Красив? Божественно

Приближалось время отправки пассажирского самолёта из аэропорта Инчхон на Чеджудо. Громкий женский голос оповещал о ближайших рейсах, а также предупреждал о вылете на остров через 30 минут. Студенты из университета готовились к предстоящему путешествию, у всех не сползала улыбка с лица, а ликованию не было предела. Чимин взял небольшую сумку с собой, сложив только необходимые вещи. Он решил не заморачиваться с одеждой, накинув лёгкую персиковую футболку и удлинённые белые шорты. Свободно, удобно, практично. Пак без какого-либо труда нашёл свою шумную компанию, присоединившись к ним. — О, Чимин-щи! Сюда! — Хосок бодро махнул рукой навстречу, держа кроме своего чемодана сумку Джихён, — сегодня особый день — ты не опаздал. — Вижу, что все в сборе, — лучезарно улыбнулся Пак, снимая солнечные очки, — что-то я не вижу Сухёна. Где он? — Отошёл к преподу насчёт какого-то вопроса. Староста, как никак, — сообщил Гук, не отлипая от экрана телефона. — А кто с нами едет? — Чимин оглянулся по сторонам, подмечая знакомые лица с универа и заметив отсутствие преподавателей. — Говорили, что с нами будет двое: учитель Ча и ещё кто-то, — ответила Джихён, облокотившись на плечо Хосока, что тот заметно стал румянее. — Надеюсь, что это не профессор Чхве, — усмехнулся Гук, сложив руки на груди, — вы чего это замолчали? Младший не понимал, почему лица приятелей окаменели, словно статуи, смотря на него похоронным взглядом. Он почувствовал едва уловимый холодок по спине и чей-то жуткий взгляд. — Кхм, на Ваше несчастье, мистер Чон, я один из сопровождающих, — Гук стремительно вспотел и медленно повернул голову в сторону звука. Позади стоял профессор в строгом костюме и как всегда зачёсанными волосами назад, — я прослежу, чтобы Вы не натворили всяких дел. Приятного отдыха, хоть и недолгого, — мужчина показательно напомнил о непогашенных задолженностях, одарив хмурым взглядом, скрылся среди толпы людей. — Судя по вашим лицам, уже знаете, что профессор Чхве едет с нами, — подошёл Сухён, который выглядел слегка потрёпанным и уставшим, — нам уже скоро на посадку, идём. Оказавшись на борту самолёта, Чимин сел с Джихён, сзади расположились Гук и Сухён, а где-то через несколько кресел было слышно неугомонного Хосока, что в тайне разочаровался в том, что место досталось не рядом с Кан. Тут раздался приятный мужской голос бортпроводника: «Дамы и господа, мы готовы к взлёту. Просим убедиться в том, что Вы застегнули и затянули ремни безопасности, убрали откидные столики и опустили подлокотники. Приятного полёта.» Пилот включил двигатель на полные обороты и надавил штурвалом вперёд, поднимая хвост. Авиалайнер увеличил скорость и оторвался от поверхности земли. Пак заглянул в иллюминатор, взмывая в чистое небо над Сеулом. С такой высоты рассмотреть столицу в полной мере не составляло труда. Всё было таким крохотным и незначительным, что парень внезапно вспомнил о произошедшем между ним и Юнги. Он далеко ушёл в себя, не слыша зовущий его голос. — Чимин! — А?! — резко встрепенулся Пак, удивлённо смотря на девушку, — что-то случилось? — С тобой вот да, — Джихён глубоко вздохнула, с жалостью наблюдая за парнем, — что-то с твоим новым ухажёром случилось? Как его там? Юнги? — Не ухажёр он мне! — покраснел Чимин, заёрзав на месте. — В этом и проблема, что нет. Я не хочу лезть не в своё дело, но позволь спросить одно, — девушка стала суровой и строго посмотрела в глаза, — у вас всё серьёзно? — Да… — спокойно ответил Пак, показывая одной фразой, что уже проникся глубокой симпатией к этому мужчине и не хочет его просто так отпускать. Чимин и Джихён знали друг друга со старшей школы, они не были закадычными друзьями, но хорошо понимали другого с полуслова. Интересные и странные отношения одновременно. Это происходит, когда находишь человека по своей душе, при этом вам необязательно быть близкими приятелями и выкладывать всё скопившиеся, достаточно понимания и открытых чувств. — Вот оно как, — Джихён резко замолчала, давая возможность ему самому что-либо сказать, если захочет. И она не прогадала. Они какое-то время сидели тихо, ни говоря ни слова. Это комфортная тишина помогла собраться с мыслями. — Если честно, я повёл себя по-детски, рассказав о том, что я чувствую, — начал Пак, наблюдая за движением пушистых облаков за пределами самолёта. — Сбежал? — Да… Словно трус. — И правда 24-летний ребёнок, — добродушно засмеялась Джихён, вызывая лёгкую улыбку младшего. — Мне стало стыдно из-за этого неразумного побега, после всего, что между нами было. — Не думаю, что в его возрасте люди держат обиду на такое, — девушка положила руку на плечо парня, слегка похлопывая по нему, — единственный выход — это нормально поговорить. Если он чувствует тоже самое, то проблемы исчезнут сами собой. — Твоя правда. После душевных разговоров Паку стало намного легче. Юноша решил по приезде обязательно позвонить и встретиться с Юнги, чтобы всё разрешить, а пока насладиться трёхдневным отдыхом, приводя чувства и мысли в порядок. Самолёт благополучно осуществил посадку на остров. На удивление университет забронировал номера в достаточно дорогом отеле рядом с побережьем. Толпа голдящих студентов устремилась после посадки к заказному автобусу, что довезёт их до нужного места. Воздух невероятно свеж и чист, что можно спокойно вдохнуть полной грудью. Настроение поднимается уже только от одних прекрасных видов в округе. Забронированые номера были на двоих человек. Пак делил апартаменты с младшим, Хосок с Сухёном, а Джихён со своей подругой Юджон. Чимин зашёл в просторную светлую комнату и бухнулся на мягкую кровать. Внутреннее убранство было довольно-таки впечатляющим. Две массивные кровати стояли посреди комнаты, около которых разместились тумбочки из тёмного дуба. На белоснежных стенах подвешена внушительная плазменная панель. Огромные панорамные окна позволяют выйти на балкон, где открывается вид на обширный пляж, рестораны и лазурное море. Солнце согревает своими ласковыми лучами уютную комнату, оставляя блики на стеклянном столике около окон. На нём расположилась хрустальная ваза с цветущими белыми камелиями, что предавали некую свежесть помещению. Также в номере была ещё одна комната — душевая. К младшим в гости проскользнул Хосок бодрее прежнего. — Ребятки, нас ждёт интересный тур по Чеджу, — старший прыжком уселся на кровать, что Гука немного подбросило вверх. — Иди на своей кувыркайся. — Чонгук-а, ты стал таким раздражённым! Неужели не нашёл замену правой руке? — издевательски посмеялся Хосок, падая на спину. Младший лишь недовольно фыркнул и отвернулся, что вызвал удивление, не среагировав на колкие фразочки в свой адрес. В последнее время Чон и правда на взводе. Раздражение часто движет им, а в жизни происходит какой-то тотальный пиздец. Хотя и ситуацию Пака тоже сложно назвать незначительной. — Вы и правда стали какими-то жухлыми, где весь энтузиазм? Сейчас нам пора выдвигаться в путь. Сухён, что у нас там первое? — старший подскочил к Кану, заглянув в его путеводитель. — По плану нужно обязательно потереть нос тольхарубану, загадав желание. Отправиться в Музей зелёного чая, что расположен в западной части острова. Преподаватель Чхве настоял на посещении водопада Чонбан и мандариновой плантации, — Кан заметил скучающие лица приятелей, — барбекю из чёрной свинины обеспечено. Парни тут же оживились, услышав, что отведают мяско. — А и да, забыл упомянуть об океанариуме и ботаническом саду Емиджи. — Как-то многовато местечек. Недели не хватит всё посетить, — Паку такое расписание показалось слишком нагруженным и многогранным. — Но по вечерам нас ожидают горячие источники и вкусная еда. — С этого и надо было начинать, — воспрянул духом Гук, — че сидим? Выдвигаемся. День проходил очень даже удачно. Друзья наделали множество совместных фоток, а сторис инсты разрывался от объёма выкладываемого контента. Чимину хорошо запомнился величественный водопад Чонбан, что с высоты двадцати трёх метров ниспадает прямо в необъятный океан. Огромные каменные валуны делали рост человека ничтожным по сравнению с ними. Пышная зелёная растительность свисала с горной породы вниз по падению брызг воды. Удивительное зрелище. Хосок прикупил в качестве сувениров пару тольхарубанов — талисманов Чеджу. Он был не скуп на различные безделушки, привозив их из мест, в которых бывал. Солнце уходило за горизонт, оставляя последние лучи на кристальной воде. Все вернулись в отель, готовясь к предстоящей трапезе с барбекю. Место было обустроено недалеко от здания, где находились столики, на которых стояли большие двухцветные зонты. Рядом виднелся мангал, готовый к работе. Студенты расселись по местам, занявшись уплетанием мяса и делясь впечатлениями первого дня. — Сегодня было весело, только преподы не дают смотаться в какой-нибудь бар или клуб, — обиженно протянул Хосок, закусывая кимпабом. — Наврядли отпустят тешаться спиртным, — начала Джихён, окинув всех загадочным взглядом, — но всегда можно сбежать. Звучит, как ахуительная идея! — Лучше забыть об этом. Поймают — проблем не оберёмся. — Сухён, да не ссы в трусы, прорвёмся! Мы туда и обратно, — Хосок опасно скривился в улыбке, не предвещающей ничего хорошего, — кто в деле? В итоге пошли все, кроме Сухёна. Он не отдавал предпочтения тусовкам по ночам, оставшись прикрывать задницы непутёвых приятелей. Компашка заказала такси, что очень влетело в копеечку. Чоны покрыли все расходы. — Я присмотрел довольно-таки шикарный клуб под названием «Pangea». Он достаточно знаменит в округе, — сообщил Хосок, расплачиваясь с водителем за всех перед выходом. Здание было невероятно шикарное, только огромная вывеска с подсветкой чего стоила. — А как мы войдём? Клуб то элитный, — поинтересовался Пак, заметив пару мускулистых охранников на входе. Люди, заходившие туда, приезжали на дорогих машинах в крутых шмотках, высокомерно озираясь вокруг. Хоть семья Чон и была не из бедных, но это явное расточительство. — Скромнее следовало найти. Хосок лишь усмехнулся на доводы младшего. — У меня всё схвачено, Чимин-щи. Мы попадём туда без всяких проблем и оторвёмся. — Заранее знал, что мы поедем, и подготовился? — риторически спросил Гук, удивляясь находчивости брата. — Вас ещё учить и учить. Let's go! Все знали, перед кем понтовался старший, чтобы завладеть её вниманием. Как и говорил Хоби, их без каких-либо проблем пропустили внутрь. Огромное помещение было залито фиолетовым переливающимся светом от огромных хрустальных люстр, спускающихся с высокого потолка. Винтовые лестницы по краям вели на второй этаж, что выглядел ещё богаче. Видимо предназначен больше для отдыха, чем танцев. Застеклённые амсидиановые столики были раскиданы около длинных кожаных диванов, что волной обрамляли края сцены. Запах дорогих сигарет и парфюма въедался в носовую полость. Официанты, одетые в строгую лиловую униформу, разносили алкогольные напитки по столикам. — Чудненько, — Джихён направилась к угловой барной стойке, чтобы заказать выпить. — Я всех угощаю, — Хосок окинул печальным взглядом Гука, — кроме тебя, братец. Младший лишь глубоко вздохнул, ничего не ответив. — Чтобы успеть вернуться к утру, нам нельзя много пить, — предупредил Чимин, — особенно мне. Как бы Паку не хотелось напиться до беспамятства, забыв про все гложащие его проблемы, он не может пока так сделать. Особенно здесь, где каждый так и ждёт подходящего момента насладиться молодым телом. Говорят, как бы ты не бежал от своих трудностей, они тебя найдут везде. Только Чимин не успел пропустить один бокальчик, как его сердце пропустило удар от замеченного человека на втором этаже, что стоял спиной к нему, облокотившись поясницей о бортики. К гадалке не ходи, было понятно, кто это. Парень узнает его из тысячи, но поверить было сложно, что он — объект его последних терзаний, здесь. Чёртов Мин Юнги. В горле напрочь пересохло от происходящего. Юн увлечённо о чем-то беседовал с подошедшим парнем. Тот широко улыбался, подходя почти вплотную. Сиреневые волосы беспорядочно прикрывали вызывающий взгляд, направленный в сторону мужчины. Юноша и правда крайне смазлив и строен. Чимину сдавило горло, а мерзкий ком только нарастал. Хотелось встать и разъебать эту намулёванную рожу в кровь. Пак сам удивлялся своей неосознанно возникшей агрессии. Невыносимо смотреть. Джихён заметила, как побледнел парень. — Это он? — девушка подсела и тихо прошептала, чтобы не привлечь внимание других приятелей. Тут и без вопросов понятно, что да. Чимин наблюдал как этот придурок открыто флиртует с Юнги, но из-за того, что тот был повернут спиной, его эмоции Пак оценить не мог. Но спокойствие мужчины в адрес клеющегося парня дико раздражало. Джихён уловила атмосферу и решила стремительно действовать, пока не стало хуже. — В таком состоянии не следует вести с ним диалог, можно сказать много лишнего в порыве ревности, — Кан положила ладонь на плечо парня, — давай вернёмся, тебе достаточно на сегодня. Да. Ревность —жгучая смесь и отрава, что пожирает изнутри. Чимин не стал спорить с девушкой, послушно последовав за ней. А что он предъявит Мину? Они не встречаются и не женаты, а только успели переспать под высоким градусом, после не поговорив о чувствах и о том, что делать дальше. Это бесило больше всего, что по сути они друг другу никто. Пак не ожидал застать Мина на Чеджу, да и ещё с каким-то сопляком. — Вы куда? — крикнул вслед Хосок, — веселье только началось. — Пусть идут, — остановил его Чонгук. Видимо только Хоби не уловил происходящую ситуацию, а Гук сразу понял, увидев выражение лица Чимина. В такси повисла звенящая тишина. Пак пытался переварить произошедшее. — Ты не можешь быть уверен, что между ними что-то есть, — Джихён глубоко вздохнула, — он не зажимался с ним и не сосался, так что хватит себя накручивать. Тебе следует хорошенько отдохнуть. Чимин молчал, понимая, что Кан говорит логичные вещи, вот только сердце не поддаётся логике. Оно болит, ноет от бессилия. Казалось бы, чего стоит нормально поговорить. Но чувства человека очень сложная и непонятная штука. Если бы люди не мешкались и говорили о своей симпатии так легко, то и проблем не возникало бы. Но без них никуда. Да, он не будет спать, всю ночь думая о произошедшем, и заснёт только под утро, встав с тёмными мешками под глазами. Весь отдых проведёт в раздумьях, а всё из-за того, что не может просто напросто поговорить с Юнги. Многие отношения рушатся по этой причине — неумение вовремя выразить свои чувства, всё, что гложит и беспокоит. Почему рядом с Мином ошивался какой-то левый парень и льнул, как мог? Почему тот был так спокоен? Почему он здесь? Кем является незнакомец ему? Вопросов возникает много, и все они неустанно крутятся в голове Пака. Неужели Юнги играл с ним, показывая всю свою заботу и взаимную симпатию? Неужели Чимин один из тех парней, с кем мужчинам просто приятно проводить время, переключаясь на другого? Тревога. Только она и возникает. Накручивание. Лишь из-за одного случая. Особенно ночью беспокойство овладевает человеческим разумом ещё сильнее, чем днём. Ревность. До дрожжи в коленях. Бессонница. Тошно. Очень тошно. Первый раз влюбился по-настоящему. И не заметил. Иногда. Просто. Хочется отключить чувства. «Сгораю в твоих объятиях» «Прекрати приходить в мои мысли» «Пожалуйста, хватит.» *** Юн нежно поглаживает по макушке Чимина, тепло смотря в глаза. Очень увлечённо рассказывает о чём-то, кидая влюбленный взгляд на младшего, ласково целуя в лоб. Тесно прижимает к своему телу, заключая в крепкие объятия. — Чимин, просыпайся, нам уже пора отправляться в музей, — Гук аккуратно потормошил Пака, оглядывая болезненный вид хёна, — тебе следует развеяться, а ни здесь тухнуть. Чон был прав, но из-за бессонной ночи сил вообще не оставалось, даже оторвать голову от подушки. Приятный сон, что давал бессмысленные ложные надежды, заставил ощущать только большую пустоту. — Идите без меня, я позже присоединюсь. — Ты уверен, что можешь сейчас быть один? Мне остаться? — Нет, поезжай. Я хочу побыть в одиночестве, — Пак слабо улыбнулся, чтобы показать, что не всё так уж плохо. — Ладно. Ты звони, если что. Младший покинул комнату, кинув последний подозрительный взгляд в его сторону. Чимин понимал, что одна хандра не поможет, но моральных сил убеждать себя не было. Он принял прохладный душ, наслаждаясь, как капли воды скатывались по влажному телу. Простояв так двадцать минут, процедура дала небольшой охлаждающий результат. Парень спустился на первый этаж для прогулки по пляжу, чтобы немного развеяться. Он заметил около ресепшена того самого сиреневолосого незнакомца, что флиртовал с Юнги. Чувства прошлой ночи напомнили о себе, нахлынув, как цунами в безветренную погоду. Тот, поговорив с портье, направился к лифту, попутно кому-то набрав в телефоне. Пак стоял недалеко и чётко всё слышал. — Дорогой, ты где? — ласково пролепетал парень, широко улыбаясь, что Чимину стало резко противно от такой приторной интонации, — Юнги, ты никогда не меняешься, что тогда, что сейчас. Такой же милашка! Надеюсь, что присоединишься к нам сегодня ночью. Будет весело, гарантирую. — Чонсу! Вот и мы, — окликнув, к сиреневолосому подошли две девушки, что были одеты достаточно вульгарно с кричащим макияжем, — Инсон тоже скоро будет. От услышанного и увиденного, Чимин будто прирос к полу. Он чётко слышал имя Мина и о предстоящем «веселье». Что, блять? Теперь в парне бушевала ярая злость, чувствуя себя откровенно погано и унижено. Кажется, что земля просто уходила из-под ног. Пак ринулся к ресепшену. — Остановился ли в этом отеле человек по имени Мин Юнги? — Чимин вспотел до жути, а руки мерзко похолодели. Он отказывался верить, что его так низко использовали для развлечений. То самое «веселье», о котором говорил этот Чонсу, может иметь только одно значение. У всех бывают, конечно, разные увлечения, даже настолько грязные, но не в этой ситуации. — Да, так и есть. Отказываюсь верить. Нет. — В каком номере он остановился? — В 327. С вами всё в порядке? Вы очень бледны, — девушка взволновано обратилась к нему, но Пак уже направился в другую сторону. Прогулка отменяется. Чимин никогда не забудет, как долго поднимался лифт. Как накатывала новая волна тревоги. По телу проносился скверный озноб, тревожность нарастала всё быстрее. Зачем он туда направляется? Что он хочет увидеть? Убедить. Убедить себя, что это наглая ложь. Юнги не такой. Не может так подло с ним поступить. Не может. Лифт поднялся до нужного этажа. И как двери открылись, юноша поспешно направился вдоль по коридору. Чонсу и компания девушек шли не спеша, что-то буйно обсуждая. Пак следил за ними с дрожью. Куда они зайдут? Парень остановился. Он больше не мог идти и узнавать, что произойдёт дальше. Ведь Чимин увидел, как они подошли к 327 номеру. 327. Лучше вызжечь глаза. Оглохнуть. Забыть. Притвориться, что не заметил. Но не лицезреть эти ненавистные цифры. Тошнота резко подскочила к горлу. Казалось, что сейчас вывернет наизнанку. Мерзко. Тошно. Невероятно погано и паршиво, что хочется кричать. Он наблюдает, как Чонсу открывает дверь и заходит внутрь, громко захлопывая её. Этот звук гулко отдавал в ушах. — Наконец, мы нашли его номер. Позвони Инсону, чтобы тоже поторопился. Чимин остался один посреди коридора, тот казался уже не таким роскошным и широким, а больше давящим и удручающим. Он продолжал смотреть на цифру на двери, понимая, что это всё-таки наяву. Кошмар наяву. Предательство. Игра с его чувствами. Тут его зовёт до боли знакомый голос, что душа резко содрогается. — Чимин?