Меня утомляют ваши разговоры.

Одноклассники, что отвлеклись от своих «до боли важных» дел, заинтересовались их разговорами. Явно желали хлеба и зрелищ. — К чему нам эта антимония? — Чего? — Пустые разговоры. Фёдор чувствовал, как сверстники прожигают его взглядами, словно стервятники, заприметившие изнеможённое тело в надежде скорее набросится на него. А тут ещё и…он что, опять смеётся? Серьёзно? — Ты сам эти слова придумываешь что ли? Ты забавный, я уже говорил это? Брови нахмурились, руки скрестились на груди, а взгляд, что, казалось, отражал всю флегматичность Фёдора, стал раздраженным и усталым. — Опять ёрничаете. Вам не надоело? Звонок, схожий скорее на сирену, не жалея ушей, резал слух. Хоть какая-то радость. Он наконец соизволит занять своё место, а я забуду эти последние пять минут, как страшный сон. Николай поторопился слезть с парты. По итогу эта излишняя поспешность стоила ему поцарапанной коленки: неудачно упал. — Это же умудриться надо — с парты. Со скольки сантиметров вы упали? Семьдесят? Сто? Раздался громкий и звонкий смех, что уже начал раздражать Фёдора. Кажется, он слишком позитивно относится к данной ситуации. Наверное, для него это просто шутка. Учитель задерживался, именно поэтому гул в классе не прекращался. — Сергей Есенин как-то сказал: «умей смеяться, когда грустно», — послышалось внизу. — Разве вы не вдохновляетесь каждым высказыванием автора? — «Умей грустить, когда смешно. Умей казаться равнодушным, когда в душе совсем не то». Да, вы правы, эта фраза Есенина. И нет, у меня есть своё мнение, его вполне достаточно. — Именно поэтому вы эти фразы наизусть знаете? — ухмылка не слезала с лица беловолосого парня. Казалось, он не испытывает никаких эмоций, кроме как…радости? Это можно так назвать?