В любви никогда не говори никогда

Мы оба сделали по несколько глотков, прежде чем я сказала: “Тебе следует строить свою карьеру здесь, в Джей Сити, если у тебя есть такая возможность. Все здесь для того, чтобы кто-нибудь мог позаботиться о тебе в будущем”. Независимо от того, сколько людей приходило и уходило в жизнь человека, было бы только несколько друзей, которые остались бы рядом с ним. Если бы они были разлучены слишком надолго, то связь исчезла бы навсегда. Он проглотил остаток, и было очевидно, что он делал это только из-за своего плохого настроения. “Посмотрим в будущем. Я очень завидую твоей дружбе с Мэйси. Вы оба не стали бы разделитесь, несмотря ни на что. Даже несмотря на то, что сейчас у вас нет семьи, рядом с вами обоими все еще есть кто-то преданный.” Мэйси и я больше не были простыми друзьями. Теперь мы были единственной семьей друг для друга. Вино, которое мы пили, было довольно крепким, поэтому я остановилась, сделав несколько глотков. Я начала беспокоиться, когда Джексон через некоторое время прикончил целую бутылку. “Этого достаточно! Это вино крепкое.” Его щеки покраснели, казалось, он уже был навеселе. Затем он протянул руку, чтобы открыть другую бутылку. Однако его голос все еще был ясен, когда он сказал: “Все будет хорошо, пока это не убьет меня. Я сомневаюсь, что найдется кто-нибудь, кому будет небезразлично, если я все равно умру!” Сказав это, он начал глотать вино. Его глаза покраснели, когда он говорил: “Люди - смешные существа. Они будут бросать оскорбления и унижать тебя, когда ты им не нужен. И все же, когда ты им полезен, они приходят и просят милостыню, как жалкие собаки. Насколько это нелепо?” Я не могла понять, что он говорил, и могла только молча слушать, так как не знала, что сказать. Мэйси, однако, уже проснулась и спросила, лежа на диване: “Твоя семья в Кей-Сити просила тебя вернуться?” Ее слова, очевидно, были адресованы Джексону. Он прищурил покрасневшие глаза и кивнул. “Все они - семья жадных и безжалостных монстров. Они довели мою маму до смерти, а теперь хотят, чтобы я вылечил этого больного ублюдка. Что за шутка!” Я все еще не могла понять, что он говорит, поэтому посмотрел на Мэйси в поисках помощи. “Что происходит?” Она сделала глоток воды и прижала ладонь ко лбу. “Джексон - незаконнорожденный сын богатого бизнесмена из Кей-Сити. Пять лет назад его мать привезла его в Кей-Сити и умоляла Кейнс, чтобы принять его в семью. Однако они отказались и выгнали их вон. Судя по его словам ранее, похоже, что ”Кейнс" готовы принять его сейчас". “Я... не думаю, что я что-нибудь знаю об этом”. “Конечно, ты этого не делаешь. Ты чуть не сошла с ума, когда узнала, что случилось с твоей Бабушкой тогда. Даже если бы он сказал вам, вы, вероятно, даже не обратили бы внимания ни на что из того, что он сказал”. Я посмотрела на Джексона. Его лицо было мрачным, когда он прислонился к дивану. Каждый в этом мире сражался в своих собственных битвах. Это было либо что-то физическое, либо умственное. Я не очень разбиралась в том, как утешать людей, поэтому молча оставался рядом с ним. К сожалению, нам пришлось сражаться в этих ужасных битвах в одиночку. Я посмотрела на время и поняла, что уже перевалило за полночь. Видя, что Джексон пьян, я встала и помогла ему добраться до кровати. Мэйси быстро встала и помогла мне. Затем она взглянула на время и спросила: “Разве мистер Фуллер вам не звонил?” Я покачала головой. “У моего телефона села батарейка”. Она нахмурилась от моих слов. “Тогда тебе лучше поскорее вернуться домой. Я позабочусь обо всем здесь.” “Все в порядке. Я уже сказала Эштону, что останусь на ночь в ”Гленвуд Апартментс" сегодня днем, - ответила я, укладывая Джексона в постель. Я не могла удержаться, чтобы не спросить, когда заметил темные круги под глазами Мэйси: “Ты плохо спишь в последнее время?” Она устало кивнула. “Похоже, этот ребенок здесь для того, чтобы мучить меня. Я очень сильно страдаю из-за этого”. У всех беременных женщин была разная реакция. Я практически не испытала никакой реакции, и моя утренняя тошнота длилась недолго. Помедлив мгновение, я сказала: “Поехали. Сейчас нам нужно возвращаться домой.” Мы приехали в квартиру только через некоторое время, так как это было не очень далеко. К тому времени, как мы легли в постель, был уже час ночи. Мы оба были измотаны и через несколько мгновений уснули.…… На следующий день я позавтракала с Мэйси, прежде чем отправиться обратно на виллу. Я все это время возилась и только сейчас поняла, что оставила свою сумку и телефон в Апартаменты в Гленвуде, когда я приехала на виллу. Когда я открыла дверь, в гостиной никого не было. Трудоголик Эштон, должно быть, уже ушел в свою компанию, и, похоже, миссис Эриксен тоже отсутствует. Переобувшись, я направилась в кабинет, чтобы почитать несколько книг по воспитанию детей. Однако сильный запах табака удушил меня в тот момент, когда я открыла дверь в кабинет. Был день, но все шторы в комнате были задернуты, из-за чего в комнате было жутко темно. “Эштон?” Я позвала, когда увидел искру в темноте. Он, должно быть, все еще курит! Я протянула руку, чтобы включить свет, и мгновенно встретилась с его холодным взглядом. Его лицо было мрачным, когда он приказал: “Выключи это!” Что с ним не так? Я нахмурилась и подошел к нему. “Ты плохо спал прошлой ночью?” Я почувствовала исходящий от него слабый запах алкоголя и невольно нахмурила брови. “Почему ты пил?” Эштон хранил молчание, пока его темные глаза буравили мою душу. Затем он затушил сигарету и спросил: ”Куда ты ходила прошлой ночью?" “Апартаменты в Гленвуде”, - ответила я, нахмурившись. “Я говорила тебе вчера”. “Ха!” Его голос был низким и хриплым, а слова полны враждебности. “Что еще ты скрываешь от меня, Скарлетт?” Я расстроилась из-за запаха табака в комнате, и у меня начала болеть голова от того, что он на меня пялился. “Что там может быть такого, о чем ты не знаешь? В моей жизни есть только те немногие люди. Просто спросите меня напрямую, если хотите что-то узнать. Нет необходимости быть таким”. “Так ты действительно скажешь мне, если я спрошу?” Может быть, это было потому, что он не спал всю ночь, но его глаза были налиты кровью, и я могла видеть обрубки бороды на его подбородке.