На краю желания

      Шумный паб с интерьером викторианской эпохи был пропитан атмосферой старой Англии с характерным городским уклоном. Вероника, слегка захмелев, обвела взглядом тёмный, богатый декор и усмехнулась, болтая кубики льда в стакане. Затем, облизнув губы, она одним глотком осушила второй бокал водки с тоником. Рабочая неделя выдалась непростой. Очень изматывающей. Вероника поморщилась, но не от крепкого алкоголя, а от неприятного осадка на душе. Махнув рукой официанту, она повторила заказ, надеясь заглушить досадные чувства.       Водка с тоником, как волшебный эликсир, лишь притупила уязвлённое самолюбие, но не сильно. Настроение оставалось отвратительным. Как банально, подумала Вероника, топить свою злость в алкоголе в разгар пятничного вечера. Вероника снова усмехнулась, теперь с горькой иронией, и, нарушив затянувшееся молчание, заговорила: — Ну и цирк они устроили! Разве так можно… Значит, сначала тот выгодный проект по зарубежному партнеру отдали мне, а потом, спустя каких-то пару дней, когда я уже погрузилась в работу, проект вдруг отняли и передали новому сотруднику. Разве я заслужила подобного отношения? — С искренним возмущением Вероника вскинула бровь. — Чего-чего, а такого удара в спину от компании я никак не ожидала. Честно, не ожидала.       Наблюдая за бушующими эмоциями коллеги, Никита жадно глотнул из огромного бокала тёмный ирландский эль, словно его мучила сильная жажда. Затем, пытаясь утешить, положил ладонь ей на плечо. — Согласен. Это подло.       Третий год Вероника работала в питерском филиале московской компании «Арстор», оказывающей полный цикл маркетинговых и консалтинговых услуг. Компания находилась на лидирующих позициях среди своих конкурентов, и Вероника добилась немалых успехов на должности ведущего маркетолога. Она усердно трудилась, ответственно подходя к каждому проекту, ведь карьера была для неё на первом месте.       Учитывая широкий спектр деятельности «Арстор», она видела большие перспективы для своего собственного профессионального роста. Далеко не каждая компания в городе могла похвастаться столь успешно реализованными проектами для российских и зарубежных компаний.       Никита легонько помахал рукой перед её помрачневшим, угрюмо-задумчивым лицом, возвращая её внимание. — Эй, поумерь свой пыл к выпивке, — он отодвинул от неё стакан, только что принесённый официантом. — Не собираешься же ты напиться в стельку? Хотя бы не так быстро. Вечер только начинается.       Никита работал в отделе кадров «Арстор». Случайные встречи за обедом в столовой постепенно переросли в дружеское общение. — А что плохого в том, чтобы быстро напиться и забыть о несправедливой реальности хотя бы на один вечер? — Вероника перехватила стакан и жадно отпила. — Я расстроена, а значит, не мешай мне топить своё негодование в этом чудодейственном напитке. Неделя выдалась настолько адской, что я просто отказываюсь оставаться трезвой.       Она кипела от ярости. Вкладывая всю себя в работу, Вероника не ожидала такой подлости от руководства, такого унизительного жеста. — Как ни пытаюсь себя успокоить, мысли крутятся вокруг этого проклятого проекта. Внутри всё закипает, когда я об этом думаю. Забрать такой масштабный, к тому же, — она назидательно подняла палец, — весьма прибыльный проект — это равносильно понижению в должности! Это просто плевок мне в лицо.       Она повертела в руках наполовину опустевший бокал и зловеще добавила: — Я хоть раз давала повод усомниться в моей компетентности? — Она устремила на него пытливый взгляд, моргнула и уставилась на свои руки, обхватившие стакан. Никита, молча внимая её тираде, отпил эля. — Ни разу за всё время, что я здесь работаю. Я каждый проект довожу до победы, и Альберт это прекрасно знает. Да что там Альберт, все знают. Но, хоть убей, ума не приложу, почему его у меня забрали. С какой стати?!       Она с досадой хлопнула ладонью по столу. — О чём они думают, отдавая такой серьёзный проект новичку-студенту? Это равносильно тому, что они плюнули на весь мой опыт, — не унималась Вероника, пока алкоголь добавлял жару её речи. — Этот… как его там… — не вспомнив заковыристое имя нового коллеги, она отмахнулась: — Да неважно, он же только полгода назад диплом получил. — Сокрушаясь, она вновь ударила по столу. — Я вижу только одно объяснение: кому-то сильно захотелось мне насолить. Только за что? Я никому не переходила дорогу, ни с кем не конфликтовала… Ты же меня знаешь, я люблю мирное сосуществование.       Приняв потерю проекта слишком близко к сердцу, Вероника восприняла ситуацию как личное оскорбление.       Никита подался к ней и тихо произнес: — А ты уверена, что Альберт тут ни при чём? Он же руководитель отдела и должен знать, почему проекты перекидывают от одного сотрудника к другому.       Она отрицательно покачала головой. В её неподвижном взгляде читалась смесь возмущения и гнева. — Он сказал, что это распоряжение свыше. Вряд ли Альберт стал бы мне врать. Я ему доверяю. Он честный и справедливый руководитель. Это не в его стиле. Да и зачем ему это? — Тогда, возможно, это каприз Арины Малевич. Кто знает, может, этот новенький — её протеже, — предположил Никита, внимательно наблюдая за её реакцией       В негодовании она взмахнула руками, готовясь разразиться новой тирадой, но вдруг замерла, устремив взгляд в одну точку, обдумывая его слова. Если это решение их директора, значит, у неё были на то веские причины. Арину Малевич сложно было назвать некомпетентным руководителем или человеком, принимающим необдуманные решения. Молодая, амбициозная, хорошо знающая своё дело — именно такой имидж она создала в компании. Мысль о личной неприязни казалась абсурдной, так как по работе они практически не пересекались.       Управленческий персонал обитал этажом выше, куда Вероника поднималась крайне редко. С директором питерского филиала она виделась только на общих собраниях или корпоративных мероприятиях.       От Никиты, имевшего доступ к личным делам сотрудников, Вероника узнала, что Арине Малевич всего двадцать девять лет, всего на три года старше её. Она не раз слышала, как за спиной директора называли «Снежной королевой» за холодную красоту и высокие требования. Кто знает, может, директор добралась и до неё? — Недавно один из руководителей, кажется, из отдела консалтинга, пытался пригласить Арину на ужин, — Никита расхохотался, как над хорошей шуткой. — И что ты думаешь? Безуспешно. Мало того, она придралась к его квартальному отчёту и загрузила бедолагу работой по самое не балуйся. Недавно слышал, на совещании она разнесла его в пух и прах за какие-то недочёты.       Вероника, задумчиво водя пустым стаканом по столу, никак не отреагировала на его слова. Ничем не привлекательная информация. Она оглядела переполненный паб: тёмная обивка массивных кожаных кресел, мрачные железные люстры в виде приглушенных уличных фонарей, свисающие с потолка, и толстые парафиновые свечи с оплывшим воском в качестве декора — всё это идеально отражало её угрюмое настроение. — Тебе совсем не интересно?       От его громкого баса Вероника непроизвольно встрепенулась. — Какое мне дело, кого там отвергает наш директор? — в её голосе прозвучало раздражение.       В ответ он хитро ухмыльнулся, сложив большой и указательный пальцы почти вместе. — Совсем-совсем? — Давай не будем обсуждать её личную жизнь, — она выдавила снисходительную улыбку, не желая продолжать этот бессмысленный разговор. — Мне без разницы, кто кого пригласил на ужин.       Её волновало другое: как она теперь выглядит в глазах коллег — униженной. Её опыт приравняли к знаниям студента.       Никита выглядел озадаченным, словно они заговорили на разных языках. — Знаешь что, я, пожалуй, поеду домой, — устало произнесла Вероника, решив, что на сегодня с неё достаточно алкоголя. В конце концов, это не конец света. Подумаешь, проект, переживёт. Оспаривать решение руководства всё равно бесполезно. Она была немного осведомлена, как устроена внутренняя политика «Арстор». — Домой? Уже? — растерялся Никита. Он небрежно почесал подбородок с короткой рыжей щетиной. — Мы же здесь всего час. Погоди, не торопись. Скоро к нам кое-кто присоединится. И это знакомство может оказаться для тебя очень полезным.       Никита явно что-то задумал. Он подозвал официанта и, не обращая внимания на невербальные протесты коллеги, нарочито вежливо поинтересовался: — Водку с тоником, верно?       Слегка ошарашенная его странным поведением, Вероника растерянно моргнула, как пойманный в ловушку кролик. — Ты не предупреждал, что к нам кто-то присоединится, — она потянулась к сумке и уже равнодушно добавила: — Хотя, так даже лучше, у тебя будет компания на вечер. — Эй, нет, нет, нет! — замахал руками Никита.       Когда Вероника поднялась со стула, обитого чёрной кожей, он схватил её за рукав блейзера и потянул обратно. — Говорю же, не торопись, — в его голосе звучала забота и сочувствие. Правда, он выглядел немного взволнованным и громко выдохнул. — Обещаю, ты будешь удивлена, когда узнаешь, о ком идёт речь, — парировал Никита, пытаясь разжечь её любопытство. — Перестань говорить загадками, — его уловка не сработала. — Сегодня я не в настроении, и потом…       Она не успела договорить, как к их столику подошла роскошная женщина — «класса люкс», как выражался Никита, говоря о респектабельных дамах. На первый взгляд, Вероника охарактеризовала бы гостью как воплощение элегантности и утончённости. От брюнетки за версту веяло большими деньгами и авантюрой. Несмотря на безупречный, идеально ухоженный образ, женщина казалась на десяток лет старше её. — А вот и наша драгоценная гостья!       Никита тут же засуетился. С готовностью вскочил с кресла и, пригладив свою ярко-рыжую шевелюру, с энтузиазмом представил двух женщин: — Вероника Брауз, ведущий маркетолог нашего питерского филиала. — С лукавым огоньком в глазах он повернулся к коллеге: — Раиса Хитина, финансовый директор головного офиса «Арстор».       От неожиданности Вероника едва не потеряла дар речи. Слегка смутившись, она вежливо приняла крепкое, уверенное рукопожатие финансового директора и, не отводя взгляда, сдержанно кивнула.       Никита никогда не упоминал о своих связях с первыми лицами компании. До этой самой секунды Вероника лишь смутно представляла, как выглядит финансовый директор московского офиса.       Раиса Хитина, как декоративная роза, украсила своим присутствием их столик, мгновенно задав динамичный тон обсуждению насущных тем. Никита же, не дожидаясь позволения дам, заказал всем выпивку и, на волне их беседы, пересказал Хитиной историю с злополучным проектом. Вероника, напротив, не испытывала ни малейшего желания вступать в этот разговор и обсуждать отнятый у неё проект с финансовым директором из Москвы, сомневаясь в её искренности.       Раиса напоминала ей римского полководца в женском обличии: маленькая горбинка на аристократическом носу, узкий, волевой подбородок. Короткие волосы с лёгкой волной отливали чёрным металликом, добавляя лицу ещё больше строгости.       Лениво потягивая маленькими глотками сухой мартини, Раиса не упускала возможность тонко поддевать самолюбие Вероники, пока алкоголь не притупил бдительность. — Кстати, на днях я ознакомилась с вашим послужным списком реализованных проектов, — тёмно-угольные глаза загадочно сверкнули. — Очень неплохо, Вероника. Пожалуй, я дам вам шанс проявить себя. — Отставив бокал с недопитым мартини, Раиса подалась вперёд, ощутив тонкий, дразнящий аромат пряно-древесного парфюма. — У меня есть для вас весьма заманчивое предложение.       Раиса едва коснулась её запястья, таким образом обозначая свою благосклонность. В приглушенном свете паба глаза Хитиной выглядели двумя чёрными жемчужинами, похожими на опасный омут, отчего Вероника невольно напряглась, затаив дыхание, как перед неизбежным прыжком в бездну.       Заметив настороженность в глазах собеседницы, Раиса перевела взгляд на Никиту. Рыжеволосый кадровик задумчиво поглядел на Веронику и едва заметно кивнул, и тогда она продолжила: — Вы зарекомендовали себя как весьма компетентный специалист, и я уверена, из вас получится прекрасный руководитель, — уголок её губ приподнялся в заманчивой улыбке. — Как вы смотрите на повышение?       Сначала Вероника растерялась, но быстро взяла себя в руки, несмотря на опьяняющий туман в голове. — О какой должности идёт речь? — О должности директора по управлению маркетинговыми технологиями.       В душе зажёгся маленький огонек надежды, но быстро погас. Совесть и моральные принципы помешали ему разгореться в пламя. — Это невозможно, — процедила Вероника сквозь зубы. — Это место занимает Альберт, мой непосредственный руководитель. Вы же не собираетесь его…       Не успела Вероника подобрать нужные слова, как Раиса заговорила сухим, официальным тоном. — Альберт — это не ваша забота.       Их взгляды встретились в который раз за вечер. — Похвально, когда сотрудники тепло отзываются о своих руководителях. Однако в вашем случае, Вероника, вы напрасно доверяете человеку, которого плохо знаете. — Я бы не сказала, что плохо знаю своего руководителя, — возразила она, делая глоток из бокала. — На вашем месте я бы не была столь уверенна. Мы никогда не знаем наверняка, кто рядом с нами. — Что вы имеете в виду? — Не зацикливайтесь на вещах, которые того не стоят, — отмахнулась Хитина с пренебрежением. — В данный момент вас должно интересовать исключительно моё деловое предложение. — Почему я? — Не заставляйте меня повторять. Вы всё прекрасно слышали.       Вероника откинулась на спинку стула, нервно постукивая короткими ногтями по тонкому стеклу бокала. — И каковы условия вашего предложения? — осторожно поинтересовалась она, зная, что подобные предложения не делаются просто так. — Мне нравится ваша конкретика, — с трудом подавив усмешку, кивнула Раиса. Прежде чем заговорить, она окинула Веронику оценивающим взглядом. — Всё предельно просто. Взамен вы будете сообщать мне обо всех встречах Арины Малевич в офисе. Покидать рабочее место только после того, как ваш директор отправится домой. Иными словами, вы станете моими глазами в её офисе. Насколько мне известно, ваш будущий кабинет находится как раз рядом с кабинетом вашего директора. Как видите, ничего сложного.       Отпив из бокала водку с тоником, разбавленную тающим льдом, Вероника недоверчиво взглянула на финансового директора, взвешивая все «за» и «против». Возглавить целый отдел — звучало заманчиво, однако вторая часть предложения казалась сомнительной затеей.       С натянутой улыбкой на лице Вероника фыркнула и покачала головой. — Благодарю вас за оказанное доверие. Ваше предложение, несомненно, очень интересно, но, к сожалению, я вынуждена отказаться.       Пара тёмных глаз прожгла Веронику насквозь. Она посмотрела на коллегу, тот выглядел озадаченным. — Что? — пожав плечами, бросила она. — Я ведущий маркетолог, а не стукач. — Тебе предлагают повышение, Вероника, а ты отказываешься?! — Никита повернулся к Раисе с извиняющимся видом и снова обратился к своей коллеге. — Считаешь, ты не заслужила повышения? Вчера у тебя отняли один важный проект, на следующей неделе, возможно, отберут ещё что-нибудь. Где гарантии, что это не повторится?       Его доводы были достаточно весомыми, чтобы ещё раз всё обдумать. Вероника нервно коснулась своей изящной шеи. Её бросило в жар от напора, с которым на неё давили. — Сейчас мне трудно дать ответ, — сказала она, вскинув руки ладонями вверх.       Недовольный вид финансового директора нисколько её не смутил. Вместо этого Вероника демонстративно поискала глазами официанта, собираясь попросить счёт. — Извините, мне пора идти. — С театральным рвением она приложила ладонь к груди: — Ещё раз спасибо за предложение.       Никита что-то пробубнил, поражаясь её упрямству. — Что вас останавливает на самом деле? — полюбопытствовала Раиса, не отпуская Веронику. — На этой должности уже есть человек. И, насколько я знаю, он не собирается увольняться. — Она подчёркнуто выставила вперёд руку и загнула один палец. — Во-вторых, я не уверена, что готова шпионить, — парируя, Вероника загнула второй палец. — И, в-третьих, как моё повышение будет выглядеть в глазах моих коллег, в глазах самой Арины Малевич, в конце концов?       Раиса с Никитой переглянулись, выслушав её доводы.       Характеристика Вероники, которую Хитина получила от Никиты, вполне её устроила. Упорная карьеристка, сообразительная, в меру кокетливая и весёлая девушка. Подходящий портрет человека, которым она сможет управлять. Один минус — привлекательная внешность. Хотя, насколько она знала, Арина вряд ли позволит себе увлечься подчинённой. — Приятно было с вами познакомиться, — прикрыв рот, Вероника тихо икнула. — Во мне слишком много алкоголя, простите. — Послушайте, Вероника!       Нетрезвым взглядом она в упор посмотрела на Раису, съежившись от пристального внимания к своей персоне. — Вы либо принимаете моё предложение сейчас, либо забудьте о повышении в дальнейшем, — отрезала Хитина, не желая тратить время на бессмысленные уговоры. — Соглашайся, — настойчиво выпалил Никита, выдавая своё нетерпение. — Взамен я требую немногого. Речь не идёт о ежедневном отчете, — снисходительно улыбнулась она. — Я же финансовый директор. Мне нужны свои люди в питерском офисе. — Раиса задумчиво потерла пальцами губы, что-то прикидывая в уме. — Не рассчитывайте получить повышение в нашей компании без этих условий. Ваш непосредственный руководитель, возможно, и неплохой специалист, однако с другими обязанностями он справляется гораздо хуже. Вполне естественно, что вы не осведомлены об этом. Надеюсь, вы понимаете, о чём я говорю.       Веронике показалось, что Хитина шутит, или это она настолько наивна и многого не знает? — Решать вам, — продолжала Раиса, наслаждаясь моментом, когда ей удавалось схватить жертву за горло, а затем тихо и безмолвно душить. — И на всякий случай, чтобы вы знали, данную информацию не принято распространять. Наш разговор строго конфиденциален.       Вероника выглядела потрясённой и отчасти расстроенной. — Мне нужно время, чтобы подумать. — Тут не о чем думать, — продолжая игру, Раиса небрежно повела плечом. — Хотите остаться в компании и быть полезной, значит, примите политику руководства.       Имея близкие родственные связи с главой компании, Раиса определённо наслаждалась своей властью, скрытой от посторонних глаз. Её родной брат возглавлял «Арстор» и во всём беспрекословно ей доверял.       Вероника погладила переносицу и резко выдохнула. Ещё раз взвесив в уме предложение о повышении, она посмотрела в блестящие глаза Хитиной. Потерять работу и поставить крест на карьерном росте в престижной компании из-за какой-то ерунды — перспектива не из приятных. Не то чтобы она считала себя моралисткой, скорее придерживалась этики и общечеловеческих норм. — Я… — она почесала лоб, ища ответ в нетрезвых, запутанных мыслях. — Прекратите вести себя как нерешительная школьница. Соглашайтесь, Вероника, и дело с концом.       Она вздохнула, будто ей на плечи возложили тяжёлый груз. — Вы не пожалеете, работая на меня, — пообещала Раиса, видя её терзания.       Вероника слабо кивнула, взволнованно потирая кожаный ремешок на часах. — Надеюсь, всё будет именно так, как вы говорите, — ответила она, практически лишенная выбора.       Глаза Раисы расширились в ожидании долгожданного ответа. — Это означает «да»? — Да, я согласна.       Оживленно взболтнув остатки эля, Никита радостно вытянул кружку вперед: — Тогда выпьем за повышение?       Хитина слегка улыбнулась. — Наконец-то появился достойный повод, — подбодрила она, хитро стрельнув глазами в сторону Вероники.       Вероника слабо кивнула, поднимая бокал с остальными. Совсем не так она представляла себе восхождение по карьерной лестнице.