На краю желания

      Арина вышла из душа, бросила влажное махровое полотенце на спинку невысокого кресла и подошла к кровати. Это была волшебная ночь. Для Арины время словно остановилось или вовсе перестало существовать. Она улеглась рядом с Вероникой, которая спала на животе, спрятав голову под подушкой и обнимая её обеими руками. Арина запустила пальцы в карамельного отлива волосы и осторожно поцеловала в плечо. Вероника пошевелилась и, повернув голову в другую сторону, продолжила спать. — Вероника, — тихо позвала Арина, — …почти половина второго. А мы собирались до приезда Инессы съездить к тебе на квартиру.       Ворча, Вероника пошевелила плечом, сначала одним, потом другим. — Боже, кажется, у меня болит всё тело, — еле слышно пробормотала она и, открыв один глаз, из-под подушки увидела смотрящее на неё довольное лицо.       Арина весело засмеялась, поглаживая голую спину. — Не жалуйся, немного практики и ты привыкнешь. — Издеваешься надо мной, практики? — Вероника вылезла из-под подушки, потирая сонные глаза. — Ты всю ночь была неутомима. И откуда в тебе с утра столько энергии? — Секс, всё дело в нём. — Да? — Вероника перехватила её руку, блуждающую вдоль поясницы. — Тогда, скажи, почему я без сил? — Может, потому что мало каши ешь? — Арина хитро засмеялась, а потом поцеловала Веронику в нос. — Приготовлю завтрак, а ты пока можешь принять душ. Она поднялась с кровати: — Ты по утрам пьёшь кофе или чай? — уточнила Арина, накидывая короткий халат постельных тонов. — Желательно кофе. — Вероника встретилась с ней взглядом. — Ты всегда такая заботливая и услужливая по утрам? — с долей юмора спросила она, принимая сидячее положение. — На что-то намекаешь? — держа улыбку, Арина вызывающе вздёрнула бровь. — На твою обходительность, — скривив уголок рта, подразнила Вероника, прикрывая голую грудь тонким одеялом.       Рассматривая Веронику с запутанными волосами, Арина помолчала, а затем сказала: — Ты действительно меня плохо знаешь. Я люблю заботиться о тех, кто мне дорог.       Почему-то эти искренние и тёплые слова несколько смутили Веронику и, покраснев, она опустила голову, встретившись взглядом с маленькой собачкой, запрыгнувшей на изящное кремовое кресло. — Поторопись, — на этих словах Арина развернулась и ушла на кухню.       Она соскочила с кровати и отправилась в ванную комнату. Стоя под тёплыми струями в душевой, она улыбнулась, подставляя лицо под льющуюся воду. Всю долгую ночь, показавшуюся Веронике прекрасно бесконечной, Арина любила её и нежно, и страстно, иногда немного агрессивно. Как и раньше, они любили друг друга в мучительно-сладкой пытке до тех пор, пока не сдавались и не забывали обо всём. Но в этот раз всё было иначе, глубже, сильнее, с долгожданным обещанием на новое начало.

***

      Вероника накинула рубашку (благо она была длинной и прикрывала ягодицы), вошла на кухню. Пахло приятным, пробуждающим ароматом кофе. Она отодвинула стул и устроилась напротив Арины, которая, не сводя глаз, наблюдала за ней. — Лучше стало? — с улыбкой спросила она, попивая кофе и поедая тост с вишнёвым джемом.       Вероника сделала глоток из своей кружки. — Значительно. — Она взяла тост и сверху положила ломтик сыра. — Слушай, нам не обязательно именно сегодня ехать за моими вещами. — Передумала? — спокойно спросила Арина, не выказав ни одной лишней эмоции. — Вовсе нет, — Вероника вздохнула, рассматривая свои руки. — Сегодня я могу уехать к себе, а завтра… — она вдруг замолчала на полуслове, понимая, как это может выглядеть с её стороны. — Арина, я…       На своей руке она почувствовала тёплую ладонь и подняла голову, встретившись с внимательными голубыми глазами. — Извини меня, Вероника. — Арина отвернулась и посмотрела в окно, наполовину прикрытое матовой занавеской. — Иногда во мне включается командир, и я не всегда это отслеживаю. — Она снова повернулась к ней, уже мягко улыбаясь. — Если тебе нужно время, чтобы ещё раз всё взвесить, оно у тебя есть. — Нет, — перебила Вероника, — мне не нужно время. Я уже всё решила. Арина, я люблю тебя, и это неизменно. Просто подумала, куда нам торопиться? Мы можем забрать мои вещи после приезда Инессы. Кстати, насколько вообще будет уместным моё присутствие, — она замялась, подбирая слова, — когда вернётся твоя сестра? — А почему оно должно быть неуместным? — поинтересовалась Арина, выказывая некоторое удивление. — После того как Инесса нас застала, полагаю, она обо мне не самого лучшего мнения. — Ерунда! Ты нравишься моей сестре, и она осведомлена о моих чувствах к тебе. Это единственная причина или есть ещё что-то? — Арина с волнением уставилась на Веронику, ощущая себя несколько тревожно. — Мне нужно привыкнуть к мысли, что после стольких событий, наши отношения реальны.       Арина допила кофе и вернула кружку на стол. — Тогда, пока ты привыкаешь, я попрошу тебя о кое-чём, очень важном для меня. — Она выжидательно посмотрела на Веронику, окутанную неким ореолом застенчивости. — Пожалуйста, в любых обстоятельствах говори мне только правду, какой бы она ни была. Не надо ничего от меня скрывать. Ложь убивает всё. Поверь, я знаю, о чём говорю, и не хочу, чтобы из-за этого между нами возникли проблемы. Поэтому, если тебя что-то беспокоит, просто скажи мне об этом.       Слова Арины прозвучали настолько искренне, с оттенком мольбы. Губы Вероники по-кошачьи изогнулись в задумчивом мерцании. Её глаза засветились теплом. — Обещаю тебе не повторять старых ошибок. — Она встала из-за стола, подошла к Арине и обняла её. — Прости, сама не понимаю, что на меня нашло. Я как будто не верю в происходящее. Боюсь потерять тебя. Боюсь, что всё закончится. Совершенно глупо так думать, но мне страшно, и я ничего не могу с этим поделать. — Тогда едем за твоими вещами сегодня, — поцеловав Веронику в губы, Арина поднялась со стула и загрузила посуду в посудомоечную машину. — Хватит откладывать неизбежное на потом. — Да. Ты права. — Она обняла Арину сзади, прильнув щекой к её плечу, и нежно поцеловала. — Ударь меня в следующий раз, когда я стану сопротивляться.       Арина повернулась к ней лицом, криво усмехнулась, а затем по-собственнически прижала к себе и легонько поцеловала в губы.