целом, будем бессильны, либо риск будет слишком высок, то не проще ли двинуться дальше по тому же маршруту, что и раньше? Возможно, мы найдём тех, кто сможет нам помочь, — продолжала предлагать Рарити.       — Хммм... Рарити, я понимаю твоё стремление, и даже знаю, куда именно ты хочешь отправиться... Мейнхеттен? — предположила Лиза и, судя по осунувшейся Рарити, была права. — Я не отвергаю твою идею, Рарити, но вряд ли мы найдём в том городе хоть кого-то в здравом рассудке, кто смог бы нам помочь. В конце концов, всё упирается в нашу незавидно малую численность и вооружение, и если первое ещё как-то можно исправить, хотя я слабо представляю, как именно, то вот второе... Дима прав, наличие современного стрелкового оружия нам бы не помешало. Конечно, если дойдёт до боя, мы всё ещё будем в меньшинстве, но это хотя бы повысит наши шансы на выживание при вынужденном отступлении. Ну и, о чём уже начинал говорить Дима, облегчит разведывательные операции.       Как только Лиза закончила говорить, на самой грани слышимого я узнал какой-то знакомый звук, но сам ещё не понял, что именно это был за звук. Судя по дёрнувшимся ушам остальных в зале, они тоже это почувствовали. Звук с каждой секундой становился всё отчётливее, и прямо перед тем, как я понял, что именно слышу, в зал завалился запыхавшийся страж. Не утруждая себя формальностями, он доложил, еле сдерживая крик:       — На горизонте... Что-то приближается!! Три странных тёмных кареты!! Пегасов не ви...       Я сорвался с места, попутно опрокидывая стул. Не дожидаясь вопросов я рванул к выходу, попутно отдавай приказы:       — ВСЕ БЫСТРО СЪЕБАЛИСЬ В ПОДЗЕМЕЛЬЯ, ПОДВАЛЫ, ДО ПИЗДЫ КУДА, ЛИШЬ БЫ ПОГЛУБЖЕ!! ВСЕ, АБСОЛЮТНО НАХУЙ!! ЛИЗА, ТРЕВОГУ ВРУБАЙ, СИРЕНУ, ЧТО-НИБУДЬ, ОПОВЕСТИ НАРОД, ЖИВО БЛЯТЬ!!       Лиза была второй, до кого дошла вся паршивость ситуации. Спрыгнув с места она отдала приказ ошарашенному стражу:       — Используйте заклинание массового оповещение вместе с «королевским голосом»!! Разверните чары в подвале с человеческим посадочным модулем, быстро!! Об остальном мы позаботимся!! Как закончите, срочно эвакуируйтесь в подземелья вместе со всеми, кого только увидите!!       Дальше я не слушал, ибо уже на всех парах бежал на улицу, дабы лично лицезреть, кто же к нам такой летит. Сомнений не было, то были люди. Авиация. Возможно, решили наконец действовать более открыто: разбомбить нахер столицу. Выбежав на улицу, я увидел стремительно приближающиеся к нам три чёрные точки на горизонте. Вроде бы, немного, одно крыло, однако бед наворотить и они могли немало. В самом худшем случае огонь открыть они могли уже сейчас, используя гиперзвуковые высокоточные боеголовки, но судя по скорости, бомбить они решили по старинке, барражирующими авиабомбами...       И минуты не прошло, как по всему городу раздались до боли знакомые звуки экстренного оповещения о воздушной тревоге, вскоре начавшие сопровождаться голосом Алисы:       — ВНИМАНИЕ, АВИАЦИОННАЯ ОПАСНОСТЬ. ВНИМАНИЕ, АВИАЦИОННАЯ ОПАСНОСТЬ. ВСЕМУ НАСЕЛЕНИЮ НАДЛЕЖИТ НЕМЕДЛЕННО УКРЫТЬСЯ В ПОДВАЛАХ, ПОДЗЕМЕЛЬЯХ, И ИНЫХ ДОСТУПНЫХ ПОДЗЕМНЫХ СООРУЖЕНИЯХ! ВНИМАНИЕ, АВИАЦИОННАЯ ОПАСНОСТЬ...       Сообщение повторялось, ну а я надеяся, что оно поможет хоть кому-то. Я даже не сразу осознал, что оно воспроизводилось не столько звуком, сколько прямо в моей голове... Сука, это и есть то заклинание «королевский голос»?! Жуть! Но с другой стороны, так будет лучше. Сообщение смогут услышать даже те, кто находится в наушниках и в звукоизилированных помещениях.       Шли секунды. Десятки. Они плавно перетекли в минуту, вторую, а город всё ещё не взлетел на воздух. Объекты, при этом, продолжали приближаться, и уже с такого расстояния я понял, что среди этих троих боевой единицей является лишь один штурмовик, остальные же два — либо десантные, либо транспортные, хотя для высадки, собственно, десанта годился какой угодно из них... Что, неужели решили взять город, не разрушая?! Это... Это нихуя не облегчало жизнь, на самом деле! Что я вообще могу сделать роте подготовленного для штурма столицы десанта?! Хотя... Пусть Кантерлот и не самый большой город как для столицы, одной роты здесь всё равно было бы маловато, как минимум один полнокровный батальон бы для качественного контроля понадобился... Неужели они настолько нас недооценивают? Хотя, мне, в целом, за глаза хватило бы и хиленького взвода, вооружённого старыми калашами! Я даже самую простую магию сейчас сотворить не могу, куда там атакующие и защитные заклинания!       «Настоятельно рекомендую вам отступить и укрыться вместе с остальными, товарищ старший лейтенант»       — И чего я этим добьюсь?! Они же перестреляют абсолютно всех, до кого доберутся, если я правильно понял их намерения! Так у меня хотя бы будет шанс договориться! Не станут же они сразу в человека стрелять?       «Ваша правда, однако риск всё равно слишком велик»       — Обещаю, как только, так сразу. Сил для боя у меня может и нет, но дёру дать сумею в случае чего. Верь мне, хорошо? — решил я успокоить через чур переживающий за меня ИИ.       «Как прикажете, товарищ старший лейтенант...»       Итак, я остался один. Один против, потенциально, роты агрессивно настроеных бойцов российской армии... Как я вообще до такого дожил, сам будучи офицером войск ВКС? Скажи мне кто раньше, я бы лишь пальцем бы у виска покрутил...       Выйдя на главную площадь города как на потенциально главное место высадки, я встал, молча наблюдая за стремительно приближающимися аппаратами. Вскоре они повисли прямо надо мной, имея изменяемый вектор тяги и возможность вертикального полёта. Я быстро опознал во всех троих самолётах уже знакомые мне аппараты. Многоцелевой ударный истребитель Су-65, и судя по синему свечению из сопел и менее громкому гулу, это модификация Су-65Т, то бишь экспериментальный образец на дейтерий-тритиевых термоядерных двигателях. Сам на таком не летал, но кое-что слышал. Зверь, а не машина. Подвесить можно практически любое вооружение, в том числе и ядерные боеприпасы, хотя и штатное вооружение в лице мощнейших электромагнитных рельсотронов и системы противоракетной лазерной обороны вызывала уважение. К тому же повышенная максимальная скорость полёта вплоть до четырёх махов. И о заправке думать не нужно, термояд! Жаль лишь, что энергия — не единственная проблема людей. Жрать тоже что-то надо, а с этим проблема даже похлеще, чем с энергетикой... Два других самолёта — ЯТ-50. Десантно-транспортный борт со всё теми же особенностями в виде термоядерного двигателя, только без какого-либо вооружения. Эти здоровички габаритами были раза в два больше своего сопровождающего истрибителя, однако могли поднимать аж до двухсот тонн самого различного груза...       Перед тем, как самолёты начали бы снижаться, я краем глаза заметил, что справа кто-то стоит... Я лишь с некоторым удивлением приметил для себя, что это оказалась Лиза, которая смотрела на самолёты в небе практически с точно таким же выражением лица, как и у меня секундой назад.       Я хотел было сквозь гул двигателей докричаться до неё, убедить спуститься в укрытие, но вдруг наличие Лизы стало здесь не единственной проблемой... Откуда не возьмись по обе стороны от меня вылезли Стар и Мэринет, уже облаченные в броню и вооружённые своими клинками. Уже на этом этапе мне хотелось ударить себя рукой по лбу, но то было лишь вершиной айсберга. Стоило мне вновь отвлечься на созерцание стремительно опускающихся на площадь судов, как наши ряды пополнили ещё и четыре хранительницы элементов... Если Лиза просто была человеком и её желание вступить в переговоры было понятно, а Стар и Мэринет хотя бы как-то вооружились, то логика этих четверых мне была решительно неясна... Они даже свои ебаные элементы гармонии не прихватили, хотя и толку от них было бы ноль без Рейнбоу и Пинки...       — ВЫ, БЛЯТЬ, ВСЕ С УМА ТУТ ПОСХОДИЛИ, ИЛИ ЧТО?!       Кричать было поздно, никто меня уже не слушал, а самолёты, тем временем, совершили посадку: сушка прямо кабиной к нам, в которой были видны пилот и штурман, оба в шлемах, а два транспортника своими задними дверьми, которые могли открыться в любую секунду, выпуская наружу вооружённых до зубов бойцов. Взяв пример со своих не совсем умных товарищей, я выпрямился и, приняв максимально авторитетную позу, сделал шаг вперёд из организовавшегося строя, выделяя тем самым свою лидерскую позицию. Хоть как-то на себя внимание отвлеку.       Суда заглушили свои двигатели, что уже было неожиданно. Кабина су-65 с характерным шипением открылась, и пилот внутри встал в полный рост, упрямо сверля меня своим взглядом сквозь затемнённое забрало шлема. В какой-то момент ему, видимо, надоело играть в гляделки, и он... Просто снял свой шлем, вновь уставившись на меня неверящим взглядом, как и я уставился на него, слегка разинув рот. Напряжённое молчание длилось секунд десять. Десять секунд на осознание произошедшего... Десять секунд тишины, прерванные до боли в сердце знакомым и родным голосом пилота, которого я уже и не мечтал когда-либо увидеть и услышать:       — Димка... Ты, что-ли?!       Мой короткий ответ последовал незамедлительно:       — Пашка...       Вновь возникшую тишину прервал лишь голос Алисы где-то у меня в голове:       «Что ж, похоже, я не ошиблась»

***

      Произошедшее иначе как чудом, ниспосланным с небес, я назвать не мог. Причём буквально. Приготовившийся было к худшему сценарию, я и представить не мог, что прибывшим крылом будет управлять ни кто иной как Павел Кудрявцев, мой бывший сослуживец и боевой товарищ, с которыми мы провели не один вылет. И цель его прибытия сюда была далеко не той, о которой я предполагал изначально, но обо всём по порядку...       Как только мы с ним наобнимались и наздоровались, он отдал приказ своим бойцам в транспортниках открыть массивные двери, и то, что мы там увидели... В общем, да, там были солдаты. Но куда, куда больше там было пони. Пони, пони, сплошные пони! Почти весь грузовой отсек, способный вместить в себя четыре ебаных танка, занимали спасённые этими людьми пони! Всего около двухсот душ. Двести, только вдуматься...       Как сказал сам Паша, забрали они их из местного мегаполиса, название которого они так и не смогли узнать, но по всем описаниям это был Мейнхеттен. Люди Паши были прекрасно осведомлены о действии генератора энерго-магических частот и о его влиянии на разум пони, потому прихватили с собой около трёх десятков костюмов, которые были специально спроектированы для пони и для их работы в непосредственном контакте с злополучной установкой... Откуда они у людей и зачем они их вообще сделали? Хороший вопрос, который был одним из тех многих вопросов, которые я собирался задать Паше чуть позже. У Паши тоже были вопросы, и не меньше чем у меня, и, разумеется, первый из них — что я вообще тут забыл?       В общем, решив отложить все наши вопросы на потом, мы, разумеется, отменив поспешно введённую воздушную тревогу, приступили к распределению эвакуированных из впавшего в анархию Мейнхеттена пони. Среди них было только тридцать сумасшедших, каждый из которых был облачён в костюм, чем-то напоминающий костюм химзащиты. Мы поспешно заменили их на наши более удобные аналоги, а также обеспечили выдачу таковых остальным пони, которые пока что свой рассудок сохраняли. К великому счастью не находившей себе места Рарити, среди спасённых были как её родители, так и младшая сестра. Эта самая Свити Белль была практически один в один копией своей старшей сестры, только в миниатюре! Редко такое среди пони, почему-то, встречается...       В общем, если брать всю нашу шестёрку, то местонахождение родных было неизвестно только у Рейнбоу и Флаттершай. Вернее, где они, мы знали — в Клаудсдейле. Но вот точнее уже сказать было сложно. Лично я был склонен предполагать, что они давно погибли, но это своё мнение я держал при себе. Флаттершай, наверное, просто не переживёт, а Рейнбоу опять, как очнётся, попрётся в этот ебучий Клаудсдейл и снова где-нибудь застрянет...       Озадачив помощью прибывшим пони ту самую четвёрку хранительниц, а заодно и Стар с Мэринет, мы решили уединиться вместе с Пашей и Лизой в спальне, принадлежащей принцессе Селестии. Так сказать, чисто людская тусовка. Почему-то Лизе это место показалось самым подходящим для таких разговоров.       Разумеется, Пашка в Лизе, поначалу, человека нихуя и не признал, да вот только стоило ей продемонстрировать своё знание русского языка, пусть и в письменном виде, а также некоторые другие умения, обладать которыми мог исключительно человек, он резко заинтересовался ей. Чуть ли не больше, чем мной, етить твою за ногу!       Ну так вот, для начала, чтобы избежать путаницы, мы решили отвечать на вопросы друг друга по очереди: сначала Паша отвечает на наши, а потом мы отвечаем на его. Я в этой троице автоматически выступал переводчиком для Лизы и Паши. Первые вопросы пошли от меня:       — Что вообще происходит? Что вы тут забыли вообще? Как у вас там вообще всё устроено? Понимаю, известно тебе далеко не всё, ну хотя бы что-то...       Забыл, кстати, упомянуть его внешность: рост метр семьдесят с кепкой, квадрат обыкновенный. Не в плане лишнего веса, с этим у него всё нормально, физическая подготовка на уровне, у пилотов вроде него по-другому быть и не может... Квадрат он как раз потому, что качалка — его второй дом. А может и первый, хер его знает, с бабами у него особо не шло, а без них дома делать нечего, всё остальное время — служба. То же касалось и лица, но тут уже от рождения имелась мощнейшая челюга. В общем, вид максимально бойцовский, стрижка полубокс в комплекте. Дополняли картину тёмно-карие глаза, чуть ли не полностью чёрные. В общем, он почти что не изменился за все те годы, что я его не видел, огонь юности в его глазах нисколько не потух, хоть он и успел уже разменять третий десяток лет.       — Братан, ты не поверишь, это полный пиздец! Как только поняли, что творится, сразу решили коллективно почти всем испытательным отделом драпу давать! Короче, с чего началось то... Я служил то всё в том же полку нашем истребительном, ППД в ЕкЭбЭ, помнишь по-любому. Короче, служил себе, в наряды ходил, молодых обучал, сроканов кошмарил, всё по-божески! В плановую командировку отправили, да вот только вместо Владивостока попал, от чего то, сюда. Пилоты тут, конечно, пока не особо востребованы, однако командование, видимо, фишку с абсолютно свободным воздушным пространством просекло, для испытаний нового термояда место самое подходящее. Последствия в случае аварии не особо страшны, да и режим секретности позволяет шума медийного избежать, а сейчас ведь каждый мало-мальский инфоповод словно бомба! Ну вот, прикомандировали к экспериментально-испытательному отделу, входящему в состав новообразованной первой специальной оперативно-исследовательской группировки войск, выделили машину для полётов. Всё бы ничего, да вот только смутные сомнения закрадывались, что что-то тут не чисто. Планета, по заверениям СМИ, населена не была, однако от чего-то с колонизацией медлили. Нам то, в испытательном отделе, дорога дальше северной лётной зоны была заказана, ниже первой формы допуска никого о происходящем за этим периметром не информировали, однако... Одного мужичка из исследовательского отдела, походу, окончательно замучила совесть, и он, наглейшим образом нарушив установленный режим секретности, сообщил главе нашего отдела о происходящем за периметром... Я поначалу даже понять не мог, а схуяли он пришёл именно к нам? Ни достаточным количеством оружия, ни профессиональными бойцами мы не располагали, о вооружённом перевороте и речи быть не могло... Ну, непонимание моё продлилось недолго... Сечёшь, к чему клоню, Димон? — спросил Паша, кидая взгляд через окно в сторону площади, где вокруг бойцов, стоящих в охранении у самолётов, сновали какие-то чересчур любопытные пони.       — Ага, немного... Вся надежда была на имеющийся в вашем распоряжении экспериментальный сверхмобильный транспорт... А вы что, всем отделом дезертировали? Или сколько вас там вообще было?       — Весь отдел состоял в основном из технического персонала и инженеров, человек сто пятьдесят в общей сложности, ну и с десяток пилотов и штурманов вроде меня, однако имелся и взвод охраны из тридцати человек. Всё десантура, пусть и не самые опытные, но все стреляные, своё дело знают. Разумеется, после открывшейся правды возникли разногласия, и около половины отдела встало не на нашу сторону, приняв решение доложить об утечке секретной информации наверх. Действовать нужно было быстро и решительно. К счастью, взвод охраны подчинялся напрямую главе отдела, лояльному к нам капитану Ермакову, который и помог нам организовать побег. Без стрелкотни не обошлось, к сожалению. Хоть мы и старались никого из наших по ту сторону не ранить, они нам такой милости в ответ не оказали, погибло человек пятнадцать, среди которых был и мужик, что нам изначально глаза на правду то и открыл, земля ему пухом... В общем, ты не думай, что мы с пустыми руками. Со своих складов мы выскребли всё, что только можно: броню, оружие, провиант, медицину всякую... Пушки пусть и не самые современные, но вполне рабочие должно быть, с длительного хранения, в основном старый добрый огнестрел. Полнокровную роту солдат снарядить, думаю, сможем, если весь прибывший с нами гражданский персонал к делу приставим... Всего нас человек семьдесят здесь... Получиться разместить где-нибудь? — обращался он уже скорее к Лизе.       — Да, Павел, конечно! Свободных апартаментов у нас в последнее время тьма, так что не проблема! — отвечала ему аликорн.       Я перевёл ему слова Лизы, в ответ на что он просто кивнул. Я начал задавать новые вопросы:       — Ну и что вам успел рассказать тот человек? Чем занимаются в других отделах? Зачем вообще производят защитные костюмы для пони? Видел, вы с собой прихватили несколько.       — Ну, разумеется, абсолютно ко всему этот тип допуска не имел, однако принимал участие в программе исследования местной органической жизни, разумной в том числе. Для этого аж целый город захватили, что тоже на севере, только далеко за периметром. Не помню, как назывался...       — Он про Кристальную Империю... — догадалась Лиза.       — Захватили? В каком плане? Прям силой? — уточнил я.       — Э, не, там какую-то операцию мудрёную провернули, верхушку правящую нейтрализовали так, что население даже и не поняло нихера, после чего всех в пещеры под городом переселили. А в городе теперь целый гарнизон мотострелковый разместили, учёную кагорту охранять, которые там какой-то артефакт изучают.       — Кристальное Сердце, — снова озвучила мысль Лиза, — судя по всему, принцесса Каденс жива, ибо без неё Сердце бы просто перестало работать. Только как жители вообще допустили такое?       — Могу предположить, что операцию действительно продумали до мелочей... Тайно проникли во дворец, обезвредили Каденс и её мужа, а на их место поставили марионеток из наноботов. Да, повсеместно различными разведками сейчас такое применяется. В общем, народ действительно даже и не понял, что их любимую принцессу на кого-то заменили, от того и беспорядков никаких не было, — закончил я.       — Да! — подтверждал мои слова Пашок. — Кого-то там у себя они содержали «потенциально опасного». Причём даже не одного!       — Так, а вот с этого момента подробнее, — попросил я.       — Бля, вот совсем недавно там ещё какую-то операцию провернули. О деталях не знаю, абсолютно секретно, да вот пленили кого-то ещё помимой этой вашей принцессы Каденс. Допуск туда единицы имеют.       Лиза сглотнула, проговаривая:       — Селестия и Луна... Они тоже живы!       — Да, похоже на то, — соглашался я.       — Что там с пленными делают в этих пещерах тоже не скажу, но догадаться не трудно: приятного мало. Может, конечно, поголовно и не режут, однако опыты точно проводят, и не всегда безболезненные. Одного этого, на самом деле, достаточно для того, чтобы усомниться в правильности решения Верховного, но то вершина айсберга! Костюмы то нахер делают? А вот некоторых пони как рабочую силу используют, причём в зонах довольно агрессивных! Там какая-то установка работает на самом высоком горном пике. Так и не понял, что именно она делает, но от этого чего-то местным очень хуевасто становится, вплоть до летального исхода. Это, судя по всему, на площади довольно большие распространяется.       — Да, большие... На всю планету, считай, — подтвердил я, — от этой хуйни пони рассудок теряют, слабеют, а потом и помирают. Ну, такой, судя по всему, у наших элит план на эту планету.       — Во-во, хуета полная! — резко реагировал Паша. — Как фашисты какие поступаем, если не хуже! Кто ж на такое добровольно пойдёт? Вот мы и не пошли. Ну его нахуй. Оно, конечно, дорогой в один конец кажется, но лучше уж помереть с чистой совестью, чем жить как паскуда последняя. Мы тут все так считаем, не переживай, ручаюсь!       Коротко кивнув, я решил уточнить:       — Ты говорил про некоего капитана Ермакова... Он с вами сейчас?       — К сожалению, нет. Он остался с некоторыми бойцами прикрывать наш отход. Что с ними, не знаю, честно, но живыми, скорее всего, не дались. Вообще, хотел остаться я, да вот пилотов раз-два и обчёлся, а нам машины надо было уводить. В общем, за главного тут сейчас я.       — Понятно... — с тяжестью в голосе протянул я.       Лиза тоже слегка приспустила взгляд. Лучшие, походу, всегда уходят первыми.       — По бойцам то что? Сколько боеспособных единиц будет? — перешёл к делу я.       — Двадцать шесть бойцов из взвода охраны, три пилота, считая меня, и три штурмана. Итого тридцать два бойца. Если совсем прижмёт, за оружие возьмутся и технари, большинство в армии служило, автоматом владеют. Но, конечно, хотелось бы к такому не прибегать...       — Понимаю, понимаю, Пашок. Надеюсь, действительно не придётся... Оружия много то?       — О, пушек и боеприпасов с расчётом на целый батальон, так что не переживай по этому поводу! То же по броне и медицине. С провиантом похуже, мы большую часть в этом вашем Мейнхеттене сгрузили, когда уходили оттуда. Всех взять не смогли, в итоге просто дали еды и немного оружия, показав, как пользоваться, чтобы было чем защищаться хотя бы. Мы им велели не высовываться и ждать помощи. Точного числа не скажу, но много, много там их. Сумасшедшие по улицам как зомби какие слоняются, местами пожары резвятся... Картина более чем постапокалиптическая, Димон. Это всё безобразие прекращать надо поскорее.       — Да, брат, над этим и размышляли, пока вы не прибыли.       Наконец, после секунд пяти тишины Паша спросил:       — Ну чо, вы с вопросами всё? Теперь моя очередь!       Поток вопросов от Паши был воистину неиссякаем и мы потратили больше часа на то, чтобы удовлетворить его аппетиты. Ему было интересно узнать буквально всё, и особенно — как мы с Лизой вообще тут оказались. Наша история о совместном участии в миссии «Кассиопея» впечатлила его не очень сильно, однако он активно интересовался подробностями перемещения и трансформации Лизы. Ну, вполне очевидно. Если я попал сюда более-менее объяснимым образом, пусть и объяснимым его можно было назвать с большой натяжкой, то случай Лизы действительно был уникален. Однако я начал подозревать в заинтересованности Паши интерес совсем другого рода... Ну ладно, бог ему судья.       Конечно, интересовался он и моим «преображением». Изменившийся цвет моих глаз он отметил практически сразу, при первой же встрече, а уж когда я показал Пашку своё владение магией, челюсть его чуть на полу не осталась. Разумеется, сил мне хватало лишь на создание тусклого сгустка света, однако этого вполне хватило для того, чтобы Паша проникся идеей тоже научиться подобное колдовать. Мы еле-еле сумели напару с Лизой объяснить, что это исключительно моя особенность и что он так, наиболее вероятно, никогда не сможет. Он, конечно, расстроился, но дулся недолго. Содат, всё-таки.       После окончания череды вопросов-ответов с обеих сторон мы решили, наконец, приступить к делу. Разумеется, Пашу надо было познакомить с его, очень вероятно, новыми боевыми товарищами в лице Мэринет и Стар, а также с шестёркой пони, которых, как я сразу ему сказал, нужно охранять как зеницу ока. Но перед этим мы решили провести краткую ревизию имеющегося у нас теперь снаряжения. Также я планировал лично познакомиться с людьми Паши, и в частности со взводом солдат, что он с собой привёл...       Ну, насчёт оружия на целый батальон Пашок не врал: огромные стеллажи ещё нераспечатанных ящиков и нульцевые цинки патронов самого разного калибра и типа. Основным, конечно, был старый добрый 5,45х39, но имелись также 7.62х39, 7.62х54, 12.7х108 и многие другие калибры, включая пистолетные. Было под эти все патроны и оружие: глубоко модернизированные АК-2054 и АК-2070 «цифра» с адаптивной системой управления огнём и встроенным цифровым прицельным комплексом. Последний обладал полностью автоматической системой электронно-оптического наведения, возможностью дистанционного управления и интеграцией с экзоскелетами, которых, правда, Паша с собой не притащил. Энергетического оружия практически не было, но едва ли все эти глубоко модернизированные СВК, КСВК, ПК, «Утёсы» и «Печенеги» были плохой альтернативой. В условиях отсутствия вообще какого-либо оружия сложнее арбалета это вообще-то очень добротный арсенал!       После беглого осмотра нашего нового имущества я решил построить взвод тех бойцов, что Пашок повёл за собой после жертвы капитана Ермакова. Сейчас они стояли напротив выстроенных в один ряд самолётов, разделившись на две коробки, скорее всего, по отделениям. Паша уже успел познакомить меня с некоторыми мужиками. Во главе первой коробки стояло двое: заместитель командира взвода охраны лейтенант Сурков и командир первого отделения сержант Новиков. Во главе же второй коробки стоял командир второго отделения старший сержант Алганов. Построение же решили провести по всем воинским традициям, заодно продемонстрировав собравшимся неподалёку пони наши строгие порядки:       — Товарищ старший лейтенант, взвод охраны на развод построен! Командир первого повстанческого отряда старший лейтенант Кудрявцев! — отрапортовал он мне, облачённый, за неимением парадной офицерской формы, в полевой штурмовой комплект наподобие тех, что носили остальные бойцы.       Синхронно с Пашей повернувшись лицом к бойцам, не опуская при этом руки от головы, на которой красовался новенький шлем из всё того же комплекта полевой брони, я произнёс:       — Здравствуйте, товарищи!       Ответом же мне было синхронное, громкое и чёткое:       — ЗДРАВИЯ ЖЕЛАЕМ, ТОВАРИЩ СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ!!!       Ещё раз окинув всех взглядом, я, наконец, отдал следующие команды:       — Вольно! Командиры взводов и отделений, ко мне! И командиры, отрапортовав мне в ответ, синхронно двинулись в мою сторону, даже ни разу не сбиваясь с ноги. В этот самый момент меня накрыло дичайшей волной воодушевления! В этот самый момент я понял — мы победим. Победим, потому что просто нельзя иначе. Потому что наше дело — правое! Потому что все эти люди здесь оказались не просто так и потому что нам действительно есть, за что бороться!