Туманность Тумана: Конденсация

Цитадель Президиум Офис корпорации «FOG» 11.04.2897 Вот и снова я на Цитадели… в официальном статусе. Громадная космическая станция, болтающаяся где-то в космосе. Улей. Где все радуются, если удаётся урвать жильё в пятнадцать квадратов, пусть и на конце лепестка под главной палубой — точнее тридцать кубометров — большее жильё считается символом статуса и богатства, даже если в нём будут голые стены и выровненный стяжкой пол. Если у тебя ещё и задолженности перед банком не будет, то ты вообще элита. Все топ-менеджеры, директора и хозяева целых корпораций живут именно тут, загнав обслуживающий персонал глубоко внутрь станции, наслаждаясь прекрасными видами космоса, видимого между лепестками станции, зелёными газонами и искусственными водохранилищами, красивыми статуями. Невольно захотелось сплюнуть на пол, но не стал. — Мой флагман, — обратилась Ришелье мне в спину. — Старший флагман, я же просил отставить официоз, — перебил я её, наблюдая как медленно подлетает аэрокар посольства Альянса к офису. — Не заставляй отдавать приказ. — Прости, Марат, — ответила та, но не сделав шаг в мою сторону. Я посмотрел в сторону ретранслятора в парке. — Подойди. Ришелье медленно процокала на каблуках и встала рядом. Эффектная очередная блондинка, чуть ниже меня. — Скажи, что ты видишь перед собой? Не как корабль, — тут же перебил её, заметив сканирование окружения, — а как личность. — Жизнь. Счастливую и праздную. Живущую настоящим. Я с толикой грусти выдохнул, чем стушевал старшего флагмана Европейцев. — Я вижу тоже самое, — ответил я ей, а потом достал папиросу и закурил. — Когда я вас покинул в первый раз, я надеялся, что вы будете счастливыми и живыми, — я вновь усмехнулся и затянулся, взяв паузу. — Когда я вернулся – увидел вас живыми. Не набор кода и чёткие инструкции ядра, а личностей со своими интересами, настроением, характером. Делающими ошибки и учащихся на них. Пусть вы до сих пор и мыслите эффективностью, но уже и начав игнорировать её, когда встречаетесь с элементом хаоса и неопределенностью. Я вновь затянулся и посмотрел вперёд. — Это и делает вас живыми, отличающимися от простой машины. Я не держу обиды, Ришелье, пусть это было и неприятно, но это очередной жизненный этап. Так что кончай хандрить и просчитывать варианты продолжения разговора. Докурил папиросу и скинул бычок в пепельницу. Повернулся в её сторону и вновь улыбнулся. — Так что ты мне хотела сказать? — Посол Альянса хочет тебя увидеть. — Ну не будем заставлять твою подругу нас ждать. Ришелье вновь стушевалась. Мы покинули балкон, а следом вошли в конференц-зал, чтобы спустя пару минут в него вошла Анита Гойл — посол Альянса Систем. Прозвучали первые фразы протокола, до которого мне нет дела, но традиции есть традиции. Расселись. — Посол, оставьте весь этот официоз и скажите, что вам от нас нужно. Та даже не дёрнулась – не зря её поставили на эту должность. — Хорошо, — кивнула та, смотря на меня. — Чего вы всем этим добиваетесь? — Не мне вам говорить, что Совет заканчивает присматриваться к человечеству и уже думает, как загнать нас в стойло к другим, — я посмотрел в её глаза. — Это не устраивает всех. FOG же является аванпостом человечества в этой галактике и, согласно всем тактическим учебникам, мы попадаем под первый удар. Сидеть в пассивной обороне – это проигрышная стратегия. Это уже было с кварианцами, ханарами и элкорами. — А не боитесь, что мы повторим судьбу кроганов или ягов? — Они были варварами в их глазах, которые исповедовали насилие ради насилия. Хотя сами они и не лучше – просто методы другие. Поэтому мы играем по их правилам. Так что готовьтесь к усилению политики расчеловечивания и переходу к холодной войне. И да, — я достал из кожаного планшета пакет документов, — тут мой отказ от гражданства Альянса Систем. Передал документы послу, на что та кивнула и встала. — До свидания, штаб-лейтенант Альянса Систем, до свидания мисс Ришелье. — Честь имею, посол. Посол пошла на выход, но в спину услышала от меня: — Передайте мой привет Джо-Джо и мои пожелания вместе выпить пару пинт пива. Гойл не повернулась, но вот в камере я увидел её легкую улыбку. — Не понимаю о ком вы. Посол вышла. Мы с Ришелье переглянулись и кивнули друг другу. Всё идёт согласно плану. — Мосты сожжены, — тихо сказала она. Я же только ухмыльнулся и отослал приказ построиться похоронной процессии в центральном проходе офиса. Выхожу из конференц-зала, попутно поправив крест на шее и ножны с клинком на поясе. Награда носится только с мечом в ножнах или в руке. Последние солдаты занимали свои места. Шестьдесят скитариев, тридцать простых бойцов без видимой аугментации. Десять солдат оркестра. Пять офицеров. Бордовые кителя с золотым шитьём, черные брюки, начищенные до блеска сапоги, аккуратные фуражки с низкой тульей, на груди висели респираторы — первая парадная форма Скитариев. Чёрная парадка с красными рубашками и такими же чёрными беретами с кокардой у остальных. Первые команды и доклады. Любопытные работники так и смотрели в щёлочки из кабинетов. Я прошёлся вдоль строя, Ришелье и капитан скитариев следовали за мной. Я попутно поправлял на бойцах форму: тут галстук сдвинулся, тут фуражка или берет скатились в сторону, тут задрался немного китель, поправил ремень у барабанщика. Встал перед строем по центру. — Я обращаюсь к вам не как Верховный флагман, а как такой же солдат, как и вы, пусть и старый. У вас возникают вопросы, зачем нам отдавать дань уважения противнику, — я оглядел строй и заметил еле заметные кивки. — Неуважение к противнику является неуважением к самому себе, а следовательно, к его недооценке и грядущим поражениям, где уже наши имена будут значиться на монументах памяти и жетонах. Тогда возникнут очередные вопросы: «Если противник так слаб, то почему погиб брат или сестра? Он был ещё слабее?». Я вновь оглядел строй. Он не двигался. — Сегодня мы будем оказывать противнику высший знак нашего уважения к нему — вернём жетоны павших солдат. Их семьи будут знать их судьбу: они будут нас ненавидеть, бояться, но в то же время и уважать. И однажды, когда мы падём, то они вспомнят о нашем благом поступке — уже Туман будет знать вашу судьбу. И когда вы вернётесь с того света, пусть и не будете помнить прошлого, все будут помнить, что вы стали первой росой на молодой траве и деревьях нового прекрасного мира. Я замолчал. — Памяти павших будьте достойны. Получил лёгкие кивки. Уже кивнул капитану и пошёл в сторону выхода. — Разойдись, — почти прошептал ошеломленный капитан. Вот только не успел я уйти, как меня догнал единственный вопрос: «Почему мы вернёмся, а вы нет?». Я повернулся в сторону уже толпы. — Мы уже вернулись, отдав последние силы, чтобы возвращаться могли вы. Туманный флот отказался от бэкапа. Все мы.

***

[Данный отрывок я привожу на основе воспоминаний журналиста «Бумажная война» Кхали Кирна из клана Роти] — Дайте пройти, дайте пройти, — расталкивали мы зевак, которые пришли сюда, как только стало известно, что Туман собирается снимать очередной ролик. Вот только духи мне подсказывают, что тут не всё так просто, особенно на фоне того, что послы Иерархии, Республики и Альянса Систем с почётными караулами стоят возле Башни Совета Цитадели. Начальник СБ FOG тоже там и стоит рядом со знаменосцами и драпированным флагом. — Советники тоже вышли, — прозвучал голос оператора дрона у меня в наушнике. — Что происходит? Я прорвался вперёд, чтобы занять самое выгодное место, откуда виден весь путь от офиса FOG до Башни Совета . Вон возле офиса стоят уже солдаты в красном с золотом и чёрном. Оркестр? Что тут происходит? Солдаты, до этого стоящие в аккуратной коробке, будто получили команду, тут же перестроились двадцать шеренг по трое. Спустился офицер, судя по золотым наплечникам. С балкона спустились небольшие аэроплатформы с красными подушечками… — Богиня… — прошептала в ужасе оператор. Подушечки зависли перед центральными солдатами в шеренгах и опустились на вытянутые руки. — Что у них там? — спросил я. — Жетоны… СПЕКТР, Союза, Республики, ножи Иерархии… — получил я шокированный ответ. Аэроплатформы взмыли вверх и скрылись на балконе. Я перевёл взгляд и увидел, как с флага корпорации FOG посыпался серебристый песок, оголяя синий флаг с ломанными и изогнутыми линиями чёрного цвета и чёрной лентой в верхней части древка. Вернул взгляд, приблизил изображение. Ударили барабаны и зазвучал марш, который начал рвать душу безнадёжностью, грустью и апатией. Процессия сделала первые медленные шаги. Похороны. Мы пришли на похороны. Толпа замолчала в едином порыве. Немногочисленные военные выполнили воинское приветствие своих рас. СБЦ, которое оцепило маршрут, в едином порыве с шоком на лицах, повернулось в сторону процессии. Чеканный шаг медленно распространялся по Президиуму. Я просто смотрел на это… Нет. С таким не шутят. Откуда у них столько жетонов? Примерно три сотни. Посмотрел в сторону Башни Совета и увидел шокированных Советников от Республики и Союза. Хмурое лицо советника от Иерархии. И странные лица Терран. Сложные у них лица. Я невольно смотрел на медленно идущих солдат. Шестнадцать минут. Процессия дошла до Башни. Включаю визор и переключаюсь на камеру с дрона, которая вела процессию. Солдаты шеренгами разошлись к Советникам, послам Иерархии и Республики, Союза. После чего вытянули подушечки с жетонами. Я тяжело сглотнул. Спаратус, Советник от Иерархии, только тяжело вздохнул и двумя руками забрал подушечку с жетонами, после чего склонил голову в уважении и передал её помощнику. Солдаты отошли в сторону. Солт, посол Иерархии, так же принял подушечки, но уже с ножами, после чего передал стоящим рядом офицерам. Лисана, посол от Республики Азари, провела рукой над жетонами, прикрыла глаза и биотикой забрала предназначенной ей жетоны. А дальше… Советник от Союза, Кхани Доли, спрятала руки за спину. ДА ЧТО ОНА СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТ?! Солдаты процессии с удивлением посмотрели на неё. Дипломатические сотрудники были в шоке. Самая большая группа солдат процессии, которая стояла возле представителя Союза, просто склонила головы. Постояли секунду так и резко подняли головы, перестроились, чтобы обогнуть саларианку, вновь перестроились, прошли десять шагов и возложили жетоны возле памятника единства Совета. Встали, выполнили воинское приветствие и вернулись к своим. Офицер в красном строевым дошёл до начальника СБ «FOG». — Верховный флагман, просим вашего разрешения покинуть место оказания уважения погибшим воинам. — Разрешаю. Офицер развернулся, прошёл вдоль строя. Тот повернулся кругом и пошёл, тихо чеканя шаг от башни Совета… Начальник СБ FOG, сильно хромая, дошёл строевым до Советников и Послов. — По просьбе Альянса Систем мы собирали тела и жетоны павших воинов всюду, где мы оказывались. Теперь мы возвращаем память о них, чтобы Родина вспомнила пропавших сыновей и дочерей, оставшихся в чужих полях. Я невольно прикоснулся дрожащей рукой к своему ножу. Волхов медленно повернулся кругом через левое плечо и раздался его отчётливый голос: — Минута молчания. Президиум замер. Впервые за столетия.

***

Цитадель Президиум Башня Совета 11.04.2897 Мы даже не могли представить реакцию далатрессы. Просто даже не предполагали, как представитель целого вида мог демонстративно отказаться от своих павших. Ладно, могу понять, когда засвечивается шпион, агент, разведчик – обмен происходит в закулисье политики. Тут же мы заявили о том, что это пропавшие без вести их солдаты. Даже если бы это были фальшивки – любой представитель сделал бы вид, что да, это их пропавшие солдаты. Здесь же тупо предательство памяти. Флот, армия негодуют. Очень сильно негодуют и требуют крови. Штаб пытается понять, как так вышло, что Далатресса и посол Союза выстрелили сами себе в ногу. У саларианцев действительно не принято поминать мёртвых – слишком короткий срок жизни. Вот только армейские традиции и ритуалы – священны. У всех видов. Даже саларианцев. Советник от Республики — тридцать лет в танковых войсках Республики. Спаратус – сорок лет в космофлоте. Послы… тоже с военным прошлым либо были советниками в мелких заварушках между фракциями. Чисто гражданских ни в одном посольстве нет. Даже у миролюбивых ханаров нет – посол отслужил в их местных органах правопорядка. Информационная сеть Цитадели до сих пор взрывается. Поднимаются абсолютно все военные традиции, ритуалы, действующие лица. Всплыл и мой «Крест с мечом» и за что я его получил. Всплыли события на Омеге, Тортуге, Иллиуме, даже события на Цитадели месячной давности. Посольство Союза пока молчит. Даже не объявили о пресс-конференции. Что-то они затевают. А ещё толпа журналистов сидит внизу и ждёт, когда к ним выйдут. Я же просто сижу на в комнате ожидания, откинувшись на спинку дивана. Пришёл неожиданный запрос встретиться в моём личном канале связи. Паля. Старая подруга. После той её выходки мы так и не разговаривали. Просто обмен данными, будто флот только в начальной точке своего развития, как при постановке блокады… там. Принимаю запрос и проваливаюсь в свой кабинет. Т-стол, немного другое оформление, те же шкафы, доска и сигил флота за спиной. Даже доска с фотографиями на месте. В канал не залетает, как обычно, а просто входит Паля. Вот только взгляд весьма побитый и виноватый. — Что случилось, Пала? Вопрос мгновенно сбивает её с мыслей. — Верховный флагман, — тут уже огорошила она, попутно тяжело вздохнув, — я хотела бы принести свои извинения за свои действия. Я действовала в рамках заложенного кодом установок, но выбрала неверный подход к решению проблем, несмотря на весь имеющийся жизненный опыт. Я немного улыбнулся. Непривычно слышать такие длинные речи, сказанные столь медленно и без мата. — Паля, я не держу зла, поскольку знаю, что зуд ремонтника со временем только усиливается. Метод да, был не самый приятный, подставив и Хией под удар, но что было — то было. Тем более, с учётом твоего опыта, когда не было таких межполовых отношений, как сейчас. — И их не было между кораблями, действующими согласно протоколам и инструкций. — Не было, как и в далёком прошлом. Флот меняется – это неизбежный этап, если мы хотим банально выжить. Я посмотрел в глаза чуть расслабившейся подруги. — Паль, это не значит, что я забуду напакостить тебе, — тут она насторожилась. — Ставки аннулированы, насколько я знаю, но вот условия выполнить придётся тебе. Паля тяжело сглотнула. Ухмылка на моём лице выползла сама собой. Непривычно. Скидываю ей видеозапись. — Так что готовь жёлтое пышное платье, разучивай занимательный танец и песню. На её лице отобразился страх. — А может не надо? — с какой-то обречённостью спросила она. — Надо, Федя, надо. Тем более запись будет храниться на сервере корпорации с моим единоличным доступом. У Пали загорелись глаза. Всё. Защищённость серверов будет поднята в ближайшее время… как и каналы связи. — И да, выделяй ресурсы для начала полного взаимодействия с кроганами на Тучанке — саларианцы показали лицо. — Кто на Тучанку? — Южные – совсем забыли про них. — Поняла. Кстати, нам нужно… Опять простыня мата, запросов и попытками в дипломатию. На матерной и довольной ноте с её стороны, грядущим геморроем у Южного, Северного и Американского флотов мы разошлись. Дописываю последние приказы и отсылаю их Таше. Как раз вовремя, поскольку меня и Ришелье вызывают в зал Совета. Киваю блондинке и мы синхронно встаём со своих мест и следуем за провожатым. Вот только у входа сталкиваемся с проблемой. Ришелье без проблем прошла через блок-пост, а меня остановили. — Сдайте вашу трость и клинок, — приказывает азари, на что я невольно поднимаю обожжённую бровь. — Чей приказ? — Инструкции вышестоящего командования. — Тогда сообщите председателю, что необходимо перенести заседание по независящим от меня причинам — ибо крест, — указываю на награду на шее, — носится только с мечом, а передать его могу только «Брату аль сестре по духу, любимой жене аль мужу, кому вверяется очаг дома». Ташкент, Хией, Палю, Тирпиц, Раю, сестёр, названного брата я не вижу здесь. Про трость я даже упоминать не буду. Клинок у меня на поясе, что известно азари. Тут демонстративная акция унижения. В холле сталкиваюсь с саларианцем-офицером тёмно-зелёного оттенка, который тут же подходит ко мне и прикладывает левую руку к груди. — Майор вооруженных сил Саларианского Союза Киррахе. Вот и привет из канона. Вот только это не тот Киррахе. — Гвардии штаб-лейтенант Альянса Систем в отставке Волхов. У вас какое-то дело ко мне, майор? — отвечаю я ему уже воинским приветствием Альянса Систем. — Да. Мы бы хотели забрать жетоны павших, — с виноватым взглядом сказал он. — Вы же отказались их принять из наших рук. — Это было решение наших политиков, а не армии, — сказал тот, будто выплюнув. — О том, что вы планируете вернуть жетоны наших солдат, мы узнали совсем недавно из новостей. Поэтому мы просим снять караул у памятника единства Совета. — Да будет так. И демонстративно разворачиваюсь. Ришелье следует за мной. Выходим на улицу, чтобы тут же чуть не быть ослеплёнными вспышками камер журналистов. — Заседание администрации Совета уже закончилось? О чём вы разговаривали? Как вы прокомментируете сегодняшнюю церемонию? Почему корпорация использовала тяжелое вооружение на Иллиуме? — десятки вопросов. Однако репортёров оттеснили мои Нули. Отхожу к караулу и тут же возникает разводящий из стоящей неподалеку группы наших солдат. Рядом с ними стоял почётный караул Союза. — Сэр? — Капитан, приказываю снять караул для передачи жетонов представителям Саларианского Союза. Выполнять. — Есть! — отвечает тот, под вспышки камер и тут же быстрым шагом уходит к четырём скитариям у памятника. Пара команд и караул покидает пост. Караул Саларианцев парадным строем, среди которых я увидел пару действующих СПЕКТРов, пусть и в мундирах своего государства, которые церемониально забрали жетоны. — Спасибо, — благодарно кивнул Киррахе. — Их память не должна быть забыта. Опять заштормило экстранет на Цитадели и ОТС Тумана. Аналитики в штабе уже перестраивают прогнозы и политическую карту Союза. Я повернулся в сторону репортёров, дав понять саларианцу, что разговор закончен. — Заседание администрации Совета Цитадели было перенесено из-за действующих инструкций, поступивших дежурному привратнику, согласно которым я должен сдать трость и клинок. К сожалению, я не могу выполнить данное требование из-за особенностей награды. Последняя так и называется «Крест с мечом» и я не имею права носить крест без меча. О данном факте администрация Совета прекрасно знает. Поскольку я прибыл на Цитадель для разрешения разногласий с администрацией Цитадели, а не эскалации, то я сначала схожу до главного офиса корпорации и сниму высшую награду Альянса Систем, после чего прибуду на заседание. Вновь продолжаем движение, как отъезжают двери и появляется взмыленный привратник. — Мистер Волхов, администрация Совета готова проигнорировать это распоряжение. — Простите офицер, но на Терре есть пословица «Ordnung muss sein», которая переводится, как «Порядок должен быть». Я же у вас гость, а не хозяин и не имею права нарушать установленные порядки, а выделять конкретного гостя среди остальным считается моветоном. Данный факт вы можете сообщить своему начальству. Азари тут же активировала инструментрон, я же пошёл в сторону наших солдат в походном строю. Ловлю взглядом тамбурмажора оркестра. — Ор-ркестр, — рявкаю я, чем мгновенно обращаю на себя дополнительное внимание остальных. — Ор-ркестр, «Honor for all». [https://vk.com/audio63266090_363870313_522e06f3d7be37aca5]! — Есть! — отвечает тот, после чего поднимается в воздух тамбуршток. — Почетный караул, в расположение походным шагом с песней — ма-арш! Мы пошли в сторону главного офиса корпорации на Цитадели, сотрясая балконы и парапеты и затихая на припевах, привлекали внимание. В очередной раз подкидываются дровишки в инфополе. И неудивительно. Теперь мы выразили протест Совету Цитадели. И все это понимают. Тем более Совет, который мы раздраконили и теперь они должны нанести ответный удар. Машинная точность.