В любви никогда не говори никогда

“Тогда иди со мной домой”. “Я...” Лестница была очень просторной. Несмотря на то, что мы говорили очень тихо, наши голоса эхом разносились по всему помещению. Я подняла голову и твердо заявила: “Я останусь здесь на ночь и вернусь завтра!” Он кивнул. “Хорошо, я останусь с тобой здесь на ночь”. Какого черта? Судя по тому, насколько он был решителен, он, вероятно, остался бы здесь, если бы я отказалась возвращаться. Не имея выбора, я вышла с лестницы и рявкнула: “Пошли!” Затем я спустилась вниз и отправила сообщение Мэйси. Поскольку я не взяла с собой ключи от машины, я села в машину Эштона. Выражение облегчения промелькнуло на изначально мрачном лице Эштона, когда он увидел, что я сижу на переднем пассажирском сиденье. После того, как он помог мне пристегнуть ремень безопасности, он закрыл дверь и подошел к водительскому сиденью. Когда мы прибыли в поместье, миссис Эриксен ждала нас у входа. Озабоченное выражение на ее лице сменилось облегчением, когда она увидела нас. “Куда ты ходила в такое позднее время?” ”Мне нужно было уладить кое-какие дела". Войдя в гостиную, я увидела, что ужин все еще накрыт на столе. Я не могла не удивиться. Пристально глядя на миссис Эриксен, я спросила: “Вы ужинали?” Она кивнула. “У меня есть. Однако, когда мистер Эштон пришел домой и увидел, что тебя здесь нет, он пошел искать тебя, ничего не съев.” Припарковав машину, Эштон вошел в дом и повесил пальто на вешалку. Поскольку раньше было темно, мне не удалось ясно разглядеть его лицо. Он выглядел крайне измученным, с темными кругами под глазами. Поскольку это был напряженный период для корпорации "Фуллер", он ездил в деловые поездки и посещение собраний круглосуточно. На самом деле ему приходилось просыпаться в пять или шесть утра, чтобы работать. “Миссис Эриксен, посуда, возможно, уже остыла. Пожалуйста, помогите нам снова их разогреть”. Затем я подошла к Эштону и напомнила ему: “Сначала съешь что-нибудь. Это вредно для желудка, если ты останешься голодным”. Он замер, массируя виски. Затем он взглянул на меня и ответил: “Хорошо!” Миссис Эриксен как раз разогревала посуду на кухне. Поскольку мне больше нечего было делать, я вернулась в свою комнату и умылась. Когда я вышла из ванной, я увидела Эштона снаружи. Я не могла не нахмуриться. “На этот период времени мы будем спать в разных комнатах”. “Я не сделаю ничего опрометчивого”, - ответил Эштон, снимая рубашку. Он схватил халат и вошел в ванную. Изначально в шкафу была только моя одежда. Так вот, одежда Эштона тоже была там. Забудь это. Если я продолжу твердить об этом, мы закончим спором. В любом случае, это бессмысленно. Высушив волосы, я легла в постель. Полчаса спустя Эштон закончил мыться. Он небрежно вышел, на котором все еще оставались капли воды стекает по его телу. Небрежно вытершись полотенцем, он откинул одеяло в сторону и лег. Мне не нравилось ощущение влажности его тела. Завернувшись в одеяло, я отодвинулась в сторону. Однако Эштон притянул меня обратно в свои объятия. “Не продолжай прятаться от меня. У нас впереди целая жизнь. Должны ли мы всегда относиться друг к другу холодно?” Вместо его обычного ледяного тона, когда он заговорил, в нем был намек на раздражение. “Я не пытаюсь спрятаться от тебя. Твое тело мокрое!” - ответила я, чувствуя себя немного уставшей. Эштон отпустил меня. Он схватил полотенце, которое ранее небрежно отбросил в сторону, и передал его мне. “Помоги мне вытереть мое тело”. “Теперь оно сухое!” Я повернулась, натянула на себя одеяло и приготовилась ко сну. Он снова лег и обнял меня за талию. “Ты можешь стереть меня с лица земли в будущем”. Чувствуя себя немного расстроенной, я некоторое время молчала. “Эштон, ты делаешь это из чувства вины?” Пытается ли он сблизиться со мной и компенсировать мне это, потому что чувствует себя виноватым? В комнате воцарилась мертвая тишина. Я закрыла глаза, в то время как мое сердце болело. Могут ли отношения поддерживаться только из-за чувства вины? “Я больше не буду этого делать!” Его глубокий голос прозвучал у моего уха. Нежно поцеловав меня в плечо, он заверил меня: “В следующий раз я справлюсь лучше!” Я молчала, не зная, как ответить. Время тянулось медленно. Когда он обнимал меня, я не могла заснуть. Я слышала его ровное дыхание рядом со мной, что указывало на то, что он, вероятно, заснул. Я повернулась и убрала его руку со своего живота. Однако вместо этого он схватил меня за руку. Я нахмурилась и сказала: “Эштон, я не могу так заснуть”. “Хорошо”, - ответил он. Я лишилась дара речи. Когда он схватил меня за руку, я не могла не открыть глаза и не уставиться на него, который был всего в нескольких дюймах от меня. Я тихо прошептала: “Эштон, я не смогу уснуть, если ты сделаешь это”. “Ты сможешь спать, как только привыкнешь к этому”, - ответил Эштон. Он открыл глаза, и на его лице отразилась усталость. “Будь хорошей девочкой. Ты скоро заснешь.” Только небеса знают, как это мучительно для меня. Я медленно закрыл глаза. К счастью, я больше не могла выносить усталости и заснула. В ту ночь сон не был спокойным. Эштон разбудил меня ранним утром. Когда я открыв глаза в оцепенении, я слышала его неистовое дыхание… Только тогда я поняла, что он держит меня за руку и… Я сразу же проснулась от толчка. “Эштон, ты...” Спустя долгое время он отнес меня в ванную. Он поставил меня рядом с раковиной и обнял сзади. Когда он мыл мои руки, он хрипло сказал: “Ты можешь продолжить спать позже”. Я кивнула. Было всего шесть утра, и обычно в это время я еще спала. Вымыв мои руки, Эштон снова уложил меня на кровать. Затем он нежно поцеловал меня в лоб. “Поспи еще немного!” Затем он переоделся и вышел из комнаты