Искусство защиты от темных искусств

Когда Тсукури вышел из Больничного крыла, студенты смотрели на него, как на что-то божественное. На кружок лепки записались сразу все семь курсов, без исключения. Пришлось Дейдаре выбрать ещё нескольких талантливых творцов, назначив их своими заместителями, потому что поспеть на все дополнительные курсы было невозможно. Как выяснил Тсукури путём подслушивания, постарались квиддичисты с переломами и уже на следующий день после его «подвига», который по внутренней оценке Тсукури тянул на миссию B-ранга, и то, только за счёт смертоносного взгляда василиска (если бы не взгляд — C, можно опытных генинов посылать), вся школа знала, что отважный профессор Локхарт голыми руками разорвал пасть василиску, и вообще, от его взгляда змеюка сама подохла, а он залез внутрь змеиной туши и вытащил прямо из пасти твари весь первый курс Гриффиндора. Авторитет подрывника стал непререкаем. За неделю до конца учебного года Дейдару вызвал директор. — Вы знаете о проклятии должности? — без предисловий спросил Дамблдор. — Дескать, ни один преподаватель не способен продержаться на звании учителя защиты от темных искусств больше года, потому что эту должность проклял лорд Волдеморт лично. — Слышал, мм, — Тсукури почувствовал непонятное для самого себя разочарование. Когда он ехал в Хогвартс, он думал, что этот год станет самым ужасным годом в его жизни. Но теперь, осознав, что до конца этого года осталась всего неделя, Дейдара ощутил жгучую, как красный перец, обиду. Быть сенсеем оказалось так… Весело! Это вам не лентяй и дурак Тоби, который засыпал, стоило попытаться объяснить ему, как положено себя вести настоящему члену Акацуки! Эти дети слышали и слушали его! Дамблдор заглянул в пару бумажек и сложил пальцы домиком. — Дети вас обожают. Попечительский совет тоже доволен. — А этот-то почему, мм? — Удивился Дейдара, подозревающий, что как раз взрослые должны быть глубоко не в восторге от его методов преподавания. — Главой совета является мистер Люциус Малфой, — слегка поморщился Дамблдор. Дейдара цокнул языком. Малфой-младший проявил очень хорошие таланты к лепке, да и по стенам он ходить научился в первой десятке, отчего Тсукури пару раз ставил его в пример одногруппникам и позволил вести кружок лепки для первокурсников. Видимо, личинка мага прожужжал отцу все уши о том, какой великий преподаватель этот Локхарт и как ему нравится быть главным в кружке. — К чему вы, Дамблдор? — Напрямую спросил Тсукури. — Хотите попросить меня остаться, мм? — Если честно, то да, — посмотрел на подрывника поверх половинок очков директор. — Ваш кружок пользуется огромным спросом, студенты перестали падать с лестниц и ломать ноги… «Ещё бы они не перестали, мм!» — хмыкнул про себя Дейдара. — «После года муштры по методике старика Оноки. Даже в мои растяжки почти не попадаются… Надо начинать натягивать двойные ловушки, мм…» — Ну я даже не знаю, мм, — решил сначала пококетничать подрывник. Директор правильно понял его: — Повышение зарплаты и отдельная оплата за ведение кружка. — Тогда согласен, мм! — Одобрил предложение Тсукури. Дамблдор положил на стол контракт, но когда Дейдара потянулся за пером, уточнил: — Так что там было с василиском? — Я убил его, — коротко бросил Тсукури, касаясь пальцами Кровопийцы. — Был выбор — он или я, мм. — Хорошо… — Дамблдор прикрыл глаза. — Предлагаю поступить вот как — никаких официальных заявлений на эту тему. Никакого василиска нет и не было. Все произошедшее — фантазия студентов. — А что будет с тушей? — Василиск — не только опасная тварь, но и несколько сот килограммов ценных ингредиентов, — сухо ухмыльнулся директор. — Выручку поделим. Пятьдесят процентов, как убийце вам, пятьдесят школе. За сбыт. — Приемлемо, мм, — согласился Дейдара. В Акацуки процент был куда более грабительский, они драли семьдесят за выдачу заданий и на благо организации. Контракт был подписан, деньги за тушу василиска в виде премий поступили несколькими платежами. На следующем занятии у второкурсников младший Малфой важно подошёл к преподавателю в компании со своими телохранителями. — Отец сказал, вы остаётесь и на следующий год! Слизерин хочет поздравить вас с избавлением должности от проклятья! — Профессор Локхарт остаётся?! — счастливо взвизгнула Грейнджер. Невилл только скромно улыбнулся. Теперь котлы он взрывал только по своему желанию, и искренне обожал преподавателя, который продавил для него индивидуальные занятия, в результате которых он перестал бояться зельеварения и зельевара. — Проклятье очень старалось убить, но я не дался, мм, — хмыкнул Тсукури. На душе стало теплее. Быть для кого-то образцом… Так затягивает! Перед отъездом на каникулы Тсукури не удержался, забрал у близнецов все запасы их новых петард, сделанных на основе их совместных разработок (близнецы, кстати, подхватили манеру Симуса называть Дейдару Локхартом-сенсеем и сами были не против поделиться) и всю ночь студенты Хогвартса любовались фейерверком, радостно визжа и выкрикивая из окон: «Искусство — это взрыв!». Дейдара, сидящий на полянке перед замком и запускающий эти фейерверки, чуть не прослезился от умиления. Подростки оказались куда более благодарной публикой, нежели зануда Сасори-доно! На каникулах Дейдара планировал отправиться в путешествие по Англии — надо было искать остальные крестражи местного Лорда, потому что добром отдавать должность сенсея Дейдара не собирался — но ещё в поезде к нему прилетела сова от издательства. Оказалось, что у Локхарта заключён контракт на ещё одну книгу, и если эта книга не будет предоставлена до сентября, придётся выплатить неустойку. От количества нулей в строке «сумма неустойки» внутренний Какузу взвыл дурным голосом и попытался придушить Тсукури. Дейдара оценил свои навыки чистописания (а точнее, из-за того, что мозг привык писать сверху вниз и слева направо, а тело наоборот, половина букв получалась зеркально и криво-косо) и решил, что грех не воспользоваться своим статусом педагога-легенды. Перси Уизли подвернулся ему под руку на выходе из поезда на платформе 9 и ¾. Почерк у студента был отменный, дисциплина на уровне. — Уизли, планы на лето, мм? — Никаких, сэр, до получения результатов экзамена я не смогу устроиться в Министерство, — грустно вздохнул рыжий. — Поможешь в благодарность за спасение сестры? И напишу тебе рекомендации, мм. — А… Что делать? — Осторожно уточнил Перси. — Секретарь нужен, — обаятельно улыбнулся подрывник. — Новая книга сама себя не напишет, мм! В конце концов, Жабий Отшельник писал порнушку, а чем Дейдара хуже? Ещё и лучше! Потому что он напишет не просто порнушку, а эпическое полотно! Почти такое же гениальное, как его взрыв! В конце концов, творец должен быть искусен во всём. И внутренний Какузу, намекающий, что с такой неустойкой ему просто не расплатиться, тут совершенно не причём, вот так-то! И в течение месяца Перси являлся домой к Дейдаре (тот навёл там порядок, выкинув девяносто пять процентов вещей и устроив в своей квартире очень приличный японский минимализм), а потом три часа кряду записывал гениальные мысли великого писателя. Который, не мудрствуя лукаво, просто принялся пересказывать свою историю. Разумеется, с некоторыми правками на реалии местного мира и пояснением: «Эту историю я слышал, когда путешествовал по Японии!». Сначала Перси чинно-благородно записывал слово в слово, но уже на третий день включился и начал уточнять, стоит ли заменить тавтологию, подобрать синоним и более художественно выстроить слова. Через месяц книга под благородным названием «Повесть о гибели принца Тсукури» была передана издателю. На следующий день домой к Тсукури примчался сам главный редактор. — Это гениально! — Разорялся он. — Великолепный слог, потрясающее повествование! Я читал всю ночь, не в силах оторваться! Это будет новый шедевр! Дейдара не сомневался в своей гениальности, но выслушивать похвалы было приятно. — Только мне кажется, стоит поменять название, — выдохшись после восхвалений шедевральности книги, осторожно сообщил редактор. — Если в названии есть слово «гибель» — продажи оказываются очень скверные. — И как вы предлагаете назвать, мм? — Повесть о принце Красной Луны! — Радостно известил редактор. «Никакого вкуса у этих европейцев, мм! Смерть — это самое красивое, что может быть в жизни!» — подумал Тсукури, но не стал возражать. Книга вышла в Праздник Урожая, и в честь выхода нового произведения известного писателя все книжные лавки украсились японскими фонариками, а Дейдара лично запускал изготовленные им салюты, с оглушительным грохотом взрывающиеся в воздухе. Зачарованный красный японский дракон парил на уровне вторых этажей в Косой аллее и плевался иллюзорным огнем. К первой тысяче экземпляров шёл в подарок кунай (эту идею продавил уже сам Дейдара, забрав первую партию из ста штук в своё пользование. Без кунаев, даже с Кровопийцей, проникшимся к хозяину и начавшему соглашаться покидать ножны без кровавого подношения, было как-то тревожно). Весь тираж из десяти тысяч книг раскупили в течение ночи, и издательство бегало в мыле, выпуская дополнительные партии. Домохозяйки рыдали над печальным финалом, где главный герой — непонятый отцом принц Тсукури погибает во имя своего искусства и для защиты своих друзей — рыцарей Красной Луны. Мужчины чуть ли не вслух вскрикивали: «Так его, а теперь с правой! И ещё огненным заклинанием! Да!», читая завораживающие боевые сцены. Молодые девушки клеили плакаты с золотоволосым красавцем принцем. Дети играли в отряд принца Тсукури и злобных разбойников Листа. Редактор, счастливый, как поросёнок в отрубях, примчался к Дейдаре с новым контрактом — от маггловского издательства. Они хотели опубликовать книгу в мире простецов — очень уж часто стали спрашивать об этой книге. Магглорожденные утащили издание в свой родной мир и заинтересовали кучу людей. Внутренний Какузу был счастлив, Дейдара был смущен. Перси получил двести галеонов, обещанные рекомендации и осторожно напомнил, что если при написании следующей книги потребуется помощь — он всегда готов. Дейдара пока не решил, будет ли он писать эту следующую книгу («И не превращаюсь ли я в Джирайю, мм?»), поэтому сказал, что как надумает — так сразу, и принялся паковать вещи в поездку. Темный лорд сам себя не уничтожит — Англия мала для них двоих!